Глава 2. Битва в горах

«Демон немного прихрамывал, пока шёл по коридору, его конечности и шея были словно отёкшими. Его тело до сих пор не восстановилось после бездействия, и полностью подвижность вернётся лишь спустя ещё примерно полчаса. Зеницу попал в гостиную – комнату, сделанную по европейскому типу. В ней было много необычной мебели: книжные шкафы, вешалка, полки для обуви, диван, пара маленьких столиков. Окна были плотно закрыты тяжёлыми тёмными шторами, чтобы не пропускать опасный солнечный свет. Через гостиную Зеницу попал на кухню, которая тоже была сделана по западному стилю. Он открыл скрипучий кран, чтобы получить тонкую струйку воды, немного смочил руки и взял мыло, чтобы дочиста вымыть руки. Демон смотрел на свои бледные, зеленоватые руки с длинными чёрными когтями, и они казались ему чужими. Выпирающие вены то немного прятались, то выступали ещё сильнее, пока он шевелил пальцами. Он насухо вытер руки о полотенце, висящее возле раковины. Пора готовить завтрак, но не для себя. Зеницу скучал по временам, когда он мог наедаться блюдами, а не кровью, хотя и кровь его не насыщала, а лишь давала сил на короткое время. Скоро запах от собственной стряпни будет его дразнить, а пока он шарился по верхним и нижним шкафчикам, собирая спички, посуду и ингредиенты для готовки»

* * *

      Как бы гладко ни проходили миссии, с какими бы трудностями ни справлялась группа истребителей демонов, Зеницу было не по себе. Уж слишком много историй он успел услышать о том, как внезапно исчезали целые отряды бойцов, даже самые опытный охотник на демонов мог совершенно внезапно не справиться, после чего умирал или пропадал без вести. Человеческие войска были относительно предсказуемыми, и большая часть информации лежала как на ладони. Вооружение было примерно одинаковым, а если появлялась какая-нибудь новинка, то её относительно быстро изучали. Демоны были другими. Не было известно, на что они способны, и в любой момент на пути мог встретиться противник с небывалыми способностями. Умереть на месте казалось самым приятным вариантом, а вот фантазии о том, что могло происходить с теми несчастными, которых взяли в плен, заставляли стыть кровь. Демон демону рознь, потому тех истребителей могли либо рвать, как дикий зверь свою добычу, либо изощрённо пытать. Зеницу просто надеялся, что своим мерзким криком заставит демона убить себя на месте.

* * *

      Отряд, в котором служил Зеницу, всегда был на миссиях в сельской местности и пригородах. Последнее задание не было исключением, так что на пути они любовались прекрасным видом на высокие зелёные холмы. В местных горах была замечена подозрительная активность. Судя по известной информации, были слышны людские голоса и звуки битвы, за которыми последовала музыка нескольких флейт. Об этом доложили очевидцы из домиков посёлка, которые находились на возвышении под горой. Также, вечером перед этим исчезло двое лесорубов, дом которых находился на окраине горного посёлка. Должно быть, группа демонов обосновалась рядом, не стесняясь забрать жизнь для пропитания. Эту группу демонов успели заметить в двух других точках префектуры, и удалось догнать их.       Было направлено два отряда на бой: один из шестнадцати человек, второй – из одиннадцати. Основной костяк состоял из бойцов, которые уже устоялись в Корпусе, в том числе несколько весьма опытных истребителей. Всё же, было и приличное количество новичков, таких как Зеницу, Аято и других прошедших отбор недавно. Охотников с недавней летней волны отбора совсем не брали, потому что они были совсем неопытными. Первый, более крупный отряд, отправился раньше, ибо демоны могли вновь начать свой путь, да и тогда бы осталось меньше времени перед боем. Не было ясно, когда прибудет следующий отряд. Ориентировочно, на полдня позже как минимум.       Ландшафт вызывал проблемы: горы опасны, возможен обвал, да и демоны часто имели физическое преимущество в перемещении по неудобным местам. Было принято решение разделить отряд. Основная боевая сила отправилась в горы, её составляли самые опытные и талантливые охотники на демонов. Аято оставили в качестве второй руки командира маленькой группы охотников, которым был поручен патруль посёлка в ночное время, а днём они помогали изучать подножье горы и поднимались на высоту до полукилометра. В этой группе сосредоточились самые неопытные охотники, чтобы уменьшить риски потерь. Зеницу прослужил столько же, сколько и Аято, но взяли на подъём, так как у него был прекрасный слух, который пригодится в будущем в изучении горы. Он был в группе разведки.       Истребители демонов узнали, что последней ночью было слышно флейту, и это был хороший знак: демоны по-прежнему здесь, если мелодия и звуки активности были такими же, как и предыдущими ночами. Были высоки шансы, что они не смылись, хотя кто их знает. Состав старался подниматься тихо, подобно кошкам, так как их могли услышать через вибрации земли. Возможно, их старания были напрасны, и демоны были чувствительны к движениям на горе, но проверить это можно было только в бою. Самое главное – это чтобы чудовища не услышали, где конкретно притаились их противники, в каких точках стоило ожидать засаду. Две горы, которые были сплошной массой с двумя вершинами, были землистыми, укрытыми растительностью разного размера, от травы до кустов и деревьев. На них не было ни скалистых образований, ни снега. Максимальная высота была два с половиной километра. Подъем невысокий, не крутой, но хлопот предстояло разбирать приличное количество. Всё же, им нужно было найти место, с которого демоны потенциально могли выйти ночью, да и перед боем команда будет особенно уставшей из-за подъёмов, которые намного утомительнее простой ходьбы.       Охотники разговаривали очень тихо, используя язык жестов на дальних дистанциях. Первостепенной целью было найти логово демонов, какой-либо проход, скрытую пещеру. Никто не нашёл ни дырочки, ни подозрительного валуна, который закрывал бы проход в пещеру, ни саму пещеру. Были лишь следы недавнего оползня за пару сотен метров от посёлка. У Зеницу пробежали мурашки по коже, когда он увидел дорогу из грязи и камней, которая тянулась с высоты.

