Глава 3 — «Смерть — только начало»

       Том всё никак не мог понять, что сказала Ваттер. Точнее, не так — слова-то он понял, но осмыслить, что одна фраза в себе несла, ему было слишком тяжело.       «Другой мир… она сказала, что мы попали в другой мир? Что за бред? Мы же…» — парень поджал губы и невольно прикоснулся к шраму на груди.       Ему было физически больно от мысли о смерти. Он её боялся и, как оказалось, не зря.       «Умирать больно», — он сглотнул.       — Всё верно, — кивнула Лив, заметив действия парня, — мы ум…       — Заткнись! — вскочив с дивана, он потянулся за палочкой, но её там не было. — Верни палочку.       Том сделал шаг к Хульдре, угрожающе нависая. Но на лице девушки не дрогнул ни один мускул. Только хвост опасно распушился, но та не потянулась к своей палочке. Кстати, обе их палочки висели у неё на поясе, связанные какой-то верёвочкой.       — Сядь.       Холодный голос Ваттер подействовал на парня, и тот, несмотря на свою гордость, всё же сел. Он хотел высказать ей многое, а ещё больше ему хотелось что-нибудь взорвать.       Обстановка накалилась, и в воздухе начал витать запах озона. Магия двух магов начала сталкиваться и искрить. Они молчали. Том пытался успокоить себя, напоминал себе, что сейчас ему нужна информация и ею располагала только Ваттер.       «Позже. Позже я отыграюсь, а сейчас надо узнать как можно больше».       Сделав несколько глубоких вдохов, Марволо немного расслабился. Он даже не заметил, как весь напрягся, и сейчас, когда немного успокоился, у него начали болеть плечи. Он стал массировать правое плечо, пытаясь унять боль, и в этот момент заговорила Оливия.       — Я прекрасно понимаю твоё состояние и страх.       — Я не боюсь, — на грани парселтанга прошипел он. Но оба понимали, что это ложь.       — Том, — прикрыв глаза и выдохнув, Лив поднялась, — этот мир кардинально отличается от того, что ты знаешь.       Девушка отошла к окну и встала перед ним, смотря на мир за пределами квартиры через тюль. Её хвост слегка дергался, но в основном она была спокойна. В комнате повисла тяжелая тишина. Парень смотрел в спину девушки, а та всё стояла и не двигалась.       — У тебя полно вопросов, — наконец она продолжила, — и поверь, я знаю, как это — оказаться в непонятном месте. И уж тем более мире.       Последние слова она сказала тихо, но Марволо всё равно услышал её.       — Когда ты проснулась? — решил начать с другой стороны он. — «Что-то не сходится. Она сказала, что это её дом и слишком уж уверенно говорит о попадании в другой мир».       Реддл наконец начал складывать оговорки, странные вещи и подозрительную уверенность девушки. Из того, что он увидел, он мог только сказать, что оказался в богатом доме. Это могло о многом сказать, но точно не о другом мире.       — На час раньше тебя, — последовал ровный ответ.       — Что?! — Том снова подскочил. — Что за бред? Тогда почему ты сказала, что это твой дом? И какого драккла утверждаешь, что мы в другом мире?!       К концу монолога парень сорвался на крик. Не получив сиюминутного ответа, он широким шагом стал приближаться к Оливии. Протянув руку, чтобы схватить ту за плечо, парень так и замер. Ваттер резким взмахом руки отодвинула тюль и сделала шаг в сторону, открывая парню вид на город.       Рука Реддла так и упала, а он, сглотнув, сделал еще шаг к окну. На улице была ясная погода, высокие стеклянные здания отражали солнечный свет, будто огромные светильники. Он видел многоэтажки в маггловском мире. Но не такие. Казалось, будто те касались неба, да и они были явно не на первом этаже. Он не видел земли, только бездна. В лицо ударил поток тёплого воздуха, он повернул голову, будто шарнирная кукла. Оливия Ваттер открыла стеклянные двери и вышла на небольшой участок за стеклом. Парень хотел последовать за ней, но его ноги не слушались. Слишком всё это было невероятно.       «Нет, это морок! Какое-то заклинание! Это невозможно!»       Отрицая всё увиденное, он заставил себя сделать шаг в сторону выхода. Девушка стояла у перил и просто смотрела на открывшийся вид. Казалось, будто она наслаждалась, подставив лицо тёплому ветерку.       А в голове Реддла разваливался мир. Он не мог поверить своим глазам, ощущениям, слуху! Где-то снизу доносились звуки сигналов, шум множества голосов и гудение, которое он не мог определить.       Ему казалось, что те шесть шагов он преодолевал целую вечность. Вцепившись в перила, Том застыл. Из-за высоток он не видел горизонта, а опустив взгляд вниз, он увидел толпы людей и странного вида машины. Высота оказалась не слишком большой. По крайней мере, они были не выше, чем Астрономическая башня в Хогвартсе.       Вдруг в нос парня ударил неприятный горький запах. Это был сигаретный дым. Повернув голову к Ваттер, он увидел, как та, оперевшись на перила локтями, затянулась, выдыхая клубок едкого дыма. Мозг Реддла всё ещё был в состоянии короткого замыкания, и он просто не задался вопросом, откуда у девушки сигареты. Вернув взгляд на невероятное зрелище, Марволо пытался дышать глубоко и медленно, но дым отвлекал и раздражал его всё сильнее.       — Ты…       — Будешь?       Ваттер прервала его не начавшуюся тираду, протянув пачку сигарет в его сторону. Парень так и уставился на её руку с пачкой, из которой выглядывал пяток сигарет и зажигалка.       В какой-то момент Том просто сорвался. Нет, он не начал кричать, крушить всё или нападать на девушку. Он выхватил сигареты и ловким движением, вытянув одну, зажег огонёк и глубоко затянулся.       Жизнь в приюте научила не только выживанию. Там курили все, начиная от нянь и заканчивая мелочью. Между детьми сигареты даже были некой валютой, за которую можно было купить себе на кухне кусок хлеба. В школе он не видел, чтобы кто-то курил. Но когда проходил около маглорождённых, он часто ощущал тот самый горький запах сигарет.

***

      На балконе они стояли до самого вечера, скурив все сигареты, так и не проронив больше ни слова. Том смотрел и думал, старался просто принять и смириться, представить свои дальнейшие действия, составить план, как вернуться, и план, если это будет невозможно.       За весь день он не увидел ни одного признака магии. Никто внизу не летал и не трансгрессировал. Это был маггловский мир. Или маги прятались так же, как и в их мире. Он надеялся на это, но спросить так и не смог.       Марволо так же следил и за Ваттер краем глаза. Та не казалась ни удивлённой, ни огорчённой. Наоборот, с каждым часом она всё больше и больше, казалось, расслаблялась. Он видел, как она наблюдает за толпами людей и иногда слегка поднимала краешки губ в намёке на улыбку, когда видела столкновение двух человек. Те смотрели на какие-то плоские штуки, что удивляло парня. Они явно не были книгами.       Когда солнце начало садиться и темнота должна была опуститься на город, тот зажёгся, будто взошло второе солнце. Сотни фонарей и яркие вывески горели так, будто боялись даже намёка на темноту. Парень даже восхитился этому зрелищу, ведь, несмотря на начинавшуюся ночь, город даже намёка на сон не подавал. Окна в многоэтажках начали загораться, будто звёзды, и при хорошей фантазии можно было даже составить из них созвездия. А вот небо, наоборот, потемнело, но так и не осыпалось звёздами.       — Из-за света фонарей звёзд не видно, — было первой фразой, которая прозвучала за их долгое молчание.       Голос девушки был слегка хриплым, но таким спокойным, что парень даже не сразу понял, что это не в его голове. Переведя взгляд с неба на Хульдру, Том хмыкнул.       — Вот как.       