Глава 11

***

      По тёмному холодному коридору шагала стройная длинноволосая девушка. Следом за ней шёл конвоир с палочкой на изготовке.       — У вас есть пятнадцать минут, — сухо прозвучал голос волшебника.       Девушка лишь вежливо кивнула и прошла в помещение, где стоял металлический стол и два стула. На одном из стульев сидел беловолосый волшебник, заключённый в кандалы. Вид у него был практически болезненный: сухая потрескавшаяся кожа на лице и руках, сваленные и грязные волосы. Но выражение лица выдавало знатное происхождение. Волшебником в кандалах был Люциус Малфой, а девушка, которая его навестила — Астория Гринграсс.       — Мистер Малфой, — вежливо кивнула для приветствия она и, сев на стул, стараясь занять как можно меньшую площадь, чтобы не запачкать дорогое платье, продолжила. — Министерство согласилось пересмотреть ваше дело, мне назначили допрос.       — Хорошо, Астория.       — Мистер Малфой, — девушка замялась. — Драко... он...       Глаза аристократа сердито блеснули в темноте при упоминании имени сына.       — Он разорвал помолвку, — Астория нервно теребила край платья.       — Глупец!       Кандалы звякнули от того, что Люциус дёрнулся в порыве гнева, и Гринграсс подпрыгнула на месте.       — Астория, ты знаешь, что делать дальше. Следуй плану, после моего освобождения всё изменится!       — Время вышло! — раздался громкий голос из-за двери.       Астория поднялась, кивнула на прощание и вышла из помещения, которое было похоже на подземелье. Там было даже сложно находиться эти несчастные пятнадцать минут. Она не представляла, как можно годами сидеть в камерах, которые были в разы хуже. Ещё и по соседству с дементорами.       Поёжившись от неприятных ощущений, девушка покинула Азкабан.       Встречи было добиться сложно, но благодаря Нарциссе, которая думает, что девушка помогает их семье по доброте душевной, всё получилось как нельзя лучше.       Дело оставалось за малым.

***

      После ухода Драко, Грейнджер ещё полчаса сидела в ступоре. Гарри её убьёт или убьёт Малфоя. Что-то точно должно было случиться. От этих мыслей она запаниковала.       Как можно было так глупо попасться?!       Хорошо, что её кабинет находился в дальнем конце Аврората, и этим шоу не наслаждался весь отдел. Она совсем потеряла голову. Непростительно.       Послышался тихий стук в дверь, а затем она так же тихо открылась.       В проёме показалась рыжая шевелюра Рона.       — Ты не занята?       — Рон, — Гермиона растянула губы в улыбке. — Проходи.       Уизли прошёл в кабинет и остановился возле стола подруги.       — Мне тут Бен сказал, что видел с тобой Малфоя. Всё в порядке? — Рон заметно переживал.       Гермиона немного побледнела. Она надеялась, что Бен видел просто как они шли от кабинета Гарри и не стал свидетелем чего-то другого.       Бен был напарником Рона. Они вместе отправлялись на места преступлений и, если успевали, ловили избежавших правосудия ПСов. В первый день своей работы Гермиона заметила пристальное внимание в свою сторону от молодого человека.       — Всё нормально, — Грейнджер старалась вложить в ответ всю искренность, на которую была способна.       — Хорошо, я вообще почему зашёл-то, — Рон заметно приободрился и теперь его лицо озарила счастливая улыбка. — Мы сегодня с Лавандой идём к Гарри в гости, приходи тоже.       Гермиона улыбнулась. Кажется, Рон наконец-то решил сделал ответственный шаг. Предчувствие ей подсказывало, что она станет свидетелем рождения новой семьи.       — Конечно, Рон. Я приду, во сколько?       — В девять. Мне нужно забежать в одно место, но ты можешь придти раньше и развлечь Джинни, — Уизли издал смешок. — Гарри носится с ней так, будто она вынашивает самого Феникса.       Грейнджер издала смешок. Только Рон мог привести такое сравнение. Она считала это милым. Друг наконец-то получал всё то, о чём мечтал.       — В таком случае, Джин надо спасать.       — Ну, я побежал. Ещё увидимся! — Рон подскочил так резко, что чуть не опрокинул стул. Похоже, неуклюжесть не искореняется взрослением.       Гермиона откинулась в кресле и улыбнулась своим мыслям.       Она искренне радовалась за друзей, но что теперь будет с её личной жизнью?       Если бы Гарри не застал их, то, возможно, они бы оба забыли об этом. Забыли бы, да? Сомнительно. Слизеринец настолько залез в её голову, что хотелось достать мозг, вырезать ту часть, где хранились воспоминания о нём.       Вздохнув, Грейнджер стала разбирать смятые бумаги, которые второпях засунула в верхний ящик стола, чтобы убрать со своих глаз.       Пару движений палочкой, и всё вновь приняло первозданный вид.       Оставалась ещё половина рабочего дня.

