Глава 13. Прощание
30 января 2025, 21:30***
Леви
Встреча в городе. Я перехватил Микасу рвущуюся за повозкой с Эреном и Хисторией. — Не вздумай! Мы отходим! — Эрен! — прокричала она. — Микаса, сейчас мы не сможем их забрать — нас всех просто перебьют, но мы спасём их. Она перестала рваться вперёд и спрятала лезвия. — Леви! Капитан Леви! — я повернулся, ко мне бежал старик дворецкий из дома Йорков. Он махал мне рукой, его лицо источало обеспокоенность. Но, не ловушка ли это? Я стал оглядываться по сторонам. Не хватало здесь ещё военной полиции. — Микаса, мне надо с ним поговорить. Осмотритесь по сторонам, чтобы это была не засада. Она махнула головой и взмыла на крышу. — Господин, Леви! — старик был уже возле меня. — Что случилось? — Шиа и Луна, просили передать вам сообщение, — он согнулся, чтобы отдышаться, — Простите меня, я долго бежал, старость не радость. — Слушайте, я всё понимаю, но на нас идёт охота, я не могу долго здесь находиться. — Простите. Они передают, что они не сбегали, Эрвина надо спрятать, ему грозит виселица, а весь разведкорпус хотят ликвидировать. Вот! Всё это мы уже знали, только насчёт побега были не уверены. Я не мог не спросить про них. — Как они? С ними всё хорошо? — Господин, Леви. Они живы и здоровы, но заперты в собственном доме. Прошу вас, освободите их, они в плену собственного отца! Это моя мольба к вам, — он сложил руки в замок перед собой. Чёрт, я теряю сейчас своих людей быстрее, чем при вылазке за стены. Я не мог разорваться, спасения ждал Эрен с Хисторией и Эрвин. Благо близняшки дома, и вряд ли их папаша причинит им боль. Но, как только мы закончим здесь, то заберём их. Пока этот урод не перепрятал их в другом месте. — Слушайте меня внимательно! — я наклонился к дворецкому, — Как только мы закончим дела здесь, я лично приду за ними! Ваша задача — следить за близняшками, если Эрнст захочет их перепрятать, то вы должны знать куда, понятно? — Да, я вас понял, — он поклонился. — Мне пора. Не светитесь лишний раз возле разведчиков, — с этими словами я взмыл на крышу. Надо отступать в укрытие, пока нас не обнаружили. По дороге назад меня съедало чувство тревоги. Что если я сейчас потеряю всё, что мне дорого? Нет! Этому не бывать, пока я жив. Никакие людишки мне не помеха, я перебью каждого вставшего на моём пути!***
Шиа
Разбудил нас грохот проклятой двери. Мы резко подорвались с сестрой, жмурясь от света. — Доброе утро, девочки, — внутрь зашёл отец, а за ним служанка с подносом еды. — Доброе утро, папа. А сколько сейчас времени? — спросила Луна. — Шесть утра. Мне надо срочно возвращаться в город. Командующего мы задержали быстро и без проблем, но вот его знаменитый 104 отряд успел сбежать. В душе я ликовала, хоть кто-то из них смог скрыться от военной полиции. — Но, ничего страшного, на их поимку брошены все наши силы и ещё дополнительные. — Что за дополнительные силы? — решила поинтересоваться я. — Специальный отряд Кенни Аккермана. Отлично вооружённый последней разработкой военной полиции. Кстати, именно они доставили вас сюда. — Ты хочешь сказать, что это специалисты своего дела? — возмутилась сестра. — Ты права, им ещё учиться и учиться. Но, вы же дома, значит, с задачей они справились, — он улыбнулся, хотя улыбкой это было сложно назвать, скорее оскал. — Отец, если бы ты нас выпустил, то мы бы смогли стать приманкой для 104 отряда. Тогда не надо будет тратить столько ресурсов на их поимку, — начала я. Мне было очень страшно говорить это, но я максимально пыталась расположить его к себе, строя серьёзную гримасу на лице. Он пристально следил за мной, высматривая любое отклонение от нормы в моём поведении. — Милая, я не могу так рисковать. Вы слишком дороги для меня, поэтому мне проще положить всех солдат, которые у меня есть, чем пожертвовать хотя бы одной из вас. Чёрт! Он знает, что я вру. Чёрт! Чёрт! Чёрт! У меня непроизвольно начал подёргиваться глаз, я опустила голову, чтобы он этого не видел. — Папочка, ты такой заботливый. Можно попросить тогда более простую одежду, а то в платьях здесь не очень удобно, — заговорила Луна, отвлекая его от меня. — Конечно, дорогая, — он повернулся к служанке, — Поставь поднос и принеси им домашнюю одежду. Та, быстро поднесла нам еду и, поклонившись, скрылась в темноте погреба. — Отец, а когда мы сможем покинуть это место? — решила спросить я. — Как только я ликвидирую всех разведчиков. — Ты же хотел привести нас на их