Старый долг Ады

- Ты из этого мира? А я думал, что ты с Равники… - Для всех я с Равники. Разве это так стоит афишировать? Не люблю лишнего внимания. Тропинка, по которой мы решили двигаться, вывела нас на просторную платформу, которая, лично мне, напомнила место остановки общественного транспорта, что шёл за город. Видимо, на Каладеше устройство местного передвижения было примерно такое же, так что в своих предположениях я явно не ошибся. Перед нами была гладкая каменная поверхность, похожая на бетон, чуть поодаль были резные скамьи для ожидания, которые, на данный момент, пустовали в отсутствии пассажиров. Поведение Ады поменялось: она стала более уверенной и даже немного резкой. В мгновение ока, наши роли перестали существовать в том виде, в котором были до начала путешествия: она быстро заняла лидирующую позицию на правах того, что она лучше меня знакома с окружающим миром. Конечно, я могу сделать ставку на то, что мой родной мир более технологически развит, чем Каладеш, но сейчас, на данном отрезке пути, на ее стороне были фундаментальные познания, которых не было у меня и в помине. - Просто… Как оказалось, что ты стала работать с Азориусами? - Это допрос? Рыжая остановилось рядом со скамьёй, посмотрела на меня в пол оборота. Всем своим видом показывала, что тема всё же неприятна. Однако я был более упрям, чем она. Уперев руки в бока, усмехнулся. - Допросами занимаетесь вы, дознаватели, а я просто вежливо интересуюсь, потому что, напоминаю, нам ещё работать вместе. А не каждый день оказывается так, что я попадаю в новый для себя мир с тем, кто в этом мире родился. Так что, уж прости, моё любопытство вполне оправдано. Кажется, мой выпад был весьма метким: Ада вздохнула, но лицо у неё стало проще. Поправив рубаху, она присела на скамью, всем видом показывая, что сейчас никуда не спешит, жестом предложила сесть рядом, от чего я отказываться не стал. - Я попала в Равнику случайно. Война шла тогда ещё с мертвецами из синего металла. Думаю, ты сам прекрасно помнишь это. - Да, - не стал скрывать я, - Война Искры. Прекрасно помню. Тебя притянуло туда? - Верно, - подала плечами Ада, поправляя непослушную прядку волос, переводя взгляд на свои колени, - Я редко пользовалась своими силами: у нас тут подобное не приветствуется. Магия, конечно, не вне закона, но очень ограничена. Что бы могли подумать другие, узнай о том, что я видела небеса другого мира? В общем, мне приходилось скрывать её. В один день, я почувствовала непреодолимое влечение, - прижала руку к груди, сжала пальцы в кулак, - Влечение открыть врата и увидеть, что там за свет… Так, словно я была мотыльком. Ты, наверное, чувствовал нечто подобное. - Отнюдь, - я отрицательно покачал головой, чем вызвал недоумение на лице Ады, - Мне такого не удалось испытать. - Неужели? - Уж поверь. Но, наверное, причина была в том, что я уже был на Равнике в момент начала атаки. Лично видел, как появлялась Тёмная Цитадель. - Оу. Законотворец усмехнулась, на её губах отразилась грустная усмешка. - Не знаю даже, кому повезло больше, мне или тебе? - Это уже не так важно, - отмахнулся я, - Как ты спаслась? - Мы все появлялись на площади, один за одним. А потом пришли вековечные. Я пыталась прыгнуть назад, понимая, что это всё ловушка, но мне не удавалось. Пришлось бежать, просто бежать. Отчаянье захлестывало меня, надежда на спасение отсутствовала, но упрямо бежала вперёд, пока не попала к заставе рыцарей Азориусов. Они перебили роту преследовавших меня вековечных, а я не отходила от них, пока всё не стихло. Слова Ады смолкли в подступающем грохоте: из-за поворота показался ещё один поезд, который, извергая из всех отверстий сизый дым, начал сбрасывать скорость. Скрипнули