Часть 10. Экзамен.

      Люмин ненавязчиво прикрывала Тоню собой, когда они спускались по крутой лестнице в зрительный зал, против движения толпы, которая этот зал покидала. Тоня не понимала, почему Люмин её подгоняет, а та ссылается на свои бурные впечатления и неосязаемое желание как можно скорее их выразить столь замечательной Дэйю. Тоня смеётся и согласно кивает. Ускоряет шаг и всё размахивает руками, что-то без конца рассказывая о сцене, о костюмах, о том, как увидела эту пьесу впервые. Люмин без зла кляла девушку за излишнюю жестикуляцию и всё время оглядывалась. - Здесь гримерка, значит? – Люмин спросила, когда они остановились у двери за сценой. Тоня кивнула, положив на её ручку ладонь. – Я тут внезапно увидела своих одногруппников, - внезапно заявила Люмин, выглядя взбудораженной и немного нервно. Тоня насторожилась. – Я удивлена, что они заинтересованы в театре. Не против, если я быстренько сбегаю к ним и обратно? Дорогу я запомнила – Люмин пыталась всеми силами не выражать больше эмоций, пока все её чувства обострились и что-то угрожающее жалило спину. Тоня неопределенно пожала плечами, но коротко улыбнулась. - Потом перескажешь их впечатления, - она решила не вдаваться в расспросы и просто исчезла за той самой дверью.       Лицо Люмин резко теряет даже саму тень улыбки. Девушка резко разворачивается, движется за толпой, перед глазами рябит множеством чужих затылков и плеч. Шум чужих голосов, запах цветов и воска свеч, всё путается, но Люмин ищет только один – запаха солнца Ли Юэ, увядающего под стужей Снежной. Она так хорошо запомнила его, что даже сейчас, иногда, он ложно резался ей в нос. Хотя нет… Не ложно.       Люмин выставляет руку вперёд и удерживает кого-то, упершись ладонью ему в плечо. Губы тянутся к чужому уху, знакомым запахом пахнут рыжие волосы. - Ты сейчас слишком раздражён, чтобы говорить с ней, - тихо говорит Аяксу Люмин, не отпуская его плеча.       Парень не отмахивает от её рук и даже не двигается с места, обдумывая её слова, парализованный неожиданностью соприкосновения и звучаниям тихого женского тембра у своего уха. - Я не раздражён, - спорит, как-то противореча грубостью, с которой говорит. А потом, будто действительно, только услышав, как звучат его слова, тихо выдохнул. Люмин ухмыльнулась, почувствовав, как его плечи опустились, и Аякс отстранился, заглянув девушке в лицо грустной синевой глаз. – Ладно, немного-таки раздражён….       Люмин понимающе смотрела в ответ, но непреклонно преграждала ему путь. Зал почти опустел. Шумели только уборщики и некоторые группки аристократии, увлеченные обсуждением пьесы, что потом переходило в обсуждение светских дел. - Ты тоже её обманывал, - спокойно говорит ему, без осуждения или чего-либо ещё. Просто констатируя действительность. - Да… - он покорно не отрицал, отрешенно отведя взгляд. Грустные синие глаза стали холодными и стеклянными. Люмин с интересом наблюдала за их метаморфозами, но объяснить их себе не смогла. - Жди здесь, - сказала она ему, снова привлекая к себе внимание. Аякс немного изумился осторожному участию Люмин и поэтому окликнул ей, когда она развернулась к нему спиной, чтобы уйти: - Как ты?       Люмин остановилась, её плечи чуть дёрнулись, словно вопрос попал девушке между лопаток. Люмин посмотрела на парня через плечо, увидев, как в грустной синеве бликами отражается свет сцены. - Не думаю, что это так важно, - кротко отрезает и уходит объяснять Тоне, почему "одногруппники Люмин" резко оказались братом девушки, который хочет с ней поговорить.

