II

***

      Дул несильный ветер и вечер для середины весны был вполне теплым, так что прогулка по спокойным, в сравнении с другими, улицам Нью-Йорка выдалась приятной. Хотя, какой вечер — время на часах близилось к одиннадцати, о чем Баки, правда, предпочитал молчать, напоминая себе, что нынешних женщин никто не загоняет домой к полуночи, свидетельством чего служили девушки, встречавшиеся им по пути. Шли неспеша, из-за чего ему приходилось одергивать себя от постоянного и давно ставшего рефлексом порыва ускорить шаг. Конечно, мысленно Барнс ругал себя, но все же не сильно, ибо у него имелось оправдание: он совершенно не помнил, когда в последний раз вот так просто, без какой-либо надобности расхаживал с кем-то, и, честно говоря, готов был исходить так всю ночь, только вот его спутница, не прерывая монолога о том, как плохо работает сбор мусора с улиц, повернула ко входу в кафе, больше походящему на заржавевший кусок полупокрашенной жестянки. Внутри видок оказался поприятней и посетителей тоже было немало, так что он даже понадеялся, что свободного столика не найдется и они пойдут куда-нибудь еще, но тут как раз одна группа друзей попросила счет, и Энди мигом заняла их место, а ему не оставалось ничего другого, кроме как последовать ее примеру. — Повезло, — произнесла она с небольшой улыбкой, расстегивая куртку. — А ты перчатки не снимешь?       Баки кинул нервный взгляд на собственные руки, а затем вновь перевел его на уже снимавшую верхнюю одежду Энди, подвиснув, откровенно пялясь на нее. В театре было темно, когда же они шли куртка не позволяла нормально разглядеть ее, так что у него впервые была такая возможность. На ней были черные джинсы с высокой талией и белая короткая футболка, вполне четко очерчивающая грудь, размер которой он определить не мог иначе, как определением «большая» и всевозможными его синонимами. Отвлекшись, мужчина позабыл о вопросе и сумел оторваться от откровенного разглядывания, лишь когда она вновь обернулась, успев повесить куртку на спинку стула. — Почему не снимаю? — повторил он, пытаясь собраться с мыслями, постоянно норовящими уйти не в ту степь. — У меня проблемы с кровообращением и без них руки мерзнут, — соврав первое пришедшее на ум, Баки быстро спрятался за меню, делая вид, будто увлеченно выбирает чего бы заказать.       Энди же только слегка приподняла брови и пожала плечами, сказав, что уже знает, что будет. Пока она рылась в телефоне, Барнс проходился по мало понятным названиям коктейлей, наконец наткнувший на родной виски. Услышав его выбор, девушка многозначительно на него глянула, но от комментариев все же удержалась. — Так-с, думаю, теперь можно переходить от общих фраз к непосредственному знакомству, — помешав соломкой пестрый коктейль и получив от напряженного Баки согласный кивок, она важно приосанилась. — Андреа Девлин. Родом из штата Мэн. Живу в Нью-Йорке с начала учебы в колледже искусств, — представившись, она немного отпила из соломки. — Джеймс Барнс, — начал он, тоже отпив из стакана, чтобы оправдать заминку. — Родился и рос тут, в Бруклине. Служил в армии несколько лет, потом слушал лекции там же, в колледже искусств, а потом меня стерло. — Оу, — пробормотала Девлин, слегка притупившись. — Это сложно, должно быть. Из моих близких никого не стирало, поэтому… тебе, наверное, нелегко было приспособиться. Ну, работа, личная жизнь и всякое такое. — Нет, все в порядке, — Баки нацепил вымученную улыбку. — Я и раньше-то не сказать, что был приспособлен к жизни, так что мне не привыкать, — пожав плечами, он криво усмехнулся, осушив свой стакан и попросив еще. — Понимаю, — кивнула Энди. — Сама была некоторое время безработной после учебы. Долги по ней едва не вынудили родителей продать дом, но, благо, меня взяли в театр, а теперь я никак не могу оттуда уйти, — он уже открыл рот, собираясь спросить о причинах этого, но девушка его опередила, мигом переменив тему. — Сколько тебе? — Около тридцати, — соврал Баки без зазрений совести, все же на секунду представив ее реакцию, скажи он правду: и да, почему-то ему казалось, что Энди это не шибко бы впечатлило. — А тебе? Если не секрет, конечно, — добавил он поспешно, вспомнив, что