тормоза, неопрятная громада экспресса замирала в пространстве, пока полностью не поравнялась с платформой. Словно по команде, с шипением начали раскрываться двери. Ада, прерывая разговор, тотчас же поднялась на ноги, поспешила к поезду, дёрнув меня за рукав. Я последовал её примеру – и двери запахнулись обратно ровно в тот момент, когда я полностью пересёк грань вагона. Внутри был какой-то резкий специфический кисловатый запах, который мне сложно описать. Местные пассажиры были облачены в странные цветастые наряды неопределённого покроя, словно каждый хотел выделиться так, как только можно. Преобладали стальные детали и части костюмов, словно бы ткань перемешивалась с небольшими стилистическими вкраплениями механических деталей, назначение которых было невозможно определить. Местные люди, по большей части, были очень смуглыми, похожими на выходцев из местечка под названием Индия в моём родном мире. Сходство также становилось всё более ярким, когда я разглядывал их лица, так как замечал, что многие носили на коже различные символы, состоящие из тонких гладких линий, которые переплетались между собой, начертанные цветными красками. Помимо людей были представители и прочих рас: виднелись остроухие эльфы, которые также не брезговали увешивать себя различные стальными деталями и пластинками с завитушками, а также низкорослые крепкие гномы, которые наполняли веселой трескотнёй вагон. Что-то щёлкало под полом, шипело, трещало, а за окном пролетали пейзажи местных красот, которые действительно поражали воображение. Мир пестрел красками, переливался в лучах огромного солнечного диска, обрамленного тяжелыми облаками, которые были странных спиралевидных форм. Каждая частичка неба словно бы была частью единого паззла окружающего пространства. Всё казалось диким и неизведанным, пока за поворотом не показалась громада города… Гирапур больше походил на город будущего, так резко контрастировал с морями зелени за своими стенами, словно он был из совершенно иного мира. Поезд катился по рельсам узкого, как стрела, моста через огромный рукотворный каньон, на другой стороне которого начинались первые городские здания. Там, куда мы ехали, чувствовалась энергия, которая поддерживала городской ритм, который, на вид, был даже живее внутреннего наполнения Равники. Приглядевшись, я понял, что над крышами зданий были видные глазу воздушные потоки, по которым двигались какие-то летательные аппараты с крыльями и без. Они так ловко скользили в небе, словно были стальными птицами. Движение не прекращалось ни на минуту, воздушные дороги пересекались, заворачивались петлями, огибали огромного размера башни, возвышающиеся над самыми высокими строениями. От этих башен расходилось множество тонких трубок, искрящих холодными небесными цветами, по которым, судя по всему, что-то перекачивалось, некая жидкость или иная субстанция, опускаясь на более низкие городские уровни. - Красиво, да? Даже Равника со всем ее разнообразием… не такая яркая. Здесь словно бы вечный праздник. Праздник просвещения и мастерства, - вздохнула Ада, присаживаясь на свободное у окна места. Она подперла рукой голову, посмотрела вдаль, в сторону центра города. - Напомни, как называется твой мир? И, может, расскажешь о нём больше? – полюбопытствовал я, присев рядом, поймав себя на том, что в нашу сторону то и дело бросают косые взгляды. Да, мы были далеко не такие яркие, как местные обитатели. Это весьма осложняло наши дела, но пока я решил оставить вопросы маскировки и адаптации на потом. - Каладеш. Так его называют местные, под этим названием знают и мироходцы, - пожала плечами Ада, - По сравнению с другими измерениями этот мир очень яркий, шумный… И совсем не сказочный. Кстати да, магию