Глава 15

***

      Гермиона очнулась, когда за окном светило яркое солнце. Плечо нещадно болело, она попыталась приподнять руку, но со стоном опустила её обратно.       Девушка огляделась и узнала знакомые стены Мунго. Воспоминания замелькали картинками.       Вот она бежит на помощь Рону.       Вот в неё летит луч заклинания.       И Малфой, застывший с палочкой в руке. Он успел защитить её.       Потом она помнила, что Рон кричал на Драко, и после этого - темнота.       Темнота, которая пробудила все её страшные кошмары. Кажется, она видела родителей.       По щеке покатилась одинокая слеза. Она так скучала! Не было в мире таких слов, чтобы описать тоску по ним. Она скучала по беззаботным шуткам отца, по доброй и заботливой улыбке матери. Всего этого она сама себя лишила. Злость никогда не пропадёт.       Родители! Она должна убедиться, что они в безопасности! Ей нельзя здесь разлёживаться.       Грейнджер, стиснув зубы, попыталась встать, не опираясь на раненую руку. Боль пронзила так резко, что заставила девушку вскрикнуть.       Дверь в палату открылась.       Гермиона подняла глаза и замерла. Там стоял Малфой.       Драко, увидев, что Грейнджер в очередной раз проявляет героизм, быстро преодолел расстояние между ними и помог ей присесть.       — Ты можешь хотя бы нормальным пациентом побыть? — раздражённо сказал слизеринец.       Гермиона смотрела на него широко раскрыв глаза. В горле стоял ком, а глаза постепенно наполнялись слезами. Губы предательски задрожали.       — Эй, ты чего? — Драко обхватил её лицо руками и заставил посмотреть ему в глаза.       Раздался первый всхлип, затем второй и ещё, и ещё.       Малфой прижал её к своей груди, стараясь не тревожить руку. Она заливала слезами его белоснежную рубашку, но ему было плевать.       — Глупая гриффиндорка, — говорил Драко, гладя рукой её волосы. — Зачем полезла? Ты могла там умереть.       На последнем предложении его голос предательски дрогнул. Он очень переживал за нее.       Грейнджер ещё сильнее прижалась к нему и здоровой рукой сжала рубашку на его груди, пытаясь заглушить рыдания.       — Тише, тише, — он пытался успокоить её. — Никто не умер, все здоровы.       Гермиона всхлипнула последний раз и, отстранившись, посмотрела в его серые глаза. Сейчас они напоминали жидкое серебро. Когда он злился, они становились тёмно-серыми, напоминая грозовое небо. Грейнджер протянула руку и провела по его скуле. Ладошку царапнула щетина.       — Ты колешься.       Малфой вскинул брови в удивлении. То есть, она сейчас рыдала у него на плече, а теперь её волнует его небритость? Она точно сведёт его с ума.       — Грейнджер, ты не ударялась макушкой? — спросил Драко, подозрительно прищурившись.       Она помотала головой, показывая отрицательный ответ, а потом, вздохнув, сказала:       — Драко, мне нужно уйти отсюда.       Малфой смотрел на неё, в очередной раз мысленно ругая Грейнджер. Не сидится ей на месте.       — Куда ты так торопишься?       Он заметил, как она напряглась. Грейнджер стала нервно покусывать губу, видимо решала сказать или нет.       — Грейнджер, пока ты мне не скажешь, я никуда тебя не поведу!       — Нет! Тебе нельзя со мной! — воскликнула она.       — Тогда ты остаёшься здесь и ведёшь себя, как примерный пациент.       — Ты не можешь мне указывать!       Драко усмехнулся. Наклонился к её уху и прошептал:       — Ты уверена? В прошлый раз мне отлично удавалось тобой командовать.       Гермиона ощутила, как по телу прошлась стайка мурашек.       — Я... я не могу, — она умоляюще взглянула на него.       — Тогда ничем не могу помочь, — слизеринец пожал плечами и встал с кровати. Внутренне он ощущал небольшую злость. Только она пришла в себя и опять куда-то лезла. Он не мог позволить натворить глупостей, поэтому, пока она не скажет правду, помогать он ей не будет.       Драко почти подошёл к двери и потянулся к ручке, когда на пороге появился незнакомый посетитель. Он оглядел Малфоя и заглянул ему за спину. В руках у незнакомца была коробка и два стакана, видимо с кофе.       Грейнджер пыталась разглядеть почему Драко остановился. Когда из-за его спины показалось лицо Бена, она не знала чего ожидать. Тогда коллега помахал ей рукой и обратился к Малфою.       — Я могу пройти?       Драко колебался. Кто это такой и какого хера он сюда припёрся с этими дебильными стаканами?! Он обернулся и посмотрел на Грейнджер. Та буквально замерла, ждала, как ситуация разрешится.       — Нет.       Парень приподнял бровь в удивлении.       — Нет?       — Я не ясно выразился?       — Драко, перестань, — подала голос Грейнджер. — Бен, входи.       «Бен, значит», — подумал Малфой.       Драко обернулся и посмотрел на Грейнджер, та улыбалась этому недоноску. К чёрту всё. Он отошёл в сторону и, когда грёбанный Бен вошёл, покинул палату, оглушительно хлопнув дверью.       — Какая его муха укусила? Кто это вообще? — спросил Бен, когда подошёл к Гермионе.       — Ну, — Грейнджер замялась. — Это тот, кого тебе придётся допрашивать.       — Это Малфой что ли?       Девушка кивнула. Она иногда забывала, что Бен обучался в Дурмстранге и поэтому не был наслышан о семье Малфой. Да и о войне тот знал лишь понаслышке, пока они, едва ли достигшие совершеннолетия, боролись за свою свободу.       — Я тебе тут перекусить принёс,— Бен с улыбкой протянул ей пакет и стакан.— Ты обещала выпить со мной кофе, но я узнал, что случилось, поэтому решил немного поднять тебе настроение.       Гермиона с благодарностью приняла всё, что он принёс. Она поморщилась, действие зелий ослабевало, и теперь рана начинала болеть.       — Бен, ты не мог бы позвать Целителя?       — Болит? — сочувствующе спросил Бен.       — Немного.       — Я быстро.       Бен отправился за Целителем.       Оставшись одна, Грейнджер устало вздохнула.       Одна она не сможет отсюда уйти, а Малфой, увидя Бена, будто разозлился. Что на него нашло? Девушка хотела, чтобы всё произошедшее оказалось просто дурным сном. Но пульсирующая боль от раны доказывала обратное — всё было реально. Впадать в истерику при Малфое уже входило в привычку. Именно в Мунго она первый раз открылась ему, а в ответ он лишь понимающе выслушал и утешил. Это не было похоже на подростка, которого она знала в школе, который вечно задирал её и её друзей. Он действительно вырос и изменился. Но что теперь их связывало? Она вздохнула. Секс, который произошёл в её кабинете, перевернул всё с ног на голову. Она уже не могла просто так всё выкинуть из головы. Но нужно уметь расставлять приоритеты. Сейчас ей была нужна помощь. Гарри и Рон не поймут, они просто отправятся сами, заставив сидеть её на месте в ожидании вестей. Могла ли она обратиться к Драко, не боясь услышать отказа? Но тогда он вызовется отправиться с ней, он ясно дал это понять несколько минут назад.       Гермиона не хотела рассказывать кому-либо про инцидент с Асторией. Но ситуация того требовала. Кому она может доверить свою жизнь? В голове вспыхнул образ блондина. Он защитил её в поместье, не боясь наказания. Ведь, когда Рон составит отчёт, он наверняка укажет информацию об использовании Непростительных.       Пока она сидела в раздумьях вошёл Целитель вместе с Беном.       — Вас что-то беспокоит, мисс Грейнджер? — спросила женщина.       — Да, вы не могли бы дать мне Обезболивающее зелье? Рана начинает болеть сильнее.       — Хорошо. Я сейчас вернусь, и мы ещё сделаем пару диагностик, поэтому у вас есть пять минут, — сказала Целительница и вышла.       Бен неловко переминался с ноги на ногу и, решившись, сказал:       — Может быть, после твоей выписки сходим куда-нибудь?       Гермиона застыла. Он приглашал её на свидание? Нет. Нельзя сейчас думать об этом. Правильно расставить приоритеты - вот, что главное.       — Бен, — начала говорить она.       — Я понимаю, что сейчас не время, но подумай над моим предложением, — поспешил добавить парень.       Грейнджер закусила губу, обдумывая своё решение, и кивнула. Она разберётся с этим позже. Сейчас не хотелось принимать никаких решений. Бен понимающий, он не обидится, наверное, когда она на трезвую голову ответит ему, уже взвесив все за и против.       — Ну, я пойду, поправляйся! — улыбнувшись сказал он и вышел из палаты.       Гермиона попыталась пошевелить рукой, но любое движение давалось сложно, боль расползалась по всей её длине и стреляла куда-то в ключицу.       Она со стоном опустила руку на коленку. Сидеть было жутко неудобно, но встать потом, без посторонней помощи, она вряд ли сможет.       Наконец-то зашла Целительница, в её руках было несколько склянок с зельями.       — Мисс Грейнджер, вы бы лучше прилегли, — заботливо заметила женщина.       — Я устала лежать. Есть ли способ ускорить процесс?       — Нет, к сожалению. Рана тяжело заживает. Мы даже не можем догадаться, каким заклинанием вас ранили. Вы помните детали?       Гермиона отрицательно помахала головой. Всё произошло слишком неожиданно, и она не успела проанализировать ситуацию.       Женщина встала напротив Грейнджер и направила палочку, произнося диагностическое заклинание. Гермиона тоже начала всматриваться в показатели, не зря же столько лет проработала в Мунго. Они были не идеальными, но и не самыми плохими. При таком диагнозе необходим полный покой, чего она не могла себе позволить.       — Сейчас я вам дам зелье, и оставлю «Зелье сна без сновидений», примите через полчаса, вам необходим отдых.       Грейнджер даже не могла поспорить. Ей нужен отдых, но время так быстро бежало, что заставляло её сердце биться быстрее, когда она представляла, что Астория сделает с её родителями.       — Спасибо,— пробормотала она, забирая зелья.       — Отдыхайте.       Целительница покинула палату, оставляя гриффиндорку на едине со своими самотерзаниями.

***

      Драко был зол. Безумно зол. Своим приглашением войти этому придурку она буквально оттолкнула его.       Он сидел в своём кабинете и пил огневиски. В голове, как на повторе, был момент, когда она растянула свои губы в улыбке, отвечая этому ублюдку. Психанув, Драко бросил стакан с недопитой янтарной жидкостью в стену. Теперь на светлой стене была отвратительная мокрая клякса.       Все шло не так. Сперва эта подстава, теперь грёбанная Грейнджер. Ему хотелось напиться до беспамятства и не воспроизводить в своей голове эту её улыбку. Она бесила. Бесила потому, что адресовала её не ему!       Чёртов день, чёртова неделя, чёртова жизнь!       Раздался стук в окно, отвлекая Драко от гневной тирады в его голове. Он подошёл к окну и увидел Министерскую сову. Открыв окно, он забрал конверт у птицы.       На конверте стояли его инициалы и печать отдела Аврората.       Пока он его вскрывал, в его голове проносилось множество догадок. Начиная от использования Непростительного, заканчивая его делами с артефактами.       Малфой стал вчитываться в текст.       

«Уважаемый Драко Люциус Малфой!

      

Доносим до Вашего сведения, что заседание по делу Люциуса Абраксаса Малфоя, состоится 24 октября 2003 года в 14:00. Просим Вас явиться для дачи показаний 22 октября 2003 года в 10:00.