женщины не любят подобного. — А я, что, выгляжу настолько старой, чтобы скрывать свой возраст? — смутив его, она весело хихикнула, махнув рукой. — Сколько бы ты мне дал на вид? — Ну, если ты закончила колледж, значит, ты старше двадцати двух… — протянул он, пытаясь подобрать число, рассматривая ее кажущееся детским лицо. — Двадцать три, наверно? — предположил Барнс. — Попытку мне польстить оценила, — когда мужчина уже хотел возразить, она подняла палец, и он замолк. — Нет, на деле я знаю, что выгляжу как малолетка — поэтому ношу паспорт с собой. Мне двадцать семь, так что мы почти ровесники. — Ага, да… — почесав за ухом, он громко выдохнул, отведя взгляд в сторону. — Ну, рассказывай давай, как до жизни такой докатился? Не похож ты на того, кто обычно ищет приключений на ночь, — поинтересовалась Девлин после нескольких минут ничего не значащей болтовни. — Дай угадаю: тяжелый разрыв с девушкой? — Нет. Я вообще давно один, — ответил Баки, слегка приободрившись от того, что она сама подняла тему отношений. — Самое близкое, подпадающее под твое определение, это то, что мой единственный друг предпочел мне девушку, женился и уехал. А я даже не представляю, как теперь быть, — погрустнев, он отпил немного виски, надеясь, что алкоголь его взбодрит. — Так вот в чем дело, — Энди коснулась его руки, благо, правой, и он поднял глаза, встретившись с ее сочувствующим взглядом. — Разрыв — это всегда сложно. Особенно, когда тебе предпочитают другую. Давно вы расстались? — Эмм, — Барнс нахмурился непонимающе, а потом вспыхнул, когда до него наконец дошло, резко замотав головой. — Все не так! Ты меня неправильно поняла, — она только улыбалась, кивая, от чего Баки начал паниковать, понимая, что ему не верят. — Мы вовсе не состояли в отношениях, ну, таких… Я не гей, — совсем прижатый в угол наконец выдавил он, но девушка лишь повела плечами. — Да не волнуйся ты так! — похлопав его по плечу, она убрала руку себе на колени. — Вы мужчины так реагируете на это, будто сомнение в вашей ориентации ставит под угрозу всю вашу жизнь. Поверь, Джеймс, я не берусь никого осуждать за подобное. В конце концов, ты здесь, со мной, а это значит, что я тебе, по крайней мере, нравлюсь.       Едва успокоившийся Баки вновь дернулся, но попытался сделать вид, будто не воспринял ее слова как нечто особенное. Разговор давался с трудом, напоминая сложнейший тест по истории или же прохождение по минному полю, но пока что она, кажется, относилась к нему благосклонно, что не давало опустить руки. — Честно говоря, дело не только в этом, — взвесив все за и против, он решился все же раскрыть еще одну карту, которая вполне могла ее оттолкнуть. — Я упоминал, что служил в армии. Так вот, с тех пор у меня некоторые проблемы, из-за которых я хожу к терапевту. Она и посоветовала мне развеяться, — сказав это, он выжидающе уставился на нее, только вот Энди отнюдь не спешила с реакцией, от чего Баки, и так сидевший будто на иголках, не выдержал паузы. — Что скажешь? — Вот опять, — устало выдохнув, она недовольно покачала головой. — Не смотри так грустно, будто признался, что у тебя рак или СПИД. Хотя и это нынче лечится, но, впрочем, — серьезно глянув на него, Девлин, кажется, не удержавшись, мягко улыбнулась. — Покажи мне кого-то в Нью-Йорке, кто не ходит к психотерапевту, и я закажу тебе лучшего шотландского виски. В конце-то концов, я сама на завтрашнем сеансе обязательно расскажу своему, что я познакомилась с парнем. — Подожди, ты тоже?.., а почему? Просто, ты, ну… — …не произвожу впечатление человека с проблемами? — продолжила Энди за него. Баки утвердительно кивнул. — Я и не претендую на высококлассный диагноз — так, знаешь, по мелочевке. Немного депрессии, тревожности и прочего. Все же в театре не лучший рабочий коллектив. — Я тоже лечусь от последствий профессиональных травм, если можно так сказать. Рассказал бы больше, но боюсь, это весьма унылая история. — Или же это гостайна, — непринужденно проговорила Девлин, а заметив, как у Баки округлились глаза, фыркнула. — Что? От тебя так и веет аурой какого-нибудь спец агента. Плюс к тому, ветеранов часто вербуют для подобного. — Что же, так со мной и было, — пробормотал