III

***

      Целую неделю Баки жил будто бы чужой украденной жизнью, наслаждаясь простыми радостями с Энди. Встречались через день, так что счет пока был четыре: казалось бы, много, но дни между свиданиями становились настоящим испытанием его стойкости, и Барнс благодарил Господа, что личного аккаунта у него все же не имелось, ибо писать ей под ником @hydrahater1917 было неловко, из-за чего он только раз за разом прокручивал посты Энди и смотрел актуальные сторис, особенно задержавшись на нескольких фото с отдыха на пляже. Назвать купальник откровенным при нынешней моде язык не повернулся бы даже у монашки, но Баки находился в таком состоянии, что его сознание легко дорисовывало некоторые детали, только вот он держался, желая, чтобы у них с ней все шло по-человечески.       Торопить события он не спешил: после первого свидания они также целовались только в конце, когда он ее провожал. Правда, напряжение между ними иногда становилось настолько ощутимым, что Баки казалось, словно его тянет к ней магнитом, но оба осознанно тянули резину, желая разыграться на полную катушку, когда настанет подходящий момент. Энди иногда вовсе откровенно его дразнила, подшучивая и делая намеки, а Баки подыгрывал, когда не оказывался излишне смущен, как, например, на третьем свидании, на котором она спросила, когда он мастурбировал, с таким видом, будто речь шла о погоде, позже добавив, что о сексе не спросила осознанно, чтобы не стало совсем грустно. Сказать, что Барнс прифигел, означало, мягко говоря, промолчать, но Девлин так же легко, как напрягала и вводила его в тупик, могла и разрядить обстановку шуткой или какой-то нелепостью, которой на сей раз стало признание о том, что вчера вечером она онанировала с мыслями о нем. У Баки вырвалось короткое и до абсурда серьезное: «я тоже», и спустя секунду переглядываний, оба заржали, как сумасшедшие. Честно говоря, он все еще не понимал, как они умудрились не переспать после этого, но его все устраивало, несмотря на то, что сделай Энди первый шаг, он, безусловно, согласился бы.       В вечер их пятого свидания он наконец принял решения раскрыть свою личность, полагая, что лучше сделать это самому при разговоре, чем если она увидит его ручку из вибраниума. Да и, честно говоря, ему поднадоело показывать чудеса изворотливости и ловкости, чтобы она ненароком не коснулась напрямую, продолжительно или с достаточной силой его «особенной» конечности.       Вечер прошел в более романтичном русле, нежели предыдущие их встречи, что еще больше уверило Барнса в правильности принятого решения. Конечно, существовала вероятность испортить себе возможное продолжение ночи признанием, только он считал это малой платой за честность, все же полагая, что непреодолимого отторжения некоторые подробности его личности у Энди не вызовут. В этот раз за ужин платил он, хоть и Девлин пыталась всунуть ему часть денег, мотивируя тем, что сумма вышла внушительной, на что Баки в наглую высказал, что его устроит лишь если она пригласит его сегодня к себе. Девушка согласилась без обиняков и они вышли, пройдя всю не короткую дорогу почти что в непрерываемом молчании. Неловкость достигла своего высшего пика, когда Баки наконец перешел за порог ее уютной квартирки, очень даже обжитой, в отличие от его.       Едва оглядевшись в маленькой гостиной, он уже открыл рот, чтобы сказать, что им следует поговорить, как Энди успела его опередить, и Баки галантно ей уступил, сев на мягкий диван и приготовившись внимательно слушать несколько взволнованную девушку. - Хотела прояснить кое-что перед тем, что сейчас будет, - сев напротив, она чуть нервозно стала покачивать ступней, на что Баки сделал вид искреннего непонимания, что рассмешило ее. – Это и ежу понятно, Джеймс, - сдавшись, он кивнул, а Энди перевела дух. – Я не готова к серьезным отношениям. Знаю, что не тот возраст, чтобы строить из себя невесть что, но традиционные отношения давят на меня, отнимая слишком много времени, - глубоко вдохнув и выдохнув, она подняла на него блестящие глаза. – Ты мне нравишься, Джеймс, и я не хочу, чтобы между нами возникло недомолвок. Если ты не против свободных отношений, то продолжим, а если нет, то так и скажи - я пойму.       Замолкнув, она нетерпеливо поджала губы, смотря на застывшего Баки, словно нашкодивший ребенок, просящий прощения. В голове Барнса усиленно шел мыслительный процесс, но поставленная задачка явно оказалась слишком противоречивой для устаревшего железа, и его переклинило. Хлопая глазами, он честно пытался собрать все произошедшее между ними за эту неделю в один ряд и, хоть убейте, у него не выходило такого поворота их диалога. А ведь все проходило так мило, просто и даже по подростковому наивно, что Баки уже успел напридумывать себе всякого… видимо, зря.       