тут не любят, - заметила она, - Местные предпочитают науку. Кстати, весьма в ней поднаторели. - Ну, прямо по описанию, мой захудалый мирок, - усмехнулся я, - Надеюсь, за магию у вас на кострах не сжигают? - Вроде как нет. Раньше точно не сжигали, - обнадежила меня Ада, - Только в антимагическую тюрьму сажали. Поверь, это не намного лучше. Будешь вечность сидеть под замком, пока из тебя не выкачают последние соки и пустят на питание машин. - Ты бы не так громко болтала, а то на нас уже косятся недовольно, - шикнул я, приложив палец ко рту. Подсел к напарнице ближе, начал делать вид, что пялюсь в окно на подступающий городской ландшафт, - Ладно, давай не будем о грустном, а подумаем наконец о деле. Гирапур. Насколько он большой? Нам сложно будет найти беглянку? - Не такой как Равника, будь спокоен, - пожала плечами Ада, - У меня есть пара идей откуда мы сможем начать. Будем действовать от того, что девочка тут новенькая, так же, как и мы. Но она не учла того, что этой мой город. Мой мир. В голосе рыжей прозвучала стальная уверенность. Такая постановка фразы мне понравилась. - У тебя остались какие-то связи? - Надеюсь, что да. Есть один старый друг, который должен быть в состоянии нам помочь. Первым делом направимся к нему. - Ты так говоришь, что, мне кажется, что он местный теневой делец или известный преступник, - усмехнулся я, но лицо Ады осталось совершенно незыблемым, так что я сразу же изменил тон, - Неужели я угадал? - Вроде того. Таким, как он, ничего не остается, кроме как быть теневым дельцом, - она вновь отвернулась к окну. И, чем ближе мы подъезжали, тем более мрачной становилась она. Поезд катил по широкой улице между разнокалиберных домов. В основном, здесь преобладали яркие теплые тона: красные знамена на балконах, желтая кладка кирпичей, просторные мосты и каналы, выполненные из бронзы или ему подобного металлов. Местные жители сновали туда-сюда, перемешиваясь вместе с не совсем живыми обитателями – то тут, то там мелькали высокие тонкие фигуры из гладкого металла, в которых можно было легко узнать каких-то механических людей. Заметив мой интерес, Ада молвила: - Это автоматоны. Местные их используют во всех сферах деятельности. И, представь себе, работают как големы, но без магии. - Могу себе представить. Только вот… всё равно необычно, - отозвался я, наблюдая за двигающимися в толпе разумными машинами. - Видел подобное? - У меня про таких пишут книжки и снимают фильмы. - Что снимают? Я махнул рукой. - Неважно. В этот момент, поезд слегка тряхнуло, а потом дорога пошла более низкий уровень города. Над нами пронеслись несколько громадных синих труб, устремляющихся змеями дальше по крышам домов, после чего показалось здание местного вокзала. Судя по всему, это конечная: местные пассажиры начали подниматься со своих мест, поспешили к дверям. Когда экспресс, наконец, замер, раздалось утробное гудение. Механизмы пришли в движение, отпирая входные двери, впуская свежий городской воздух внутрь. - Прибыли, - выдохнула Ада, медленно поднимаясь со своего места. Из-за дверей доносился гул толпы, многоголосые объявления, треск и шум винтов множества крылатых машин, которые, как гигантские насекомые, отбывали от вокзала со специальных платформ, добавляя очков к представлению Гирапура как местного муравейника. Город победивших технологий, город будущего, живущий, как и Равника, в своём неповторимом и чарующем ритме. Мы с Адой невольно замерли у трапа, пихаемые со всех сторон спешащими по своим делам местными жителями, а потом, почти синхронно, сделали первые шаги, позволяя Гирапуру распахнуть перед нами объятья. Уже через пару минут мы двигались по широким светлым улочкам. Вокруг все жужжало, стучало, по обе руки на