***

      Драко покинул Министерство и отправился в свою квартиру, в своё маленькое убежище, которое скроет от лишних глаз. Всё утро прошло, словно один миг: статья в Пророке, Грейнджер, беседа с Поттером, в которой они даже не выражали свою неприязнь друг к другу.       Грейнджер. Он ушёл и даже не поговорил с ней. Ему стоило для начала самому разобраться в произошедшем.       Жалел ли он? Однозначно, ответ - нет.       Желал ли повторения? Однозначно, да.       Но что дальше? Он мог опять выводить её из себя, чтобы в порыве гнева случался секс, но зачем?       Драко старался мыслить разумно и хотел докопаться до истины. Тоненький голосок подсознания, где-то там, на задворках мыслей, пищал: «Ты влюбился».       Он не мог любить. Нет. Это просто увлечение, желание обладать запретным. Да и как можно себе представить любовь, если прошла всего неделя?       Он не был героем книжных романов, которые так любили женщины. Где главный герой после первой встречи влюблялся и конец был счастливым. Нет, в его истории всё было слишком мрачно. Поэтому он мог описать своё влечение, как любопытство, как желание изведать что-то новое.       Ворох проблем вокруг Драко рос, словно снежный ком. Они накапливались, а он откладывал их на потом.       Поняв, что слишком долго стоит у двери, Драко прошёл в гостиную и задумчиво окинул взглядом комнату.       Пить не хотелось, ему нужно сохранять трезвый рассудок. Достав уведомление, которое ему дал Поттер, он посмотрел на время проведения допроса. Он был назначен на завтрашнее утро, к десяти часам Драко опять необходимо посетить Министерство.       Допрос будет по делу Люциуса. Будет ли там Грейнджер?       Откинув мысли о завтрашнем дне, Драко прошёл в кабинет и сел писать письмо Забини. Он хотел узнать, удалось ли другу выйти на след похитителей. Подумав, он добавил, что хочет лично увидеться.       Ему нужно срочно поговорить с Блейзом. Тот точно даст совет и, скажет, что делать дальше.       Малфой весь день провёл бесцельно бродя по квартире.       Он ходил из угла в угол и останавливал порыв увидеться с Грейнджер и поговорить. Что он ей скажет? Он сам не знал. Поэтому оставалось только ждать завтрашнего дня и надеяться, что она тоже будет там.