Ничего не смыслит он в женской психологии – иначе не оказался бы в столь глупой ситуации. На его памяти парни сначала клеили девчонок, потом говоря, что не созданы для серьезных отношений, так что Барнс и предположить не мог, что сам когда-нибудь окажется жертвой такого. Он не имел представления, что ответить на ее предложение, отчетливо зная лишь то, что хотел бы, чтобы у них все сложилось хорошо. Свободные отношения точно не являлись вариантом для него: да, кто-то мог назвать Баки старомодным старпером, но он никогда этого и не отрицал.       На самом деле, он не понимал почему Энди так с ним поступает: разве он давал ей причины? Ему трудно было принять, что дело, скорее всего, было отнюдь не в нем, а в ней самой или же в ее прошлом. Помнится, Барнс дал обещание доктору пробовать новое, но готов ли он к этому морально? Готов ли пойти на поводу, лишь бы быть рядом, не ревновать к другим, держать дистанцию, не докучать звонками и прочим? Тут-то Баки ложных иллюзий не строил, зная, что ничем хорошим подобная авантюра точно не завершится, а это значило, что ответ его должен быть отрицательным, но… черт, да ведь он успел втрескаться в нее, как последний сопливый подросток! Энди говорит с ним, как с взрослым, трезвомыслящим человеком, а он… - Ты мне тоже нравишься, - выдохнул он наконец, когда больше молчать было уже неприлично. – И я понимаю, что ты подразумеваешь под своим предложением, но, даже не знаю, - опустив глаза в пол, Барнс устало потер переносицу. – Скажи, неужели ты вообще не видишь во мне, нет, в нас нечто большее? Потому что, если так, то во всем этом нет никакого смысла, - сказав это, он поднял на нее решительный взгляд. - Я… - Девлин скрестила руки на груди, будто пытаясь защититься от сказанного. – …просто не уверена, - отведя глаза, она несколько секунд ничего не говорила, должно быть, что-то обдумывая. – Ладно, вижу, но что с того? - пробормотала девушка, резко встав и отойдя на несколько шагов в сторону. - Тогда дай нам время, - подойдя, Баки взял ее за руки и притянул к себе. – Побудем вместе без каких-то ярлыков, - склонившись, он заправил несколько коротких каштановых прядей ей за ухо. - И все решится само собой?.. – получив кивок, Энди слегка нахмурилась, но лицо у нее вновь разгладилось, когда он погладил ее по щеке, мягко приподняв за подбородок. – Убедил, - слабо улыбнувшись, она сама расположила его руки на своей талии и потянулась за поцелуем.       Правда, поцелуй получился коротким: Баки отстранил желавшую продолжить Энди, и та, конечно же, уже хотела возмутиться подобным, но он приложил палец к ее губам, молчаливо показывая, что им еще есть чего обсудить, так что девушке не оставалось ничего другого, кроме как слушать. - Я утаил от тебя кое-что о себе, - проговорил он, немного волнуясь, но все же гораздо меньше, чем днем, когда представлял течение этого разговора: все же победа в предыдущем вопросе явно добавила уверенности. – Помнишь, я говорил, что служил в армии, а ты предположила, что потом я был спецагентом? Так вот, служил я не в Ираке, а в Европе, во второй мировой. И да, я был агентом Гидры, но не по своей воле, - быстро выдав все это, Барнс умолк, понимая, что все как-то совсем запутал. – Говоря проще, я Зимний Солдат, - пробурчал он, смотря над головой застывшей в его деревянных (или правильней сказать металлических) объятиях. – Бывший Зимний Солдат, если быть точнее.       Конечно, в глубине души он надеялся, что она примет правду легко, но все же полагал, что ей может понадобится время для свыкания с мыслью о том, что парень, с которым она гуляет под ручку и ходит на свидания, на деле вековой ветеран-пенсионер, к тому же едва вылечившийся опасный управляемый солдат-калека. Пока Баки был погружен в не особо радостные думы, Энди зашевелилась явно раньше, чем он мог предположить: от нежного прикосновения к челюсти Барнс едва не отшатнулся, с некоторой настороженностью опустив глаза в совершенно не удивленное девичье лицо. - Эх, Джеймс, - манерно качнув головой, она зарылась одной рукой ему в волосы, другой опустившись на правый рукав кожаной куртки. – Я поняла, кто ты, еще на нашем первом свидании. Не скажу, что сильно интересовалась биографией покойного Капитана Америки, но твое имя вкупе с тем, что ты рассказал тогда, навело меня на подозрения, так что тем же вечером я загуглила и прочитала несколько статей о тебе, - пройдясь ниже, Девлин с похвальной ловкостью стянула перчатку и сжала его руку из вибраниума, тесно переплетя пальцы. - Но почему тогда?.. – найти сил, чтобы продолжить вопрос Баки не смог, широко распахнутыми глазами смотря на нее, застывший, будто истукан, под ее прикосновениями, пытаясь как-то уложить в голове услышанное. - Не хотела давить, - просто ответила Энди, и из ее уст это звучало настолько правильно, словно Баки скрывал от нее наличие домашнего питомца или что-нибудь еще, совсем не стоящее внимания. – Сам не говорил и, соответственно, не чувствовал себя готовым для обсуждения прошлого. В конце концов, ты и не был обязан, а для