улицах было неописуемое количество лавочек и мастерских, где скрипело, звенело, собиралось и разбиралось невесть что. Кто-то переругивался, кто-то таскал или катил вещи, кто-то зазывал, кто-то просто веселился, своим гомоном вливаясь в единый ритм. На мгновение мне показалось, что это место ещё более сумасбродное по сравнению даже с той же Равникой: в последний раз подобные чувства я ощущал в памятный первый день попадания в это измерение. - Здесь всё слишком… стало ярким. - Ярким? – переспросил я, услышав голос Ады. Девушка шагала по левую руку от меня, поглядывая по сторонам. На лице у нее не было какого-то выражения ощущения ностальгии или чего-то подобного. Скорее это было вежливое непонимание, но вот с чем это непонимание было связано? Казалось, она не была рада вернуться домой. - Да. Теперь тут хаос, пестрящий красками. - В Равнике это в порядке вещей. Или ты сейчас включила свой азориуский скептицизм? – отозвался я, огибая ногу высокого автоматона, который перешагнул через нас, неся в складных руках большие тяжёлые ящики. Услышав это, Ада фыркнула, отвечать не стала, из-за чего разговор начал иссякать. Так что я поспешил вернуть его в нужное для дела русло: - Куда мы идём? - Туда, где не должно было ничего поменяться. Да. Точно, так и знала, что это так и останется, - в голосе дознавателя послышалась нотка радости, а потом она поспешила быстрее вперёд по широкой гирапурской улице. Я старался от нее не отставать, почти переходил на бег в какие-то моменты, пока мы не свернули налево, оказываясь перед стенкой одного из зданий. Стенка выглядела блёклой, по сравнению со множеством ярких цветов и флагов, витающих тут и там, казалась совершенно не привлекательной, что и делало ее необычной: пока мы шли по улице, я обратил внимание на огромное количество граффити, покрывавших узорами и картинами все окрестные дома. Там были как мотивирующие надписи, так и изображения огромных автоматонов или же людей на фоне повторяющегося тут и там символа в виде овала, обрамлённого закруглёнными узорами. Особенно часто мелькала одна и та же фигура: девушка в красном, волосы которой словно были объяты жарким пламенем. Стилистика менялась от дома к дому, от стены к стене, однако суть изображений на всех поверхностях оставалась одна и та же: образ огнеликой девушки, ведущей за собой жителей Гирапура в светлое (коммунистическое, кхм!) будущее. Везде, кроме этой стены, около которой мы сейчас остановились. Здесь же совсем ничего не было, лишь обычный серый кирпич, ничем не примечательный. Ни единая капля краски не коснулась его: последний рисунок заканчивался ровно по начало кирпича, словно бы художник ни коим образом не желал коснуться столь прекрасной, на первый взгляд, поверхности. Ада хмыкнув, надавила на один из кирпичей посередине – и часть стены словно бы вдавилась внутрь, пошла рябью, словно бы кирпич резко изменил своё агрегатное состояние. Со стороны казалось, что девушку резко поглотил оживший камень, в особенности, когда она шагнула вперёд, полностью скрываясь из виду. Приметив тот кирпич, которого она коснулась рукой, я прыгнул следом, предварительно нажав на него… Моё тело прошло вперёд легко, словно я был ножом, прорезающим путь через масло. Неприветливая стена поглотила меня, заставила сдержать дыхание на пару мгновений – и вот я упал сухую землю, которая мелкими песчинками покрывала пол вокруг. Мы снова оказались на улице, но вот окружение здесь совершенным образом разнилось от того, что было снаружи: не было ярких вывесок, совершенно отсутствовали граффити. Лучи солнца почти сюда не проникали, из-за чего сохранялся эффект лёгкого полумрака, не смотря на то, что погода была ясной. Такое ощущение, что мы резко попали в