суд. — Это решение ещё не окончательно, возможно, на какой-нибудь суд вы и попадёте, — он поправил волосы и посмотрел на часы, — Что же мне пора, надеюсь, вечером мы ещё увидимся с вами. Он вышел, закрыв за собой дверь. — Мы больше не увидим их. Он казнит их и лишь потом выпустит нас, — заключила сестра. Меня начало кидать, то в жар, то в холод. Мы не можем допустить казни всех разведчиков, мы должны ему помешать! Но, как? Из-за нервного истощения мозг абсолютно отказывался выдавать хоть какие-то идеи. — Сейчас вернётся служанка, может как-то убедить её выпустить нас? — Шиа, очнись! Если он пустил её к нам, то, скорее всего, вся её семья в заложниках у него. Ты же знаешь, как он умеет давить на людей. Она промытая, я в этом уверена. — Действительно, прости, я совершенно не соображаю сейчас. Дверь снова открылась и показалась служанка с нашей одеждой, она подбежала к решётке, положила вещи и, не глядя на нас, убежала. — Действительно, судя по её поведению, он не слабо её напугал, — заключила я. — Это его профиль. Мы позавтракали, переоделись в более удобную одежду и стали нервно перебирать варианты нашего побега. По итогу у нас был только один маленький шанс — это Гарри. Но, мы рисковали не только собой, но и его жизнью, поэтому усердно пытались придумать, как его защитить. Внезапно дверь открылась и в неё вошёл Гарри, за ним шёл наш отец. Только когда они зашли внутрь, мы поняли, что отец держит в одной руке пистолет, направленный на Гамми, а во второй он держал наручники. Мы с Луной замерли в оцепенении. — Что же, девочки, кто из вас надоумил его связаться с разведчиками? Мы не успели ничего сказать, как Гамми заговорил: — Господин, Эрнст, я же вам сотню раз говорил, что это моя идея! Я не могу смотреть на то, как вы поступаете со своими дочерями! — Гамми подмигнул нам. Внутри всё разрывалось от отчаяния, хотелось поменяться с ним местами, ведь это мы дали ему это задание! Из-за нас он может пострадать! Чем же мы думали? — Гамми, зачем? Ты же знаешь, как мы любим папу…, — Луна включила актрису, — Папочка, он же просто старик, возможно, у него уже мозги плохо работают! — Да, последнее время он стал совсем плох. Иногда даже путал нас! — стала подыгрывать я. Это были дешёвые игры, и отец знал, что мы делаем. — Подойдите к решётке спиной и протяните руки наружу, — отчеканил он. Мы не стали отпираться и последовали его указаниям. Он подошёл и поочерёдно заковал наши руки в наручники, потом открыл камеру и приказал Гамми зайти внутрь. Потом закрыл её и снял с нас наручники. — Посидите пока вместе. Мне некогда возиться с тобой, но поверь, когда я освобожусь, то наказание за предательство будет суровым, — отец говорил это Гамми, сверля его своим строгим взглядом. Мы молча смотрели на то, как он покидает темницу. Меня всю трясло. Каким же чудовищем может быть наш отец. — Гамми! — кинулась обнимать его сестра. Я не осталась в стороне и взяла его руку: — Как ты себя чувствуешь? Он не издевался над тобой? — Нет, нет, мои милые. Меня поймали на улице, а при толпе ваш отец и его люди никогда не опустятся до рукоприкладства. — Расскажи нам, что случилось, — сказала Луна, отпуская его. — Я отправился в город под предлогом отправки почты. Идя к ней, я услышал, что весь город на ушах, разведчиков обвиняют в убийстве торговца и измене королю! Представляете? — Поверить не могу, что так быстро все поверили в эти небылицы, — сказала сестра. — Чему удивляться, массой управляет газета, выпускаемая под давлением правительства. Гамми, продолжай. — Так, я понял, что идти в их штаб бессмысленно, там везде были люди господина Эрнста. Я уже почти отчаялся, когда услышал какую-то стрельбу в двух кварталах от меня. Вы же знаете, что я плохо вижу вблизи, но вдали ещё неплохо справляюсь. И вдалеке я увидел людей на упм, такими, как я знаю, могли управлять разведчики. Не теряя времени, я направился в ту сторону. — Гамми, ты с ума сошёл? Ты же мог попасть под огонь! — возмутилась сестра. — Действительно! Мы же тебя просили быть максимально осторожным! — поддакивала я. — Подождите, это не главное! - Гамми стал тяжело дышать и тереть грудину. Я насторожилась: — Тебе лучше присесть, — мы с сестрой направили его на матрас, — Луна, подай воды, пожалуйста, — сказала я сестре. Та молча налила из кувшина воды и подала Гамми. — Выпей и отдышись, — скомандовала я. Он помахал головой и сделал несколько глотков. Пару секунд он