Часть 13

По окончании уроков Баджи решил заехать домой и переодеться, а затем поехать к Исиде. Чиф смотался пораньше, ссылаясь на головную боль. Кейске подозревал, что друг солгал и просто не хотел на контрольную по физике. Мать была на работе. Брюнет наконец-то снял противную школьную форму и решил надеть что-то в своем дерзком стиле. Выбор пал на черные джинсы, полосатую темную футболку и белую ветровку. Юноша достал из-под стола две миски. В одну насыпал немного кошачьего корма, а во вторую налил воды и поставил на подоконник. Наверняка пока его не будет дома, бездомный кот Пик Джей захочет ненароком заглянуть в гости и перекусить. Кейске всегда по возможности подкармливал бездомных животных, потому что не мог взять кого-то домой. Мать была против. Решая не терять времени попусту, парень вышел из дома и завел мотоцикл. Остается надеяться, что Минори дома.

***

Дорога до Синагавы заняла минут сорок. Память у Кейске была что надо, поэтому он хорошо запомнил маршрут до ее дома. Главное лишний раз не пересекаться с Кисаки. Юноша припарковал байк возле забора и медленно подошел к калитке. Только сейчас, нажав на кнопку звонка, он понял, что даже не знает, о чем говорить. Как начинать диалог. Спустя несколько минут ожидания калитку никто не открыл. Баджи решил обойти дом по периметру в надежде найти какую-нибудь дверь или дыру в заборе. В железном заборе, к слову. С правой стороны от главного входа рос высокий остролистный дуб. Кейске подумал, что если заберется на его ветки, то сможет перепрыгнуть через забор. Правда, если дома никого нет, то выбраться по-тихому не получится. — Ладно, когда не делали, — пробубнил юноша себе под нос и полез на дерево. Кора оказалась скользкой и забраться не получалось, а может быть дело было в кроссовках, но спустя несколько упорных попыток залезть все же получилось. Брюнет, подобно обезьяне, ловко вскорабкался на массивную ветку дерева и пополз вперед. Его поза выглядела максимально нелепо, парни бы засмеяли. «Хорошо, что их сейчас тут нет» — подумал про себя он и тут же почувствовал, как в спину что-то прилетело. Кейске глянул вниз и заметил Минори. Она стояла, уперев руки в бока, и глядела на него удивленно-возмущенным взглядом. — Говорят, японские макаки живут в группах, а у меня тут всего один, — саркастично крикнула она, вертя в руке желудь. Баджи грязно выругался и стал спускаться. В спину прилетел еще один мелкий желудь. — Да прекрати уже, — недовольно буркнул он, и почувствовал, как уши покраснели. Вот же дерьмо. Капитан первого отряда нехотя развернулся к хозяйке дома и сунул руки в карманы. Бегло оглядел ее. Исида была одета в синие джинсы, белую футболку и голубую полосатую рубашку. Волосы распущены, на губе все еще красовалась рана с синяком, а в руках она держала пакет с какими-то продуктами. Серые глаза испепеляли незваного гостя любопытным взглядом. — Не знаю, что на тебя нашло, но у меня есть калитка и звонок, — с насмешливой очевидностью выдала брюнетка и заправила прядь волос за ухо. Баджи закатил глаза. — К твоему сведению, я звонил. Никто не открыл. — И ты решил забраться на мой участок по дереву, — подытожила девушка. — Спизданешь кому-нибудь — получишь, — пригрозил юноша, не найдя должного ответа на очередную колкость. — А теперь серьезно. Зачем ты здесь? — Минори нахмурилась, будто буквально пару секунд назад не стебалась над ним. — Хотел поговорить. — О чем? — О том, что произошло в школе, — раздраженно пояснил Кейске. Его бесило, что она делает вид, будто совсем ничего не понимает. — Мне казалось, мы уже все обговорили. Я больше не собираюсь лезть в твои дела, если ты об этом, — пожала плечами. — Нет, не об этом. Мы так и будем стоять на месте? — Ну, раз разговор такой серьезной, можем пройти на территорию, — Исида кивнула на забор, но продолжала стоять на месте. Кейске перемялся с ноги на ногу. — Ну? — Ну ты через калитку или?.. — На лице парня отразилось непонимание, а когда понимание, наконец, настало, девушка насмешливо улыбнулась и под строгим взглядом последовала к калитке. — Скоро брат должен вернуться, так что у нас мало времени, — сказала она, доставая ключи. — Я не боюсь твоего брата, — невозмутимо ответил Кейске, идя следом и все еще держа руки в карманах. — Зато я боюсь, — Она резко развернулась — Как-то, знаешь, не хочется больше с синяками ходить, — Взгляд янтарных глаз непроизвольно упал на скулу, где раннее красовался ярко выраженный синяк. — За что он ударил тебя? — нахмурился