***

      Взглянув на часы, Гермиона поняла, что рабочий день окончен. У неё оставался ещё час до встречи с друзьями. Она успеет зайти домой и привести себя в порядок.       Выйдя из Министерства, девушка аппарировала к своему домику.       На секунду она замерла и вслушивалась в вечернюю тишину окраины Лондона. Где-то вдалеке шумела ночная жизнь города, здесь же царил покой.       Тряхнув головой, словно сбрасывая наваждение, она прошла в дом и сразу отправилась в ванную комнату.       Когда она снимала рабочую блузку, то от неё ещё исходил запах Малфоя. Запах дорогого парфюма, который не испарился даже спустя столько часов.       Девушка быстро приняла душ и стала собираться. В этот раз она не хотела особо наряжаться, поэтому, натянув привычные джинсы глубокого синего цвета и серый джемпер, она отправилась к точке аппарации.       Оказавшись возле Гриммо 12, Гермиона огляделась по сторонам. Она слишком глубоко погрузилась в свои мысли, что перенеслась прямо к дому, вместо привычного переулка. Очень неосмотрительно с её стороны. Но удостоверившись, что рядом никого не было, она облегченно выдохнула.       С момента стука в дверь прошло около минуты. Но вот послышались быстрые шаги и, на пороге показалась растрёпанная Джинни. Круги под её глазами были огромными и синими. Казалось, рыжая скинула килограммов пять, не меньше.       — Гермиона! — Джинни втянула подругу внутрь и стиснула в объятиях.       Грейнджер обняла её в ответ и, отстранив, с беспокойством посмотрела на неё.       — Джинни, ты в порядке?       — Мне плохо уже несколько дней, — она устало вздохнула. — Ну чего мы тут стоим, пошли. Гарри затеял грандиозный ужин, меня к плите не пускает.       Гермиона было улыбнулась, но потом вспомнила, что произошло на работе. Теперь она не знала, как смотреть другу в глаза.       Они с Джинни прошли на кухню, где Гарри, облачённый в кухонный фартук, что-то нарезал.       — Дорогой, смотри, кого я привела!       Поттер развернулся и заметил Гермиону. Сперва он замялся, и Грейнджер уже готовилась к худшему, но потом мягко улыбнулся и сказал:       — Здороваться не будем, на работе уже виделись.       Со стороны Гарри послышался смешок.       Серьёзно? Он решил её подколоть?!       — Да, только ты как-то быстро ушёл, — сказала Гермиона, растянув губы в дерзкой улыбке.       Со стороны Гарри послышался смех. Гермиона расслабилась совсем. Друг не собирался убивать её или проклинать. Она тоже рассмеялась.       Джинни стояла в стороне и в недоумении переводила взгляд то на мужа, то на подругу.       — А со мной не хотите поделиться, над чем вы так смеётесь?! — подперев бока, сказала рыжая. В такой позе она была похожа на Молли, когда та отчитывала близнецов за очередную проделку.       Гермиона и Гарри переглянулись и рассмеялись уже в полный голос. Джинни лишь обиженно надула губы.       Раздался стук в дверь, и Джин побежала открывать дверь.       Оставшись наедине, Гермиона тихонько кашлянула и решила начать разговор первой.       — Гарри, прости меня.       Поттер посмотрел на неё и лишь покачал головой.       — Герм, тебе не за что извиняться. Это твоя жизнь, и ты вольна распоряжаться ей, как захочешь. Просто я волнуюсь и, надеюсь, что если тебе понадобится помощь, то ты обратишься ко мне.       — Я просто запуталась, но обещаю, как только со всем разберусь, то уже сможем обсудить всё нормально, — Гермиона натянуто улыбнулась.       — Я просто хочу, чтобы ты знала, я никогда не оставлю тебя. Ты моя лучшая подруга, я люблю тебя, как родную сестру, и никакой хорёк этого не изменит, — Гарри издал смешок.       Грейнджер расслабленно выдохнула и тоже рассмеялась. Она не потеряет друга, что значительно поднимало настроение.       — Гарри, что с Джинни? Она такая замученная..       — Её тошнит каждое утро, — Поттер расстроенно смотрел на подругу. — Молли передаёт зелья, которые должны помочь, но результата никакого. Из-за этого она нервничает больше обычного.       Гермиона нахмурилась. Она знала, что беременность — непросто. Но видеть, как страдает подруга, было тяжело.       — Я свяжусь с Целителями Мунго и спрошу, что можно сделать. Она давно была на приёме?       — Где-то неделю назад. Незадолго до того, как мы объявили.       Послышался возглас из коридора.       — Рон!!!       