После этого они, не сговариваясь, вернулись внутрь. Оливия, включив свет, пошла в кухонный уголок и стала что-то искать. Том же просто сел на диван и смотрел на чёрный прямоугольник на стене, в котором отражалось всё, что делала девушка. Та пошарила в шкафчиках, вытянула чашки и какую-то коробочку. Будто забыв о магии, она набрала воду в чайник и поставила его, нажав на кнопку.       После этого Ваттер отошла к барной стойке, оперевшись на ту спиной, не поворачиваясь к парню. Реддл стал предполагать, о чём же она думает. Но потом услышал, как закипает вода, после чего что-то щёлкнуло, и девушка подошла к чайнику. После этого в комнате ощутился запах каких-то трав.       «Она заварила чай», — увидев чашку с янтарной жидкостью перед собой, констатировал он.       Хульдра села недалеко от него на диван и, подув на чай, отпила. Том последовал её примеру. Вкус был странным, не таким, как он привык; он ощущался насыщенней, но с некой горчинкой.       — Когда-то я тут жила, — нарушила спокойную тишину девушка, опуская чашку на колени. — Это было много лет назад. Но в один день меня убили.       Услышав слова Ваттер, Марволо чуть не подавился и уставился на спокойно смотрящую в чашку девушку. Она провела пальцем по боку белого фарфора и поджала губы.       «Ей тоже не нравится эта тема», — заметил он, но промолчал. — «А казалось, что ей всё равно».       Он был не уверен, то ли она просто прекратила притворяться, то ли он днём был таким невнимательным. Но сейчас парню было чётко видно, что Ваттер не хотела говорить о своей смерти.       «Стоп. Много лет? Смерть?» — осознав, что что-то не сходится, он тут же уставился на Хульдру.       — Я родилась в этом мире, — не дала она ему и возможности сформировать вопрос, сразу отвечая, — и умерла тут. Если честно, я была уверена, что окажусь в аду. — Она ухмыльнулась. — Но вместо этого я проснулась в Хогвартском больничном крыле.       Том так и замер с чашкой в руках, не зная, что думать. Она говорила о том, что умерла тут и оказалась в Хогвартсе.       — Что? — смог он выдавить из себя.       — Я тогда оказалась один на один с совершенно неизвестным миром, — продолжила она. — Признаться честно, мне понадобился месяц только на то, чтобы привыкнуть к мысли, что палочка — это оружие.       Оливия отставила чашку на столик и вытянула свою палочку. Только сейчас парень смог рассмотреть её. И это его заставило нахмуриться, ведь в школе у неё точно была другая. Эта — ровная, чёрная, с золотистыми рунами и шипом на конце рукоятки. Та же, которая была в Хогвартсе, точно была слегка изогнута, и дерево было светлым, без узоров.       — Можешь ли ты представить маггла, которого закинуло в старинный замок и поставили перед фактом, что магия — реальность? — Девушка перевела взгляд с палочки на парня. — Я выросла в тех условиях, в которых вера в чудо умирает, не родившись.       Усмешка на лице собеседницы превратилась в оскал, а в глазах мелькнула синяя молния.       — Я прекрасно понимаю все твои эмоции, — она поставила палочку около себя на диван и взяла чашку, — ту злость, неверие и страх, а также вопросы, что переполняют твою голову. Всё это мне пришлось пережить самой.       Оливия замолчала, занявшись своим чаем. Том же просто молчал. У него было много вопросов, на самом деле даже больше, чем до монолога девушки. Но он не мог заставить себя открыть рот. Весь сегодняшний день казался каким-то нереальным. Он снова вернулся к мысли о каких-то чарах, что погрузили в иллюзию, и всё это просто бред.       Но, смотря на абсолютно спокойное лицо Ваттер, замечая, как хвост той подрагивает, а руки крепко держат горячую чашку, будто она пыталась так согреться, понимал — реальность. Бредовая, невероятная, да. Но они же маги, стоит ли так сильно удивляться, что есть другие миры и в них можно переместиться.       «Но способ, определённо, надо искать другой. Умирать каждый раз совсем не хочется».

