Клык Ⅹ

      Звонок от Харриса поступил незамедлительно. Срочный вызов в отдел. Ещё бы, блять.               Драко боролся с приступом отчаяния, шедшим рука об руку с болью от метки. По крайней мере, она его ещё не убила. И он надеялся, что совершённое чужой рукой убийство не повод для исполнения наказания. Магия должна понять, что хоть палочка принадлежит Малфою, он не был палачом в этот вечер, а значит, клятву не предал.              Грейнджер свалила практически сразу. Не прощаясь. Драко успел заметить, как она прибрала к рукам орудие прошлых преступлений Энтони, а затем лёгкой походкой скрылась во тьме.              Не было времени подумать. Ему пришлось трансгрессировать с телом на руках. Оставив на скамье у главных дверей спецотдела мертвеца, Драко поспешил в кабинет. В его голове зрела коллекция аргументов, почему он даже не попытался предотвратить убийство. Почему один из лучших авроров на курсе позволил отнять свою палочку? По какой причине просто смотрел на запрещённые пытки?              Один из ответов пришёл сам. Где-то в глубине души Драко был рад. Смерть — это милосердие. Так учили ещё до Аврората. И по закону он не имел права так облегчать жизнь преступника. История Энтони была... Трагичной. Он просто хотел избавиться от отца-тирана и хоть раз почувствовать, что такое жить с матерью. Драко был уверен: Стилл идеализировал её. Приписал все те хорошие качества, о которых слышал от сокурсников. Да, он пошёл на убийство. Но делало ли это плохим человеком? И да, и нет. Просто Малфою было бы жаль, отправься Стилл в Азкабан. За такого рода преступления там и соседи по камерам непрочь выбить всё дерьмо.              А вот что касалось пыток... Драко был слишком горд, чтобы признать: он банально испугался. Это факт, просто никому не скажешь. За всю жизнь он встречал только одну женщину, которой нравилось доставлять людям боль. Иронично, именно она оставила перекрытый татуировкой шрам на руке Грейнджер. Беллатриса, пожалуй, могла и предать свои убеждения, увидь она, на какую чернь способна магглорождённая ведьма.              — Я всё объясню, мистер Харрис! - Влетая в кабинет, Драко почти принялся выкладывать всё, что произошло, но заметив количество присутствующих, умолк.              Поттер, сидящий во главе стола, окинул его подозрительным взглядом. Кингсли, по-видимому, разговаривавший со стариком Харрисом минутой ранее, выражал собою абсолютное спокойствие. Незнакомый брюнет криво ухмылялся, перекатывая яблоко в своей ладони. Где-то подобное выражение лица Драко уже видел.              — А, сынок. Поздравляю с раскрытием первого дела. - Харрис выразительно кивнул, и пока все следили за реакцией Малфоя, жестом приказал молчать.               Драко быстро понял, что к чему. По какой-то причине старик не собирался обсуждать дело ритуалиста при гостях. Тем лучше.              — Знаете, мистер Харрис, там...               — О, знаю-знаю, Мия уже помыла пол. Кто-то пытался сделать себе кофе с помощью магии и облажался. Жидкости фонтаном хлынули из автомата, представляете? Никак не привыкнут к аппарату. - Хохотнул Харрис, остальные нехотя его поддержали. — Присаживайся, Малфой.               Под пристальные взгляды бывших сокурсников, Драко опустился на подоконник, оставаясь как можно дальше от остальных. Голова шла кругом. Хорошо, что успел очистить форму от крови Стила, прежде чем ему задали бы слишком много вопросов.              — Драко, мы здесь по делу похитителя душ. - Не распинаясь на приветствия, начал министр. — Убита Маргарет Флэтчер.               Та самая Маргарет, с которой он провёл ночь перед днём выпуска. И они снова скажут, что это ёбаное совпадение?! Стоило только вспомнить о ней...              — Когда? - Опустошённо спросил Драко.               Так тяжело на душе ещё не было. За ним следят. Мама была первой и единственной чистой любовью в его жизни. Пэнси была близкой подругой. Маргарет... Она явно лишняя в этой цепочке, но оттого ещё хуже. Она не должна была умирать из-за него. Это какая-то глупая ошибка. Сюр.              — Вчера. Какие отношения вас связывали?              Наконец-то. Дошло. Не прошло и года, как они научились подмечать очевидное.               — Никакие. Просто иногда нас ставили в пару на тренировочных матах. Но мы спали... Один раз. Я же говорил вам...              — Да, Малфой, можешь гордиться собой. Ты был прав с самого начала. - Встрял Поттер, устало потирающий виски. — В общем так: все, кто ранее состоял в группе по обсуждению этого вопроса, отстранены от расследования. Теперь этим занимаемся только мы. Министр будет координировать задействованные отделы. Рон занимается личной охраной мистера Дэвиса, так как именно он посодействовал твоему выходу из Азкабана, а значит, в теории, может быть следующей мишенью. Мистер Харрис будет неустанно следить за тобой. Кто знает, что на уме у похитителя.               Он промочил горло, чтобы продолжить.       — Познакомься, это Даниэль Колман. - Указывая на брюнета, сказал Поттер. — Он временно переведён в ваш отдел для помощи в расшифровке иностранных ритуальных проклятий. Все Британские мы уже прошерстили. Нам важно понять, как он скрывает магические следы. И что требуется для извлечения души из тела волшебника. Потому что никто ранее не сталкивался с подобным.               — Не все. - Хрипло ответил Драко поднимаясь. — Не все оказались вам доступны. Малфои веками собирали свои знания на эту тему. Я принесу фолианты к следующему собранию.              — Замечательно. - Согласился Гарри, поправляя очки. — Твои... Предположения на этот счёт тоже очень важны, особенно те, что касаются тёмной магии. В конце концов, ты мог слышать о подобном когда...              Познания в области тёмной магии... Блять, знал бы он, что Грейнджер сведуща в этом куда лучше него.              — Был цепным псом у Реддла. - Закончил Драко, вскидывая подбородок. — Не утруждайся в выборе формулировок, Поттер. Меня это не колышет. Давно. В любом случае, если бы я что-то знал, то вы бы услышали об этом первыми.              — Ладно. И вот ещё что... Незамедлительно сообщай, если получишь какую-то записку или иное послание от «похитителя». В любое время суток. Напрямую мне или мистеру Харрису.              — С чего ты взял, что он выйдет на связь? Конечно, в Азкабан трудно доставить весточку, но когда он убил Пэнси — я уже был на свободе. Ничто не мешало ему...               — Ещё не вечер, Малфой. Если это месть, он даст о себе знать рано или поздно. - Уизли вставил свои пять копеек с деловито-умным видом. — Защити жилище и назначь хранителя тайны. Как можно скорее.              Можно ли поставить Фиделиус на чужую квартиру? Этот вопрос следовало бы изучить заранее. Сейчас защита стояла благодаря усилиям Лины, но через неё можно легко прорваться, если знать контрзаклинание.              — На сегодня всё. Будем встречаться здесь каждую неделю. За исключением уважаемого министра, разумеется. Дату и время сообщу за сутки — двое. - Поттер вышел из-за стола, чтобы пожать руку остальным на прощание.              Колман оставил какие-то бумаги на столе Харриса, окинул Драко надменным взглядом и вышел вслед за Уизли.              Когда кабинет опустел, Харрис сел и выжидательно посмотрел на своего ученика. От избытка чувств Драко даже позабыл, зачем изначально пришёл. А казалось, что этот вечер будет невозможно выкинуть из памяти.              — Давай расставим всё по местам, чтобы никогда больше к этому не возвращаться. - Харрис вынул из-за уха сигарету, предлагая её Малфою.               А ведь Драко никогда в своей жизни так много не курил. Пару раз за компанию с Блейзом в Хогвартсе. В Азкабан передачки не носили, хоть и тогда уже до одури хотелось. Казалось, что никотин избавит от постоянного стресса. Напомнит о том лучезарном куске прошлого, что сейчас абсолютно полностью размыт на фоне событий последних лет.               Зато после того, как узнал о смерти матери, сигарет становилось всё больше. Никотин — чертовски расслабляющая штука. Все проблемы улетучиваются, сто́ит вобрать в себя немного. Наполнить лёгкие до першения в горле, до хрипа в груди. Правду говорили: сигареты страшнее любой другой зависимости. Потому что всегда под рукой. Круглосуточно в отличие от алкоголя. Если нет у него, всегда одолжит кто-то поблизости.              Жаль, что другой, ещё более приятный метод снятия стресса — секс, так не работает.               — Линч видел, а значит, и я, всё, что произошло в Ричмонд-парке.              Харрис, опираясь на трость, со слабым кряхтением дошёл до стола и сел в своё кресло. Бледные костлявые пальцы вцепились в подлокотник, седовласая голова плавно откинулась на спинку, а веки под тяжестью проблем то и дело стремились закрыться. Хорошо бы, если насовсем. В таком полулежачем состоянии он и продолжил.              — Я говорил тебе всегда помнить о своём выборе, сделанном на испытании. От своих слов не отказываюсь. Ты не должен вершить судьбы, чтобы магия тебя не испепелила. Магический контракт ставит табу на любого рода убийства. Ну, кроме несчастных случаев. Магия в состоянии считывать истину...              — Поэтому я ещё жив?              Харрис принялся разминать шею, окидывая Малфоя неодобрительным взглядом. Он не привык к тому, что его перебивают.               — Да. Послушай, сынок. Другим на тебя плевать. Поттеру, Уизли, министру. Каждый из них ждёт, когда ты ошибёшься. Если начистоту: они ждут, когда налажаю я и весь мой отдел. Слишком хорошо мы работаем. Понимаешь ли ты, почему показатели моего отдела так высоки?              Грейнджер? Харрис же, должно быть, в курсе её... Особенностей. Малфой высказал это предположение вслух.               — Не совсем. На меня работают только опытные авроры. Тридцать восемь человек, ты — тридцать девятый. Налаженная работа в команде повышает производительность труда. Кто-то сходится характером со своими напарниками, кто-то нет. Я любитель маггловских поговорок. Одна голова хорошо, а две лучше, и это работает. Под руководством Поттера с десяток разномастных отрядов. В каждом обязательно есть главный. Тот, кто принимает финальное решение, что может не устраивать остальных и обязательно провоцирует конфликты. Результат — кто в лес, кто по дрова. Но и это неосновная причина.              — А что тогда?              — Я собрал самых мотивированных людей в стране. Нам платят больше за каждое раскрытое дело, что очень нравится многим. Некоторые женщины подвергались сексуализированному давлению на прошлых местах работы, а здесь им достались адекватные партнёры, соблюдающие рамки приличия. Кто-то, как и ты, был сломлен от потери близкого. Я дал им шанс не только расправиться с убийцами и насильниками, но и защищать других от той же участи.              — То есть вы даёте добро на казнь? Втайне от министра? Но как это возможно?        — Кингсли не поддерживает такой подход, но прекрасно обо всём осведомлён. Мир после смерти Тома Реддла одичал. Потери в лице магглов и волшебников — далеко не главная проблема. Преступность возросла. Из-за тех, кто искренне считает, что политика Волдеморта была необходимым злом. Или тех, с кем во время войны поступили, мягко говоря, крайне хуёво. Многие обозлились, кто-то сошёл с ума, да о причинах можно говорить часами, только не в этом вся суть. Об этом не напишут в газетах, не расскажут в переулке, боясь гнева текущего правительства или банального осуждения. Азкабан — нерезиновый. Мы не занимаемся тем, что суд мог бы помиловать. Так что да, есть с десяток лиц, способных на убийство. Мои сотрудники далеко не все изначально были аврорами. Не скованные меткой они могут убивать. И все они заняты, потому тебе досталась Гермиона. Радуйся, что именно она взяла на себя всю грязную работу. Формально её никогда не будет в отчётах, все лавры достаются тебе.              Просто... Охуеть.       Изначально Драко даже не подозревал о том, куда попал. Никто не спешил делиться подробностями. Думал, будет заниматься тем же, что входит в обязанности среднестатистического аврора: изымать тёмные артефакты, гоняться за незарегистрированными анимагами, защищать министра или служить на границе.              Но Харрис выбрал его для работы в спецотделе. О котором ни слова не произносят на официальных мероприятиях. Теперь хотя бы понятно, почему о нём не распространяются. Но всё ещё неясно, зачем именно Драко пристроили сюда.              — Но если Кингсли в курсе, зачем шифроваться?               — Он не знает, с кем ты работаешь. О Грейнджер никому из них неизвестно. Так и должно оставаться. К тому же он из тех людей, что предпочитают закрывать глаза на подобные детали. Особенно перед героями войны. Вспомни, как сражался Поттер. Из запрещённого — одно Империо.              Понятно. Нужно всё это переваривать. Без осознания нет принятия. Дома он подумает над этим. За парой бокалов огневиски.              — Зачем здесь я? Почему из всех кандидатов именно я?              — Потому что... - Харрис выдержал паузу, подбирая нужные слова. — Мне не всё равно.              Осадок недоговорённости осел неприятным слоем где-то внутри. Это не всё. Точно. Но каких бы целей ни преследовали Харрис на пару с Дэвисом, об этом следует поразмышлять позже.               — Грейнджер... Ей правда нравится это, да? Упиваться болью? Она улыбалась, когда пытала его. С лёгкостью кинула непростительное, абсолютно без сожаления. Она больна, да? Как и все ваши подчинённые... - Уже стоя на пороге, сказал Драко.              — Мы все нездоровы, сынок. Каждый по-своему. Иначе как нам жить эту дерьмовую жизнь?