восстанавливал дыхание, но, не выдержав, продолжил: — Я нашёл их! Девочки, я нашёл их! — он поднял голову и улыбаясь смотрел, то на меня, то на Луну. Наши взгляды пересеклись, в них читалась искра надежды. — Ты молодец! — снова бросилась сестра к нему. — Так вот. Я передал сообщение капитану Леви. Он был ранен, они с кем-то не хило подрались. Мне защемило сердце, ранен? Надеюсь, не смертельно. — Гамми, но он был в порядке, рана была несерьёзной? — О нет, моё дитя, он был полон сил, — успокаивал меня Гамми. — Что он ответил? — спросила сестра. — Он сказал, что в курсе всего, что я ему передал. Спросил как вы. Я сказал, что отец запер вас и не выпускает. Простите, девочки, но я попросил их, чтобы они спасли вас. Он пообещал мне, — Гамми снова смотрел на нас, — Они спасут вас, обещаю, — он резко опустил голову, усерднее теряя грудь. — Тебе плохо? Опиши, что тебе болит? — забеспокоилась я. — Немного давило в груди, а сейчас стало жечь, но не переживай, скоро пройдёт. Просто я немного распереживался, — он говорил, задыхаясь. У меня всё перевернулось внутри, это очень плохой знак, очень! — Луна, скомкай матрас, чтобы подложить ему под спину, — по моему скрывающемуся голосу сестра поняла, что дело плохо. Она моментально сложила матрас, подпирая его под спину нашего дворецкого. — Гамми, ты должен успокоиться, — я потянулась к его рубашке, — Сейчас я немного расстегну пуговиц, здесь очень спёртый воздух, а тебе надо стараться глубоко дышать. Он не отвечал, лишь глаза показывали его переживания, он взял меня за руку. — Шиа, — еле выговорил он, потом повернулся к Луне, та вязала его вторую руку, — Луна... Я... так вас люблю... — Мы тоже тебя очень любим, — в один голос сказали мы. — Я так рад... что свой... последний день... я провёл с вами… — Нет, нет, нет, Гамми! Это не твой последний день! Перестань! Я запрещаю! Слышишь? — возразила сестра. Я покрылась холодным потом, за спиной пронёсся ледяной поток воздуха, будто это было дыхание самой смерти. Я сильнее сжала руку Гамми, будто это помогло бы спасти его. — Вы — это мой... великий дар… В этой жизни…, — на этих словах Гамми захрипел и упал набок. — Дерьмо! Гамми! — я кричала, переворачивая его на спину и делая валик под колени, — Луна, готовься делать искусственное дыхание! Мы не дадим ему умереть сегодня! Луна наклонилась к нему: — Шиа, у него остановилось дыхание! — сестра отпрянула от него, закрыв рот двумя руками, видимо, сдерживая крик. — Нам нужен врач! Луна, не сиди! Найди гребенную вентиляцию и зови на помощь, пока я буду делать непрямой массаж сердца! — я неосознанно кричала на сестру. Но, видимо, крик вывел её из ступора, и она начала метаться по камере, рассматривая стены. Наконец-то после нескольких метаний она её нашла: — Гарри плохо! Кто-нибудь!!! Сюда!!! — Луна кричала изо всех сил. Я сцепила руки в замок и положила их на грудную клетку. Так, Шиа, тридцать раз надавливаем, два вдоха. Я приступила к спасению Гамми, я вела счёт вслух, чередуя массаж с искусственным дыханием, но пока дыхание и сердечный ритм не восстанавливались. Мои руки затекли, а тело ломило, но я не сдавалась, так же как и сестра. Она била по железным прутьям, создавая шум, кричала в вентиляцию. Не знаю, сколько прошло времени, но ко мне приходило осознание неизбежного — мы не сможем его спасти. Когда-то доктор, который меня учил, сказал: «Самое сложное в спасении человека — это остановиться его спасать, когда нужно отпустить». И я сдалась. Опустилась на пол и уставилась на трясущиеся руки. — Шиа, не останавливайся! Мы спасём его! — схватила за плечо меня сестра. — Не спасём, — обречённо ответила я. — Чёрт! Да что с тобой не так? — она кинулась к Гамми, делать непрямой массаж сердца. Я потянулась к ней, оттаскивая от Гамми: — Луна, это не поможет. Он ушёл…, — шептала я ей на ухо. Мы упали на пол, Луна издала душераздирающий крик отчаяния, мне казалось, она рыдала сильнее, чем при убийстве брата, или мне так просто, казалось. А меня, как обычно, заклинило. Будто, это всё не по-настоящему. Просто хреновый сон. Здесь лежит не Гамми, а какой-то неизвестный человек. Вот сейчас я услышу звон часового шкафа, стоящего в холле, и проснусь в своей постели. Спустя пару часов у Луны не осталось сил на рыдания, и она просто сидела возле Гамми и держала его руку. Я же спрятала голову в колени, сидя на полу. — Его рука тёплая, может, он ещё жив? — прошептала сестра. Я подняла голову и