Ритуал.

      Девушка пошевелилась, пробормотав что-то несвязное во сне, и в следующий момент теплый нос коснулся его шеи. На долю секунды он замер, давая себе прочувствовать, как ее дыхание пробежалось по его коже. Челюсть невольно сжалась, но не от раздражения, а от того странного, едва уловимого удовольствия, которое он не спешил признавать даже перед собой.       А затем Гилберт слегка приоткрыла глаза. Чёрная футболка вместо подушки.       – Что ты делаешь в моей кровати? – сонным голосом сказала она, снова закрывая глаза.       – Милая, это моя кровать, –пропел гибрид, усмехнувшись.       – Тогда что делаю я у тебя в кровати? – спросила девушка.       Резкое осознание.       Мари распахнула глаза. Клаус. Точнее, она и Клаус. В одной кровати. Шок прошелся по нервам ледяной волной. В следующий момент ее пальцы вцепились в одеяло, и она резко отстранилась. Однако слегка просчиталась. Мгновение дезориентации, попытка за что-то ухватиться, но было уже поздно. Она с грохотом упала на пол. Клаус? Он расхохотался еще сильнее, запрокинув голову назад. Смех был чистым, настоящим, громким.       – Какого черта я здесь делаю? – шокированно воскликнула Мари, оглядывая комнату вокруг себя.       — В свою защиту скажу, что лёг я сюда только полчаса назад, – улыбнулся первородный, положив руки под голову.       Он с усмешкой наблюдал за тем, как она пыталась встать с пола, попутно выбираясь из одеяла, в котором сама же и запуталась.       Девушка, спустя пару попыток, смогла встать. Гибрид поджал кулаком голову и улыбнулся.       Ведьма села обратно на кровать, проводя рукой по волосам. Бал. План Эстер. Деймон. Бар. Кол. Клаус.       – О, Боже, –нервно протянула она, плюхаясь головой на подушку.       Гибрид снова рассмеялся, наблюдая за девушкой, которая вчера уснула на его плече. Не то от усталости, не то от алкоголя.       Он рассмеялся ещё громче, когда она закрыла лицо руками, прошептав "Какой позор".       Разбудить её? Нет. Позвонить кому-нибудь из семьи Гилберт? Нет. Оставить на диване? Нет. Унести девушку в комнату? Да. Унести девушку в гостевую комнату? Нет. Унести её в свою комнату? Да.       – Слушай меня сюда, братец, –резко открылась дверь, и в комнату залетел Кол. Вампир застыл, а на его лице появилась ехидная улыбка.       – Кол, нет! –попыталась остановить его Мари.       – Так, так, так, –его улыбка стала шире, а сам вампир оперся о дверной косяк.– Значит я гадаю, куда пропала моя подруга, а она тут! – притворно удивился он, а Гилберт прикрыла глаза. Его не остановить.

***

      Гибрид сидел на кресле, а его взгляд был сосредоточен. Карандаш скользил по бумаге с тихим шелестом, пока сам первородный изредка кидал веселые взгляды на двоицу, что лежала на двух диванах, стоящих друг напротив друга. За это время он узнал слишком много интересных фактов о своём брате и о своём двойнике.       – В пятнадцать лет я разбила папину машину, и он чуть не убил меня, –сказала Мари, кидая первородному скомканный лист бумаги.       – А я вообще только вчера сел в машину, – искренне возмутился Кол, поймав своеобразный мячик. Парень слегка остановился, думая, что сказать ещё.–Один раз я перепутал одно заклинание, из-за чего Ребекка весь день ходила с зелёным лицом,– он кинул мячик обратно девушке.       Клаус издал краткий смешок, вспоминая тот день. Аяна лишь под вечер смогла снять то заклинание. Ребекка весь день просидела в хижине, пока Кол и Хенрик с явным удовольствием издевались над ней. Но это удовольствие мигом пропало, когда Аяна сняла заклинание, а Ребекка гонялась за ними по всему лесу с крапивой в руках.       – Ты хотел сделать из неё Шрека? –с усмешкой спросила Мари, выгнув бровь.       – Шрек? –поднял брови Кол, явно не понимая, что она имеет ввиду. Да и как тут поймёшь, когда полжизни пролежал в гробу? Мари тяжело вздохнула, кидая настороженный взгляд на Клауса, который спрятал своё лицо в альбоме.       – Нужно будет показать тебе мультфильмы,– буркнула девушка, устраиваясь на диване поудобнее.–Мы с Джереми катались на мотоцикле, а потом попали в больницу со сломанными конечностями и ссадинами.–сказала Мари, вспоминая тот момент.       Прекрасно помнила лица Грейсона и Миранды. С тех пор они и не катались. А мотоцикл по сей день стоит в гараже, в домике у озера.       Ведьма слегка нахмурилась. А ведь сейчас это никто не запретит. Надо будет когда-нибудь вспомнить старые времена.       – О! –резко вспомнил Кол, а потом расплылся в ехидной улыбке.–Когда-то мы убегали от отца на корабле и пытались научить Бекку управлять кораблём. А она чуть не врезалась в айсберг! –снова возмутился он, вспоминая те тяжёлые времена.       – Мы с Кэролайн по пьяне прыгали с моста Викири в воду, –Гилберт кинула Майклсону мячик.       Ведьма услышала смешок и перевела взгляд на кресло, на котором сидел первородный. Мари выгнула бровь, спрашивая, что его так насмешило. Но Клаус лишь покачал головой, пряча лицо в альбоме. Любопытный факт: их семью так и тянет к этому мосту.       – Я чуть не упал с Пизанской башни, когда Ник напоил меня и сказал залезть на неё, – сказал Кол, а девушка рассмеялась. Карандаш остановился на листе бумаги, когда гибрид посмотрел на своего брата.       – Я сам был пьян, –в своё оправдание сказал Клаус. Вполне весомый аргумент.       – Пьян был ты, а не разбился чуть я! – его возмущению не было предела. Вампир кинул мячик обратно ведьме, но та его не поймала. Мячик упал на диван, пока Мари смотрела за спину Колу. Первородный смолк, увидев взгляд подруги.       В комнату впорхнула Ребекка, слегка растрепанная, в бальном платье, но с тем самым огоньком в глазах.       — Так, так, так, — саркастично протянул Кол, вставая и блокируя ей путь. —Не ночевала дома, какой скандал!       — Уйди с дороги, Кол, — резко бросила Ребекка, пытаясь обойти его.       Гибрид ухмыльнулся и даже отложил альбом в сторону, наблюдая за любимым спектаклем.       — Всю ночь гуляла. Какой ужас, — притворно сказал Кол, скрестив руки. — Надеюсь это не тот простолюдин.. Мэтт, кажется?       — Какая разница, Кол?— её голос стал холоднее. — И да, я была с Мэттом.       — Неужели?–ахнул он.       — Нет, у нас ничего не было. Мы просто разговаривали всю ночь,— сказала вампирша.       – Первое: ты молодец, Бекс. Мэтт- хороший парень. Второе..–начала говорить Мари, но её перебили.       – Второе: не слушай её. У неё вкус хуже, чем у тебя, –ухмыльнулся Кол, а Мари злобно зыркнула на него.       – Третье: вообще-то у меня хороший вкус,– возмутилась Гилберт.       – Четвёртое: ты сказала, что Мэтт- хороший парень, –вампир кинул ехидный взгляд на своего брата. –И это доказывает, что у вас обеих отстойный вкус, –он кинул ей бумажный мячик.       – Пятое: насколько мне известно, роль ненавистника ухажёров Бекс, обычно выполнял Клаус, –сказала Мари, обратно кидая ему бумажку.       – Шестое: у неё с ним ничего не получится,–сказал Кол.       – Седьмое: кто тебе это сказал? – спросила ведьма.       Ребекка тяжело вздохнула, прикрывая глаза. Девушка кинула обречённый взгляд на гибрида, но тот лишь подпер кулаком подбородок, с удовольствием наблюдая за ними.       – Восьмое: я уже говорил, что у неё отстойный вкус, –с ухмылкой сказал вампир.       – Девятое: всегда бывают исключения, – упрямо сказала Мари.       – Одиннадцатое..–начал говорить Кол, но его перебили.       – Десятое: после девятки идет десятка, – с победной улыбкой сказала Гилберт.       – Одиннадцатое: "десятое" ты сказала только что. Двенадцатое: какое ещё исключение? У её вкуса нет исключений, – гордо поднял голову вампир.       – Тринадцатое: дайте ей нормально пожить, –сказала Мари, а Ребекка согласно кивнула.       – Четырнадцатое: я поражаюсь вашему вкусу: одна - с простолюдином, другая - с гибридом, –сказал Майклсон.       – Пятнадцатое: ты откуда это взял? – выгнула бровь она.       – Шестнадцатое: это ты очутилась в кровати моего брата, –протянул он.       – Что? – воскликнула Ребекка, кидая взгляд на другого брата. Но гибрид лишь очаровательно ей улыбнулся и продолжил наблюдать за бумажкой, которая перелетала от ведьмы к вампиру.       – Семнадцатое: я тебе уже сотню раз объяснила Кол! –возмутилась девушка.       – Восемнадцатое: у вас всё равно плохой вкус, – упрямо заявил он.       – Девятнадцатое... –начала говорить Мари, но смолкла.       – Двадцатое: у тебя больше нет аргументов,– ехидно сказал Майклсон.       – Двадцать первое: я теперь понимаю, в кого пошел Хенрик. Двадцать второе: я не настолько болтлива, как вы, – сказала Гилберт.       – Двадцать третье: мы самые лучшие представители нашей семьи, – положил руку на сердце Кол.       – Двадцать четвёртое: я уже устала от вашей болтовни, –сказала Ребекка, перехватив мячик. Кол оскорблённо осмотрел её с ног до головы.       – Двадцать пятое: из-за неё мы попали в зыбучие пески, – рассказал ещё один интересный факт Майклсон, тыкая пальцем в свою ошалевшую сестру.       – Двадцать шестое: это было в шестнадцатом веке, Кол! Нашел, что вспомнить! – воскликнула Ребекка, а Кол улыбнулся.       – Двадцать седьмое.. –вампир не договорил.       Четвёрка услышала тяжёлые шаги и перевела взгляды. В комнату вошёл Элайджа и оглядел всех уставшим взглядом.       – Двадцать седьмое: вас слышно на втором этаже. Двадцать восьмое: я нашел в комнате матери горелую полынь, –спокойным голосом сказал он и показал обгоревший пучок трав.–Заклинание секретности. Только благодаря их плану мы узнали, что она хотела сделать, –он окинул взглядом Ребекку и Мари.       – И что ты предлагаешь? – без особого интереса спросил Кол.        — Нужно найти нашу мать и Финна. Хоть мы и не связаны, но всё ещё в опасности, — ответил Элайджа.       Кол разочарованно завыл, а Ребекка, кинув напоследок, что поможет, когда переоденется, ушла в комнату. Элайджа же вышел из дома, что-то задумав. Он всегда всё уладит и во всём разберется.       – Послушай меня, мой дорогой друг, – вампир плюхнулся на диван рядом с Мари.– Ты тоже можешь послушать, Ник, – кинул Кол взгляд на гибрида. Клаус раздражённо закатил глаза и выжидающе посмотрел на своего брата. Первородный улыбнулся, выжидая драматичную паузу. – Мы идем в бар.       – Нет, –одновременно ответили оба. Один вернулся к своему альбому, вторая встала с дивана.       – Вы такие скучные, –протянул он, пялясь в потолок.       – Может тебе PlayStation купить? – выгнула бровь Мари, глядя на него, как на маленького ребенка.       – Да бросьте! – завыл Кол.–Ты, Ник. Ты вонзил мне кол в сердце. За тобой должок,– протянул он слишком грустным голосом. Клаус исподлобья взглянул на него.–А ты.. – он повернулся к девушке. Мари скрестила руки, положив их на спинку дивана. Любопытно, что он скажет на её счёт.– Ты вообще..       Девушка ядовито улыбнулась, с наслаждением наблюдая за тем, как Майклсон пытается что-то придумать.       – Как же быстро у тебя закончились аргументы, – ухмыльнулась она, припоминая ему его же фразу.       – А ты повторяешь за мной! – хлопнул ладоши он, ехидно улыбнувшись.– Такой укол в сердце, –притворно сказал вампир