«…Как им не страшно здесь жить? Оползень ведь может однажды задеть чей-то дом, покалечить людей…»

      У Агацумы была работа с повышенной физической нагрузкой: ему нужно было нагибаться каждые десять-пятнадцать пройденных метров и прислушиваться, был ли внутренний шум или какие-либо вибрации. Ходил он так, складываясь и раскладываясь как бритва, часами, пока не услышал глухие звуки на середине высоты, между двух вершин. Другие охотники нашли следы, выдавленные на грязи после сильного ливня, который был позавчера. Жители точно не поднимались в такую погоду и с такими мистическими событиями к этим горам. Следы были в направлении травы и корней, из-за чего быстро оборвались на растительности. Когда приближалось время заката, истребители собрались всей кучей на высоте около километра, обменялись информацией, не обнаружили лазеек демонов, потому договорились разбрестись по местам. Патруль спустился к посёлку, а основная боевая сила затаилась недалеко от точек, где нашли следы и шум. Они были недалеко друг от друга, на расстоянии меньше чем в сотню метров. Зеницу приказали находиться недалеко от места шума, который затих с тех пор, как истребитель его обнаружил, но начал усиливаться вновь ближе к закату. Он прятался за кучкой валунов, которые были окутаны грязью и мхом. Позади валунов был крутой спуск, ведущий к большой ступени, которая была сделана природным путём, и Зеницу стоял на ней, прислонившись телом к грунту горы, слушая. На высоте его видел другой истребитель демонов, которому Зеницу должен был подать жест при необычной активности вроде резкого усиления шумов, и тогда тот бы передал сигнал другому охотнику, который добрался бы до командира. Истребители на демонов почти никогда не осознавали, с чем имели дело, потому им приходилось гадать, как поведут себя демоны. Логично было предположить, что демоны собирались выйти на улицу для продолжения своих дел.       Чем сильнее нарастали вибрации со звуком и темнело небо (для чуткого слуха истребителя, так как простой человек не ощутил бы разницы), тем сильнее у Зеницу дрожало тело. Сердце стучало, дыхание сбивалось. Он вёл себя так, будто вот-вот настанет конец света – и они все умрут. Гора упадёт на землю, либо же отряд внезапно исчезнет, и он останется один, окружённый демонами. Агацума старался дышать ровно, спокойно.