***

      Когда ребята закончили распивать чай, то поняли, что дальнейший разговор о происходящем нельзя больше откладывать. В первую очередь потому, что оставаться в квартире нельзя. Лив прекрасно понимала, что кто-то платит аренду и за пользование сетью и водой. Иначе тут не осталось бы её вещей. И это понимание заставляло её поджимать губы в безмолвной не то злости, не то раздражении. Ведь она знала только одного человека, кто бы занимался такими бесполезными тратами.       — Итак, — закончив с посудой и вернувшись к дивану, начала Лив, — я постараюсь ответить на вопросы максимально развёрнуто. Так что спрашивай.       Том подумал, что бы хотел узнать в первую очередь. Сначала он подумал спросить о том, кто она, но потом отмёл это.       «Она сказала, что ответит на вопросы, но не говорила, что будет отвечать на все», — подметил он мысленно, потому, подумав ещё немного, решил начать с самого начала.       — Что это за мир?       — Хороший вопрос, — снисходительно покивав, улыбнулась она. — Этот мир точно такой же, как и тот, из которого пришёл ты. Только тут есть одно отличие — в этом мире не существует магического мира.       — Ты уверена? — скептически посмотрел он. Из того, что Лив уже сказала, она была магглом. — «Магглом, Мордред и Моргана, маггл не просто стал магом, так ещё и никто не заподозрил её в странности!»       Вот эта вот небольшая деталь для девушки была огромной проблемой для парня. Ведь кто знает, сколько ещё может существовать таких вот подселенцев из других миров, что достаточно хорошо сумели интегрироваться в их маленький скрытый мирок. На самом деле он уже не был уверен, нет ли в магическом мире магглов, что достаточно хорошо притворяются, что сквибы.       — Ты сказала, что родилась в этом мире. Сколько тебе было, когда ты… — он замялся, не уверенный, как произносить это слово. Ему всё ещё было не по себе от осознания, что и он…       — Мне было почти сорок, когда я умерла, — спокойно сказала она, но спустя пару секунд тут же скривилась, добавляя: — Меня убил один ублюдок с работы. Знал ли ты, что если достаточно сильно ударить в грудную клетку, можно остановить сердце?       Ваттер оскалилась, прикоснувшись к груди. Она смотрела вперёд, но даже с этого ракурса он видел отблески магии в её глазах. А хвост, что вспушился от её нескрытой злости, дал парню понимание одного — этой хвостатой точно будет чем заняться.       «Не завидую тому ублюдку, что стал её целью», — хмыкнул Марволо, но потом резко вздрогнул.       — Ты сказала, что тебе было сорок?!       — Почти сорок, — закатив глаза, фыркнула она.       — Неважно, выходит, ты стала моложе, оказавшись в нашем мире? — отмахнулся Том, в упор смотря на собеседницу.       — Я попала в ваш мир на пятый курс, — смотря в глаза Реддла, улыбалась она, — в тело Оливии Ваттер.       Последней фразой она будто припечатала парня к стенке. Она не родилась, не оказалась в другом мире в своём теле, а оказалась в чужом теле и, что опасней всего, даже не проучившись первые четыре курса.       — Ты монстр, — с нескрываемым шоком смотрел он на девушку.       Теперь в его глазах она была не просто Хульдрой, одной из скрывшихся рас. Она была опасной личностью, что, оказавшись в совершенно чужом мире, с новыми правилами, смогла не просто не попасться, но и стать сильной ведьмой, с которой надо считаться.       — Не преувеличивай, — фыркнула она. — Я попала в это тело и получила все воспоминания тела. Если честно, это ужасное ощущение, не советую.       — Кем ты была здесь?       — Копом. Ну, маггловским аврором, — поправила она себя. — Хватит уже обо мне, — прервала она уже открывшего рот парня, — тебе больше нечего спросить?       — Ладно, — кивнул он, но всё же решил просто отложить допрос.       С каждым ответом Ваттер, — а можно ли её так называть? — становилась только интересней. Он вспомнил, как она обратила на себя его внимание ещё в школе. Тогда она часто оказывалась не в то время не в том месте. Но что смешнее, так ни разу и не попалась ему. Чего стоил случай с Тайной комнатой: тогда она так быстро исчезла, что ему оставалось только сокрушаться. Он ещё долго вздрагивал, когда его звали учителя к себе, так как он был уверен, что она донесла профессорам.       — Ты сказала, что тут нет магии, мы тоже…       — Нет, магия, что удивительно, тут работает, — она усмехнулась, поднимая палочку. — На самом деле, я чисто на рефлексах воспользовалась очищающими чарами, когда проснулась. Я была в шоке, когда осознала, что сделала.       