приблизилась к нему, опустила голову ему на грудь в надежде услышать его сердце, но оно молчало. Наконец-то ко мне пришло осознание неизбежного, и из моих глаз потекли слёзы. Я не могла подняться и сказать сестре, что это конец. Думаю, она всё поняла, поэтому тоже начала всхлипывать: — Гамми, мой милый Гамми, как же ты мог оставить нас? — бормотала Луна. Дверь темницы стала открываться, внутрь зашла служанка с подносом. — Где ты была, курица? — заорала сестра, подбегая к решётке. Та, в свою очередь, остановилась и растерянно уставилась на нас. — Чего встала? Беги за помощью! Гамми умирает! — Луна ударила ногой по решётке, — Бегом! Служанка уронила поднос и выбежала из темницы, забыв закрыть за собой дверь. Луна снова села на пол возле нас. — Держись, помощь уже близко, — обратилась сестра к Гамми. Видимо, от стресса рассудок её помутился. Я решила промолчать, через время она придёт в себя. По ощущениям прошло не меньше двух часов. Никто к нам не спешил. — Где носит эту идиотку? — не выдержала сестра. — Думаю, побежала к отцу в штаб. Видимо, без него прикасаться к камере никому нельзя, — заключила я. — Сука, что б его! — не успокаивалась Луна. Из глубины погреба послышались голоса. Внутрь зашёл отец и двое солдат военной полиции, я их не знала, скорее всего, новобранцы. Отец медленно подошёл к решётке, держа руки за спиной. Он пару секунд смотрел на Гамми. — Он мёртв? — Да, — процедила сквозь зубы я. Меня накрыло бешеная ненависть к отцу. Это всё из-за него! Если бы он не запер Гамми здесь, то тот возможно был бы жив. Он даже не удосужился продумать систему экстренного оповещения, а вдруг бы плохо стало кому-то из нас? Он настоящее чудовище, которое думает только о себе. — Почему ты не пришёл раньше? Почему? — Луна колотила руками решётку. — Я не мог. А тебе стоит успокоиться, не позорь меня. Луна замерла и с каменным лицом отошла от решётки, будто спасаясь от чумы. — Встаньте к решётке, — он достал наручники. Мы молча подошли к ней. Когда мы были пристёгнуты, солдаты зашли внутрь, один из них с жалостью посмотрел на нас. Что? Неужели у кого-то из присутствующих есть сочувствие к нам? Они подняли Гамми и направились к выходу. Мы с Луной в последний раз провожали глазами нашего родного дворецкого. Человека, который был с нами на протяжении всей нашей жизни, человека скромного и доброго сердца, готового прийти на помощь каждому нуждающемуся. И вот итог этой самоотдачи...Прости, Гамми...Прости меня... Слёзы снова потекли по щекам, я опустила голову, чтобы отец не видел их. — Вот видите, девочки, что бывает, когда кто-то идёт против меня, — он расстегнул наручники. Я просто сползла по решётке на пол. Луна молчала, как и я. Его слова больше не пугали меня. Я лишь ещё раз убедилась в том, что уйду в разведку, как только этот кошмар закончится. Не дождавшись нашего ответа, он вышел из темницы, закрыв за собой каменную ловушку. — Шиа, — Луна взяла меня за плечо, — Я больше не сомневаюсь, слышишь меня? — я махнула в знак согласия, — Я была так слепа всё это время, — она стала ходить взад и вперёд, — Разве любящий отец так поступает с любимыми детьми? Магнус... Почему мы тебя не слушали? — Луна, мы были малы и глупы. Он же с рождения лишил нас самостоятельности. Без его приказа мы и шагу сделать не могли. — Ты права, нам надо выбираться отсюда. — Да, но как? — Шиа, — Луна села ко мне на пол и стала трясти за плечи, — Ты же наш мозг! Ты должна придумать план, как нам сбежать отсюда! Я смотрела на сестру и молчала. У меня не было идей, я была опустошена, мой мозг напрочь перестал работать. Дай мне сейчас задачу по алгебре из школы, и я не смогу ничего сделать. Ноль, я полный ноль... — Рыжик, ты как? — спросила сестра, увидевшая мой, растерянный взгляд. — Луна, у меня нет идей. Ни одной, даже самой маленькой и глупой... — Ничего, просто мы с тобой устали, — она прижалась ко мне. — Да, давай сегодня просто полежим, молча. — Хорошо. Мы разложили матрасы и легли на него, крепко обнявшись. Больше мыслей в голове не было, только пустота и отчаяние. Сон в эту ночь был ужасным, меня периодически выбивало из сна, как и Луну. Мы потели, потом мёрзли. Периодически мне слышались разные странные звуки, я открывала глаза и смотрела по сторонам, хотя прекрасно понимала, что это моё воображение создавало их из-за пережитого стресса. Так, мы дотянули до утра. В это утро отец не удостоил нас своим присутствием. Лишь служанка