      Глава отдела Аврората: Гарри Джеймс Поттер.»       Замечательно. Проблемы скапливались вокруг него с неимоверной скоростью. Он так устал от всего. Хотелось просто забить на всё и отрываться, как действительно молодой парень, не оглядываясь на стандарты дурацкого высшего общества. Слишком многое произошло за столь короткий срок. Если бы он только мог просто закинуть всё в железный ящик и скинуть в глубь океана. И по мере погружения ящика ощущать освобождение и очищение разума.       Кинув письмо на стол, Драко сел на диван. Завтра ему нужно опять быть в Министерстве. Опять видеть эти мерзкие рожи работников, которые так и норовят обсудить его жизнь.       После того, как он вчера рассказал всё Блейзу, тот сильно расстроился. Всё-таки Тео был их другом, пусть и не самым близким. Страшно представить, что сейчас испытывает Нотт. Драко терялся в догадках. Тревога, словно змея, постепенно заползала в его разум, сворачиваясь клубком, готовая в любой момент ужалить.       Малфой решил навестить мать. Хоть он и был зол за то, что она тогда ему наговорила, но она всё же не переставала быть важным человеком в его жизни. Он и сам тогда нагрубил ей, чувство вины его нервировало.       Он встал и прошёл в спальню, чтобы переодеться. На рубашке были разводы от слёз Грейнджер. Он усмехнулся: портить его вещи вошло у неё в привычку. Но пусть это лучше будут слёзы, чем кровь. Вечером он ещё долго пялился на эти пятнышки, терзая себя догадками. Никто ему не предоставил информацию, никто не сказал, что с Грейнджер всё будет хорошо. Сегодняшняя встреча получилась какой-то скомканной, времени поговорить совсем не было. Ещё и этот Бен заявился. Если это тот, кто будет его допрашивать, то ему несладко придётся.       Сменив рубашку, Драко отправился в Мэнор.       Территория Мэнора оставалась всегда такой же прекрасной. Его мать очень любила цветы, их здесь было несчётное количество. От обычных сортов роз до самых редких. В детстве ему иногда влетало за то, что он испортил очередной редкий куст своей метлой. Он очень любил летать, но маленький Драко не всегда приземлялся удачно.       Вынырнув из воспоминаний, он двинулся ко входу.       Перед дверью появился пожилой эльф, увидев, кто перед ним, он почтенно поклонился.       — Моя мать дома?       — Да, хозяин Драко. Сейчас её позову, — сказал эльф и с щелчком испарился.       Малфой прошёл через массивные двери и сразу направился в любимую гостиную комнату матери, зная, что она пойдёт именно туда.       Он присел на диван нежно-лилового цвета. Вся комната была выполнена во всевозможных оттенках лилового - Нарцисса любила утончённость во всем. Этот цвет придавал необычный уют.       Раздался звук открывшейся двери. Нарцисса вошла своей величественной походкой. При виде сына её сердце застучало сильнее. Она так по нему скучала. После ссоры в Мунго они так и не виделись больше. Никто из них не шёл навстречу другому. Нарцисса знала, что Драко вспыльчив, а Драко не хотел наговорить ей больше, чем следовало.       — Здравствуй, мама, — Драко встал и подошёл к ней.       Нарцисса стиснула в объятиях сына, стараясь не расплакаться от нахлынувших эмоций. Она так боялась его потерять. Каждый день её материнское сердце сжималось, когда она не получала весточку от него. Она помнила, как они жили, когда Тёмный Лорд был по соседству. Нарцисса постоянно была в напряжении. Волан-де-Морт наказывал всех своих приближённых. Кому-то иногда везло сразу умереть, а кто-то часами мучился от Круциатуса. Мэнор в то время был словно пропитан страданиями этих людей. И она каждый день молила Мерлина, чтобы в числе этих волшебников не оказался Драко.       