«…Да я себя накручиваю. Это ведь даже не скала, не огромная горища, а, можно сказать, холм. Столкнут – не страшно. Самое сложное уже позади…Самое сложное – позади…»

      Пока Зеницу так лежал на склоне и сам себя успокаивал, шум резко усилился, причём ровно в тот момент, когда небо стало безопасным для демонов, когда солнце краешком выглядывало из-за горизонта, медленно падая вниз. Зеницу оторвал голову от земли, вытянулся, чтобы его было видно, и резко махнул рукой с «идут чудища» лицом. Истребитель уже успел задремать, но резко дёрнулся, увидев движение, убедился, что это был Зеницу, после чего его силуэт исчез из поля зрения охотника с толстыми бровями. Через несколько минут, когда стемнело ещё сильнее, Агацума завидел жесты «вверх, медленно», после чего неуклюже залез со ступени на склон, издав кряхтящий звук, и тихонько стал красться вверх полуприсядем. Вдалеке слышались звуки шагов. Они были слишком уверенными и безмятежными, чтобы принадлежать сослуживцам. Ноги едва держали Зеницу, и руки, казалось, просто согнутся в локтях и прилипнут к земле от необъяснимого ужаса. Он всегда боялся стычек с демонами, но стал смелее спустя месяцы, а сейчас его вновь вернуло в ужас круглого новичка, когда он боялся приблизиться даже к специально ослабленному демону на отборе. Подобравшись к деревьям, среди которых прятался его товарищ, он его более не видел, так как тот подался ещё ближе. Он также не видел, но слышал, как демоны переговаривались между собой, и один из голосов выделялся своей громкостью. Резкий смех демона заставил кровь Зеницу застынуть, и его на секунду сердце остановилось вне своего ритма. Смех казался задорным. Демон мог знать, что охотники их окружили, и смеяться от ничтожности их попыток защититься, а мог и просто себе хохотать от своей демонической радости. Зеницу надеялся на второй вариант. Судя по звуку направления шагов, находились между вершин, на спуске с небольшой ровной территорией. Там почти не было истребителей, которые могли бы наброситься на них из засады, ибо это была открытая площадь почти без высоких камней и деревьев. Демоны замолчали, когда тот громкий голос объявил продолжение их тренировки. Это плохо: скоро демоны будут разогреты, и нужно было застать их врасплох, пока не поздно.       Истребителей демонов сбило с толку появление противников из ниоткуда. Они появились просто из скалы, став шагать и говорить, обойдя все места удобной засады. Это была очередная трудность, связанная с непредсказуемостью демонов, оставляющая их человеческим врагам меньше преимуществ. Зеницу услышал череду выстрелов: демоны затихли и стали слоняться по округе, стремясь увернуться от пуль. Их ругань была слышна вместе с летящими пулями. Несколько охотников понеслось из вершин, а кто-то поднимался к месту между ними, обнажив клинок или показав ружьё, готовясь атаковать. Зеницу прижался к земле вновь от возрастающей тревоги. Звуки стали хаотичными, и спутанность придавали техники крови демонов. Было трудно отследить процесс боя, потому нужно было приближаться ближе, чтобы увидеть сражение. От Зеницу не ожидался бой в основном составе, так как все привыкли к его робости и нервозности. Он мог остолбенеть или начать бежать, не разобравшись в ситуации, потому его задачей была помощь, когда главные бойцы не справляются, либо же когда дан приказ бить. Агацума через страх поднялся и побрёл через деревья к месту боя. Деревья заканчивались, и покидать укрытие ему не хотелось. Он стал карабкаться вверх, цепляясь за корни и камни. К счастью, сверху было достаточно горбов и кустов для того, чтобы принять положение лёжа и наблюдать за битвой. Среди всего хаоса, Зеницу смог насчитать семь демонов. Почти все были вооружены палками или копьями, и вокруг них и под ногами витала чёрная масса, которая поблёскивала на свете луны, напоминая чёрную смолу или кровь. На земле уже лежал один товарищ. Его светлая рубашка и кожа виднелись на фоне чёрной формы и раны от вскрытого брюха, пока он вновь поднялся на ноги, продолжив бой. Было слишком много чёрного цвета из-за темноты, одеяний демонов и цвета их магии, но охотники топтались по неподвижному чёрному куску чего-то. Вполне вероятно, что это было то, что осталось от поверженного демона. К побоищу подбегали другие истребители, которые ранее прятались чуть дальше. Пока что охотники справлялись, хотя на глазах у Зеницу одному товарищу пробили голову копьём насквозь и взмахнули, ударив другого, который подкрался со спины. Пули более не работали, ибо вокруг демонов кружили частицы, которые создавали защитный барьер. Также, нужно было бить и клинками в том числе, ибо яд с пуль мог и не подействовать. Все демоны были разными, и порой охотникам не везло в попытках их отравить. Уже не было двоих из шестнадцати человек. Зеницу замешкался, гадая, что ему делать. Бросаться в хаос было плохой идеей, потому он решил как можно быстрее спуститься вниз за подмогой с посёлка. Со стороны домов, к слову, совсем не было звуков, намекающий на перепалку, потому им стоило подниматься вверх. Когда начался шум, Зеницу мог не бояться показаться громким, потому он отполз назад, чтобы его движений не было видно, и на спуске выпрямился, чтобы побежать вниз за патрульными. Найти дома было несложно, так как в окнах многих ещё горел свет от фонарей. Патрульные охотники на демонов уже подобрались к подножью горы. Зеницу дёрнулся от неожиданного шума вдалеке, который взбирался в гору, и крикнул наполовину угрожающе: – Кто идёт?! На фоне неба, на склоне, появился силуэт. Это был охотник на демонов с короткой стрижкой, который выпрямился, чтобы его хорошо видели. – Я, Куросава! Агацума, нам бежать туда или оттуда?! Аято, как всегда, был впереди, уже взбираясь на гору. Зеницу махнул рукой в сторону горы. – Туда, но будьте осторожны! Демоны не слабаки! Куросава тут же помчался вверх на всей скорости. – Понял! Патрульные, услышавшие их диалог, тоже ускорились. Когда они поднялись на высоту, на которой был Зеницу, он остановил одного охотника. Его голос был дрожащий, не совсем уверенный в том, что он говорит. – Нельзя всем бросать посёлок. Вдруг нападут. Юный истребитель кивнул. – Ты прав, но если я там нужнее? Агацума сам был неуверенным, как лучше поступить. – Тогда буду следить я. Истребитель продолжил путь, не останавливаясь ни на миг. Зеницу смотрел ему вслед, и в груди у него было непонятное противное чувство.