принесла завтрак и моментально убежала. Есть не хотелось совсем, сестра была со мной солидарна. Мы лишь пригубили чай. Голова трещала, в ушах стоял шум, давление явно было повышенным. — Ты как? — спросила сестра. — Голова трещит, как с похмелья. — О, я бы сейчас, наверное, бочку вина выпила, — сказала сестра. — А я бы две, — на самом деле я удивилась. Луна не была таким любителем выпить, как я. Луна не была таким любителем выпить, как я, но в данной ситуации я её прекрасно понимала. Мы сидели в погребе, окружённые кучей вина, но достать его было никак нельзя. Меня осенило! Что, если изобразить эпилептический припадок? Дверь откроется, и одна из нас может вырубить отца или хотя бы сможет сбежать. Это звучит странно, но это пока первая идея, пришедшая ко мне за эти дни. — Луна, есть план. — Наконец-то! Выкладывай! — её глаза загорелись. — Думаю, тебе надо будет изобразить эпилептический припадок, как только дверь камеры откроется, ты вырубишь вошедшего и сбежишь! — А если он будет не один? — Твоя задача — выбраться! Ты же быстро бегаешь? — Шиа, а если он пристегнёт тебя, как в прошлые разы? — Да и хрен с ним, главное ты убежишь и вернёшься с подмогой. Он, конечно, чудовище, но не станет же он меня убивать. — Шиа, я не брошу тебя здесь одну! — Луна, у тебя есть идеи получше? Или хочешь дождаться момента, когда все разведчики погибнут? И не факт, что он вообще нас выпустит отсюда. Магнуса это место никак не изменило, и он это понимает. — Хорошо, но обещай, что ты ещё подумаешь. — Договорились. Но, для начала…, — я встала на ноги и подошла к стене с надписями брата. Достала согнутую заколку и начала ковырять старые надписи; из них посыпалась мелкая белая пыль, — Есть! — Что ты делаешь? — Смотри, с помощью этой пыли мы создадим тебе бледный вид. Для правдоподобности. А зубной порошок мы взобьём с водой, чтобы пена из-зо рта была максимально натуральной. — Шиа, ты сумасшедшая! — Луна была в восторге, — Но, чёрт возьми, это гениально! — Только сделаем это перед ужином, в обед отца нет дома, а служанка опять побежит за ним в часть. Припадок так долго не длится, значит, надо, чтобы он был дома в этот момент и открыл камеру. — Отлично, так и сделаем. Мы стали готовиться к нашему плану. До обеда мы ковыряли стену, добывая нужный материал для грима. Потом пришла служанка с обедом. — Милая, а папа скоро вернётся домой? Нам надо с ним поговорить, — улыбалась Луна. — Я... Я... Не знаю…, — та явно была запугана отцом. — Скажи одно, сегодня стол накрывают на две персоны или на одну? — задала я вопрос. — На две…, — моментально ответила служанка, не понимая, что выдала отца. — Чудно, можешь идти. Она потупила ещё немного, забрала предыдущий поднос и ушла. — Ловко ты её, — заулыбалась сестра. — Она сейчас в таком же стрессе, как и мы, поэтому не даёт отчёт о сказанном. — Ладно, давай поедим и продолжим. Я согласилась, и мы решили запихнуть хоть немного еды в себя, так как впереди ждал тяжёлый вечер.***
Леви
На следующий день. — Капитан, мы победили титана Райсса! Теперь мы можем идти за Луной и Шией? — Эрен вылез из своего титана и уже прибежал ко мне. Совсем не думает ни про себя, ни про кого-то ещё. Я тоже не забывал про них, но слишком много проблем навалилось друг за другом, но здесь он абсолютно прав. Пора выдвигаться за ними. Надеюсь, их сбежавший папашка не перепрятал их. Хотя на нашей стороне вроде как их дворецкий. — Хорошо, но может, ты лучше отдохнёшь? — Нет! Я должен освободить Луну! Я ухмыльнулся. — Тогда спускайся к лошадям. Я передам Эрвину, что мы идём за близняшками. Он махнул головой и отправился к стойлу. Я поднялся на стену к командующему. — Отлично вышло с Хисторией, теперь она признанная народом королева, — он заговорил первый. — Да, лучше и не придумаешь, — я посмотрел вниз, там толпа ликовала перед девчонкой, которая добила титана, — Эрвин, мы едем в Сину за близняшками. Он перевёл на меня взгляд: — Спеши, пока Эрнст Йорк не забрал их. — Есть. Приземлившись, я увидел почти полный 104 отряд возле Эрена. — Что здесь происходит? — Капитан, мы тоже идём за ними! — начали на пербой горланить они. — На хрена столько? Вы что не устали ещё за эти дни? — Мы своих не бросаем! — выкрикнул Конни. — Чёрт с вами, поехали. У меня не было сил с ними спорить, сейчас оставалась последняя задача по спасению. И скажу самая приятная. Если там будет Эрнст Йорк, то я с удовольствием размажу его по стенке, а