Глава 1

      За окном шел снег.       Самый обычный снег за самым обычным окном.       Мэттью даже вздохнул — громко, совсем не пытаясь скрыть скуку и раздражение. В этом чертовом доме, да и вокруг него тоже, вообще все было совершенно обычным. Кроме всего одной вещи.       Этот чертов дом снился ему уже полгода. Каждую чертову ночь. Мэттью даже хотел назвать это “ночью сурка”, но каждый раз он оказывался в новой комнате или коридоре. Впрочем, он был уверен, что рано или поздно он очутится в уже знакомой обстановке. В конце концов, не мог ведь этот дом быть резиновым?       Мэттью снова громко вздохнул. Затем зевнул — вот же странность, зевать во сне! — и вышел из комнаты. Коридор был ему знаком: все тот же темно-красный ковер с желто-золотой каемкой, все те же вазы с кустистыми папоротниками между дверями. И даже половина дверей была ему знакома: за этой он очутился неделю назад, а вот за этой — прошлой ночью.       О, Мэттью хорошо помнил все места этого чертового дома и дело было не только в том, что художники обычно внимательнее к деталям, чем остальные. Просто со второй недели — с восьмой ночи — Мэттью стал записывать свои сны. Иногда даже зарисовывать. Его секретарша даже пошутила, мол, мистер Дикроу, не устроить ли вам выставку интерьеров? Идея показалась Мэттью интересной, хотя он и был уверен, что Луиза просто пошутила.       Сам же он решил, что выставка состоится — когда выяснится адрес этого чертового дома. Потому что именно он — город, улица и дом — стал бы просто идеальным названием для этой серии странных картин, выполненных как маслом, так и акварелью. И даже угольные эскизы можно будет показать…       Мэттью снова зевнул, спустился по широкой лестнице на первый этаж. Заглянул в широкую арку — снова никого, как будто консьерж всегда уходит, каким-то непостижимым образом услышав его шаги. Пару раз Мэттью даже думал оставить ему записку, но так и не решился. Каждый раз уже проснувшись, он говорил себе, что ужасно глупо даже думать о том, чтобы оставить послание тому, кто тебе снится — точнее, чье отсутствие на рабочем месте тебе снится. А потом всегда передергивал плечами. Потому что совсем не знал, что стал бы делать, если бы получил ответную записку.       Еще один громкий зевок — и Мэттью открыл входную дверь, спустился по заснеженному крыльцу, привычным маршрутом направился к углу дома. Туда, где висит табличка с номером.       Небольшой металлический квадрат на уровне глаз. Еще в первый свой сон — не о самом доме, но тот, когда он решил искать информацию — Мэттью подумал, что табличку нарочно повесили так низко, чтобы не приходилось запрокидывать голову и щуриться. Вот только проснувшись, он никогда не мог вспомнить цвет этой металлической пластины, равно как и во сне не получалось назвать его правильным словом. Это казалось странным, но не страннее того, что какой-то чертов дом снится ему уже целых полгода.       Мэттью остановился перед табличкой на углу дома, провел по ней ладонью, стирая налипший снег. Номер было не разглядеть — пластина, как и всегда, оказалась заляпана грязью. Да так сильно, как будто кто-то специально втирал эту грязь в металл. Мэттью хмыкнул, покачал головой — ну да, втереть грязь в металл, такое точно только во сне в голову и придет.       Но — делать было нечего.       Мэттью огляделся по сторонам, заметил протоптанную в снегу тропинку, ведущую к воротам. Что же, если не можешь узнать адрес дома, у которого ты стоишь, всегда можно выяснить подобное о соседнем здании. Или спросить нужную информацию у прохожих. В конце концов, даже если это просто дурацкий повторяющийся сон, здесь должны быть другие люди! Выдуманные, конечно, потому что во снах нет ничего реального, но все же.

***

      Мэттью едва успел коснуться холодного металла ворот — и тут же открыл глаза, проснувшись.       Даже если сон и был просто порождением его сознания, сейчас оно явно было не на его стороне и помогать отказывалось.       Мэттью вздохнул, потянулся, выбрался из кровати. Что же, может, название выставки он узнает следующей ночью, а пока у него есть идея для новой картины. В конце концов, в той комнате был мольберт с резными ножками и отличный вид из окна.

***

      — Мистер Дикроу, — Луиза окликнула его уже у самой мастерской. — Вы просили передавать вам странные письма.       Мэттью остановился у двери, обернулся. Странными письмами он считал любые, которые не относились к счетам за огромную квартиру, рекламным объявлениям с очередными уникальными предложениями только для него и открытка, приглашениями на выставки и открытками от поклонников.       Толстый конверт с нотариальной печатью, который протягивала Луиза, не подходил не пол один пункт из этого списка.       — Оно из Бостона, из лучшей у них нотариальной конторы. Я решила, что обычным его не назовёшь.       Мэттью кивнул забрал конверт, тут же вскрыл его, пробежал глазами по сопроводительной записке. Удивлённо выгнул бровь.       — Всё в порядке, мистер Дикроу? Или мне стоит назначить встречу с вашим адвокатом?       — На всякий случай, лучше назначить. — Мэттью медленно кивнул, пробежал глазами уже по документу, написанному от руки на плотной бумаге. — Впервые получаю наследство, да ещё и от незнакомого мне человека. Полагаю, встреча с адвокатом лишней не будет.       Луиза кивнула, поспешила в приёмную. Мэттью направился в свой кабинет.       Сопроводительное письмо, да и само завещание были короткими. Да, юридически все верно, нет, это не шутка и не розыгрыш, а он, Мэттью Дикроу, действительно указан в завещании некоего Артура МакНила как получатель апартаментов в старой высотке на окраине Бостона. Однако, чтобы получить все документы и вступить в право собственности на квартиру, необходимо выполнить одну формальность: выяснить, кто виновен в смерти Артура МакНила. Все необходимые для этого бумаги, как уведомляли юристы, будут ожидать его в тех самых апартаментах.       Мэттью вздохнул, устроился за ноутбуком и вбил в поисковик адрес того самого дома. Даже наклонился поближе к монитору, — едва ли не уперся в него носом, — рассматривая фотографии старой бостонской высотки и некоторых ее квартир. Затем откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и сильно ущипнул себя за руку.       — Вот черт.       Мэттью выругался от боли, поморщился. Открыл глаза.       Затем дернул провод питания, подхватил ноутбук и быстрым шагом направился в мастерскую.       И замер на ее пороге, едва включив свет в комнате. Со стен на него смотрел фасад старой бостонской высотки и комнаты некоторых ее квартир. Сходство между картинами и фотографиями было таким поразительным, как если бы Мэттью писал с оригинала.       Вот только... разве можно считать странные сны о чертовом доме, которые преследовали его последние полгода, оригиналом?       — Мистер Дикроу?..       Луиза осеклась, перевела взгляд с картин на изображение на мониторе. Растерянно моргнула.       — Луиза, мне нужны билеты в Бостон. На ближайший рейс. Если адвокат не сможет встретиться со мной до вылета, пусть назначит время для созвона.       Луиза молча кивнула.