Нарцисса отстранилась и сказала:       — Здравствуй.       Драко всматривался в глаза матери, выражавшие столь глубокую боль, и винил себя. Он заставил её переживать.       — Прости меня, — он взял ладони матери в свои.       Она улыбнулась ему и провела рукой по щеке.       — Ты же мой сын. Я никогда не смогу долго на тебя злиться.       Драко растянул губы в улыбке, излучавшую настоящее счастье.       — Миссис Малфой..       На пороге стояла Астория.       Драко обернулся, прищурился и ядовито поинтересовался.       — Что ты здесь делаешь?       Гринграсс захлопала глазами и смотрела за спину Драко, ища поддержки у Нарциссы.       — Дорогой, — мягко начала говорить Нарцисса. — Мы же всё решили, скоро Люциус будет дома, пора бы и свадьбу сыграть.       Драко отпрянул от матери.       — Так ты переживала?! Планировала как бы подороже меня продать? Я только поверил, что всё действительно будет хорошо! Но ты опять меня не слушаешь! Я ещё в Мунго сказал, что не женюсь на Астории! А под венец как меня собрались тащить? Связанным? Потому что добровольно я ни за что туда не явлюсь!       Нарцисса недовольно поджала губы.       — Упрямый мальчишка! Ты совсем не разбираешься в жизни! Ты думаешь, твоя маглорождённая ведьма станет твоей женой?! Никогда!       Драко в недоумении уставился на мать. Откуда она узнала? Он повернулся в сторону двери. Астория старательно прятала от него взгляд. Он подошёл к ней и с высоты своего роста прошипел прямо в лицо.       — Что ты наделала?!       Гринграсс растянула губы в дерзкой улыбке, подняв взгляд на Малфоя, и почти нараспев сказала:       — Ох, бедный Драко. Гриффиндорская принцесса такая неприступная, долго ли ты протянешь? Хотя, я слышала, что она скоро уезжает, — Астория издала тихий смешок. — У неё в Австралии незаконченные дела.       Ноздри Драко опасно расширялись от быстрого дыхания, он был в бешенстве.       — Что тебе нужно?! — Малфой практически выплюнул эти слова в лицо Астории.       Она широко улыбнулась и провела длинными пальцами по груди парня.       — Я всего лишь хочу забрать своё.       Нарцисса видела всё, что происходило. Она видела нервозность сына и понимала, что попала в точку. Драко неравнодушен к Грейнджер, но дать своё благословение не могла. Её воспитывали по другим правилам. Эти же правила она прививала сыну, как и Люциус. Даже девиз Блэков был: «Чистота крови превыше всего».       Драко застыл. Он опять вернулся к начальной точке. Ему опять нужно было решать: спасти ту, что стала необходимостью и пожертвовать своей свободой, либо послать всех к чёрту и попытаться быть счастливым. Но мог ли он так эгоистично поступить? Безопасность Грейнджер сейчас зависела от него. Он ещё секунду колебался. Взглянул на мать, та стояла и так же ждала, когда он ответит. Поддержки в её глазах он не увидел.       Если здесь его ничего не держало, должен ли он идти у них на поводу?       — Ты ничего не сделаешь! Я никогда не был твоим! — зло выплюнул Драко, повернувшись к Гринграсс.       — Как жаль, маленькой зазнайке придётся несладко, — с притворным сожалением произнесла Астория. — Ведь роду Малфоев нужен чистокровный наследник, да, Миссис Малфой?       Нарцисса заколебалась. Сын смотрел на неё с надеждой в глазах. Если она сейчас согласится, то потеряет его навсегда. Но ради свободы мужа она должна сделать выбор.       — Да, Астория.       После этих слов, Драко отпихнул Асторию и почти бегом направился к выходу.       В его голове мелькали мысли: «С ней всё будет в порядке, я успею. Она ранена и не сможет никуда убежать, ни в какую Австралию. Зачем ей вообще туда?»       Добежав до края антиаппарационной зоны, он с щелком исчез.       