потом лично выведу его дочерей из дома. Мы скакали достаточно быстро, конечно же, благодаря Эрэну. Он мчался с такой скоростью, что любой титан позавидовал бы. Бедная лошадь под ним уже едва держалась на ногах. Я пришпорил Корвуса, догоняя его: — Эрен, твою мать! Отпусти лошадь! Она сейчас сдохнет под тобой! — Простите, сэр! — он натянул поводья, притормаживая лошадь. — Спасибо, капитан! А то я уже всю задницу себе отбил! — выпалил Конни. Я промолчал и продолжил двигаться вперёд. В голове возник образ Шии, и я понял, что соскучился по ней. Мне не обязательно было говорить с ней, я просто наслаждался моментом, когда она была рядом. Наблюдать за ней было моим отдельным способом расслабления. Её плавные движения рук, непослушные волосы, которые постоянно вырывались из косы, и её вдумчивый глубокий взгляд зелёных глаз — всё это завораживало. Вот уже показался их дом. Ворота оказалась незапертыми. — Будьте наготове! — отдал приказ я. Мы достали лезвия. — Если встретите Эрнста Йорка, то брать живым. — Есть! Мы постучали в дверь. Спустя несколько минут, она открылась. На пороге стояла хрупкая служанка. — Капитан Леви. Эрнст Йорк дома? Та молча помотала головой и начала закрывать дверь. Я остановил её ногой. — Простите, но мы здесь по государственным делам, — я отодвинул её вбок и зашёл внутрь. — Ни хрена себе домина! — 104 отряд, разинув рты, смотрели по сторонам. — А зачем нам забирать их отсюда? Давайте жить с ними! Будет теперь наш новый штаб, — веселился Жан. — Так, вы двое, — я указал на гостиную, — Проверить посещения слева, — Саша и Конни побежали налево. — Вы двое направо, — Жан и Хистория приступили к осмотру. — Мы с вами проверим второй этаж. Микаса, Эрен, Армин и я разделились. Я решил проверить кабинет их папаши, а они направились в правое крыло второго этажа. Дверь была закрыта, у меня не было времени ковырять замок, поэтому я по старинке выбил её. Там оказалось пусто. Конечно, главный трус всех стен поджал свой хвост и сбежал. Мы пересеклись в холле с ребятами, никто ничего не нашёл. — Сейчас приступим к поискам во внутреннем дворе. Есть конюшня, веранда, сарай и сад. — Их там нет, — со стороны сада показалась фигура Рейн Мари Йорк с бокалом вина в руках. — Добрый день, госпожа Йорк. Мы пришли арестовать вашего мужа и освободить ваших дочерей. — Я только за, вот только он со вчера не возвращался домой, — она сделала глоток из бокала, — Надеюсь, и не вернётся, — тихо добавила она с улыбкой. — А где мы можем найти сестёр Йорк? — не выдержал Армин. Мари Йорк уставилась на нас. Она осматривала каждого из отряда. Было непонятно, на чьей она стороне, я почти задержал дыхание, ожидая её ответ. Только бы она не сказала, что он их забрал. — Следуйте за мной, — она обошла нас, открыла дверь по правой стороне ключом и стала спускаться. Видимо, это был подвал. Не нравится мне это. — Мне надо, чтобы два человека остались здесь на случай, если это ловушка. Все переглядывались. — Я могу остаться, — сказал Жан. — И ты остаёшься, Микаса, — я специально выбрал её — она самая сильная среди них и сможет нас спасти. Мы начали спускаться по лестнице, которая вела в погреб. Мари Йорк медленно зажигала свечи для того, чтобы хоть что-то увидеть, но пока нас окружали только бочки с вином. Я напрягся. Дойдя до левого угла помещения, она потянула на себя стеллаж с бутылками, и тот легко поддался её усилиям. За ним оказалась голая стена. Затем она подошла к углу и нажала на кирпич в стене. Тот медленно провалился вовнутрь, раздался грохот, и кусок стены стал открываться — это была потайная дверь! Дерьмо! Мы бы никогда не нашли её без помощи их матери. Первым туда рванул Эрен. Вот же дебил! Думает только одним местом. — Луна! — раздался его крик. Все рванули с места, кроме меня. Я хотел контролировать ситуацию, вдруг их мать решит закрыть за нами дверь. Видимо, прочитав мои мысли, она заговорила: — Не волнуйтесь, я не стану вас там закрывать, я ведь не Эрнст. Налью пока себе вина — она отпрянула от стены и пошла к одной из бочек. Ладно, сверху остались Микаса и Жан, поэтому мне незачем так переживать. Я вошёл последний. Передо мной стояла жуткая картина, близняшки выглядели измотанными, взъерошенные волосы, бледные лица и огромные синяки под глазами. Что ж, этот урод Эрнст ещё ответит за всё. — Капитан, — ко мне обратилась Шиа. Моё сердце замерло, — Спасибо, что пришли за нами, — из её прекрасные глаза