«…Небось думает, какой же я никчёмный…»

Он вновь выбрал самый удалённый от опасности путь. Самый трусливый. Зеницу продвигался вверх, прислушиваясь к битве. С других сторон подозрительного шума не было, лишь шум ветра. Обе стороны были в одном месте.       Вернувшись в прежнюю точку наблюдения, Зеницу увидел такую картину: месиво разбилось на три группы противников. Из семи демонов осталось пятеро. Охотников пало больше: шесть. Часть тел погрязла в чёрной жиже, которая была глубокой, проваливаясь в твёрдую землю. Техника манипуляций с пространством, и демоны могли выйти из такой же лужи в любом другом месте горы, потому и появились из ниоткуда. Зеницу слышал о подобных техниках. Но воочию видел впервые. Там, где был холм, почти полностью утонул человек. Место между вершинами стало непригодным для сражений из-за таких луж, потому противники разбежались по округе. Все пытались использовать высоту для собственного преимущества, подняться ввысь. Здесь была опасность для истребителей: почти все из них вверх поднимаются немного медленнее, чем движутся обычно, и при усилиях уходить много энергии на то, чтобы сохранять скорость. Демонам же всё равно, в каком направлении двигаться. В то же время, если охотнику удавалось оказаться выше демона, это давало немного контроля. Зеницу увидел, как демон гнал охотника к возвышению, на котором он прятался. Он попятился назад и схватился за рукоять катаны, дабы тихо вытащить её. Сердце, которое и без того колотилось, стало долбить ему прямо по барабанным перепонкам. Он может застать демона врасплох, но ему нужно быть осторожным, не совершить глупую ошибку. Это была идеальная возможность. Он спрятался снизу, под краем возвышения, став в боевую стойку. Живот закрутил от страха и напряжения. Тем временем, несчастный охотник отбивался от демона со всех сил, при этом ему нужно было идти задом, поднимаясь на высоту. У него не было возможности увернуться: техника демона была размашистой, и только сверху и со спины охотника её не было. Демон был сам по себе крупным и размахивал копьём быстро и ловко. Истребитель споткнулся, но сделал прыжок прежде, чем получил удар, и демон выдал злобный смешок. – Прыгай и танцуй! Это был тот самый демон с громким голосом. Его зрачки отражались красным в темноте. Наконец, Зеницу увидел охотника, за ним – демона. Демон был окружён странной тучей из витающей вокруг чёрной смолы, и её свойства были неизвестны. Лицо истребителя было в подобных чёрных пятнах, как и его кисти с клинком. Нет, это были нити, и они были натянуты на руках, напоминая струны. Истребитель противился им, стараясь держать руки разомкнутыми. Если он сдастся, то предплечья прислонятся к плечам, и клинок останется у него перед носом. Охотник был в своеобразной ловушке, и когда его энергия иссякнет, руки устанут, он не сможет атаковать. Как только демон показался на виду, Зеницу сделал рывок. Демон поднялся на высоту за этот миг, и юноша смог ударить его в ногу, отрубив ему голень ниже колена. Они воскликнул от неожиданности, без доли страха: – А-а! Врага удалось застать врасплох. Он не удержал равновесие и стал падать вниз, а охотник, который был сверху, налетел на него, пытаясь нанести как можно больше ранений. Он сначала испугался появления Зеницу, не понимая, что это подмога, но быстро сосредоточился. Зеницу помчался за ними. Демон покатился вниз. Спустя лишь пару секунд, он резко зацепился копьём за грунт, оторвал своё тело от земли, держась за копьё лишь руками, и поднял ноги на уровень головы охотников. Истребитель с пойманными руками успел увернуться, а вот Агацуме зарядили прямо по лицу. Зеницу успел затормозить, но демон таки ударил по лбу, вызвав потерю координации и настолько сильную боль, что Зеницу сначала её не почувствовал. Ещё миг – и демон вновь стоял на двух ногах, хихикая. – Это было нечто! Он говорил безответно, так как охотники были в сильном стрессе и едва поддерживали концентрацию дыхания. Ему смогли нанести всего два удара. Зеницу покатился ниже и упал к деревьям, а демон продолжил бой с другим истребителем.       