***

      Эту ночь Люмин тоже спала плохо. Её мучила агония ночных кошмаров и девушка с силой закусывала конец одеяла, чтобы не всхлипывать и не разбудить уставшую после спектакля Дэйю. А утром девушку ожидал первый в её жизни экзамен. Люмин надеялась вчера отдохнуть в театре, что сможет нормально уснуть. Но этого не произошло. Рано утром собралась даже без желания позавтракать, отвечая Дэйю короткими шаблонными фразами. - Выглядишь помято, - заметила Дэйю, завязывая на себе манто. - Угу, - Люмин будто и не слышала вопроса, стоя перед зеркалом на внутренней стороне открытой дверцы шкафа, закалывая волосы.       Дэйю понимающе сжала губы и не стала больше пытаться начать разговор. Люмин стала ей ближе за вчерашний вечер больше, чем за месяц жизни вместе. Как истинная актриса, Дэйю была счастлива видеть эти горящие глаза и слышать, как у Люмин запутываются слова, пока она пытается сложить их в целесообразное предложение. Девушка смотрела на Дэйю с таким трепетом, будто до сих пор видела главную героиню пьесы перед собой. А Дэйю, в свою очередь, от изумления не смогла сказать ни слова, лишь широко улыбаясь, а потом нежно обняла свою соседку.       И вот сейчас эти сияющие глаза, отчего-то, потухли. Дэйю предположила, что это из-за экзаменов.       Подойдя аккуратно к соседке, когда та всë также стояла перед зеркалом, Дэйю мягко положила ей руки на плечи, став со спины, чтобы Люмин видела рядом со своим отражением доброе лицо Дэйю. - У тебя всё получится, не переживай, - сжимает её плечи пальцами и уходит, закрыв за собой дверь. Лишь секундно уголок губы Люмин дёргается в полуулыбке, а потом она осязает своё одиночество в пустой комнате, как будто снова тонет, и даже красные нити не держат её за поверхность.

***

      Миниатюрная девушка, кутаясь в плащ, бежала по толстому слою снега, выпуская пар изо рта, сетуя на то, что в этом обличье не могла летать, а представляться маленькой и неловкой перед ним ей не позволяло это жгущее вязкое чувство внутри.       Когда она видит его фигуру у снежного леса, девушка падает на колени, капюшон слетает с её головы и пепельного цвета пряди недлинных густых волос нещадно треплет ветер. - К чему такая спешка, Паймон? – Итэр не оборачивается к ней, а только прислушивается к звукам леса, будто чего-то ждёт. - Они дали приказ адепту забрать Люмин обратно и отправили меня с ним, - запыхавшись, Паймон пыталась пересилить своё тяжелое дыхание и говорить разборчиво, упёршись ладонями, обтянутыми в тёмно-малинового цвета перчатки, в снег. – Сказали, что на её условиях, но… - Паймон жадно втягивает колючий морозный воздух через нос, чувствуя, как больно он проталкивается по её горлу. – Но разве это похоже на мирные переговоры, если этот адепт…       Итэр, пальцами поправляя на себе воротник черного пальто с золотистыми вставками, чуть обернулся через плечо к Паймон: - Где он?       Паймон вздрогнула от тяжёлого звучания мужского голоса и изумленно уставилась на парня, приоткрыв рот. Ей казалось, что она не так уж и давно видела его последний раз в Фонтейне. Но теперь образ Итэра словно слился со Снежной. Парень казался взрослее за счёт распущенных длинных золотистых волос, обрамляющих худое лицо с высокими скулами. Осунулся от усталости, но всё также непоколебим. Когда тишина затянулась, Паймон вспомнила, что должна ответить на вопрос. - Отправил меня на переговоры и сказал, что, если не получится, я должна назвать его имя и он, якобы, возьмёт ситуацию в свои руки, - спохватившись выпалила Паймон, но, когда заметила, что Итэр оставался всё также спокоен, позволила и себе немного расслабиться. – Совсем извёл меня своим угрюмым глупым характером этот блабладепт. Несговорчивый абсолютно! Как Паймон не пыталась установить с ним контакт, он всё нос воротит: «Ты слишком шумная, уймись», пха. – Девушка фыркнула, скрещивая руки на груди. - Значит, - после некоторых раздумий в которых Итэр, казалось бы, вовсе не слышал, о чём говорит Паймон, он сказал: - Помоги адепту забрать Люмин.       Паймон опешила, сразу забыв о всех своих возмущениях, шатаясь она поднялась на ноги, нервно сжимая пальцы рук и разжимая: - Но как же… Они ведь…! – она запиналась от непонимания принятия такого решения. Как-никак, проведя некоторое время вместе, девушка привязалась к Люмин и даже ей было бы не по себе наблюдать, как ту снова поддадут манипуляциям. - Пусть она получше узнает, как жесток этот мир, - объяснил Итэр, прерывая пререкания. – И тогда она пойдёт за мной без сожалений. – Разворачивается к Паймон, глядя ей в глаза решительно, прожигая проницательностью золотистых радужек и Паймон теряется, у неё сбивается дыхание, и девушка тупит взгляд вниз, пятясь. - К-как скажешь… - Она быстро разворачивается и убегает, мучительно застревая красивыми сапожками, под цвет перчаток, в снегу. Лицо Паймон рдеет, пока перед глазами снова и снова мелькает этот взгляд, а в ушах звучит голос.       Итэр провожает её взглядом несколько секунд, а потом снова отворачивается к лесу, тяжело вздыхает и ждёт.