юноша. Собеседница помедлила с ответом. — О чем ты поговорить хотел? — Она открыла калитку и вошла на участок, игнорируя вопрос. — Я задал вопрос, — не отставал Кейске. Девушка раздраженно вздохнула. — Какая теперь разница? Я не хочу говорить об этом. — Хрен с тобой, все равно потом расскажешь, — ответил своим деловым командирским тоном, но, видя, что собеседница явно настроена на другой разговор, все же перевел тему, — Я наорал на тебя вчера. Я просто был зол, — начал он, не зная, как перейти к извинениям. — Это было заметно, — Брюнетка кивнула. Парень закусил губу, пытаясь сопоставить в голове, как звучат слова благодарности и извинений. Боже, как же тяжело! — Короче, спасибо. Думаю, ты была права. У меня было бы много проблем, если бы не твои доказательства, — наконец-то собрался с мыслями Баджи. Вроде бы извиняться было даже не так страшно и унизительно. Ах да, он же еще не извинился. — Да, пожалуйста. Мне было не в тягость, — пожала плечами она. Повисло молчание. Парень думал, что еще можно сказать. — Ну, и это, — неловко почесал затылок. — кхм. Извини за то, что наехал, — Кейске поднял глаза к небу. Хотелось смотреть куда угодно, лишь бы не на нее. Выражение лица Минори изменилось. Было непонятно: удивлена она или… Или что? Конечно она удивлена, еще как! Сам Кейске Баджи извиняется. Ну артист! — Проехали, — лениво протянула Исида, будто бы его извинения были нужны ей в самую последнюю очередь. А может быть так и было? — Я сейчас не в состоянии злиться. — Когда ты успела записать на диктофон всю ту хуйню, что они тебе говорили? — наконец задал интересующий вопрос Баджи. — Они доебывали меня на протяжении нескольких дней. Я не люблю жаловаться, но решила включить диктофон на всякий случай. Теперь понимаю, что не зря. — Они не сделали ничего… серьезного? — Юноша старался пониженным голосом скрыть тревогу. Он вспомнил про синяки на руках. И про ожоги. — Как видишь, парочка синяков. — Ни хрена себе парочка, у тебя все руки в синяках, — нахмурился он. Девушка ничего не ответила, лишь отвела взгляд. Кейске повторил ее движение. Оглядел двор. Территория была большой и ухоженной. Двухэтажный дом из темного дерева. Вымощенная камешками дорожка. Возле железного забора росли туи, на заднем дворе виднелись ветви молоденькой вишни. — Ерунда. Это пройдет. — Покажи, — попросил Баджи, но, видя непонимание в серых глаза напротив, поспешил добавить, — покажи мне руки. — Что? Это еще зачем? — Дай. Сюда. — Взгляд ожесточился, когда в ответ на просьбу Кейске снова получил неповиновение. Минори нахмурилась, но почему-то все же протянула обе руки. Парень даже несколько удивился, но внешне и бровью не повел — уже был готов выслушивать очередную порцию сопротивления. Дотронувшись до Исиды, Кейске почувствовал, как по венам пробежал какой-то импульс, и вздрогнул. Он закатал рукава рубашки и узрел вблизи немалое количество мелких и крупных синяков на обоих предплечьях. Встречаясь с растерянным взглядом янтарных глаз, брюнетка поспешила объясниться. — Это обычные синяки. Ничего аномального. У тебя таких было миллион. — У меня-то было, — задумчиво ответил юноша, — А это что? — Исида судорожно выдохнула и закусила губу. Он задал вопрос, на который хотелось отвечать меньше всего. — Это… ожоги. — Они обжигали тебя чем-то? — Он слишком резко поднял голову, и Минори вздрогнула от неожиданности. — Нет. Конечно, нет. Это давно было, — Отчасти правда. — Не суть важно. — Похоже на какую-то херню, — честно признался Баджи и отпустил ее. Девушка опустила рукава. — Это все? — Что? — Это все, о чем ты хотел поговорить? — собеседница облизала губы и взлохматила волосы. Такой простой, но милый жест. — В принципе, да. — Тогда, думаю, нам стоит разойтись. Не хочу проблем, — Девушка покосилась на калитку, боясь, что из-за нее вот-вот выйдет Кисаки. Баджи решил не нервировать ее. — Окей. Пока. — Пока. Юноша развернулся и, сунув руки в карманы, поспешил удалиться с территории. Исида дотронулась до шрама на затылке и окликнула его. — Стой, — Баджи замер на месте, — кто из вас ударил меня по голове? Он помолчал несколько секунд, и, не поворачиваясь, ответил: — Дракен. — А идея была твоя? — Не получив ответа, она продолжила, — Я так понимаю, да. — Я бы сам не смог, — вдруг признался он. — Дракен переборщил с силой. — У меня шрам на затылке. Повезло, что не разошелся, — сухо произнесла девушка, чуть надавливая не небольшую полоску. Юноша вздохнул и молча все же последовал к выходу.