совершенно иной Гирапур. Ну, видимо, в какой-то степени это было действительно так: отдаленная от основных улицах трущоба была скрыта яркой и лучезарной маской, являясь истинным лицом огромного индустриального города. Над головами пролегали те же синие трубы с жидкостью внутри, только здесь они выглядели обветшалыми и побитыми, словно бы местные техники не проводили им капитальный ремонт огромное количество времени. Только оглядываться нам долго не пришлось, так, как оказалось, с другой стороны нас поджидали. Ада резко дёрнулась назад от того, что в её сторону смотрели дула винтовок, что держали в руках три мрачные фигуры, вынырнувшие из соседнего закоулка. Рассмотреть их как следует я не мог: длинная старая ткань скрывала тело с ног до головы, а на лицах красовались маски, походившие на сталеварные, с небольшими горизонтальными прорезями для обзора. В моих руках начала концентрироваться магическая энергия, что сразу же привлекло внимание нападавших. Один из стрелков резко перевёл дуло оружия в мою сторону, послышался угрожающий звон. - Маг! - Прекратите! Мы не ищем сейчас проблем, - вышла вперед Ада, поднимая руки, - Мы не враги ни вам, ни «Ночному рынку». Опустите своё оружие и ответьте на пару моих вопросов, хорошо? Одна из фигур медленно вышла вперёд. Взгляд невидимых глаз за стальной маской словно бы обжигал, бегал по нам, оценивал, а руки продолжали крепко сжимать винтовку, целя, судя по всему, точно в голову Аде. - То, что ты знаешь о тайном проходе, ещё не говорит о том, что ты наш союзник. - Прекрасно понимаю твои опасения, но, видимо, ты из «юных», поэтому не знаешь кто я такая и что тут делаю, - отозвалась рыжая, хмурясь, - Мне просто нужно встретиться с Зурдом. Надеюсь, он ещё жив? – добавила она затем после некой заминки. Судя по голосу, она делала особую ставку на это имя, так как, едва оно прозвучало, фигуры слегка дрогнули, словно бы в их действиях появились сомнения. - Кто ты такая? – вновь раздался голос старшего, который выступал от имени группы, державшей нас на прицеле. Сейчас я вслушивался, понимая, что голос из-под маски звучит несколько искажённым, скрипучим, словно проходил через какой-то усилитель. Возможно, так оно и было. Интонации угадывались, первоначальная враждебность прошла, но оставалось некоторое недоверие. Тем не менее, видя уверенность Ады, я опустил руки, сворачивая действие Искры, так что сияние в ладони померкло. - Ада Стор. Зурд – мой старый друг, он меня знает. - У Зурда нет друзей, - перебил её «старший», - Друзья ему ни к чему. - «Юный», если не знаешь, то лучше помолчи, - рыкнула рыжая, сжимая кулаки, - Просто отведите нас к нему. Иначе, клянусь, я разозлюсь – и вы распадётесь раньше времени. - Ты не угрожай, человек, - недовольно отозвалась фигура в плаще, - Хочешь говорить с Зурдом, будешь говорить. Только, уж поверь, хоть попробуешь сделать то, что мне не понравится, то я лично вырву твоё сердце. Уверен: оно даст мне не один год жизни. Сказав эту фразу, он медленно опустил винтовку. Его жесту последовали товарищи, расступились, позволяя всем нам пройти в проулок. Ада легко пихнула плечом «юного», прошла вперёд, веля мне следовать за ней.