Агацума не помнил, сколько так пролежал. Голова трещала и кружилась, а лоб и переносица адски болели. Из носа фонтаном растеклась порция крови, испачкав ему рот и подбородок. Юнец поднялся и почувствовал, что по-прежнему держал катану в руках даже без сознания. Он помчался на звуки битвы, позабыв о страхе. Когда охотник добрался к местам боя, он увидел троих демонов и всего двух охотников: самого опытного командира и Аято. Первый был без одной руки, а последний замешкался всего на миг, заметив краем глаза Зеницу, и его живот был вспорот. Демон швырнул его в лужу неподалёку к остальным охотникам, как тушу. Зеницу рванул прятаться вниз, но его резкое движение заметили. Пока он бежал вниз, звуки боя утихли: пал и командир. Зеницу мчался вниз на полной скорости, пытаясь удалиться как можно дальше и спрятаться где-нибудь. Его голова до сих пор кружилась, всё тело дрожало. От необъятного страха и нагрузки от бега его сердце будто вот-вот лопнет. Он поймал лицом пару веток по пути. Когда он больше не смог бежать, то остановился, согнувшись под ближайшим деревом. Гора была позади, и его окружал лишь лес в противоположной части деревни. Концентрация дыхания сбилась, и он глотал ртом воздух. Правый низ живота сильно колол, кровь не успевала прогоняться через органы, а объёма лёгких не хватало для восстановления. Зеницу замер, когда вдалеке услышал шаги. Он продолжил бежать, стараясь не сбавлять темпы. Мышцы в ногах медленно начинали подводить его, но он знал, что нужно терпеть, а иначе он не выживет. До рассвета оставалось несколько часов, и единственной надеждой на спасение было встретить второй отряд. Агацума напрочь забыл, на какой стороне света он находился, и откуда должна была прийти помощь. За спиной чужой бег был всё громче, всё ближе, а ландшафт подводил то камешком, то ямкой. Юноша успел подвернуть ногу, но не сбавлял скорости. Резкая боль на сгибе ноги – нога больше не сгибается. Зеницу упал локтями вперёд, стараясь остаться хотя бы на коленях, чтобы быстро подняться. В ушах звенело, и ужас отшиб ему остатки здравого смысла. Он не сразу услышал, что его обступили с трёх сторон. Зеницу прижался к земле. Он закрыл шею и голову руками, продолжая держать катану в одной из них. Он был подобен черепахе, безнадёжно пытающейся спрятаться известными ей способами, хотя её панцирь вот-вот разобьют молотом, и она ничего не сможет поделать. Агацума быстро вдыхал и выдыхал, и от такого ритма дыхания ему становилось ещё хуже. Демон, которого он ранее атаковал, что-то говорил ему, но Зеницу просто не слышал. Истребителя схватила за воротник когтистая рука, царапнув ему по задней части шеи, и швырнула его на спину. – Сколько бега ради одного несчастного труса! – прогремел демон, его зрачки сверкнули красным, как у кошек при малейшем свете в темноте. Он не был сердитым, а, скорее, пренебрежительно изумлённым. Его склера была чёрной, смешивалась с ветвями похожих на вены чёрных узоров. Волосы и одежда были полностью чёрными. На лбу был треугольный символ. Остальные двое демонов были такими же.       Зеницу вскочил. Он смог полноценно стать только на одну ногу, так как мышцы и связки второй были разрезаны. Форма охотника совсем не защищала от атак этих демонов. Он держал перед собой катану, пытаясь держать боевую стойку, но выглядел так же жалко как затюканный цыплёнок. Его тело подрагивало, пока он смотрел самому крупному демону в глаза. Он хотел убегать, увернуться, атаковать в ответ, но от страха лишь двинул ногой назад, когда демон стал идти на него, и тут же потерял равновесие. Он по-прежнему чувствовал низ ноги, но тот его едва ли слушался. Тёплая кровь текла вниз по коже, но боль не ощущалась. Агацума по-прежнему думал, что ещё может защититься, раз с его руками всё в порядке. Он сделал пару прыжков назад, к дереву, чтобы закрыть спину. Катана жалобно дрожала в его намертво сомкнутых, запотевших руках. Изумлению демона не было предела. Двое других демонов оставались спокойными, будто проявляли некоторую жалость и неловкость за то, что они обступили до смерти напуганного юнца. Главный демон, наблюдая за его попытками защититься, довольно улыбался. – Кто-нибудь из вас видел его в бою? – обратился он к, возможно, подчинённым, так как его символ на лбу был немного сложнее, чем у них. – Нет. – Нет. Демон с досадой покачал головой, а Зеницу резко сделал рывок в его сторону, пытаясь атаковать его. Его даже враги пристыдили. Он ощутил вспышку гнева, желая убить хоть одного, чтобы отмыться от стыда. Увернувшись без особого труда, демон ударил истребителя по здоровой ноге, и удар выбил кости ноги в противоположную естественным изгибам сторону. Зеницу заскулил от боли и упал спиной на землю. Он по-прежнему держал катану перед собой. Его тело оцепенело, когда он понял:

«…Я не могу встать…»

Его тело оцепенело, взгляд был направлен в пустоту, в направлении страшных чёрных глаз. – Раньше нужно было сражаться. Ты долго думал, – демон схватил катану охотника между кулаков и попытался её выхватить. Истребитель был явно слабее него, но держался за оружие как за собственную жизнь, ведь клинок был его единственной защитой. Демон, скалясь в улыбке, схватил кулак охотника и дёрнул рукой так, что выломал его локоть в неприродное положение. Хватка Зеницу ослабилась, но страшная боль не остановила его от того, чтобы держаться второй рукой за рукоять. Зеницу не думал, не чувствовал, не двигался, даже не моргал. Двигалось лишь сердце, стуча о стеку груди, и кровь неслась по сосудам, пока ему ломали вторую руку. Агацума теперь походил на забитого цыплёнка в буквальном смысле, ибо его руки были вывернуты в положении крыльев. Он сдвинул их впереди себя, закрывая голову и шею. Он слышал грозный и безжалостный голос демона, но не мог вслушаться в смысл его слов: – Техника у тебя хорошая, да толку от неё с такой трусостью? Агацума был похож на неподвижный, застывший в предсмертном ужасе труп, но был по-прежнему жив. Он видел, как демон выпрямился и взмахнул копьём в его сторону. Холодок ночного воздуха прошёлся по внутренностям брюшной полости, а два острых конца копья разной длины воткнулись ему глубоко в желудок.

«…Это конец? Я умру?...»

Немая, бесконечная мысль тянулась в голове Зеницу, пока его тащили за вывихнутую руку. Адская боль подступала к телу, и её более не сдерживал стресс. Впереди, перед глазами, были тёмные кроны деревьев на фоне звёздного неба. Картинка становилась всё более размытой, пока Агацума терял сознание. Разум больше не мог блокировать ужас, но реальность начала пропадать, когда звуки приглушились, а картинка стала темнеть.

«…Я умру…Я умираю…»

Глаза засверкали от влаги перед тем, как Зеницу их закрыл. Его взгляд оставался пустым, и разум до последнего не пропускал осознание всей ситуации. Чувство паники и бескрайней беспомощности потекли вместе со слезами, не пробившись через броню разума. Какое-то время он ещё чувствовал трение земли и корней о свою спину, а в желудке начались странные судороги. Затем, он совсем перестал чувствовать.

«…Техника у тебя хорошая, да толку от неё с такой трусостью?...»