***

      – Два стакана виски и.. –гибрид посмотрел на девушку, которая садилась на стул.       – Апельсиновый сок, –кивнула Мари, оглядывая бар. Привычный шум и мрак. Не так много народа, но и не так мало, как бывало в обычные дни. Кол.. Умел уговаривать. Саркастичные комментарии и метание по всему дому начинали действовать на нервы всем.       – А что, малышка Ри. Забросила пить? – с ухмылкой сказал Кол и взъерошил все её волосы на голове.       – Не очень хочется выпивать в три часа дня,– Гилберт кинула на него прожигающий взгляд, поправляя свои волосы.       Из-за чего Клаус не смог сдержать улыбки. Мари с Колом поладили.. Довольно быстро. Их дуэт был похож на хаотичных брата и сестру, но в качестве гиперактивного близнеца выступал Кол.       – О! – хмыкнул младший Майклсон.– Это та блондиночка! Я помню её, она была у нас.       Гилберт перестала пить свой сок и повернулась лицом к остальным. Походка Форбс была эффектной.       – Кэролайн, –с небольшой ухмылкой сказал Клаус.       – Это ты, – притворно вздохнула вампирша, со скрещёнными руками повернувшись к ним.       – Присоединишься? – подмигнул ей Кол, подняв в воздух бокал с алкоголем. А Форбс слегка смутилась. Это было понятно по тому, как она неловко переступила с ноги на ногу.       – Спасибо, но лучше я умру от жажды, – с улыбкой сказала Кэролайн и, развернувшись, ушла из бара.       Кол кинул взгляд на брата, который безразлично и холодно смотрел ей вслед.       – Не знаю, как для вас, но для меня это вызов! – протянул вампир и упорхнул вслед за блондинкой.       Клаус лишь хмыкнул, ничего не отвечая. Кажется, ему было всё равно на планы Кола.       Гибрид повернулся к Гилберт, которая хмурый взглядом смотрела на выход из бара.       Слишком слащявый голос. Походка от бедра. Она зашла в бар и сразу вышла, как только увидела их. Все это было.. Слишком показушно.       Гибрид, словно прочитав мысли девушки, быстро протянул её к себе. Воздух вокруг сгустился, пространство дрогнуло, и в следующий миг они уже стояли у заднего выхода бара, где пахло пылью.       Вовремя.       Сальваторе стояли с двух сторон от Кола, удерживая его, пока Рик заносил кинжал.       Кэролайн нигде не было видно. Клаус оттолкнул Аларика от своего брата. Учитель ударился об стену, а кинжал с пронзительным звоном упал на асфальт.       Прежде чем Сальваторе успели сообразить, Кол вырвался из их хватки, хорошенько припечатав младшему прямо в нос.       Мари присела на корточки. Кинжал, лежавший на земле, с резким звоном прокатился по асфальту и уже был в руке Гилберт.       – Надо было сразу убить тебя,— прозвучал низкий голос Клауса. Он медленно шагнул вперёд, его глаза неотрывно следили за Деймоном. В них читалось нечто большее, чем просто злость. Гнев.       — Ну, давай, — Деймон приподнял подбородок, но в его голосе сквозила насмешка. Он стоял неподвижно, только пальцы слегка сжались в кулаки. — Эстер всë равно тебя убьёт!       Сальваторе знал, куда давить. Точнее, думал, что знал. Его уверенность дала трещину, когда он услышал смешок Клауса и Мари, а Кол вообще расхохотался.       – Не могу поверить! Собственная мать хочет убить нас! – притворно вздохнул он, качая головой.       – Ты еще слезу пусти, – хмыкнула Мари, опираясь о стену. Кол с ухмылкой посмотрел на неё.       – Думаешь стоит? – растянулся в лукавой улыбке он. Стефан аккуратно, пошатываясь, вместе с Алариком подошли к Деймону.       – Оставьте их, — раздался голос сверху, и все обернулись.        На ступеньках, освещённые тусклым светом уличного фонаря, стоял Элайджа. Как и всегда, он был невозмутим в своём безупречном пальто.       — Они нам ещё понадобятся, — продолжил он, спокойно спускаясь по ступенькам.        Кол и Клаус внимательно наблюдали за Сальваторами и Алариком, ловя каждое их движение. Элайджа достал телефон, демонстративно показав его Деймону.        — Вы скажете мне, где ведьмы, или Кэтрин и моя сестра..—первородный смолк. Он кинул тёплый взгляд на Мари.– Они хоть и не убьют Елену, но уверен, им будет весело– от теплоты не осталось и следа, когда он посмотрел на Сальваторе. Холодный, стальной тон.       Деймон поднял голову, смотря на часы.       — Ты дал нам время до девяти, — произнёс он, хмурясь.       — Уверен, они будут рады начать пораньше,— невозмутимо ответил Элайджа.