Посмеявшись над самой собой, она взмахнула и применила Темпус. В воздухе появились цифры, обозначающие время, день, месяц и год. Том сначала глянул незаинтересованно. Над входом в гостиную висели часы, так что время он знал. Но потом что-то будто переклинило, и он резко вернул взгляд на дату и год.       — Это что за…       — Так здесь прошло всего три месяца, — хмыкнула она.       В момент, когда она смотрела на время в телефоне, её мало интересовали дата и год. Да и у неё были другие волнения тогда.       — Что? — теперь парень с шоком смотрел уже на Лив.       — Я умерла двенадцатого февраля этого года, — развеяв магию, пожала она плечами. — Ирония в том, что это же и мой день рождения. Точнее, день рождения тела.       Том замер на пару секунд, но потом быстро мотнул головой и сжал переносицу.       — К Мордреду, чем больше я об этом думаю, тем больше у меня вопросов, которые сейчас неуместны.       — Понимаю, — кивнула она, — но всё же должна сказать. — Она поднялась и, улыбнувшись, показывая клыки, сказала: — Добро пожаловать в две тысячи пятнадцатый год, Том Марволо Реддл. Можешь официально считать двадцать первое мая своим вторым днём рождения.       Эта сцена поздравления от Хульдры показалась парню настолько сюрреалистичной и идиотской, что он просто не смог сдержаться и рассмеялся. Он смеялся долго, громко, так, как никогда до этого. И смех этот был с налётом отчаяния и какого-то абсурдного облегчения.       Да, он попал в другой мир, и, как бы это ужасно ни звучало, перед этим умерев. Да, он ничего не знал об этом мире. Но ирония в том, что он оказался в этом мире с той, кто знала о нём всё. Или почти всё, но в любом случае ему повезло с напарницей. И он без стеснения мог сказать, что везение это было огромным.       — Рада видеть, что в тебе осталась сила смеяться, — улыбалась девушка, уже сидя на диване.       — Должен признать, что ситуация, в которой мы оказались, теперь не выглядит такой отчаянной, — наконец успокоившись, сказал он. — И? Как мне тебя называть здесь?       — Хех, я бы сказала, отчаянней ситуации, когда ты на грани, просто нет. Но, хе-хе, мы доказали, что и это не причина отчаиваться, — посмеивалась она, отмечая про себя, что она и вовсе это дважды доказала. — Называй Оливией, я уже давно воспринимаю себя так, — пожала плечами.       Том кивнул. Собственно, ему было бы странно называть её другим именем. Он знал её только как Оливию Ваттер, одногодку с факультета Когтевран и представительницу Хульдр.       — Слушай, — нарушила она возникшую паузу, — у тебя же всё равно нечем заняться тут, — ехидная усмешка показалась на лице девушки, — да и многое ты тут просто не поймёшь, будем честны: сороковые слишком далеки от пятнадцатого.       Реддл кивнул, уже смутно догадываясь, о чём она попросит.       «А точнее, поставит перед фактом. Проходили», — почему-то эта мысль вызвала ощущение ностальгии. А ведь случилось всё не так уж и давно. — «Или стоит сказать, слишком давно?»       — Так вот, как тебе план — поработать мстителями? — И смотрит так невинно, будто предлагает испечь пирог.       — Я так понимаю, мстить мы будем тому, кто решил, что смерть остановит тебя, — откинувшись на спинку и раскинув руки.       — Приятно общаться с умными людьми, — прикрыв глаза и покивав, согласилась она.       — И вариант с Круциатусом в подворотне, конечно, тебя не устроит.       На это Ваттер только с сомнением в своём выводе о его уме глянула на Тома.       — Не заставляй забирать свои слова обратно, — прищурилась она.       — И ты так же понимаешь, что я буду задавать глупые вопросы, — Марволо не строил из себя всезнающего гения, он прекрасно понимал, что это время сильно отличается от его. — «Да просто взглянув за окно, я понимаю, что ничего не понимаю».       — Ну, в твоём случае больше применимо понятие «интерес», — пожала она плечами. — Стоит сказать, что в этом месте ты скорее как старик-турист в другой стране, который из своего небольшого городка никогда не выезжал.       — Старик?! — тут же вспыхнул возмущением он.       — Да, ты прав, больше подойдёт ребёнок, — с серьёзным лицом тут же исправилась Лив.       — Зараза ты хвостатая, верни мне палочку, — потянул он руку в сторону собеседницы.       Но вместо того, чтобы схватить её за руку, та ускользнула. Встав в стороне от дивана, она хохотала. Том же хмурился, но кончики губ предательски подрагивали. Он сорвался в сторону Оливии, и та, как ребёнок, просто побежала.       После тяжёлого утра и дня. После тяжёлого осознания и принятия. После стресса, который пришлось сглаживать сигаретами, Том ощущал себя удивительно легко, когда как дурак погнался за девушкой. Он никогда бы не подумал, что смерть — только начало, а не конец.