***

      Процессия первокурсников, возглавляемая главным наставником, Шестым Предвестником и куратором группы, стремительно двигалась к лесу. На курсантах были белые комбинезоны с серебристыми узорами – теми же, что и на лезвиях их оружия. Эти узоры блекло светились, когда защелкиваешь пояс на комбинезоне. Это была специальная система, которая считала урон, нанесенный оружием одного участника другому, поэтому бить по участку тела, не защищенному комбинезоном, – запрещено, то есть, по голове, потому что, пальцы покрывали перчатки, а ноги — ботинки с теми же узорами.       Экзамен заключался в том, чтобы самостоятельно сориентироваться в лесу и самостоятельно пройти путь из точки А в точку Б, по пути сражаясь друг с другом и с вероятными другими преградами в лице несложноуровневых чудовищах леса. Люмин была даже излишне сосредоточена, поэтому сначала и не заметила, что, когда её последней отправляли в лес, Скарамуш вручил ей её меч и слегка сжал руку. Люмин сразу же взметнула к нему настороженный взгляд. Скарамуш фыркнул, но усмехнулся уголком губ: - В тебе есть потенциал, поэтому, будь любезна, не облажайся, - он отпустил её руку и отступил. – Горю желанием ещё поизмываться над тобой во время обучения. – Тихо бросил напоследок, разворачиваясь и уходя. Низкий, в этой своей черной шубке и шапке, покрывающей уши.       Люмин сжала губы. Она не боялась этого экзамена и знала, что пройти через какой-то там лес не составит ей труда. Учитывая то, что она восстановила свои силы и хорошо владела телом и без элементальных способностей. Просто от соперничества стало тошно. Сражаться, чтобы кому-то что-то доказать… Не для неё. Изнуренная отсутствием здорового сна, она чувствовала, как покалывают её руки, словно затекли и голова немного ватная.       Но взяв себя в руки, Люмин взошла на свою тропу и её тонкий стан скрыли заснеженные ветви кустарников и густых сосен. В лесу оказалось совсем тихо. От снега здесь казалось светлее, чем обычно. Да и им объяснили, что этот экзамен проводят в этом месяце специально потому, что заканчивается период полярных ночей и, наконец, тьму прорезает нежное солнце, которое хоть и не греет физически, но однозначно имеет психологическое воздействие.       Снег, покрытый легкой корочкой льда, хрустит и Люмин сетует на то, что противник сможет легко услышать её и поэтому чаще засматривается на деревья, грустно ностальгируя за планером, но всё равно решает вскарабкаться, хотя бы для того, чтобы осмотреться. Взобравшись не очень высоко, Люмин достаёт карту и внимательно сверяет те тропинки, которые внезапно появились в поле зрения с нарисованными и пытается рассчитать план своих дальнейших действий. Она видит точку, с которой начала свой путь и понимает, что двигаться нужно с юга на север. Отмечает точки, где для них установили смену экипировки. Если та каким-то образом потерялась или пришла в негодность. И уже готова слезть, как чувствует, что внизу что-то скребется. Маленькое снежное чудовище, похожее на хиличурла с крио стрелами, только без стрел. Оно ползает на четвереньках и облизывается, глядя на девушку. Люмин окинула его равнодушным взглядом, хмыкнув, и достала из-за спины меч, который крепила к маленькому рюкзачку. - Какое забытое чувство… - тихо шепчет, принимая более устойчивое положение на ветке, и лёгким, изящным кувырком спрыгивая с неё, приземляется лезвием о чудовище, а потом мягко спуская ноги, оказавшись на снегу, овитая прахом пораженного тела чудовища. Искристые лоскутки тела растаяли в воздухе и Люмин выровнялась, замечая, как засветились узоры на её комбинезоне и оружии.       