Грандиозная попойка, и что случилось после

На следующее утро я проснулась от вкусного запаха, предположительно с кухни. Я открыла глаза и с радостью отметила, что Пятый еще спит рядом, положив мне руку на талию. Я аккуратно сняла ее с меня и положила на кровать рядом с ним, стараясь не разбудить сопящее чудо. Трансгрессировала себе домашние шорты и футболку, и завязала волосы на голове в пучок. Спустившись вниз, на кухне я застала Ваню, старательно что-то вымешивающую венчиком. — Хэй, помощь нужна? — я подошла к ней и сунула палец в миску, — ммммм, вкусно! Это тесто? — Доброе утро, Мэдди! Да, я хотела испечь всем синнабонов, и если честно помощь мне однозначно не помешала бы, — она застенчиво опустила глаза на тесто, а потом взглянула на меня, — ты можешь это помешать? А я проверю первую партию и намешаю крем. — Нет проблем, только давай музыку включим, так будет веселее! — я взяла ее телефон со стола и врубила какой-то плейлист в Спотифае, — а где все то? — Они уехали в город, Эллисон хотела купить продуктов, Диего и Лютер помогут с пакетами, а у Клауса кончились запасы алкоголя, — она улыбнулась еще шире. Я взяла у неё из рук миску с тестом и венчиком, и начала пританцовывать под какую-то песню, которую я даже не знала. Ваня не отставала, тоже пританцовывая, пока доставала продукты для крема. Вдруг включилась очень клевая песня и мы стали подпевать. За нашими спинами, незаметно для нас, появился Пятый. Он молча наблюдал со стороны за тем, как Мэд и Ваня подпевали Гвен Стефани. *tonight i'm gonna give you all my lo-o-o-o-ove in the ba-a-a-ack si-i-i-it* «Bubble, pop, elec-tric,» — подвывали мы с Ваней на всю кухню. — Кому это вы чего отдавать собрались? — весело приметил он, — смотрю, вам тут весело с 10 утра горланить, — заметил мелкий в шортах. Ваня тут же обернулась: — Ох, извини Пятый, мы не видели время… — Не твое дело, Пятёрка, и вообще, не порть настроение с утра! — смешливо заметила я, — Мы правда не видели время, не хочешь помочь нам с духовкой? Булочки уже подошли, у нас руки заняты. — С удовольствием, Восьмёрочка, — сделал акцент на цифре. — Прекрати, я так говорю потому что тебя так зовут! — Я тоже говорю так, потому что тебя так зовут! Мы расхохотались втроём на всю кухню, пока Пятый полез за противнем. Вот только делал он это без перчаток. — Осторожно, он… — не успела Ваня ничего ему сказать, как он отскочил от духовки, — горячий. — Черт! Я думал вы уже её выключили! Больно, — он начал трясти правой рукой, видимо пытаясь сдуть ожёг рукой. — — Глупенький Номер Пять, а как по твоему они бы испеклись в холодной духовке? — я подошла к морозилке и достала оттуда кубик льда, — на, приложи, воздух тебе мало чем поможет, горе луковое. Подержи минутку, я сейчас пластырь достану… — аптечка высоко, я не дотянусь, придется стул придвинуть. Я взгромоздилась на стул, поставленный возле полок. Пришлось вытянуть руки и встать на носочки, чтобы дотянуться до неё. Вдруг на меня видимо повлиял закон притяжения земли, стул подвернулся и я начала падать. И наверное бы и упала, если бы ко мне не телепортнулся Пятый и не поймал на руки. Со страху я ухватилась за его шею. — Ой, у нас тут молодожены! — Клаус тоже как-то неожиданно тут появился, — ребята, скорее сюда! Пятый держит малышку Мэд на ручках! — Пятый опустил меня на пол. — Она просто упала, а я вовремя подоспел, — ответил он Клаусу и повернулся ко мне, — ты можешь хотя-бы день прожить без приключений? — Приключения — мой конёк, как я могу без них жить! Зато я успела схватить это — я помахала перед его носом пластырем, — давай сюда руку. Я взяла его руку, открыла