***

С потолка капала вода. Перед этим наши проводники недолго вели нас по поверхности: отворив крышку люка, всучив в руки нечто, походившее на фонарь, велели спускаться по шаткой лестнице. Моему взгляду открылся тёмный лаз. Внутри лампы сразу же всё вспыхнуло мягким голубым светом, давая возможность хоть немного разогнать тьму, так что пришлось лезть вниз. Судя по всему, местная канализация. У меня был опыт прохождения в подобных местах: один раз заплутал в более масштабных и разветвлённых системах под Равникой. Мерзкий запах не казался таким уж смрадным по сравнению с ароматами в тоннелях Голгари, наполненных трупами и гнилью, так что я не испытывал каких-либо неудобств, шагая вперёд. Проход был свободным, ориентироваться помогали выщербленные следы в виде стрелок, что тут и там мелькали на стенах, так что мне даже не приходилось спрашивать у проводников куда двигаться. Вперёд, ещё вперёд, поворот налево, по каменной замшелой лестнице – и вот впереди показалась круглая дверь с хитроумным механизмом и большой круговой рукоятью. Напоминало дверь сейфа или вроде того. Когда мы дошли, у меня из рук вырвали фонарь, после чего один из проводников начал открывать проход дальше, стараясь встать так, чтобы мы с Адой не заметили как он возится с замком. Впрочем, мы не проявляли к этому интереса, так что, пользуясь случаем, я встал поближе к рыжей. - Ты знаешь этих ребят? Кто они такие? - Понятия не имею, какие-то местные вышибалы, совершенно не знающие чувства такта… - Ты прекрасно меня поняла, что я имел ввиду, - шикнул я на неё, - Они же не люди? Ада кивнула. - Не люди. А кто тогда? – продолжил допытываться я. Дознаватель закатила глаза. - Эфириды. Они не любят привлекать к себе внимание, потому что их внешность… весьма специфична, - уклончиво произнесла она затем, - Просто помалкивай, ладно? Говорить с Зурдом буду я. Я только хотел задать ещё один вопрос о том, кто такой Зурд, но тут по коридору раздался громкий треск и щёлканье открываемого замка. Проводник погасил лампу, пока дверь открывалась, пропуская нас во внутренние помещения. Это была небольшая комнатка с немного обшарпанными и потрескавшимися стенами из камня, что были исписаны потертыми рисунками и остатками плакатов. Наполнение составляли большие деревянные ящики, стоявшие друг на друге, складируемые почти по всей площади. Ничем более примечательным это помещение не обладало, разве что узенькой дверью напротив основного прохода. В любом случае мы явно узнаем что за ней, так как провожатые жестами велели нам двигаться к ней. Схватившись за ручку, я толкнул дверь, попадая в следующее помещение, которое выглядело уже достаточно обжитым и гораздо более приятным глазу. Высокий потолок, угадывающийся где-то сверху, окна, расположенные по стенам в хаотичном порядке, из которых падал яркий солнечный свет. О том, как такое возможно, раз мы спускались под землю, я задумываться не стал, сосредоточил своё внимание больше на других частях комнаты. Это походило кабинет или библиотечный уголок, если судить по большому количеству книг на полках больших резных шкафов в два людских роста, антикварных изделий самых разных форм и размеров, изображающих фауну местного мира, большому столу посредине прямо на дорогих на вид коврах. Рабочее место было так же завалено книгами, рисунками, лежащими невпопад, на толстом слое из рваных обложек была пепельница, забитая окурками и пеплом. Знакомое чувство творческого хаоса, где только хозяин знает где нужный ему элемент окружения. Когда я вошёл, с верха пирамиды вещей на столе сорвалась одна из книг, следом с грохотом шмякнулась пепельница, растеряв содержимое по драгоценному ковру. Правда теперь за этой горой было видно самого хозяина. Восседая в большом кресле, существо с хрипом подняло бесформенную голову, похожую на полураскрытую ракушку пепельно-серого цвета, трещины которой светились ярким голубым цветом. Присмотревшись, я понял, что эти трещины были глазами. Две большие трещины, потом разлом пониже, который обозначал рот. Гримаса была нейтральной, лицо словно бы не выражало ничего… если это можно назвать лицом. Так и выглядят эфириды? Сейчас мне он напоминал сморщенного старика в бесформенной маске. Тощее тело, собранное из обломков какой-то извести и камня, на