меня это и не являлось проблемой, - пожав плечами, она встретилась с его глазами, выражавшими немой вопрос, и сжалилась разъяснить все больше теряющемуся от сказанного Баки свою точку зрения. – Джеймс, ты на свободе, ходишь к терапевту и она сочла приемлемым для тебя завести общение с кем-то, а это значит, что ты не опасен. Понимаю, что кажусь тебе легкомысленной дурой, но, поверь, я знаю, о чем говорю, - нахмурившись на долю секунды, Девлин вновь приняла прежний вид, обняв его и уткнувшись лбом ему в лоб. – Кстати, считать, что я вообще не догадывалась о тайне твоей личности, вообще-то наносит большее оскорбление моим умственным способностям, так что… - протянула она, подмигнув. - Нет слов, конечно… - пробормотал он неопределенно, став немного отмирать под ее требовательными касаниями и взглядом, прожигающими кожу приятной прохладой. – Выбивать меня из колеи дважды подряд – жестоко, - вздрогнув от того, как она забралась ему под футболку, Барнс непроизвольно напрягся. - Но ты ведь сможешь простить меня?.. – лукаво усмехаясь, Энди начала стягивать с него кожанку. – Да, Баки?..       Дрожь прошлась по всему телу от того, как она произнесла его прозвище, и Барнс сумел только мимолетно кивнуть да стряхнуть с плеч надоевшую куртку, тут же схватив ее и впившись жадным поцелуем в губы, от которого у него совсем закружилась голова, а Энди, кажется, совсем не собиралась прекращать поддразнивания. Все еще не отошедший от шока, Баки был словно не в себе, сразу заведшись и прыгнув в омут чувств и ощущений с головой.       Воздуха не хватало, и он пытался отдышаться в коротких перерывах между поцелуями, но Энди почти сразу стала диктовать свои условия, взяв инициативу на себя, а у него даже в голове не промелькнуло как-то возразить: не до того было.       Уследить за действиями Девлин не получалось: они были хаотичными и слишком быстрыми. За долю секунды стянув свою кофту, она также легко сняла и его футболку, став покрывать шею и плечи Баки влажными поцелуями. Иногда удавалось поймать ее губы своими, но, в большинстве своем, он только принимал ласки, наслаждаясь моментом безумия. Поглощенный яркими ощущениями, он как-то пропустил то, как плавно и незаметно она опускалась все ниже и ниже, очнувшись, лишь когда женские руки оказались на пряжке ремня, и обнаружив совершенно великолепную картину того, как она, смотря прямо ему в глаза снизу-вверх, справилась в пару движений с ремнем, расстегнула ширинку и приспустила штаны с бельем вниз, взяв уже вставший член в руку.       Даже если в голове у него возник какой-то протест, выразить его он не сумел, буквально поперхнувшись, когда девушка провела пальцами по всей длине, а потом резко, без прелюдий, вобрала в рот сразу на половину. Он дышал через раз, стоял, стиснув зубы и убрав руки за спину, хотя безумно хотел направить ее, погладить по волосам, собрать их в кулак и натянуть поглубже, но она сама будто угадывала его желания. Баки не знал, сколько вообще способен выдержать: создавалось ощущение, что кончить он мог в любую секунду, а Энди словно специально только наращивала темп, помогая себе и руками. Сдерживаться он не смог бы, даже захоти того: силы воли хватало, лишь на заглушение особо громких стонов и то, под конец ему внезапно стало как-то наплевать на все. Ее же, кажется, отзывчивость Баки сильнее раззадоривала: она сжимала его бедра, царапала нервно вздымающийся живот, водила языком от кончика до самого основания, несколько раз сосредоточив внимание на яйцах, и все время искала его взгляд.       В момент, когда он был совсем близок к пику, Энди внезапно все прекратила. Не успел Баки опомниться, как его схватили за механическую руку и потянули в темноту спальни. Во тьме сильнее выделялось их тяжелое дыхание: он дрожащей рукой расстегнул ее лифчик, пока девушка возилась с джинсами, и припал к груди, наконец обратно перенимая доминирующую роль.       Она шептала что-то неразборчиво, прося о большем, дышала прерывисто и дрожала в его руках, чутко отвечая на каждое касание губ, языка, пальцев. Тянул он недолго: вначале еще пытался как-то двигаться плавно и медленно, не желая причинить ей боль резкостью, но Энди сама словно напрашивалась, активно двигая бедрами навстречу, так что Баки плюнул на все и просто предался страсти с головой, утонув в ней.       Разрядка пришла внезапно, забрав все силы. Рухнув рядом с ней, он уставился в потолок, пытаясь отдышаться. Энди отошла на несколько минут, после вновь легла рядом и обняла его, прикрыв их обоих одеялом. Едва Баки раскрыл рот, собираясь заговорить, она приложила палец к его губам. - Оставим слова на завтра, - шепнула Энди, коснувшись губами его щеки. – А пока пора отдохнуть… - Хорошо, - выдохнув, он прикрыл глаза, расслабляясь в теплых женских объятиях.       Заснул он уже глубокой ночью, совершенно измотанный, с приятной усталостью в теле. Наверное, именно поэтому сны ему и не снились.