Какое-то время она шла по тропинке, не натыкаясь ни на кого страшнее, предыдущего монстра, делая вывод, что за самых сложных соперников здесь представлены сами курсанты друг для друга. Люмин пыталась игнорировать то, как ноют её мышцы, немного устав за изнурительное утро, и грызла яблоко по дороге в попытках хотя бы немного восстановить силы. Так она вышла на полянку, где расхаживали двое хиличурлов с крио щитами. Люмин притаилась за стволом сосны, выжидая, не появится ли кто ещё. Но продолжительное время, кроме этих двоих, никто не попадался ей в поле зрения. Люмин понимала, что провести стремительную атаку не позволит снег, поэтому снова принялась карабкаться, уже не переживая, что привлечет внимание хиличурлов – заманить их поближе ей даже выгоднее. Так и произошло. С веток посыпался снег и хиличурлы, с противным вскриком, побежали к дереву. Люмин проделала тот же кувырок, лезвием вцепляясь в щит одного хиличурла и вырывая его из рук, ногой бьёт этого же монстра по голове, пока тот не пятится к дереву и падает, стукнувшись об ствол так, что его мерзкое тело покрывает снегом с веток. С силой наступая на щит и пытаясь достать из него меч, девушка освобождает лезвие лишь на пару сантиметров.       Раздраженная, она с силой взмахивает и разбивает этот, треснувший, щит о щит другого хиличурла. Без размаха теперь всадить меч и также избавить защиты второго монстра у девушки не получится, поэтому она решается проделать хорошо oттpeниpoвaнный маневр. Большей уверенности Люмин придаёт тот факт, что не могут быть хиличурлы умнее её одногруппников. Выпад, разворот через плечо и лезвие прямо между лопаток, уже развивающемуся по ветру хиличурлу, что лишь успевает истошно закричать от боли, брызжа слюной. Люмин быстро передвигается и всаживает лезвие в кучу снега, под которой был погребён первый её противник, ещё не оправившийся от удара головой.       Девушка выдыхает, оттряхивая лезвие одним точным взмахом, будто оно было испачкано в крови, и смотрит на заснеженную поляну. Снова нужно было искать тропинку, ориентируясь по мху на соснах. Люмин отряхивается от снега и продолжает путь, корчась от перспективы, что нужно будет засунуть ноги по колени в холодную плотную субстанцию, которая кусает мерзким холодом через одежду и от непривычки заставляет вздрогнуть. Жаль, что от этого комбинезон не защищает, хотя для лезвия ткань действительно неуязвима.       Лес был всё также тих, порхали небольшими кучками светлячки. Чем глубже Люмин заходила, тем больше странностей обнаруживала. Например, сейчас вместо солнца ей освещали путь маленькие кристаллические сферы, которые, как млечный путь, простилались по линиям ветра, словно очерчивая его. От их синего свечения атмосфера среди деревьев и диких кустарников становилась особенной. Не будь это соревнованием, Люмин была бы рада упасть спиной в пресловутый снег и с широко открытыми глазами смотреть на глубокий омут неба, к которому стремятся верхушки сосен и упиваться танцем кристаллических, словно созидаемых льдом и осколками звёзд - сфер.       Мир потерял краски, когда внутри Люмин что-то истошно закричало, и она развернулась, видя, как лезвие стремится угодить ей между лопаток. Девушка уворачивается и становится в защитную стойку, держа противника в поле зрения и параллельно пытаясь вычислить, как тому удалось так беззвучно приблизиться. Люмин щурится в блеклой синеве сфер, не сразу идентифицируя человека перед ней, а потом замечает дорожку талого снега и изумляется. Перед ней была её одногруппница.       Та самая, которая вместе со своей несмышлёной подругой покупали артефакты. Та, которая не вступилась и отвела взгляд. Промолчала и даже не поддержала. Катрин. Всем своим внешним видом Катрин похожа на кошку. Даже манера ведения боя у неё похожая, но оттого она не становится более опасной. Просто, как некая особенность владения телом. Люмин замечает на сапожках Катрин браслеты с красными камнями и догадывается о причине растаявшего снега и бесшумного нападения. - Это было умно, но нечестно, - будто не особо впечатленная произошедшим, комментирует Люмин, внимательно следя за чужим оружием. В отличии от Катрин, в передвижении Люмин была более скованной. – Ты думаешь, тебя за это по головке погладят? - Это уже мои проблемы, - отзывается соперница, и Люмин осознает, что впервые её голос обращен к девушке. – Мне просто интересно, что ты такое, таинственная одногруппница, которая держится от группы особняком, ничего о себе не рассказывает и дружит с Предвестниками. – Катрин говорила раздраженно. – Мне тоже есть, что предъявить комиссии.       