котором сверху была хламида из дорогой на вид ткани, придавая осмысленный вид его фигуре. Тонкие пальцы, покрытые трещинами, были унизаны перстнями с дорогими камнями, касались пергаментной бумаги, оставляя на ней жидкие темные чадящие следы, которые почти сразу же впитывались без следа. - Здравствуй, Зурд, - произнесла Ада. Обойдя меня, она, без страха или удивления, подошла ближе к рабочему столу. Едва с ее уст сорвались слова приветствия, существо зашевелилось, огни в его глазах вспыхнули с новой силой, - Долгих циклов жизни. - Здравствуй, Стор. Выглядишь весьма процветающей, спасибо за столь добрые слова. Когда он говорил, его маска никак не менялась. Голос был хриплый, скрипучий, старческий, под стать своему виду, без каких-либо несоответствий. - А вот про тебя такого не скажешь. Я уже думала, что ты распался. - Тем не менее, пришла ко мне, даже так думая. Ну а я вполне жив, взял пример с одного хорошего собрата, - эфирид кашлянул, постучал себя по груди. Когда он сделал это в очередной раз, то было заметно, что место удара заметно вздымалось, а под тканью виднелось свечение в виде небольшого круга, словно бы под одеждой был спрятан некий механизм. – Так что же, решила вернуться? Где же ты была все эти годы? - Это не так важно, - не стала вдаваться в подробности Ада. Она встала над столом, уперлась руками в столешницу, нависая над эфиридом, - Мне нужна твоя помощь, по старой дружбе. Собеседник издал некий гортанный звук, похожий на хмыканье, уселся в кресле удобнее, оперевшись о спинку. С его хламиды вверх поднимался черный жидкий дымок, исчезающий в воздухе бесследно. - Моя помощь? Уверена, что моих сил хватит? – он картинно покачал головой из стороны в сторону. - Не думаю, что ты самостоятельно проворачиваешь все операции «Ночного рынка», так что, если не хватит сил у тебя, они найдутся у «юных» под твоим началом, - хмыкнула Ада, продолжая ход разговора, - Услуга за услугу. Ты же помнишь, что должен мне? - Я? Тебе? Не припомню такого, - считывать эмоции с неподвижного лица было невозможно, но вот по голосу – вполне. Мне показалось, что в голосе Зурда было вполне искреннее удивление. Но вот Ада явно придерживалась иного мнения. - Ты мне должен, - с упёртостью гнома произнесла она, - Ты мог распасться еще много лет назад, если бы не я. Ты не можешь этого не помнить: память эфиридов не истлевает быстрее тела. Или ты думал, что истлеешь быстрее, чем я решу вернуть долг с тебя? Крыть дельцу явно было нечем, это было понятно по затянувшейся паузе. Эфирид замешкался, но потом, явно обдумав всё, скрестил пальцы перед собой, оперевшись локтями о столешницу. Кажется, этот жест означал согласие, позволяя девушке излагать свою проблему. Ада поняла это без слов, после чего подозвала меня ближе, чему я повиновался. - Мы ищем одну девушку. Человека. Проблема в том, что у нее может быть сейчас совершенно иной облик, однако нам доподлинно известно, что у неё будет один элемент одежды – сталеварные гоглы на макушке. Услышав такое пояснение, эфирид глухо засмеялся. По крайней мере, мне казалось, что этот звук походит на смех. - Это наискуднейшее описание из всех, что мне приходилось слышать. Это все имеющиеся данные? Ты серьёзно? Ада надула губы недовольно, после чего запустила руку в сумку. Я хотел было ее остановить, но она уже выудила кожаную папку, на переплете которой мерцал символ Азориусов. Все материалы дела, что были у нас в доступе. Сердце в груди застучало сильнее, когда она открыла её, выуживая последние фотограммы, разложила перед Зурдом. Эфирид протянул пальцы, чадящие жидким чёрным дымом ближе, коснулся последнего изображения. - Что за язык у документов? - Неважно, - отмахнулась Ада, - Вот, последнее изображение… - Это