наполнились слезами. Ненавижу, когда девушки плачут. Я не знал, что мне делать, у меня нет навыка успокаивать людей. — Да, выпустите уже их, в конце концов! — скомандовала Хистория. — Рычаг на стене, — уточнила Луна. Я повернул голову и увидел его. Одно движение и часть клетки открылась. Все кинулись обниматься. На душе стало спокойно. Мы всех спасли, на этот раз никого не потеряли. — Всё, давайте уходить отсюда, меня тошнит от этого места, — сказала Луна. Проходя мимо, она остановилась и посмотрела на меня. Ехидно улыбнулась и резким движением обхватила меня. Я оторопел от такой наглости. Все в отряде боялись даже слегка прикоснуться ко мне, а тут объятия? Все остальные замерли, раскрыв рты. Судя по выражению лица её сестры, она тоже была в шоке от этого. Луна обернулась, схватила за руку Шию и толкнула её на меня. — Ну же, Шиа! Обними нашего спасителя! Шиа испуганно уставилась на меня, расставив руки в разные стороны. — Да, вот так обними! — уна взяла руки сестры и обняла ими меня. Щёки Шии покраснели. Мне тоже было неловко в этой ситуации, благо цвет моего лица не изменился. На самом деле мне были приятны эти объятия, но не на виду же у всех подчинённых! Луна, хватит! Видишь, он вымотан, не меньше нашего, — Шиа вырвала руки сестры, та, в свою очередь, смеялась.***
Шиа
Мы сидели на матрасе, когда дверь темницы открылась. Чёрт! Слишком рано! Внезапно внутрь ворвался Эрен: — Луна! — он подбежал к клетке и обхватил прутья руками. Я была в шоке, откуда он здесь взялся? — Шиа, Луна! — за ним вбежали ребята из 104 отряда — Хистория, Конни, Армин, Саша. Мы встали на ноги и прильнули к камере. — Вы в порядке? — Мы нашли вас! — Мы так за вас переживали! — наперебой говорили они. А я не могла поверить своим глазам. Они пришли за нами! Не бросили в беде. Я не знала, как их благодарить. Всё, что я могла это стоять и одаривать их улыбкой. Когда Конни слегка отодвинулся, я увидела в дверях капитана, он не подходил к нам, но пристально наблюдал за нами. Я была так рада видеть его здесь. Из меня машинально вырвалось: — Капитан, спасибо, что пришли за нами, — глаза автоматически наполнились слезами, и я больше не могла чётко его видеть. — Да, выпустите уже их, в конце концов! — строго сказала Хистория. Ничего себе! А в ней что-то изменилось с прошлой встречи. Что с ними случилось за эти дни? — Рычаг на стене, — Луна указала рукой. Капитан дёрнул за него, и клетка открылась, ребята кинулись нас обнимать. Это было невероятное чувство, никогда в жизни у нас с сестрой не было таких преданных товарищей. И самое главное — они были искренне рады видеть нас, а это действительно дорого стоит. — Всё, давайте уходить отсюда, меня тошнит от этого места, — сказала сестра и направилась первая к выходу. Мы последовали за ней. Но, внезапно она остановилась перед капитаном. Не к добру это. Что она задумала? Та рванула к нему и обняла, впервые в жизни я увидела, как его лицо показало эмоцию — удивление. Что сказать? Я и все остальные были в таком же шоке, даже рты открыли от удивления. Но, не успела я выйти из этого состояния, как Луна развернулась, схватила меня за руку и толкнула к капитану. Я врезалась в его грудь, боясь дотронуться до него руками, но сестра не унималась: — Ну же, Шиа! Обними нашего спасителя! — она схватила мои руки и обняла ими капитана. Меня кинуло в жар. Что она творит? Здесь же куча людей! Леви смотрел на меня своими серыми глазами, но без злобы. Надо заканчивать это, потому что мои щёки уже предательски горели. — Луна, хватит! Видишь он вымотан, не меньше нашего, — я вырвала руки у сестры. Выходя из темницы, я увидела нашу маму. Она облокотилась на бочки и, как обычно, пила вино из бокала. Неужели это она показала им, где мы? Не может быть. Она на нашей стороне? — Мама, почему ты им помогла? — первая нарушила молчание Луна. — Ваш отец забрал у меня всё, что было мне дорого…, — она сделала глоток, — Я отплачу ему той же монетой. Мы дороги отцу? Только если, как трофей. Ему дороги его статус, признание, уважение других, но точно не люди — для него они были всего лишь расходным материалом в достижении своих целей. — Мама, ты знаешь, где он похоронил Гарри? — спросила сестра. — Он хотел кинуть его, как собаку на городском кладбище, но я пригрозила, что выдам его маленькую тайну, — она широко улыбнулась, — Поэтому мы сошлись на том, что Гарри будет покоиться в конце нашего сада под дубом. — Спасибо, что не