Часть 6

— Минни? — спрашиваешь ты хриплым голосом. Парень стоит в проходе, не торопясь делать шаг внутрь, смотрит на тебя с болью в глазах и просто спрашивает: — Ты мной пользовалась, чтобы быть с ним? — Нет, Минни, я!... — ты подскакиваешь, хотя сил вроде бы не было ещё несколько секунд назад, тянешь руку к блондину, но он уже сбегает, закрываясь у себя и хлопая дверью с диким грохотом. Тебе как-будто под дых врезали, когда младший долбанул дверью. Каким бы Джимин ни был в постели, он всё ещё оставался твоим давним другом, и ты прекрасно слышала его жаркое "люблю" во время ваших совместных ночей. Старалась не обращать внимания, но понимала: рано или поздно ты своими действиями разобьёшь одно несчастное сердце. У Джимина хоть и свои методы демонстрации чувств, он не виноват, что они такие болезненные. Ты почувствовала себя тварью. Минни ведь был прав. Сначала ты использовала его, потому что понравился секс, а затем, когда неприятные ощущения перевесили приятные, продолжала оставаться с блондином, ожидая Чимина, провоцируя его хоть на что-то, пытаясь заменить образ одного близнеца на другого, потому что так было легче. "Сучка ты, Т/и", — говоришь мысленно себе и горько усмехаешься, глядя в потолок. Ещё недавно на него смотрел старший Пак, захлебываясь в одиночестве и бессилии, а теперь ты. Однако Чимин не даёт этим чувствам захватить тебя полностью. Он появляется в самый подходящий момент и тянет тебя в ванную, даже на руках своих несёт, словно принцессу. Ощущение тёплой воды согревает. Присутствие шатена успокаивает. Но мысли, терзающие тебя, не дают покоя. — Чимин, что с тобой вдруг случилось? — спрашиваешь ты, не выдерживая. Кладёшь голову на край ванной, заглядывая удивлённому парню в глаза, пока он сидит на полу рядом. — Ты о чём? — недоумевает Чимин. — Ты никогда не был таким... ммм, — задумываешься, сминаешь губы, подбирая слова, — ...внимательным? нежным? Шатен моргает пару секунд, думая, что же ответить, а потом отводит смущённый взгляд и наощупь находит твою ладонь, что лежит на бортике. Вплетает пальцы в твои аккуратно и поглаживает, стараясь сказать то, что давно должен был. Только вот гордость и накопленное годами отторжение не дают. Чимин просто молчит, и ты бы хотела без слов прочитать его ответ, но страшно придумывать себе ложные фантазии. Чтобы потом не разочароваться. — Чимин, ответь мне. — Я всегда таким был, — резко отвечает Пак. — Просто не с тобой. В груди колет. Ревность, возникшая из ниоткуда, пронизывает тебя, заставляя нервно поёрзать. Внутри разрастается неприятное чувство беспокойства, но Чимин продолжает: — Точнее... не с тобой реальной. В моих снах... я... — старший пунцовеет на глазах, что аж даже прикрывает свободной рукой лицо, и мотает головой отрицательно. — Просто забей! Тебе ещё надо раны обработать и... помыться. Справишься с последним? Чимин оборачивается к тебе, ожидая согласного кивка, а затем вдруг подрывается с места и с нервным "Вот и славно" уходит. Оставляя тебя с кучей вопросов и чувством вины перед двумя братьями. Тут уж без помощи не обойдётся. Желательно психиатра, но для начала сойдёт и подруга. Потому ты смываешь с себя всю грязь и следы сексуальных связей и стараешься покинуть квартиру парней как можно более незаметно. Останавливаешься на пороге, глядя в пустоту коридора виноватым взглядом, и чувство возникает такое, будто это прощание. На самом деле, ты об этом и думаешь, покидая жильё Паков. Если ты приносишь им только страдания, то какой смысл и дальше мучить парней? "Никакого", — думаешь ты, прикрывая дверь, и два брата в своих комнатах дёргаются, услышав отголосок закрывающейся щеколды. Она в квартире одна такая, ни с чем не спутаешь. Встречаются оба Пака в коридоре, столкнувшись друг с другом удивлёнными взглядами. — Ушла? — спрашивает блондин, а старший поджимает губы. — Значит, не ты её довёл. — Не я, конечно. Да я бы ей ни за что!... — "не причинил вреда" так и не слетает с губ младшего, хотя оба парня знают, что Джимин хотел сказать. И во взгляде Чимина видно осуждающее "Не ври". — Я не специально, я думал, ей нравится... Блондин отпускает голову вниз и, кажется, чуть ли не плачет, а его близнец с тяжёлым вздохом подходит, положив брату руку на плечо в подбадривающем жесте. — Если отец бил мать, то это не значит, что это норма, Минни, — твёрдо говорит шатен. — Все следы на Т/и причиняют ей боль. И если ты не можешь контролировать себя, то ты слабак. — Хён... — Что? — Ты ведь её тоже любишь? — Джимин поднимает свой жалобный взгляд на старшего и обхватывает себя руками от прохлады. После душа он так и не оделся, а холодный тон Чимина понижает градус в воздухе ещё сильнее. Страх охватывает младшего Пака. Ведь, если шатен ответит положительно... — Нет, Минни, я не люблю её. "Но зато она тебя любит", — думает Джимин с грустью и нерешительно предлагает: — Давай тогда... давай притворимся друг другом. Я обещаю больше не причинять ей вреда. Честно. Взгляд у младшего такой умоляющий, что Чимин не выдерживает. Свои чувства ему признать тяжело, но ещё тяжелее отобрать у Минни самое желаемое. Тем более, если сам старший боится быть с тобой. Боится, что не способен сделать кого-то счастливым. Сделать счастливой тебя. Он не простит себе, если испортит твою жизнь своим характером и образом жизни, и поэтому... — Согласен...