Его выбросило в переулок возле Мунго. Он, так же не сбавляя шага, взбежал по ступеням и залетел в здание.       Некоторые Целители, которые попадались ему на пути заинтересованно оборачивались. Какая-то женщина даже пыталась выяснить куда он так спешит. Но он её проигнорировал, стараясь быстрее добраться до палаты.       Кровь шумела в ушах. Всё о чём он мог сейчас думать — лишь бы с Грейнджер всё было в порядке.       Наконец добежав, Драко распахнул дверь, но увидел лишь идеально заправленную кровать. Палата была пуста. Раздражённо хлопнув, ни в чём не повинной дверью, он направился к дежурному Целителю.       — Где Грейнджер?! — почти криком произнёс Малфой.       Молодая девушка за стойкой лишь испуганно захлопала глазами.       — Отвечай быстрее!       — Я не могу разглашать информацию о пациентах. Кем вы ей приходитесь?       Драко замер. Действительно, кем он ей приходился?       — Я... — он замялся, подбирая слова. — Друг. Я её друг.       Девушка подозрительно прищурилась. А потом бросила взгляд за его спину. Он обернулся и заметил ту наглую девицу, которая взбесила его вчера.       — Мистер Малфой, какая встреча! — затем, обращаясь к коллеге, сказала. — Я сама тут разберусь.       Строуд стала идти в дальний конец коридора.       Драко следовал за ней, стараясь не наорать на неё. Если она что-то знала, то нужно действовать аккуратно. Они остановились у окна. Целительница развернулась и опёрлась на подоконник.       — Вы здесь из-за мисс Грейнджер?       — Да, — сухо ответил слизеринец.       Строуд улыбнулась. Ей доставляло удовольствие знать тайну, из-за этого она была ценнее, чем есть на самом деле.       — Ну, я слышала, что она подписала бумаги о переводе на домашнее лечение.       — Адрес.       — Этого, к сожалению, я не знаю, — пожала плечами девушка.       Драко задумчиво всматривался в лицо Целительницы, думая, врёт ли она ему. Но ничего не сказал. Просто развернулся и ушёл.       С каждым шагом он удалялся от госпиталя. Что делать дальше? Где искать? Круг общения Грейнджер был ему известен, но непонятно, скажет ли кто-нибудь ему адрес.

***

      Как только Гермиона осталась одна, её мозг усиленно заработал.       С обезболивающим зельем она выиграет время, чтобы добраться до дома. Там возьмёт пару склянок из личных запасов. Оставался лишь один вопрос: где взять порт-ключ? Гарри вряд ли согласится отпустить её одну в таком состоянии. Оставался лишь один вариант. В Лютном переулке было очень много незаконных торговцев, поэтому она направится туда. Но нужно замаскироваться. Её лицо было слишком узнаваемым, вряд ли захотят сотрудничать с Героиней Войны.       Теперь осталось только незаметно выскользнуть из Мунго. Скоро должен был быть обед. Обычно на посту остаётся Дежурный Целитель, Гермиона это знала точно. Но часто этим пренебрегали, и пост оставался пустым.       Выждав ещё несколько минут, она встала с кровати, с удовлетворением отмечая, что рука не беспокоит — зелье действовало. Немного приоткрыв дверь, она выглянула в коридор, там стояла тишина. На посту никого не было. Поблагодарив про себя Мерлина за такое везение, она тихо двинулась к выходу. Грейнджер повезло, что её палочку не забрали на хранение, поэтому дойдя до лестницы, которая вела к чёрному выходу, она трансфигурировала свою больничную сорочку в удобный спортивный костюм.       Оглядываясь по сторонам, девушка двинулась дальше. Чёрный выход вёл прямиком в переулок, в котором можно беспрепятственно аппарировать и не быть при этом замеченным. Гермиона остановилась, ещё раз оглянулась и представила свой дом. Через секунду она исчезла.       