позволила ему избавиться от Гарри, — прошептала я. — Ну, — она сделала ещё глоток и уставилась на нас, — Вы узнали, где мой сын? Внутри снова всё перевернулось. Как ей сказать, что мы убили Магнуса? Она не простит нас за это! Меня стало потряхивать, я всегда была за правду, но сейчас не могла вымолвить ни слова. Судя по молчанию, Луна тоже боролась с эмоциями, накатившими на неё. Внезапно перед нами встал капитан: — Госпожа, Рейн Мари Йорк, ваш сын трагически погиб при исполнении своих обязанностей. Он отважно пытался разоблачить Эрнста Йорка, но, к сожалению, не воспользовавшись помощью товарищей, отправился на задание один и поэтому был съеден титаном. Приношу свои искренние соболезнования. Его вещи мы передадим на днях нашим гонцом. Мама закрыла рот рукой и медленно сползла на пол, из её глаз хлынули слёзы. Мы с сестрой стояли, как вкопанные. С одной стороны, мне хотелось закричать, что это всё враньё и что мы убили брата, но с другой стороны, мама потеряла почти всё, её жизнь была сплошным адом последние годы. Возможно, если мы скажем ей правду, её сердце не выдержит этого. Всё же спасибо капитану за то, что он помог нам в этой ситуации. Луна двинулась к маме в попытке успокоить её, но та остановила её рукой: — Уходите! Оставьте меня одну! Я не хочу вас больше видеть! — у неё началась истерика. Её слова больно ранили, но нам было не привыкать к её безразличию в отношении нас. Я взяла сестру за плечо: — Нам пора. Луна развернулась, и мы молча направились к лестнице. Наверху нас встретил Жан и Микаса. — Принцессы, вы не заждались нас? — ехидничал Жан. Микаса, как обычно, не источала никаких эмоций, только лишь поздоровалась. — Надеюсь, ты приехал на белом коне? — ответила Луна. — Ой, тебе и ослик сойдёт! — засмеялся Жан. — Имеешь в виду себя? — не уступала сестра. Жан скривил недовольную гримасу, а Луна победоносно улыбалась. Я увидела сбоку лестницы служанку: — У мамы истерика, иди проследи, чтобы она ничего не натворила. И не забудь дать ей лекарства, — та уставилась на меня. — Чего стоишь? Иди в погреб! — добавила Луна. Когда та уже собиралась спуститься, я перехватила её: — И помни, если с ней что-то случится, то ты окажешься на улице, — служанка испуганно помахала мне головой. Я не угрожала ей, это просто была констатация факта. Мама единственный человек, который здесь остаётся, если её не будет, то и надобность смотреть за домом отпадёт. — Жёстко ты, — сказал Конни. — Не жестоко, это суровая правда жизни, — заключила я. — Всё, уходим, — заговорил капитан. — Я бы хотела попрощаться с Гамми, — остановила я его. Он посмотрел на меня и, видимо, поняв мою боль ответил: — Сколько времени вам нужно? — Немного. Я хотела принести цветов к нему на могилу. — Хорошо, если что мы будем рядом. Мы с сестрой молча отправились в сад. По дороге к дубу мы остановились возле клумбы с цветами, за которыми так любил ухаживать Гарри. Его любимыми цветами были пионы. Здесь их было много, разных оттенков. Мы нарвали букет и продолжили путь. Ребята остались стоять на лестнице, наблюдая за нами. Подходя к дубу, мы заметили возле него небольшой бугор земли, из которого торчал камень. Подойдя ближе, мы увидели, что он был пуст. Не имени, ни даты, ничего. — Они ещё не успели выбить надпись. — Гамми заслуживает большего, чем просто безымянный камень, — ответила я. — Шиа, мы обязательно поставим ему красивый памятник, — сестра положила мне руку на плечо, я накрыла её своей ладонью. — Согласна, как только окажемся в городе, то зайдём к лучшему скульптору. Мы опустились на колени и положили букет на могилу. Лёгкий летний ветер аккуратно развивал лепестки пионов. Ветки дуба тихо потрескивали, рисуя тенями на земле причудливые узоры. В этот момент мне не было грустно, я чувствовала абсолютное спокойствие и умиротворение. Захотелось закрыть глаза и наслаждаться этой тишиной. — Гамми, мы свободны, как ты этого и хотел... Это всё благодаря тебе, — шептала Луна. Вдруг на камень сел скворец, покрутил головой, будто рассматривая нас, потом расправил крылья и начал щебетать свою трель. Мы заворожено наблюдали за этой картиной. Когда он закончил, то взмыл в воздух, направляясь высоко в небо. Я и Луна продолжали следить за ним, пока солнце не ослепило наши глаза. — Шиа, это же... Ты подумала о том же, о чём и я? Я понимала, о чём она. Это было прощание нашего милого Гамми…Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!