Испуганные Гарри и Гермиона поспешили к источнику шума.       Когда Грейнджер увидела, почему был такой переполох, то громко рассмеялась. Лаванда стояла вся в торте. Рон неуклюже пытался хоть как-то спасти платье.       — Что смешного?— прошипела Браун.       Джинни стояла рядом вся красная и было видно, как она держала в себе рвущийся наружу смех. Гарри подошёл к жене и старался не нагнетать обстановку.       Гермиона не могла остановиться, и её смех уже перерос в истерический.       Лаванда стояла красная от злости.       — Заткнись!       — Лаванда, — Рон пытался успокоить девушку.       — Ты вообще молчи! Это всё из-за тебя! Откуда у тебя только руки растут?!       — Лаванда, не произошло ничего страшного, одно заклинание, и твоё платье будет, как новое, — Джинни постаралась уладить, назревавший скандал.       — Скажи это своей чокнутой подружке!       Грейнджер застыла, сощурила глаза и сказала:       — На твоём месте я бы поаккуратнее выбирала слова.       — А то что? Пожалуешься своему Пожирателю? — Лаванда сверкнула глазами, намекая, что ей есть, чем парировать.       Гермиона мысленно сосчитала до пяти, стараясь успокоиться. Браун вызывала волну гнева. Какой бы здравомыслящей Грейнджер ни была, но оскорблять себя не позволит.       — Совершенно не понимаю, о чём ты, — Гермиона ответила ровным и спокойным тоном.       — Ах, не понимаешь? Не припоминаешь, как в Мунго вылизывала рот убийце? — Браун усмехнулась. — Да, не удивляйся, у меня есть знакомые, которые прекрасно всё видели.       Рон, Гарри и Джинни только переводили шокированный взгляд с Лаванды на Гермиону. И если Гарри хотя бы имел малейшее понятие о том, что между Малфоем и Герминой что-то происходило, то рыжее семейство совершенно не понимало о чём речь.       — Закрой свой рот, — Грейнджер постепенно теряла контроль и теперь крепко сжимала палочку.       — Правда глаза колет? Интересно, как на эту новость отреагирует его невеста, когда...       Договорить Лаванда не успела. Гермиона кинула Силенцио и быстро преодолела разделяющее их расстояние.       Она ткнула палочкой Браун где-то в районе шеи и ядовито прошипела:       — Я слишком долго терпела твои выходки, Браун. В следующий раз я заставлю тебя замолчать не временно, а просто вырву твой длинный и гнилой язык!       — Гермиона! Мерлин, угомонитесь, что вы устроили?! — Джинни пыталась втиснуться между девушками.       Рон и Гарри выпали из ступора, и Поттер подхватил Грейнджер за талию, утаскивая в другой угол.       — Гермиона, — он поставил девушку на ноги. — Успокойся и сними с Лаванды заклинание!       — Она заслужила!       — Хватит! — голос Джинни прогремел в этой суматохе, все буквально подскочили на месте. — Вы двое, — она указала на Рона и Лаванду. — Идите на кухню. А вы, — она указала на своего мужа и Гермиону. — Живо за мной! И сними с неё это грёбанное заклинание!       — Нет!       — Гермиона Джин Грейнджер! Немедленно!       Спорить было бесполезно, и хоть Гермиона хотела проучить Браун, злить рыжую, да ещё и беременную — опасно. Она махнула палочкой, и Браун уже хотела что-то сказать, но напоролась на гневный взгляд Джинни.       — Идёмте.       Они поплелись за грозной миссис Поттер. Рон и Лаванда отправились на кухню.       Когда они поднялись в кабинет Гарри, Джинни уселась в кресло и командирским тоном сказала:       — Я вас слушаю.       — Дорогая, тебе нельзя волноваться...       — Поттер! Не зли меня ещё больше. Ты хоть и мой любимый муж, но под действием гормонов — я за себя не ручаюсь. Почему ты нисколечко не удивился новости, что Гермиона целовалась с Малфоем? — Джинни перевела взгляд на подругу. — А ты? Почему ты не поговорила со мной? Ты же знаешь, что теперь устроит Браун!       Грейнджер лишь вздохнула.       — Джин, прости, что испортила вечер. Браун просто вывела меня из себя.       — Гермиона, она уже пришла без настроения, так что ты была просто подушкой для битья. Я не позволю обижать моих родных людей, тем более в моем доме, — рыжая встала, подошла к подруге и взяла её руки в свои. — Но для того, чтобы я могла защищать близких, мне нужно быть в курсе всех событий в их жизни.       Грейнджер смотрела на Джинни, и её глаза стали наполняться слезами. Рыжая обняла подругу и стала утешающе гладить спину. Джинни жестами показала Гарри, чтобы тот оставил их наедине. Поттер тихо выскользнул за дверь, радуясь, что не получил нагоняй от жены.       