***

      Гилберт двигалась сквозь чащу, ветки хлестали по рукам, а под ногами хрустел валежник.       Сначала они шли с первородными нога в ногу. Но потом разделились. Так было нужно.       Девушка покрутила свой браслет на запястье. Тот лишь на миг засветился алым светом, а затем погас. Ведьма была уверена, что Майкл будет очень рад свободе. Хоть и на пару минут. Им нужно было задержать Эстер. Её сыновья смогут это сделать. И на помощь, по приказу, им примчится Майкл. Он знал, что задумала Эстер. И с удовольствием посмеется в лицо своей женушке.       Девушка вздохнула, кинув взгляд за сгоревший дом. Огонь. Эстер. И её дети. Гилберт переступила через порог сгоревшего дома.       Куда было сложнее пройти следующую комнату. Предки ненавидели её. В первую встречу она отделалась головной болью и полётом на улицу. А сейчас?       Было ещё одно дело. Мать первородных черпала силу от ведьм Беннет, и Сальваторе, судя по всему, собирались эту связь оборвать.       Ненужными жертвами.       Бонни уж точно этого не заслужила. Она ведь только-только встретила мать.       – Если я этого не сделаю, – голос Мари перешёл на шепот, когда она аккуратно зашла в дом.–Они обратят Эбби Беннет в вампира.       Предки же, вроде как, волнуются за род Беннет. Должны понять. Ведьма переступила порог комнаты и тут же зашипела, когда у неё началась головная боль. И шепот, который эхом отзывался в её голове.       Но это закончилось. Слишком быстро. Предки и впрямь волнуются за род Бонни.       Девушка быстро прошмыгнула пару комнат, пытаясь найти мать Бонни. Гилберт спустилась по лестнице, увидев самый драматичный момент.       Деймон, с той самой зловещей ухмылкой, прижал окровавленную руку к губам Эбби, готовясь навсегда изменить её судьбу.       Щелчок пальцев и его тело грузно рухнуло на пол, а испуганная ведьма осталась стоять, широко раскрыв глаза.       – Что.. –ошарашенная Эбби не договорила, когда Гилберт схватила её за руки, начиная читать заклинание.       – Contacto in parte altera, et magis est ut de eo tempore, – прошептала девушка. Отстойное чувство. Связь с той стороны прошла через неё, направляясь на Беннет. Глаза Эбби закатились, и она с грохотом упала на пол.       Мари поджала губы, присаживаясь возле ведьмы, которая была без сознания.       Гилберт аккуратно повернула её голову, осматривая шею. Пульс был. Метка в форме вертикальных полос, которые означали стык той стороны и этой, тоже. План сработал.       Девушка поднялась на ноги, когда услышала шум. По лестнице спустилась Бонни. Беннет испуганным взглядом осмотрела всех и сразу кинулась к своей матери.       Мари прошла мимо младшего Сальваторе, который оглядев всю обстановку, посмотрел на неё. Но она мигом выскользнула из дома и вышла на улицу.       Тишина.       Перед ней была пустая пентаграмма. Семь факелов потухли, оставив после себя лишь тонкие струйки дыма, поднимающиеся в ночное небо. Эстер исчезла. Как и Финн.       По поляне расхаживали разъяренные первородные. Майкл ходил вокруг пентаграммы, а в его глазах был лишь гнев. Точно также ходили по поляне три брата.       – Где она? – голос Гилберт разрушил тишину. Все знали: сегодняшний ритуал с самого начала был обречён. Связи нет - первородные не скованы заклятьем.       – Исчезла вместе с Финном, – сказал гибрид, взволнованным взглядом посмотрев на неё, выискивая хоть какие-то повреждения.       Элайджа резко остановился и повернулся лицом к Мари. Он посмотрел на неё взволнованным взглядом.       – Ты же не.. –первородный не договорил.       – Она не пила, – перебил его Клаус.       Брови Мари взлетели вверх. Не пила? Знать бы, что это значит.       – Конкретики бы, – сказала Мари, пряча свои холодные руки в рукавах кофты. А потом закатила глаза, услышав смешок Кола, который повернулся к ней с улыбкой до ушей.       – Семь факелов-семь людей, которых мать хотела связать с помощью шампанского, – объяснил Элайджа, указывая рукой на факелы.       Девушка перевела взгляд туда, где стоял хмурый Майкл. Возле семи факелов. Эстер хотела убить первородных. Майкл. Финн. Элайджа. Клаус. Кол. Ребекка.       – И захватить заодно меня, – закатила глаза Гилберт. Древней ведьме же больше нечего делать.       – Поэтому, любовь моя, ты должна была уйти вслед за нами, – сказал гибрид.       Гилберт хмурым взглядом наблюдала за тем, как он медленно подходит к ней, попутно снимая с себя пальто. Майкл взглядом, который был полон скепсиса, проследил за своим пасынком.       – Очень любопытно, – гибрид обошёл девушку, оказываясь позади её.Он усмехнулся и накинул пальто хмурой Мари на плечи. Ну, ладно. Не скидывать же его на землю. Холодно, в конце концов. – Чем ты так насолила нашей матери? – спросил гибрид.       – Тем же, чем ты насолил ему, – ведьма кинула многозначительный взгляд на притихшего Майкла, зарываясь в пальто первородного. Гилберт тяжело вздохнула, выжидая драматичную паузу, внимательно наблюдая за всеми первородными.– Своим рождением.       Кто-то фыркнул, кто-то закатил глаза, а кто-то усмехнулся. Мари же улыбнулась, точно также тепло улыбнулся и Хенрик. Майкл со своими сыновьями стоял на поляне. Не было попыток убить друг друга, едких фразочек или ещё чего-то. Это был, хоть какой-то, но прогресс.

***

      Как только Мари вошла в Мистик-Гриль, то сразу же заприметила Ребекку, которая в одиночестве сидела за барной стойкой, попивая какой-то алкогольный коктейль. Девушка сразу же направилась к ней.       – Думаю, будет где по спрашивать, как ты себя чувствуешь, – вздохнула Гилберт, а Ребекка горько усмехнулась. Нож в спину от матери, хоть и ожидаемый, не самое приятное. Вампирша катнула стакан ведьме, которая с сомнением на это посмотрела.       – Немного можно, – махнула блондинка рукой.       Обе девушки перевели взгляд вправо, когда к ним подсел нежданный человек.       – Квотербек! – крикнул Кол. Мари с Ребеккой удивленно переглянулись.       – А ты что здесь делаешь? – выгнула бровь вампирша. Майклсон оглядел их с ног до головы.       – А вы? – задал вполне логичный вопрос он.       Ребекка закатила глаза и перевела взгляд, когда к ним подошёл Мэтт.       Все шло хорошо. Бокал за бокалом. Разговор за разговором. И вот уже Кол рассказывает о том, как они путешествовали по Египту. Ребекка добавляла комментарии, активно кивая. Мари с улыбкой это слушала, и даже Мэтт, который стоял неподалёку, пускал смешки на некоторые истории. Потом Кол решил поделиться всеми своими возмущениями, ведь его при каждом удобном случае закалывают.       Потом и Ребекка поделилась своими переживаниями о том, что, кажется никогда не найдет свою истинную любовь в этом жестоком мире. Кол добавлял разные комментарии, говоря о том, что у неё плохой вкус. И поэтому их разговор плавно перешёл в обсуждение всех бывших Ребекки. Вампир по имени Дерек, которого первородная встретила в пятнадцатом веке. Приёмный сын Клауса по имени Марселос. Простой человек по имени Питер и другие персонажи её жизни. Но, вот беда, они все мертвы. Кто-то умер сам, кто-то от рук Майкла, но большинство, разумеется, умерло от рук Клауса.       – Фактически, все вампиры могут иметь детей, – довольно резко сказал Кол.       Мари удивленно посмотрела на Майклсона. Ребекка перестала пить алкоголь и взглянула на брата с искрой надежды в глазах.       – Что? – выгнула бровь она.       – Но, – вампир поднял указательный палец в воздух, останавливая поток вопросов своей сестры. –Для этого нужна ведьма Майклсон. Куча ингредиентов и кровь гибридов и еретиков.       – Причем здесь еретики и гибриды? И ведьма Майклсон?– спросила Мари, а Ребекка кивнула. Обе выжидающе посмотрели на Кола.       – Ведьма Майклсон нужна для заклинания. Поскольку именно наша мать сотворила вампиров, а она была ведьмой Майклсон. Кровь гибридов и еретиков нужна, потому что они могут иметь детей. Они как баланс, – объяснил Кол. – Если взять нужную ведьму и нужные ингредиенты, то, возможно, всё может получится.       И это ввело девушек в ещё большее заблуждение.       – Кажется, там за вами, – подошёл к ним Мэтт.       Троица одновременно повернулась. Другая двоица возле двери оглядела весь бар. Но, как только они увидели Мари, Ребекку и Кола, последний из которых с ехидной улыбкой помахал им, они всё поняли. На лицах Элайджи и Клауса сначала был шок, потом удивление, а потом и странное облегчение. Оба подошли к барной стойке.       – Надо же. Самый лучший брат, – ведьма посмотрела на Элайджу, – и ты, – добавила она, из-за чего Элайджа невольно улыбнулся, а гибрид закатил глаза. Клаус перевёл взгляд на младшего брата, который с интересом рассматривал его.       – Хватит смотреть на меня, Кол, – сказал Ник, а Кол фыркнул.       – Ну, вот. Даже мир животных поизучать нельзя, – усмехнулся он. Две девушки пустили смешки, а Клаус повёл челюстью и перевёл взгляд на Элайджу, который покачал головой.       – А мы с Никлаусом гадали, почему вас нет дома. И даже звонили вам, – снисходительно улыбнулся старший брат, окидывая их взгядом.       – Мы не слышали, – спокойно пожала плечами Ребекка.       – Или игнорировали, – никчемно добавил Кол.       Элайджа тяжело вздохнул, а Никлаус посмотрел на бармена. Мэтт тщательно делал вид, что разговор его не касается, упорно протирая кружки до блеска.       – Я хотел позвонить Джереми, но.. – Донован замялся, увидев хищную улыбку Кола.       – Тебя уговорили никому не сообщать, – кивнул Элайджа, понимая весь намёк. Кол любил угрожать кому попало.       – И подкупили тоже, – с серьёзным видом сказала Ребекка, а Мэтт улыбнулся. Этот вечер принёс бару большой доход.       Пятёрка вышла на улицу. Кол, скрестив руки, посмотрел на своих братьев, пока Ребекка с Мари стояли позади него, тихо шушукаясь.       – И зачем вы нам названивали? – поднял брови он.       – Мы хотели уехать на поиски нашей матери и Финна, – объяснил Элайджа, элегантно поправляя пиджак.– Но вы, как мы поняли, слишком заняты.       – Мари, милая моя, – всë же не смог промолчать Клаус, с веселой улыбкой наблюдая за тем, как обе девушки медленно поднимают взгляды на него,–твоя тётя Дженна будет просто в восторге, когда тебя увидит.       – Дженна видела её в состоянии, которое было куда хуже, чем это, – улыбнулся Элайджа, вспоминая тот день, когда его закололи.       – Не вопрос, – сразу же сообразила Ребекка, хлопнув стоящую возле себя девушку по плечу.– Пусть у нас остаётся.       – Не-не-не, – покачала головой Мари.– Я и так дома двое суток не ночевала.       Кол медленно поднял на неё свой взгляд. Его глаза засияли, а сам он протяжно вздохнул.       – Да ну? – протянул он. –А я думал, что ночевать в кровати Ника намного удобнее, – улыбнулся он, сразу замечая, как изменились лица у всех.–Но! – сразу же оборвал он Мари, когда она шагнула ему навстречу. Даже отошёл на пару шагов назад, подняв руки в знак капитуляции. – Если ты так хочешь, можешь остаться в комнате Ребекки, а сама она уйдет к квотербеку. Да, Бекс?       Обе девушки медленно и угрожающе начали подходить к нему, а Кол, улыбнувшись, начал отходить назад.       — Нет, — залепетал он, пятясь. — Вы ведёте себя слишком плохо.       В следующую секунду он взвизгнул, развернулся и с криком: "Насилие не выход!"- пустился в бег, подпрыгнув на старте. Мари с Ребеккой сорвались с места и побежали за ним.       Клаус стоял на месте и, скрестив руки на груди, наблюдал, как трое взрослых, вполне разумных с виду существ носятся по улицам Мистик-Фоллс. Элайджа слегка наклонил голову, наблюдая за бегающей троицей, а в его глазах мелькнуло что-то радостное и тёплое.