Приземление на лужайке было жёстким. Даже под действием зелья её рука всё равно плохо слушалась, хоть боль и не ощущалась. Поэтому при аппарации она не удержалась на ногах и упала прямо на бедро, больно стукнувшись об выпирающий камень.       Гермиона поднялась, потирая ушибленное место и направилась в дом.       Взять с собой нужно было минимум. Только самое необходимое. На секунду она замерла. Её будут искать. Как только заметят пропажу, то сразу же доложат Гарри, а тот перевернёт всё вверх дном. Поэтому времени было мало. Девушка быстро поднялась на второй этаж и в спальне достала из гардероба свою сумочку, которая была под заклинанием незримого расширения. Открыв стол она кинула пару склянок с обезболивающим зельем, достала из заначки пару мешочков в галлеонами. Она знала, что незаконные торговцы много берут, поэтому нужно иметь сумму прозапас. Потом сложила пару футболок и к ним джинсы. Если задержится, то нужно иметь на смену одежду. Сверху она накинула мантию с капюшоном, чтобы скрыть лицо. Волосы собрала в тугой пучок, чтобы они не выбивались.       Грейнджер встала посреди комнаты и огляделась, думая, что могла забыть.       Подумав, решила написать записку. Если её начнут искать, то начнут с дома. Поэтому она просто напишет, что всё хорошо и скоро вернётся.       Закончив со всеми делами, она положила записку на кофейный столик внизу и подошла к камину. Зачерпнув летучего пороха, встала внутрь и произнесла адрес забегаловки в Лютном переулке. В зелёном пламени она исчезла.       Камин выбросил её в зал, где пахло отвратительным пойлом. Посильнее натянув капюшон, она пошла к выходу. Иногда в поле её зрения попадали столики: за ними сидели не самого приятного вида волшебники. Один, ухмыляясь почти беззубым ртом, хватал за задницу молоденькую официантку, отпуская похабные словечки. За другим столом сидела компания стариков, которые играли в магические шахматы. Когда соперник разбивал фигуру другого, то слышался отборный мат и доставались палочки.       Гермиона поёжилась от этого зрелища и вышла в переулок. Она не знала наверняка куда идти. Обычно она не занималась такими вещами, но этот случай был особенным. Время поджимало, и она ускорила шаг.       Девушка направилась в Горбин и Бэркс, надеясь, что там помогут.       Когда она зашла, звякнул колокольчик, и старый волшебник за прилавком поднял взгляд.       — Добро пожаловать в Горбин и Бэркс!       — Здравствуйте. Мне нужен порт-ключ, — произнесла Гермиона, стараясь, чтобы её голос звучал как можно грубее.       Продавец прищурился, словно пытался разглядеть, кто скрывается под капюшоном, но решив оставить своё любопытство неудовлетворённым, произнёс:       — Это займёт время и стоит уйму галлеонов.       Грейнджер полезла в свою сумочку и достала увесистый мешочек с галлеонами. Бросив на прилавок, она сказала:       — Этого хватит?       Старик расплылся в улыбке, демонстрируя свои полугнилые жёлтые зубы. От этого зрелища стало неприятно. Гермиона заметила, как он кинул мимолётный взгляд на её левую руку и, будто удостоверившись в чём-то, спросил:       — Конечно, мисс...?       Старик вопросительно на неё смотрел, в ожидании ответа. Грейнджер замялась. Называть настоящее имя было нельзя.       — Кристалл.       В памяти всплыло имя, которым она представлялась егерям. Это был самый страшный день в её жизни. Она очень боялась за жизнь друзей. Ей удалось кинуть в Гарри Жалящее заклинания, но внешность Рона и собственную не удалось скрыть. Именно тогда она увидела страх и сомнения на лице Драко. Он не выдал их, хотя прекрасно знал лица.       — Мисс Кристалл, какой пункт назначения?       — Австралия. Город Ньюкасл. Мне нужно как можно скорее, — вынырнув из воспоминаний ответила Гермиона.       — За срочность нужно доплатить, — губы старика растянулись в улыбке. Он почувствовал запах наживы. На этом заказе можно здорово разбогатеть.       — Сколько? — сквозь губы процедила Грейнджер.       — Половина суммы.       Гермиона открыла рот в удивлении, но спорить не было времени. Поэтому просто достала ещё один мешочек, отсыпав половину из него.       — С вами приятно работать. Заказ будет готов в течении получаса, — сказав это, он ушёл в подсобку, которая была за его спиной.       Гермиона стала оглядываться. В помещении было куча всего. Всякие старинные вещи, много артефактов, которые лежали под стеклом. Некоторые её пугали. От них прям несло чёрной магией.       Она помнила это место. Именно здесь Малфой чинил Исчезательный шкаф, с помощью которого Пожиратели пробрались в Хогвартс. Именно в тот день она с друзьями заметила его здесь, и было решено проследить. То, что здесь происходило, было непонятно. Но они подозревали, что именного тогда Драко получил метку, став молодым Пожирателем Смерти.       Гермиона уже успела узнать слизеринца поближе и видела, как он изменился. Может быть, жалел о своём решении. Но, по слухам, он просто защищал свою семью. Она его понимала. Ведь сейчас Гермиона нарушала закон, обращаясь за незаконным порт-ключом, чтобы убедиться в безопасности родителей. Что будет потом — неважно. У неё не было плана. Она не знала, что сделает, если им угрожала опасность. Гермиона не могла просто схватить их и аппарировать. Для них она чужой человек.       Время текло очень медленно, заставляя девушку нервничать. Поступает ли она правильно, не поставив никого в известность? Она стала измерять шагами магазин. Чтобы успокоиться, Гермиона считала каждый шаг. На семьсот пятом она остановилась. Дверь подсобки открылась. Старик вышел и положил на прилавок вычурный медальон.       — Вот. Он активируется в шесть вечера. У вас есть полчаса, чтобы найти место.       Кивнув, девушка взяла порт-ключ и вышла из лавки.       Гермиона шла по переулку и чувствовала подступающую панику. Руку грел медальон, который поможет ей, но на душе скребли кошки. Может, стоило попросить о помощи Гарри? Или Драко?       От мыслей о Малфое её сердце застучало сильнее. Но подсознание упорно твердило только одно: «Всё произошло только из-за тебя». Если бы она держала себя в руках, то всё было бы в порядке.       Гермиона тряхнула головой, пытаясь унять поток размышлений, заставлявших погружаться ещё глубже в проблемы. В этом виновата только она сама. Слишком расслабилась. Она даже не смогла их надёжно спрятать. Как только вернётся из Австралии, она должна проверить каждого на причастность того, кто мог проболтаться.       В предательство друзей мало верилось. Но вот Лаванда могла разболтать, она всегда плохо относилась к ней. Рон иногда не держал язык за зубами.       Гермиона подошла к знакомой стене и, постучав комбинацию по кирпичикам, прошла сквозь открывшийся проход. Она попала в магловскую часть Лондона. В запасе оставалось пятнадцать минут. Как раз хватит, чтобы найти безлюдный переулок.       Мимо проносились люди: некоторые с счастливой улыбкой, некоторые задумчивые, кто-то хмуро смотрел на всех из-подлобья, но все были разные, они выражали эмоции.       Гермиона шла с отстранённым выражением лица, погружённая в свои мысли.       Наконец, дойдя до нужного переулка, она взглянула на ручные часы — оставалось пару минут.       Секунды тянулись, словно резиновые. Девушка переминалась с ноги на ногу и ждала заветного часа. По сути, у неё и не было никакого плана. Где ей всё это время жить? Она даже не обменяла волшебные галлеоны на обычные магловские деньги.       Кулон в её руке завибрировал ровно в шесть. Она приготовилась и исчезла.