письмена старого Консульства? Какой-то шифр? – продолжал делец. Кажется, его больше заинтересовало корявое азориуское письмо, которое ему, как не-мироходцу, понятным не было, в отличие от нас с Адой. Я подлез под руку напарницы, выдергивая папку из под цепкого взгляда эфирных глаз, чем вызвал явное недовольство последнего. Не хватало ещё раскрывать наше происхождение, поэтому мои действия были вполне объяснимыми. Ада также это прекрасно понимала, потому и не мешала. - Не задавай вопросы. Просто найди мне эту девчонку, ну или похожего на неё. У неё будут именно такие гоглы. Она только сегодня прибыла в Гирапур, несколько часов назад, явно будет выглядеть не местной. Эта информация тебе будет более уточняющей? Можешь всех найти, подходящих более-менее под описание, дальше мы сами разберемся. Мои пальцы сжимали папку, я неторопливо убрал её за спину. Зурд поднял голову. Пронзительный магический немигающий взгляд словно бы пронзал насквозь, заставлял сердце сжиматься, словно кровь цепенела и стыла в моих жилах. Искра недовольно забилась в груди, чувствуя себя некомфортно. - Сколько времени у тебя есть? - Как можно быстрее, - отозвалась Ада, прекрасно понимая масштабы работы, не ставя тем самым временные рамки, - Чем скорее мы найдём её, тем лучше. - Чем она провинилась? – треснутые пальцы эфирида взяли фотограмму, медленно подняли выше к синим уголькам глаз. Мне всё еще было немного жутко слышать его голос, не видя откуда он исходит. - Мы вроде договорились, что вопросы ты не задаешь лишние, - отозвалась дознаватель твердым поставленным голосом, заставляя Зурда издать недовольный сопящий звук, - Просто найди её и сообщи где её искать. И мы будем квиты. - Ты могла попросить всё что угодно у «Ночного рынка» Гирапура в моем лице, но предпочитаешь тратить эту возможность, чтобы найти эту призрачную хулиганку в старых очках для плавки металлов? – отозвался эфирид, щёлкая скрипучими пальцами под стать креслу, в котором он находился сейчас, - Весьма странная просьба, учитывая, что ты пропала на такое количество времени. Многие из наших столько не живут. На что ты рассчитываешь? - Считай это моей последней волей и освобождением тебя от моего долга. Быть может, сделав это, ты спокойно вернёшься в эфир без мучений? - Не дождёшься. Будь уверена, доживу до преклонного возраста гнома, а то и дольше, - хмыкнул делец. Кажется, эта полемика его повеселила, угрозы в словах Ады он не видел, хотя, будь я на его месте, то здорово бы напрягся, - Хорошо. Где мне тебя искать потом, как всё разузнаю? Это явно означало согласие. Я заметно расслабился, выдохнул, впрочем, как и Ада, что довольно кивнула. - «Персефона». Надеюсь, она ещё на плаву? - Что с ней станет, конечно на плаву. Забронировать тебе место заранее? - Буду признательна, Зурд. И спасибо. Напарница показала мне большой палец, после чего поманила к дверям. Я посмотрел на то, как эфирид хмыкнул, сгребая ладонью фотограммы метаморфа куда-то под стол. В другой руке появилась крепкая, резко пахнущая сигара, которую он приставил к нижней трещине на своем лице. - Ещё рано говорить спасибо, Ада Стор. Ты же знаешь: всегда всё может измениться. Каладеш не постоянен как эфир, что дал мне жизнь. В один момент ты охотник, а в другой – уже жертва… - молвил он. Сигара вспыхнула, начала тлеть, озарив лицо Зурда неярким огоньком. Мне эти слова показались весьма угрожающими, однако ответить ничего не удалось, так как дознаватель вытащила меня буквально силком из кабинета. Дверь за нами закрылась, отделяя нас от логова эфирида и оставляя с послевкусием его последних слов, от которых мне было немного не по себе. Можно ли было доверять ему после такого? Однозначно ответить на этот вопрос я не мог.