Глава 3. Фотоплёнка

      Эти несколько дней, что мы провели вчетвером на Гриммо благоприятно воздействовали на меня: я уже могла хотя бы использовать слабые заклинания и более-менее ходить. С Тонкс мы, действительно, стали хорошими подругами, как когда-то с Лили. Она меня постоянно поддерживала, да и иногда нужно было обсудить всякие женские вещи, что с Римусом или Сириусом точно не сделать. Кстати, Сириус. Я до сих пор немного стесняюсь его, но отношения наши хотя бы похожи на прежние наши отношения, хотя я считаю, что нужно прошлое выбросить из головы и жить так, как получается именно сейчас, ведь завтра может и не настать. Я это по своему опыту знаю.       Я проснулась тогда, когда Сириуса уже не было в комнате. Шторы были задёрнуты, потому в спальне свет не слепил своей яркостью. Я быстро нашла его халат и накинула на плечи, завязав пояс. Скорее всего, Тонкс с Римусом пришли.       Я спустилась на первую ступень, но ноги мои немного дрожали по-прежнему, потому я попыталась трансгрессировать, и это у меня, на удивление, получилось.       На первом этаже из столовой доносилось множество голосов, потому я направилась именно туда, замерев, правда, удивлённо на пороге. За столом сидело всё рыжее семейство: Молли, Артур, Билл, близнецы и двое детей, которых я не знала. Нет, не все. Чарли не было и Перси. Тонкс с Римусом, естественно, тоже уже присутствовали. Все молча смотрели на меня, побросав свои ложки на стол. Образовалась неловкая пауза, которую, однако, прервал Сириус.       — Доброе утро, — он поднялся и подошёл ко мне, обняв за плечи. — Молли, Артур, думаю, вы должны помнить Джейн. Мы как раз завтракаем, не хочешь? — обратился Сириус уже ко мне, нежно улыбнувшись, и я кивнула. И мне всё равно было неловко от всех этих пристальных взглядов.       — Помним уж, но… — Артур нахмурился, пока Сириус придвинул ко мне стул и отправился на кухню за посудой, спросив у меня для начала про выбор между кофе и чаем.       — Она воскресла, — кивнул Римус. — И Джейн тоже полноправный член Ордена.       — Джордж, у них какая-то супер-семейка. То спасаются от Авады, то воскресают, — хохотнул Фред, но это не было чем-то обидным.       — Мне бы таких способностей, — поддержал его близнец.       — Фред! Джордж! — строго прикрикнула на них Молли.       — Ой, да ладно тебе, Молли. Они же шутят, — вступилась за них я, пока Сириус из-за моей спины положил передо мной кашу и чашку чая, затем приобняв.       — Вот именно! Наконец-то нашёлся человек, понимающий нас, — картинно вздохнул Фред, и Сириус рядом хмыкнул.       — Кстати, где Чарли и Перси? И познакомьте меня с младшими, а то я не успела их увидеть. Да и поздравляю, вы ведь хотели дочь давно, — моей радости не было предела, ведь жизнь начала полноценно оживать: появились новые лица, больше знакомых, больше движения.       Молли отчего-то вдруг нахмурилась, но её не вылетевшие слова прервал один из шебутных братьев:       — Он немного по драконам, — подметил весело Джордж. Какими были в детстве, такими и остались. Ни Билл, ни Чарли, ни Перси не были столь активными карапузами, как они.       — Да и в Румынию свалил, чтобы больше не слушать мамины благозвучные трели.       — Парни, — с нажимом позвал их Артур, пока Молли еле сдерживала себя от того, чтобы не выдать им хорошенькую оплеуху. — Это Рон и Джинни. Рон, кстати, одногодка Гарри, — Артур понимающе улыбнулся, а у меня дыхание перехватило от этих слов: слишком уж мне не терпелось увидеться с пельмяшем.       — Оу, это замечательно! — только я хотела завалить долговязового паренька с покрасневшими ушами кучей вопросов про Гарри, как вдруг Джинни вместе с Тонкс громко захихикали, ведь метаморф решила поразвлекать всех и удлинила свой нос, как у Пиноккио.       Таким образом и прошёл остаток завтрака: непринуждённо и легко. Было так приятно осознавать, что теперь в этом жутком доме будет жить кто-то ещё, кроме нас. Да и не просто кто-то, а семейство Уизли. Если честно, я их просто обожаю, ведь они так похожи на нашу: тёплые, уютные, — хотя составом они весьма превосходят нас, но, кажется, от этого они выглядели гораздо счастливее.       — Сириус, у тебя даже на кухне творится чёрте что, а ведь там готовится еда! Да и спальни все убрать надо хотя бы, — начала Молли, когда Римус с Тонкс прибирали стол после трапезы. Артур и Билл уже ушли на работу. Оказывается, Билл работает в Гринготтс.       — Кстати, тебе лучше не упоминать имя Перси, — Фред подкинул конфету в яркой обертке и подмигнул мне.       — Почему? Он сделал что-то ужасное?       — О да, — тут как тут нарисовался и Джордж. — Он за Министерство.       — Утверждает, что Гарри на пару с Дамблдором сошёл с ума.       — Мальчики, помогите отнести посуду! — Молли вклинилась в наш разговор, и близнецы вынули палочки, левитацией отправив оставшиеся тарелки вон из комнаты. Конечно, посуда грозилась врезаться в стены или в кого-нибудь, но, думаю, им просто нужно попрактиковаться. — Джейн, ты в силах убираться? — мило поинтересовалась она, вызвав во мне усмешку. Удивительная женщина.       — Да, я бы хотела очень помочь. Какую мне комнату на себя взять? — я поднялась, опираясь о стол и оглядываясь по сторонам: ко мне уже спешил Сириус, чтобы придержать. Иисусе, именно из-за этого я чувствую себя какой-то немощной. Если у меня есть небольшие трудности — это ещё не значит, что мне требуется помощь.       — Ты как? — я закатила глаза на его вопрос и слишком резко вырвала свой локоть, только потом осознав, что это был не такой уж и безобидный жест с моей стороны.       — Прости, — я неловко потупилась.       — Семейная драма! — пропел саркастично Фред, подобравшись обратно ко столу с гордым видом. Наверно, ни одной тарелки не разбил.       — Возьми Джорджа с собой и идите убирать свою комнату! — только сердито воскликнула на этот выпад Молли. — Ох, ни секунды покоя. Джейн, ты могла бы помочь Тонкс и Люпину убраться на кухне, а я пойду дам детям задание.       — Прости, — повторила я, выпрямившись. — Я не хочу так сильно от вас зависеть…       — Джейн, ты ни от кого не зависишь. Перестань быть упёртой. Я знаю, что это общая черта Поттеров, но мы всего лишь хотим помочь, — он поднял моё лицо за подбородок, изучая меня серьёзным взглядом.       — Про упёртость не тебе говорить, — Сириус мягко улыбнулся, и я сделала шаг вперёд, обняв его. — Хорошо, с этого момента ты можешь мне помогать, но немного, — он рассмеялся, запутавшись пальцами в моих волосах. Я зажмурилась и прижалась лбом к его плечу расслабившись в крепком захвате. — Тогда и ты сам не отталкивай нашу помощь.       — Запомню твой совет на будущее.       Затем все приступили к уборке. Тонкс и Римус запретили мне особо что-то трудное делать, поэтому я, в основном, протирала столы, а также напросилась помыть хотя бы всю посуду. Да и, если честно, после того, как вентиляция была очищена на кухне стало в сотни раз легче дышать. Молли постоянно ходила туда-сюда, контролируя всё и всех. И во время одного из таких обходов она вдруг начала жаловаться, хотя до того только хвалила нас:       — Где Сириус у вас? Я сказала ему, чтобы вам помогал. Найдите его. Нечего штаны просиживать, тем более это его дом.       — Молли, у него началась депрессия оттого, что ты портишь атмосферу дома Блэков, — хохотнул Римус, выпрямившись. До этого он протирал нижние шкафы.       — Очень смешно, Римус. Надеюсь, вы заставите этого лентяя что-нибудь делать, — я не стала защищать Сириуса, потому что это вылилось бы в конфликт, а этого уж я точно не хочу, да и мне достаточно того, что я считаю иначе.       Договорились на том, что я пойду искать Сириуса, потому что делать мне всё равно ничего особо не разрешают. На лестнице я столкнулась с Кричером, который под нос бубнил что-то про то, что грязнокровки, предатели и прочие разворовывают достояние благороднейшего и древнейшего семейства Блэков, неся вниз куда-то статуэтку страшненькой змеи. Я не стала останавливать его: одна радость осталась только у ненормального домовика, так пусть пока насладится ей.       Сириуса в спальне не наблюдалось, хотя я была уверена, что он отсиживается там. Джеймс и Сириус всегда отлынивали от всякой работы, предпочитая валять дурака в прямом смысле. Они часто просто так по-дружески дрались. Конечно, у меня тоже есть эта способность, но она развита гораздо меньше. Уж не знаю почему, правда.       Затем я отправилась в комнату Клюворыла, где Сириус и нашёлся. Он кидал гиппогрифу дохлых крыс с задумчивой улыбкой.       — Решил Клювокрыла откормить? — я облокотилась плечом о косяк, широко усмехнувшись. Сириус вздрогнул и резко развернулся ко мне с кривой ухмылкой.       — Чтобы откормить его этого явно будет недостаточно, — он кинул последнюю зверушку гипрогрифу и приблизился ко мне, не сводя взгляда с моего лица.       — Ну да, — я опустила глаза, нелепо хмыкнув. — Не поможешь прибраться? Молли иначе скоро начнет буйствовать.       — Пусть хоть весь дом разнесут, мне всё равно. Понимаешь, я ненавижу это место. Я, чёрт тебя дери, сбежал отсюда в своё время, но по иронии судьбы теперь застрял здесь на веки вечные, — концетрация недовольства Сириуса стала практически стопроцентной. Я, конечно, не могу в полной мере понять его, но я это всё знаю. Однако деваться ему всё равно некуда.       — Давай попробуем забыть, что находимся здесь? Не воспринимай это как дом Блэков, ведь теперь это штаб Ордена, — я сделал шаг вперёд, задрав голову и сжав его ладони в своих руках. Сириус поджал губы и выжидающе уставился на меня, — теперь здесь живут не Блэки, здесь — мы, Римус, Тонкс, Уизли, скоро будет и Гарри, — он вдруг довольно сильно стиснул пальцы на моих запястьях, отчего я даже негромко простонала, нахмурившись. — О чём ты подумал?       — Прости, — Сириус тут же ослабил хватку, отпустил меня, затем чуть отойдя. — Я подумал про Джеймса, хотя сейчас он не должен иметь такого значения. Я подумал, что втроём мы могли бы изменить этот гадюшник, — из искренне недовольного состояния он резко метнулся в отчаянно обречённое, потупившись.       — Я даже не помню, как он погиб, но, знаешь, меня утешает то, что вокруг меня столько людей, которые не дают мне даже задуматься хоть на секунду об этом, — я вновь встала почти вплотную к нему и вознесла ладони, обняв ими щеки Сириуса, незатейливо проходясь кончиками пальцев по усам — он умильно хмыкнул, — но главным образом здесь ты, и это не просто утешает, это радует, это даёт надежду. С тобой мне становится абсолютно всё равно на любую беду.       — Знаешь ли ты, что я люблю тебя? — руки Сири оказались на моей пояснице, ближе прижимая к нему, склонившемуся ко мне.       — И именно поэтому ты поможешь нам убрать кухню, — я широко улыбнулась, почти касаясь его губ, начиная шептать.       — Но этой вещи ты точно не знаешь. Чёрт тебя дери, это корыстное использование своих полномочий, — мы рассмеялись, затем обменявшись весёлыми взглядами, не отстраняясь друг от друга. Дьявольски хотелось поцеловать его, но первой быть я страшилась от той неловкости, что вдруг встала между нами. — Не переживай, я никому не расскажу, если ты заплатишь штраф, — его взгляд стал хитрющим, а моё сердце смущённо заколотилось, примерно представляя его дальнейшие слова.       — И что же за штраф? — я прикусила уголок губы, чтобы сдержать слишком уж огромную бесконтрольную улыбку.       — Всего лишь поцелуй, — будто само собой разумеющееся назвал.       Однако от этих слов в животе всё затрепетало, а дыхание ускорилось.       — Это «да»? — хрипло прошептал мне практически в губы и после того, как я прикрыла глаза и слегка кивнула, Сириус невесомо накрыл их, крепче сжав ладони на моей талии. Его волнение передавалось и мне будто током по коже. Я не могла сдерживать внутри этот горячий порыв любви, цепляясь за его волосы, охотно выгибаясь в спине, стараясь отвечать нежно, но жесты отчего-то сами по себе приобретали страстные обжигающие нотки. Едва дрожащие ладони Сириуса медленно стали сползать ниже. Когда вдруг в соседней комнате послышался грохот, а Клювокрыл стал брыкаться. Руки Сириуса так и замерли на моих ягодицах и оставались там даже тогда, когда мы заговорили о странном шуме.       — Думаю, это Кричер, — просипел с тяжёлым дыханием, желая уже вернуться к прерванному занятию, как я всё же остановила эту попытку. Вовсе не подходящее время для этого.       — Лучше всё же проверить, — также не особо разборчиво я выдавила из себя, как вдруг Сириус с протяжным стоном уронил голову мне на плечо, подняв свои ладони сразу мне на талию.       — Четырнадцать лет. Четырнадцать грёбаных лет, Джейн. Мне кажется, я стал вновь девственником, хотя это невозможно, — это было смешно и печально одновременно, потому я не знала, что ответить на этот выпад, хотя я прекрасно понимала, что это не просто шутка. Это вообще не штука.       Я лишь стала гладить его по голове, после прижавшись губами к макушке, опуская ладони на крепкие плечи.       Без слов Сириус отстранился и невесело усмехнулся, прежде чем мы отправились в соседнюю комнату, но так до неё и не дошли: Кричер наткнулся на нас в коридоре, прижимая к груди какую-то вычурную, с ножкой в виде змеи лампу.       — Куда это ты несёшь его? — грубо бросил Сириус, и домовик стал пытаться за спиной спрятать стащенный предмет.       — Кричер, зачем тебе этот хлам? — снисходительно спросила я. Конечно, с ума эльф сошёл, но, думаю, на вежливый вопрос он быстрее ответит.       — Миледи, Кричер ничего не брал, у Кричера ничего нет, — упрямо заговорил домовик, пятясь.       — Нечего с ним фамильярничать! Отдай сюда, паршивец! — вскричал Сириус и наклонился над Кричиром, попытавшись отнять у него лампу, но эльф слишком цепко хватался за вещь.       — Нет! Эти поганые грязнокровки разворовывают дом! Кричер только хочет сохранить вещи госпожи!       — Да, Иисусе, Сири, оставь ему эту побрякушку, — но Сириус только сильнее тряхнул лампу, и Кричер свалился на пол, раздражённо начав бубнить что-то под нос.       — Он их складирует. Бог весть сколько он ещё дряни спрятал у себя. Проваливай! — Кричер поднялся, и Сириус слегка пнул его, отчего эльф помчал скорее вниз по лестнице.       — Зачем ты так с ним? — я поджала губы, посмотрев вопросительно на него. Сириус уже успокаивался и выглядел всего лишь немного недовольно. — Или ты так вымещаешь свою не потраченную на одно известное дело энергию?       — Ты просто не слышала, как он называл тебя. Да и для этого известного дела энергии у меня отдельный запас есть, — хохотнул и приблизился ко мне, набок склонив голову.       — Не сейчас, — протягивая гласные, пропела я и чмокнула его в щеку, собираясь спускаться, как вдруг Сириус прижал меня к себе за талию.       — А когда? Тебе так не терпится убираться?       — Терпится, просто не хочется потом выслушивать жалобы Молли, — мы рассмеялись, и после Сириус чмокнул меня в щеку, тут же отстранившись.       — Идём же, — я не могла перестать смеяться, особенно когда Сириус так забавно корчил лицо, вскидывая брови.       Он сжал мою ладонь, переплетая наши пальцы и мигом трансгрессируя на кухню. Тонкс, не ожидавшая этого (а мы появились случайно прямо перед ней), вздрогнула и пролила половину таза грязной воды на Сириуса. Мой дикий смех стал перекликаться с хохотом Римуса, который в это время драил верхние полки.       — Ой! Сириус, прости меня! Сейчас всё исправлю! — Нимфадора поставила таз на пол, расплескав остатки.       Спустя минут пять мы уже приступили нормально к уборке. Казалось, что Мародёры вновь вместе, что это те наши шутки, привычные жесты, обращения, но, наверное, каждый чувствовал, что что-то не так, что чего-то важного не хватает, и это лишь симуляция.       — Ой, какие молодцы! Самим приятно смотреть, так ведь? — Молли сжала мои и плечи Тонкс, широко улыбнувшись. — А готовить на чистой кухне вдвойне приятно! Идите пока к остальным в столовую, я пока обед сварю, — конечно, мы пошли туда, а что ещё делать-то?       — Кстати, сегодня вечером будет сбор Ордена, — предупредил Римус, прежде чем мы зашли в комнату, из которой по коридору разносился довольно-таки весёлый шум.       — А вот и ещё рабочие! — воскликнул задорно Фред, развернувшись к нам.       — Надеюсь, мама не станет заставлять больше работать: солнце-то пока ещё высоко, — подхватил Джордж.       — Мальчики, неужели вам так трудно сделать что-либо для своей матери? — непонимающе спросила Тонкс и села рядом с Джинни и Роном.       — Мы-то дома не убираемся, — одновременно хохотнули близнецы.       Я приземлилась рядом с Фредом, а Сириус — со мной, Римус — с Джинни, присоединяясь к развлечению изменения внешности метаморфа. Кажется, это уже стало будничной программой.       — А можешь сделать зелёные волосы? — смеясь, попросила Джинни, когда Тонкс вместо носа и рта отрастила себе гусиный клюв.       — Ато! — громко произнесла Нимфадора, когда вернула себе своё лицо.       — Мне тут птичка напела, что сегодня вечером сбор Ордена, это ведь так? — спустя нескольких превращений Тонкс Фред приобнял меня за плечи, заговорщически сощурившись.       — Я уже говорила, что вам нечего в Ордене делать и туда вступают только те, кто окончил школу, — ввязалась Молли, вдруг появившаяся в столовой.       — Но мы совершеннолетние! — проныл Джордж.       — Нет, — безапелляционно обрубила Молли. — Джейн, детка, не поможешь мне с готовкой?       — С удовольствием, — я кивнула и скинула руку Фреда, обменявшись с Сириусом взглядами, и тут же слегка смущённо улыбнулась.       Молли велела мне нарезать салат. Конечно, она могла сделать это и сама, но позвала она меня, естественно, не просто так.       — Как ты думаешь, Сириус не сильно злится оттого, что мы сюда вломились и затеяли уборку? Просто я вижу, что он не охотно это всё воспринял, — это даже удивительно. Мне всё казалось, что Молли всегда прёт напролом и поступает так, как ей вздумается.       — Сири просто упрям немного, да и на дом ему всё равно, потому что он не любит его из-за родителей и брата, — я пожала плечами. Наконец-то хоть что-то, но разрешили мне готовить.       — А вам мы не мешаем? Ну, вы всё-таки молодые…       — Иисусе, Молли! — неловко воскликнула я, ощутив, как щёки начали гореть. — Поверь, Сириуса ничего не остановит, да и… Давай лучше переведём тему.       — Ты права, — она тоже неловко усмехнулась, забросив в большую кастрюлю овощи. — Как тебе жизнь? Привыкаешь?       — Более-менее, хотя что-то мне до сих пор запрещают, мол я ещё не до конца восстановилась, хотя я чувствую обратное. Молли, я хотела спросить у тебя одну вещь… — я попыталась прикрыться волосами, потому что эта вещь была все-таки личной, касающейся сугубо меня и Сириуса.       — Конечно, — Молли встала рядом, когда я положила в ложку в салат и развернулась, опершись копчиком о гарнитур.       — Я тут подумала о ребёнке. Знаешь, на самом деле, я думала об этом ещё до всего этого, но мы не успели… А сейчас просто боюсь, что время не подходящее, да и Гарри скоро с нами будет… но, с другой стороны, время идёт, да и война скоро… Я, конечно, не хотела бы, но эти мысли сами лезут. Я не хочу думать о чьей-либо смерти, но…       — Джейн, — Молли вдруг нежно приобняла меня за плечи, поглаживая, — я считаю, что происходящее — не повод отодвигать это событие, ведь мы справились, а вы подавно справитесь. Здесь важно, чтобы вы оба этого хотели, да и ребёнок не появляется мгновенно, хотя признаюсь, что с ним труднее, ведь ты начинаешь беспокоиться и о нём.       — Я просто подумала об этом, потому что Джеймс раньше всё дразнился, что я стану скоро матерью для Гарри, ведь слишком много с ним провожу времени, да и нам пора тогда своих детей заводить. Мы с Сириусом раньше обходили эту тему, но сейчас, с появлением всего вашего семейства, я вновь об этом задумалась…       — В любом случае знай, что ты можешь обратиться ко мне всегда, но я бы посоветовала тебе поговорить сначала с Сириусом и всегда помнить, что вы не одни и Орден готов постоять за каждого, — гордо произнесла Молли, чуть сильнее сжав мои плечи.       — Спасибо.       После обеда Молли согласилась дать всем время отдохнуть. Младшие отправились в комнату к Рону. Кажется, они не собираются мириться с тем, что их не хотят пускать на собрания, вот и решили устроить консилиум. Тонкс, Римус и Молли отправились в магазин за моющими средствами и продуктами. Они и меня приглашали, но Сириуса оставлять одного мне не хотелось.       — Чем займёмся? — мы валялись на кровати, обдуваемые феноменально горячим засушливым ветром с окна. Я закинула голову на его плечо, чувствуя как Сириус мягко проходился по моим волосам ладонью, задумчиво глядя на колыхающиеся шторы.       — Моё предложение всегда в силе, хотя что-то жарковато стало, — хохотнул, повернув ко мне голову и чмокнув меня в лоб.       — Знаешь почему? — я выпрямилась и вжала ладони в свои колени, чуть прогнувшись в спине, чтобы размять её. Сириус вопросительно вскинул голову. — Потому что я здесь, — я гордо подняла подбородок.       — Самомения вам не занимать, миледи, — он рассмеялся и сел напротив, примерно, в такую же позу, лукаво сощурившись.       — Сэр Блэк, ваши предположения ошибочны. Осмелюсь отметить вашу горячность именно от моментов близости со мной, а не от лежания под солнцем, — моя ухмылка стала шире.       — Тогда докажите же свои выводы, миледи. Или женщины не умеют-с в экспериментальную науку? — он приблизился ко мне, нахально усмехаясь и поднимая моё лицо выше пальцами за подбородок.       — Наглый пёс! — я схватила подушку и впечатала её ему в лицо, тут же получая сдачу по рёбрам не так сильно другой подушкой.       — Не тебе это говорить, хитрожопый медведь!       Старые подушки, наполненные перьями, стали из себя низвергать свои внутренности, и пух летел во все стороны, купаясь в ярком солнечном свете, оседая на кровать, пол, тумбы. Но помимо него по спальне разносился наш дикий смех.       — Ну всё, ты проиграла, — я прижала подушку к своей груди, как защиту, а сверху навис Сириус, громко дыша. Его лицо приобрело розоватый оттенок и покрылось испариной, а и без того пушистые волосы растрепались.       — Нет, всегда есть выход. Разве ты этого не знаешь? — хитро хмыкнула я.       — И что же ты имеешь в виду?       — Сейчас узнаешь, — я приподнялась на локтях. Сириус удивлённо продолжал на меня смотреть, вдруг нахмурившись. Казалось, он догадался, что я имею ввиду, но не мог до конца поверить в правдивость своих же предположений.       — Но разве…       Он не успел договорить, как я сжала одной ладонью волосы на его затылке и прижалась порывисто, но едва ли смело к его губам, привстав больше, опершись на вторую руку.       — Джейн, — прошептал поражённо Сириус и отстранился на пару сантиметров, уже учащённо задышав, — послушай, мне трудно будет остановиться и… Ты уверена?       Я еле заметно кивнула и сглотнула, вновь притянув его к себе, закрыв глаза. И снова эти жаркие покалывания по всей коже, и снова его горячее дыхание.       Сириус прижался к моим губам, порывистым движением уронив меня на спину, скинув с моей груди подушку, положив одну ладонь на мою щеку, а другую — на мой живот. И от этого жеста внутри всё потяжелело, закипело. Я чуть вздрогнула и раздвинула колени, прогнувшись в спине, прижав Сири к себе за шею, обнимая ласково кончиками пальцев его лицо.       — Чёрт тебя дери! — Сириус вдруг отстранился и сел, отвернувшись.       — Ты чего? — я обняла его со спины, горячим от возбуждения лбом коснувшись места между его лопаток.       — Не знаю. Мне всё кажется, что сейчас это делать неправильно. Я чувствую вину перед Молли и её детьми, — он закинул голову с тяжёлым вздохом.       — Я понимаю, — я нежно улыбнулась, одновременно и радуясь отдалению этого момента. Несомненно, я хотела Сири, но мне всё же страшно, как в первый раз. — Всё хорошо. У нас теперь в любом случае есть много времени. Может, тогда у тебя есть альтернативные варианты того, чем мы могли бы заняться?       — Надо подумать, — Сириус с ухмылкой развернулся ко мне, и я села ровно напротив него на колени. — Можно просто поболтать, — он пожал плечами и плюхнулся на кровать, положив под голову руки.       — Я не против. Тогда расскажи, как там Гарри? Ты виделся с ним? Когда ты сбежал из Азкабана? — я легла рядом в такой же позе, изучая пыльный потолок и паутину, красиво растянувшуюся тонкими нитями по люстре.       — Два года назад. Я отправился тут же к Гарри, а затем и в Хогвартс. Римус там, кстати, ЗОТИ преподавал (он весело хохотнул). Хогвартс почти не изменился… — я вместе с ним ударилась в ностальгию. Как же было бы прекрасно вновь оказаться ребёнком и попасть туда, вновь познакомиться с Бродягой, Лунатиком и Лили, может, изменить что-то. Хотя нет. Всё и так теперь прекрасно. — Он так на Джеймса похож, но глаза у него Лили. Надеюсь, до нового учебного года его хоть на день сюда привезут… Я же не здесь всё время жил. Я в бегах был, только сейчас поселился тут. Вот это и стало моей ловушкой и дурацким решением.       — Но ты же всё ещё можешь выйти в ипостасе пса, разве нет? — я подняла ладони, вытянувшись. Сириус вознёс руку, приближая к моей и переплетая наши пальцы.       — Да, но это тоже опасно, хотя мы и незарегистрированные анимаги. Думаю, Хвост уже растрезвонил об этом Пожирателям. Так-то я вообще не против сходить куда-нибудь. Я уже чувствую себя уныло, хотя взаперти недавно.       — Тогда устроим как-нибудь свидание, — я привстала на локте, задумчиво изучая его профиль, слегка щурясь от ослепительных солнечных лучей.       — Уже жду с нетерпением, но прежде тебе надо окрепнуть. Я, знаешь ли, больше боюсь, что мне не разрешат принимать участие в битвах и прочих активностях.       — Тогда я буду протестовать вместе с тобой. Думаю, Римус тоже к нам подключится. В противном случае мы пойдём против их слов. Впервой, что ли? — я усмехнулась, и Сириус повернулся ко мне, мягко улыбнувшись.       — Действительно. Маленькая бунтарка, — просюсюкал и рассмеялся, не отводя от меня взгляда.       — А ты тогда большой бунтарь, получается? — я вскинула брови, весело хмыкнув.       — О-очень, — я шире улыбнулась и плюхнулась головой на его плечо, утонув в крепком объятии.       — И всё-таки я больше. Я же — медведь, — Сириус вновь начал гладить мои волосы.       — Конечно-конечно, — саркастично согласился, на что я пихнула его в бок, но Сири только захохотал.       — Воу-воу, Джейн, дорогуша, Сириус пока ещё нужен нам всем, — к нам трансгрессировали близнецы и сели у изножья кровати с обеих сторон. Я села на колени.       — Чего это вы сюда заявились? — Сириус приподнялся на локтях, весело оглядывая братьев.       — Да так. Пришли договориться, — Джордж подкинул на ладони ту самую конфету, которую подкидывал его брат после завтрака, затем демонстративно закрыв пальцами яркую обёртку.       — Мы тут подумали, что вы должны понять нас получше нашей мамы.       — Особенно Джейн. Ты ведь наша ровесница почти, — младший подмигнул мне. Сириус, как и я, абсолютно не понимал, к чему клонят эти двое.       — Понимаете, мы хотим побывать хоть на одном собраньице Ордена.       — Мы же совершеннолетние.       — Не обязательно сегодня.       — Но в ближайшее время.       — Мы тут причем? — я нахмурилась, тряхнув волосами.       — Притом, что вы могли заступиться за нас.       — Мы не думаем, что на сборах обсуждается что-то настолько ужасное, что может тронуть нашу детскую психику.       — Парни, это работает немного иначе, — теперь Сири выпрямился и серьёзно глянул на близнецов. — Есть вещи, которые вам пока попросту знать не надо, вам пока не надо морочить этим голову, ведь для этого есть взрослые.       — Да мы и есть взрослые. Нам семнадцать в конце концов, — простонал Фред, взмахнув руками.       — Фред! Джордж! Что я слышу? — в проёме показалось Молли, рассерженно глядя на сыновей.       — Мам, мы всего лишь восстанавливаем справедливость, — Джордж хохотнул и поднялся, вновь став демонстрировать свою конфету.       — Я тебе покажу справедливость! Марш в свою комнату! Чтобы к ночи дочиста убрали её! — Молли взрывалась сотнями фейерверков от негодования. С одной стороны, мне их жалко, но, с другой, если они постоянно такое вытворяют, то ей явно несладко приходится.       — Бардак — признак гениальности! — воскликнул Фред на выходе и трансгрессировал, прежде чем Молли успела поддать ему.       — Надеюсь, тебе понравится, — Джордж кинул мне прямо в ладони сладость и исчез следом за братом.       — Мои негодники, — снисходительно вздохнула Молли, а затем обернулась к нам. — Сегодня сбор Ордена после ужина, — и она тоже ушла. Конечно, Римус уже оповестил нас, но мы не стали высказывать это. Да и зачем? Кстати, думаю, что после подобных слов Сириус перестанет Молли казаться большим ребёнком. Она нас, Мародёров, всегда так называла, лишь Луни обошёл стороной этот титул. </b>***</b>       Ужин пронёсся в тишине. Относительной. В максимальном спокойствии, которое вообще может царить при присутствии Мародёров, семейства Уизли и Тонкс.       Чуть позже в дом стали звонить новые люди. Орден начинал потихоньку собираться. Сириус при каждом таком разе нервно вздрагивал, ведь Вальбурга начинала истошно вопить. Да и вообще он клятвенно меня заверил, что оповестит всех о необходимости именно стучать, в противном случае он обещал с потрохами съесть неповиновавшегося.       К девяти все были готовы слушать что-нибудь важное, успев порадоваться за меня и поздравить с возвращением, также я смогла увидеть некоторых из старого состава, а с некоторыми познакомиться. Муди был в своём репертуаре и стал расспрашивать меня: мало ли я Пожиратель под прикрытием. Но Сири заверял Грозного Глаза, что меня-то уж настоящую он отличить точно может.       — Итак, на днях я переговорил с Дамблдором, — Аластор поудобнее уселся, хлебнув чаю. — Он предлагает переместить Гарри сюда до начала учебного года, ведь здесь безопаснее. Но нам необходимо выждать правильный момент (его взгляд остановился на Сириусе), потому пока мы также будем вести за Гарри наблюдение. Дамблдор также договорился с Мунго, и потому надеемся, что «Пророк» особо не станет распространяться про воскрешение Джейн. Сейчас лишнее внимание будет только мешать нам. И, Молли, можешь своим детям передать, что скоро их подружка Грейнджер сюда переедет до конца лета, — Молли, улыбнувшись, кивнула.       — Аластор, что ж ты главного не сказал? — ухмыльнулся Римус. — Может, скажешь о том, что Тёмный Лорд вновь вербует людей в ряды Пожирателей? И успешнее нас? — это прозвучало слишком нервно, будто Луни был достаточно давно обеспокоен этим вопросом.       — Мы стараемся как можем, — взорвалась Тонкс. — Многие не верят, а кто-то боится Его и потому не хочет присоединяться к нам. Мы делаем всё возможное!       — Если бы я мог выходить, то дела бы шли лучше!..       — Но ты не имеешь право выходить, Сириус, — пресёк его Муди.       — Давайте-ка не будем вносить раздор в наши негустые ряды, — произнёс рассудительно Кингсли, и все смолкли, лишь агрессивно переглядываясь.       Здесь я согласна с позицией Грозного Глаза. Сири вообще нельзя позволять думать о выходе из дома, иначе недалеко и до нарушения им этого правила. Так было всегда.       После все активисты Ордена стали перебрасываться предложениями о том, как можно было бы вербовать новых волшебников. Я не принимала в этом особого участия, потому что сама до сих пор не понимала, как буду жить дальше. Буду ли я работать? Примут ли меня вновь мракоборцем? Или, может, лучше остаться с Сириусом, чтобы он не свихнулся от одиночества? Ещё мои мысли мучил Гарри. Я так хотела с ним встретиться, но понимала, что Аластор предлагает дельную вещь. Вдруг Петунья просто так не отпустит пельмяша? Хотя она к Лили-то никогда нормально не относилась.       Собрание почему-то ментально истощило меня. Мне казалось, что оно длилось несколько часов, ведь гудение не умолкало ни на секунду. Да и некоторую новую информацию (особенно имена новых членов Ордена) мне предстояло как-то уместить в своей голове, не спутав.       Кажется, Сириус прекрасно понимал меня и был измучен не менее, хотя он оставался и недовольным. Я первая сходила в душ, затем задумчиво села на своей половине кровати, став крутить в руках конфету Джорджа. С окна наконец дул прохладный, вовсе не засушливый ветер, отчего по влажной коже пробегали мурашки. Из света горела только волшебная палочка на тумбе, чтобы особо не пробуждать энергию яркостью люстры.       — Лучше не ешь это, — Сириус плюхнулся рядом, зачёсывая назад волосы ладонью, взглянув на обёртку в моих руках, а затем на вырез халата, который я поспешила дёргано смущённо уменьшить и слегка отодвинуться.       — Это ещё почему?       — Они рассказали, что разрабатывают какие-то «Забастовочные завтраки», — он пожал плечами и сел, опершись у изголовья на подушку.       — И что это значит? — конечно, мне хотелось попробовать эту сладость, да и пока слова Сириуса выглядели так, будто он завидует, что ему конфету не дали, или негодует оттого, что кто-то, особенно парень, подарил мне что-то. Да и это же без подтекста было сделано, хотя в какой-то степени я понимаю его ревность, да и раньше между нами такого особо не наблюдалось. Сейчас просто страх потерять был пока ещё слишком близким.       — Да они изобретают всякие штуки. Министерство у них даже палочки-надувалочки скупило. Вот и это очередное их изобретение. Зная близнецов, оно явно смешное для окружающих, но не факт, что безопасное для использующего, — он сложил ладони на животе, хитрым прищуром сканируя меня.       — А они умнее, чем кажутся, — я хохотнула и осторожно отложила сладость на тумбу. Естественно, мне теперь было интересно, что произойдёт после её съедения, но я бы не рискнула.       — Да они вообще задорные ребята, — ностальгически вздохнул.       — Мы должны двигаться дальше, — я села по-турецки рядом с его бедром, начав теребить пояс халата.       — Ты про что? — Сириус непонимающе нахмурился, сев и посмотрев прямо в мои глаза сверху вниз.       — Ты знаешь про что я. Вот Римус смог это сделать. Для меня эти события произошли недавно, но я пытаюсь откинуть их, хотя никогда не забуду, потому что это нельзя забывать, но ты слишком часто думаешь об этом. Ты думаешь о Джеймсе. Для меня он был таким же близким, я так же люблю те года, но мы туда не сможем вернуться, поэтому жизнь надо строить заново. Теперь нас окружают новые лица, теперь другое время. Мы должны быть сильными, когда время придёт сражаться с Ним.       — Я слишком прирос к тому образу мышления. Понимаешь, никто из вас не сидел в Азкабане, а я — да. И это меняет, если ты не подохнешь или не потеряешь рассудок. Но я, чёрт тебя дери, остался таким же. Я просто не готов принимать эти изменения. Тебе легко говорить, а я просрал в Азкабане двенадцать лет. Я постарел на двенадцать лет. Я выхожу наконец на волю, но и здесь взаперти, но и здесь все мои близкие в опасности снова. Ты думаешь, я могу так легко отпустить то, что спасло меня? Да я не свихнулся только потому, что у меня были воспоминания о вас, которые могли затмить всё, связанное с моей семьёй уродов, — мы не повышали голосов, но и этот тихий тон, казалось, разрывал сердце сильнее, чем любой самый громкий крик.       — Но теперь всё изменится. Мы можем создать новые хорошие воспоминания, но они не получатся, если ты не оставишь прошлое в прошлом. И не надо говорить, что ты постарел. Ты всё тот же Сириус, который изредка бесил меня в шестнадцать, только ты поумнел и смотришь на некоторые вещи по-взрослому…       — Вот спасибо, — он цокнул языком и скрестил руки на груди.       — Я же не в этом смысле, — я рассмеялась, и вся та строгая серьёзность вмиг улетучилась. Надеюсь, этот разговор хоть какое-то воздействие окажет на него.       — Новые хорошие воспоминания… Звучит многообещающе, — пошло промычал и широко заухмылялся.       — Вот именно. А ты отказываешься от этой перспективы, живя прошлым. Я не хочу, чтобы мы забыли о Мародёрах, но беспокоиться явно надо о живых, пока они таковыми являются.       Я взяла его ладонь и приложила к своей горячей щеке, затем потёрлась о неё кончиком носа.       — Живых… Чувствуешь, это не те, кто живёт в твоей памяти, а те, у которых ещё пока бьётся сердце, — я нежно улыбнулась, наблюдая за его слегка удивлённым взглядом, устремлённым на меня.       — Чувствую, — Сируис кивнул и приблизился ко мне, вторую руку положив мне на талию.       Мы будто оказались в непроницаемом шаре интимной атмосферы. Внутри всё сжалось не столь от его нахождения рядом так близко, сколь от его чуть обрывистого дыхания, такого знакомого и родного взгляда, ощущения уюта именно от этого человека. Я чувствовала, как сама начинаю дышать чаще, как начинаю дрожать, как начинает покалывать кожу в местах наших соприкосновений.       Я накрыла его губы, привстав на коленях, вцепляясь бережно пальцами в его волосы, ощущая крепкие объятия на пояснице, ощущая тот трепет, с которым Сириус прижимался к моим губам, будто боялся нанести вред.       — Теперь тебе не стыдно? — он тоже выпрямился, сверху вниз влюблённо смотря на меня.       Вместо ответа Сири усмехнулся и тут же вновь вернулся к поцелую, несмело накрывая пальцами пояс моего халата. Я едва сжала их, и он тут же отстранил руки, но я вернула их, смущённо зашептав:       — Давай, чёрт тебя дери, — я инстинктивно облизалась, и Сириус тихо простонал, слабо улыбнувшись, зато его глаза поистине ярко светились не только возбуждением, но и привычным весёлым озорством, которое никогда не покидало его взгляда.       — Ты уже крадёшь мои слова, — усмехнулся мне на ухо, своим дыханием опаляя чувствительную кожу за ним, распахивая полы халата и накрывая мою спину, горячими ладонями.       — Это признак влюблённости, — обрывисто выдохнула я, сжав его плечи и прижавшись губами к шее Сириуса, ощущая ток, бегающий от него ко мне и обратно. Казалось, что мы наконец замкнули эту цепь.       С окна дул приятный ветер, становясь ещё более холодным при соприкосновении с нашей влажной от испарины, горячей кожи, оставаясь на ней толпами мурашек. А, может, эти мурашки были и от нашей близости.