***

Я испытывала смешанные чувства после прихода Баджи. Было неожиданно, что он на следующий день придет извиняться, да и что вообще придет. Наверное, это хорошо. Хорошо, что он понял свою ошибку. Теперь я могу быть уверена, что Кейске еще не потерянный человек и у него осталась хоть капля совести. Но осознание того, что этот юный гамадрил пытался залезть на мой участок — не давало покоя. Надо предложить отцу поставить забор повыше. Так, на всякий случай. Беседа с Такемичи и Чифом натолкнула меня на мысль, что не стоит сейчас ссориться еще больше, раз ситуация накаляется. Если мне каким-то образом нужно будет защитить Кейске, то мы должны быть с ним хотя бы в более менее нормальных отношениях. А «нормальные отношения» — это явно не про нас. Я плюхнулась на свою кровать и стала думать о том, кем мы вообще приходимся друг другу. Друзья? Нет. Дальние приятели? Знакомые поневоле? Пожалуй, так. После рассказа Такемичи о смерти Баджи, которую тот успешно предотвратил, я смотрела на обоих другими глазами. Почему-то какая-то частичка внутри меня яро верила парню. Он больше не казался мне придурковатым типом, который только и умеет без стеснения пялиться на людей. Баджи же, получается, рискнул собственной жизнью ради победы своей группировки. Мне было чуждо чувство такой преданности, и я искренне не могла понять: неужели победа подростковой банды стоит таких жертв? Наверное, мне вряд ли удастся познать такие тонкости преступного мира. И слава Богу. Не хочу лишний раз забивать голову подобным бредом. Из потока наводящих мыслей меня вывел скрип открывающейся двери. Я вздрогнула и приняла сидячее положение, не сводя глаз с дверного проема. На пороге показался Тетта. Он смерил меня оценивающим взглядом и, хмурясь, вошел в комнату. — Обычно, когда хотят войти — стучат, — не скрывая раздражения, произнесла я вместо приветствия. После того инцидента, когда брат ударил меня, мы почти не общались. И желания у меня не было. — Может быть, в Америке так принято, а я не привык стучать в собственном доме, — Кисаки повторил мой тон. — Не забывай, что это и мой дом тоже. — Я не за этим пришел, — сменил тему. Я сложила руки на груди и скучающе взглянула на него, уверенная в том, что его диалог не стоит моего внимания. — Ну и зачем тогда? — Хотел задать вопрос, — Он оперся спиной о дверной косяк и тоже сложил руки на груди. — Когда тебе что-то говорят, Минори, ты всегда предпочитаешь пропускать слова мимо ушей или выражаешь такое неуважение только к определенным людям, которых не воспринимаешь всерьёз? — грубо спросил Тетта, испепеляя меня то ли просто гневным, то ли убийственным взглядом. Я нервно сглотнула. — Не поняла, — прикинулась дурочкой я, хотя уже потихоньку начала догадываться. Брат усмехнулся и рывком сократил расстояние от двери до кровати. Он присел рядом со мной и положил руку на плечо. Я напряглась, почти физически ощущая исходящую от него ярость. — А мне кажется, понимаешь, — с наигранной улыбкой предположил Тетта и поправил очки. — Я ясно дал понять, что ты не должна общаться со Свастонами.