Грейнджер, вздохнув, стала рассказывать всё подруге: то, что она переспала с Малфоем, то, что происходит в её душе.       За рассказом время пролетело очень быстро.       Джинни сидела и практически не дышала. Подруга столько всего вывалила, и она даже не знала, как реагировать.       Гермиона, закусив губу, смотрела на Джинни, и надеялась, что подруга даст хоть какой-то совет.       — Дорогая, — рыжая смотрела на Гермиону с заботой. — Всё так сложно. Ты чувствуешь что-то к нему?       — Джин, я запуталась. Меня к нему тянет, но в то же время я стараюсь держать дистанцию, что получается просто ужасно, — Грейнджер смотрела на носки туфель и чувствовала себя неуютно, говоря о Драко.       Она сама ещё не разобралась в себе. Как можно отвечать на такой вопрос другим?       — Я просто хочу сказать, чтобы ты была осторожна. Постарайся сперва сама для себя решить, нужно ли это тебе.       Гермиона подняла глаза на подругу. Та смотрела на неё с беспокойством. Все переживали за неё, а она даже не могла ничем их успокоить, усложняя всё ещё больше.       — Пойдём вниз, я надеюсь, что Браун уже успокоилась, — Джинни протянула руку ей.       Гермиона улыбнулась и встала вслед за рыжей.       Когда они спустились, их ждала полная тишина.       Они прошли на кухню и к ним обратилось три пары глаз: одни выражали беспокойство, вторые злобу, третьи непонимание.       — Браун, ты ничего не хочешь сказать? — сказала Джинни.       Лаванда зло сверкнула глазами и, закатив глаза, сказала:       — Грейнджер, я тебя прощаю.       Волна злости на Браун вновь поднималась внутри Гермионы, она прищурила глаза, и сказала:       — Лаванда, а ты не обнаглела случаем? То есть, ты открываешь свой рот в мою сторону, и ещё думаешь, что это я виновата?!       — Так, стоп! — прозвучал громкий голос Рона. — Прекратите сейчас же.       Уизли встал из-за стола и подошёл к Гермионе.       — Герм, ты моя лучшая подруга, и я не хочу, чтобы вы цапались с моей будущей женой.       Лаванда сидела с открытым ртом, Гарри хмыкнул, Джинни закатила глаза.       — Да, вы не ослышались, — Рон подошёл к Лаванде, подал руку, и когда та встала, продолжил, так же не выпуская её руки из своих. — Лаванда Мелисса Браун, ты согласна стать моей женой?       Браун шокировано смотрела на Уизли. Она стала обводить взглядом всех присутствующих, и её глаза стали наполняться слезами.       — Да, конечно да!       Рон достал коробочку с кольцом и надел кольцо на безымянный палец Браун, будущей Уизли.       Отойдя от ступора, Джинни обняла брата и вежливо поздравила Лаванду. Гарри поздравил Рона и неуклюже обнял невесту.       Наблюдая за всем этим, Гермиона грустно улыбалась. Пока все были заняты поздравлениями, она выскользнула из кухни.       Девушка была рада за Рона, но Лаванда слишком испортила настроение. Уизли как всегда выбрал самый лучший момент для предложения, когда, буквально, полчаса назад его подруга и его невеста чуть не поубивали друг друга. Может Рон и не так глуп, а просто хотел перевести тему и отвлечь всех от ссоры, которая опять могла перейти во что-то большее.       Вдруг на плечо Гермионы легла чья-то рука, она обернулась, рядом стоял Гарри.       — Всё в порядке? — зелёные глаза друга выражали заботу.       — Да, я немного устала и, пожалуй, пойду. Извинись за меня, пожалуйста.       — Я всё понимаю, поговорим завтра?       — Конечно, — Гермиона тепло улыбнулась.       — Только я напишу тебе служебную записку заранее, — Гарри издал смешок.       — Это не смешно, — Грейнджер поставила руки на талию и грозно посмотрела на друга. Но не выдержав его ребяческой улыбки, тоже рассмеялась.       — До завтра, Гарри.       — До завтра.       Попрощавшись, Гермиона пошла в привычный переулок, чтобы аппарировать домой.       Грейнджер оказалась на газоне возле своего дома. Какое-то ощущение не давало пройти дальше. Она достала палочку и прошептала:       — Гоменум Ревелио!       В её доме кто-то был. С палочкой наизготове, она стала аккуратно подходить к двери. Она была немного приоткрыта. Зайдя внутрь, она не стала включать свет и освещала себе дорогу Люмосом.       — Я тебя уже заждалась, — в любимом кресле девушки сидела блондинка. Астория Гринграсс.