пластырь и приклеила его на подушечку указательного пальца. На кухню зашли ребята с пакетами, Эллисон начала руководить всеми, что куда ставить, пока мы поливали кремом испекшиеся булочки с корицей. — Чего это вы накашеварили? — Диего явно был в хорошем расположении духа. — Булочки с корицей — для булочек с корицей! — я была рада что все в сборе. — Каннибализм какой-то получается… — Лют, а ты я смотрю в юмор пытаешься? — я смеялась, — ничего, уже почти получается, попрактикуйся немного и все получится! — Я думаю, нужно отметить что мы наконец все живы и здоровы, — начала Эл, — и мы с Клаусом кое-что взяли на такой случай, — из-за ее спины появилась бутылка шампанского. — Ты думаешь нам этого хватит? — я задумалась. — Не переживай, собутыльница, я столько взял, что хватит весь Даллас напоить! — Клаус обрадовался моему возвращению в алкострой, — это только для начала. — — Что ж, тогда я за бокалами, — я развернулась к шкафу. — Нет, спасибо, я больше тебя ловить не собираюсь, с меня хватит, — Пятый сам полез за бокалами, пока Клаус победно хлопнул пробкой от шампанского. Он разлил в шампанское в бокалы, которые Пять поставил на стол. Я достала свой телефон и включила «We are the champions» Queen. — Ну что, начнем за здоровье, наше общее и каждого по отдельности, — Клаус посмотрел на меня. — — За здоровье! — хором сказали Харгривзы и чокнулись так, что понемногу шампанского вылилось из бокалов на стол, — ураааааааа! Я выпила сразу до дна, и почувствовала как тепло разлилось по моему телу и немного расслабило его. Мы все понемногу пили и общались. Со временем шампанское перешло в мартини, потом в виски, а потом уже и в остальные запасы Клауса. Часам к 17 вечера мы все достаточно выпили и не прекращали общаться и танцевать. Вдруг прозвучал захмелевший голос Эллисон: — Ребята, чего мы все болтаем, может сыграем во что-нибудь? Есть идеи. Мой пьяный разум выдал мне только одну игру, и мы с Клаусом посмотрели друг на друга и хором сказали: — Правда или действие! — А что, я за! — ответила Эллисон. — Думаю можно, — посмотрев на Эл, выдал Лютер. — Почему нет, мне кажется будет весело, — хмельной Диего всегда за любой кипишь. — Неееет, ребят, это без меня… — А что, наш дедуля в гольфах струсил? — я сама не поняла, что сказала. — — С чего это? — он явно удивился моему напору, — ладно, я сыграю, но только чтобы проследить что Мэдд не натровит… нат… твор… не сделает глупостей! — алкоголь пагубно влияет на 13 летнее тело. — Отлично, все в сборе! Чур я начну: Лютер, правда или действие? — Аааааам… правда? — Скажи нам, что же все-таки ты чувствуешь к Ээээээллисон? — сразу по козырям пошёл, гад. — Клаус, я не думаю, что это… — начала Эл. — Она мне нравится, и я устал это скрывать! — Горилла, это уже все поняли, кроме тебя! Мы все ждали, пока ты сознаешься сам! — мне все ещё очень весело. — Хорошо, тогда я сразу загадаю Эллисон: правда или действие? — Лютер посмотрел на неё с надеждой. — Правда, Лютер. Ты мне тоже… — она стала похожа на помидорку. — Вообще-то, я хотел спросить, хочешь ли ты со мной встречаться? — он стыдливо опустил глаза в низ. — Ещё спрашиваешь? Конечно! — Эллисон подошла к нему и обняла. — Это все здорово, но может дальше? У меня тоже есть пара провокационных вопросов! — пьяный Диего — ещё более прямолинейный Диего, — Пятый, правда или действие? В комнате повисло напряжение. Эти двое смотрели друг друга как львы, которые уже готовы разорвать друг друга. — Давай правду, долбонос тупорылый. — Воу воу, мальчики, это же игра, давайте без агрессии… — напряжение между ними можно было ножом резать, и я встала разведя руки в стороны, но