Люмин вздрогнула. Так их с Аяксом тогда…. - Прости меня за это, - Катрин стала быстро приближаться. Снег под её ногами таял, придавая движениям больше скорости. Люмин напряглась, но не паниковала, всё выжидая. А потом, когда Катрин приблизилась, замахиваясь для удара, Люмин увернулась, подбирая лезвием меча щит, отлетевший из рук пораженного хиличурла, и позволяя мечу Катрин застрять в противной крио материи вместе с её собственным. Не ожидавшая подобного Катрин закряхтела в борьбе за оружие, но Люмин не уступала. Обе прожигали друг друга настороженным взглядом, им пытаясь проникнуть в сознание друг друга и предсказать дальнейшие действия конкурента. Люмин выставляет резко ногу, натягивая меч на себя, заставляя Катрин потянуться за её движением, бессознательно и по инерции. Действовать нужно было быстро, пока Катрин этого не ожидала. Переставляет вторую ногу так, чтобы дёрнуть двумя руками и перебросить тело соперницы через спину на снег. Катрин упирается ногами в пресловутый щит, артефакты на сапожках светятся, и тот тает, освобождая оружия обеих девушек. Люмин бьёт, но Катрин откатывается и обе они отскакивают друг от друга.       Обе тяжело дышат и смотрят друг другу в глаза. Катрин усмехается, крепче сжав рукоять оружия. Люмин хмыкает и готовится защищаться. Соперница снова быстро перемещается, маневрируя оружием, Люмин не пропускает ни единого взмаха. И как только лезвия должны соприкоснуться обеих девушек откидывает непонятная сила, появившаяся между ними. Люмин оттряхивается от снега, приподымаясь на локтях и ужасается увиденному. Такого монстра тут точно быть не должно. Одним мечом его не победить. - Что это? – Испуганно кричит Катрин с другой стороны поляны, видимо, впервые видя это существо вживую. - Крио маг бездны, - Люмин подымается на ноги и внимательно следит за ехидно смеющимся монстром, небольших размеров, в синей шубке со странными этническими узорами. Его маленькие ножки не касаются земли. Вся фигура заключена в защитную прозрачную сферу. - Такого же…. – Катрин продолжает спорить с воздухом, потому что Люмин точно не могла ответить на её вопросы или возмущения. - Ага, - не зная даже, как звучит полная фраза одногруппницы, Люмин предсказывает её содержимое и соглашается, утирая рот рукавом комбинезона.       Маг выбирает себе первой жертвой именно Катрин, то ли из-за её болтливости, то ли по другим каким-то причинами, но та едва успевает уворачиваться от летящих в неё льдин, не в силах даже приблизиться к сопернику. Девушка убегает, скрываясь где-то среди деревьев, маг истошно хохочет.       Люмин, полная омерзения к текущей ситуации, хватается за меч и дорожками, где её одногруппница растопила снег, приближается к магу, аккуратно маневрируя между падающих, материализовавшихся из воздуха, льдин. Её меч ударяет по щиту, но, как и ожидалось не производит должного эффекта. Из этого девушка сделала вывод, что ей тоже, скорей всего, придётся бежать. Но уворачиваться и думать о нужном пути вряд ли получится. А позовёт ли кого-нибудь на помощь Катрин – загадка. Люмин думала бежать по следам талого снега, но неожиданно таковых не оказалось. Внезапная мысль приходит девушке в голову, и Люмин сосредоточено быстро водит взглядом по заснеженной поляне, пока не замечает как блестят в стороне маленькие красные камешки порванных браслетов, которые слетели с ботинок Катрин, когда девушек друг от друга отбросил по сторонам резкий взрыв энергии. Люмин ловко подбирает их и наматывает на рукоять меча. Ничего не подозревающий маг всё хохочет, а Люмин готовится теперь не защищаться, а нападать.