упала обратно, из-за опьянения потеряв равновесия. — Все хорошо, Мэделин, я просто хочу спросить его, что между вами? — А почему тебя это интересует, Диего? — мне стало страшно от его тона, кажется что-то наклевывается, нужно как-то им помешать… — Вы всегда носитесь вдвоём, ещё с детства, она постоянно тебя выгораживает, но стоило оставить вас вдвоём, она попала под пулю… — Что ты хочешь сказать этим, псих? — Хочу сказать, что когда ты пропал на 17 лет, она страдала, тут ты вернулся и она, дура, тебя простила, а ты толкнул её под пули. Что произошло? Твоё всеобщее недоверие перекинулось и на неё? Пятый переместился к нему и угрожающе навис, схватив за грудки. — Да, я виноват в том что её ранили, но я её под них не толкал. Значит такого ты обо мне мнения? Да, я виноват, и я извинился перед ней, но ты не имеешь права вмешиваться в наши отношения, придурок! Где был ты, когда пуля полетела в неё? Ты сказал что ты их задержишь. Ты чувствуешь себя виноватым перед ней, но пытаешься спихнуть свою вину на меня!  — Ты не прав! — Диего ударил его коленом в живот. Пятый отшатнулся от него, но успел ударить его в нос. Диего бросил его через прогиб и теперь нависал над ним. Ударив Пятого в челюсть, он схватил его за шею и начал душить. Пятый схватил его руки и начал болтать ногами, чтобы ударить его, но Диего крепко стоял, будто его прибили гвоздями. Черт знает, что бы еще произошло, если бы мы с Лютером не среагировали. Номер Один подлетел к нему и схватил за руки, а я подошла к Пятому пытаясь оценить, жив ли вообще пьяный подросток. Остальные тоже подбежали к Пятому, а Ваня подошла к Номеру Два. — Диего, что с тобой произошло, неужели на тебя так повлиял алкоголь? — она была вне себя от ярости. Мы с Клаусом и Эллисон пытались привести Пять в чувство. Слава богу, он очнулся. — Пятёрочка, ты меня слышишь? — Мэдд? Что происходит? — он резко встал, — где этот псих? Где он?! Только попадись он мне, я его контужу! — Пять, успокойся, тебе нужно протрезветь! Переместиться можешь? — — Конечно могу, ещё спрпршиваешь! — он начал сжимать кулаки, но ничего не произошло. — Ясно все с тобой. Клаус, помоги мне с ним, Лютер видимо еще не освободился. Эл, иди проведай их, пока Ваня не устроила 3й апокалипсис. Эллисон молча кивнула, встала и ушла в сторону детских. Мы с Четвёртым взяли Пятого под руки и потащили на второй этаж, затащили его в комнату и положили в кровать. Он все это время был в сознании и нес какой-то несусветный бред, мы ничего не поняли. Когда мы положили Номер Пять, я накрыла его одеялом, и мы уже собирались выйти, как вдруг он схватил меня за руку и попросил остаться. Клаус улыбнулся мне и вышел. Я села на кровать, пока Пятый держал меня за руку. — Прости меня, Мэдди, я правда виноват, — я впервые увидела слезы на его глазах, — Диего прав, я не должен был так с тобой говорить, это я во всем виноват… Ты так дорога мне, я должен был защищать тебя… — слезы потекли по щекам и у него, и у меня. — Тшшшшшш, тш тш тш, чего же ты Пять, никто не виноват, тем более ты… Я не могу видеть как ты плачешь, пожалуйста, не нужно! Только я виновата в том что меня ранили… Ты тоже мне дорог, — тут он встал и обнял меня, прижимал к себе, как будто я сейчас испарюсь. Я тоже прижала его, и мы молча содрогались в рыданиях. — Восемь, можешь сегодня ты лечь со мной? Мне так плохо, я не усну без тебя… — Конечно, Пятый, конечно… — Только не уходи, прошу… — Я никуда не уйду, я буду с тобой… Всегда буду с тобой… — мы легли в позу Большой и Маленькой Ложечки, а я опять трансгрессировала нам фирменные пижамки. Довольный Клаус отошел от двери и ушел спать.