Барнс, расслабившись. — Как насчет тебя? Знакомство с первым встречным на твоей постановке — это норма или нет? — Во-первых, если человек оказался в нашем театре, то мы с ним уже совместимы на сорок пять процентов, — весело начала Энди. — Во-вторых же, если человек привлечет мое внимание, то я всегда знакомлюсь. А что дальше, зависит уже от того, как все пойдет. — И какая оценка у меня пока что? — поинтересовался Баки, смотря прямо ей в глаза и используя все свое давно похеренное очарование, которое, кажется, хоть и не в полную меру, но сработало, ибо она на секунду смущенно отвела взгляд и заправила волосы за ухо. — Семьдесят с потенциалом роста, — пробормотала она скороговоркой, быстро выпив остатки своего сладкого напитка. — Я, пожалуй, закажу минеральной воды — завтра все же на работу… — Конечно, — довольно произнес Барнс, не став продолжать давить на нее. — Может, обменяемся номерами? — Скажи ник, и я кину тебе запрос в инсте, — предложила Девлин, а узнав, что он не пользуется соцсетями, недовольно покачала головой. — Все пользуются, но ладно, если ты таак не хочешь палить свой фейк… — протянув это, она все же надиктовала номер, и Баки кинул ей вызов. — Но я надеюсь, что ты все же зайдешь на мою страничку. Введи полное имя и сразу выйдет. Благо, в мире не много людей с именем Андреа Девлин.       После беседа пошла в более гладком русле: Баки, получивший некоторую уверенность, говорил и отвечал на вопросы более открыто, чувствуя себя намного свободней, чем в начале. Выпив еще немного, они решили уходить и, конечно же, ребром перед ним встал вопрос оплаты счета, в котором Барнс попросту не мог поступить так, как того требовала современность. — Если ты не против, я хотел бы заплатить, — предложил он, достав бумажник из кармана и уже ожидая весьма неоднозначной реакции, но Энди отреагировала вполне спокойно. — Кто пригласил, тот и платит, — произнесла девушка, лукаво подмигнув в конце. — Взамен можешь тоже пригласить меня куда-нибудь на днях. — Хорошо, но мне как-то неудобно… — Ну, проводи меня до дома, — улыбнулась она и Баки не сдержал ответной улыбки.       Как оказалось, жила Энди недалеко, так что они вновь решили пройтись пешком, болтая об отвлеченном. К моменту, когда подошли к старому зданию, где она жила, между ними возникла достаточно приятная обстановка. Остановившись прямо перед крыльцом, они замолчали, переглядываясь. Баки вовсе не хотелось прощаться, но, в то же время, он понимал, что напрашиваться к ней будет излишним даже для двадцать первого века, потому-то и молчал, не желая испортить волшебство момента. — Да, было весело посидеть вместе, — сказала Энди, крутя связкой ключей в руках. — Извини, приглашать зайти не буду, ибо дома не убрано… — неуверенно усмехнувшись, она внезапно затихла, посмотрев прямо ему в глаза. — Джеймс, ты ведь тоже расскажешь психологу обо мне, так? — спросила девушка особым тоном, будто речь шла о чем-то до жути романтичном. — Ну… если ты настаиваешь, — добродушно проговорил он, и Девлин шуточно ударила его в плечо, после как-то незаметно приобняв. Баки незамедлительно повторил ее действия, расположив руки на ее талии. — Мне, наверное, пора, — выдохнув, она приподняла руки выше, касаясь шеи и затылка. — Да, — согласился он, склоняясь к ней ближе. — Пора…       Окончание фразы затонуло в поцелуе: чуть потянувшись, Энди накрыла его губы своими, и Баки с готовностью ответил, стараясь не прижимать ее к себе слишком сильно. Поцелуй длился дольше, чем было приличным для первого, но Барнса это едва ли волновало, но он все же не стал продолжать, когда девушка чуть отстранилась, опустив голову ему на грудь. — Ну, теперь семьдесят пять, — шепнула Энди, глянув на него из-под ресниц. — Полагаю, у меня будет время, чтобы подняться до ста, — он отошел на шаг, нехотя выпустив ее из рук. — Возможно-возможно, — оставив мимолетный поцелуй на его щеке, девушка поднялась по ступенькам, обернувшись у самой двери. — Буду ждать звонка.       Попрощавшись, Баки прождал, пока за ней закроется входная дверь, и пошел по тихой улице, витая в облаках. Впервые с тех пор, как он вернул над собой контроль, Барнс почувствовал, что полноценно живет. Пожалуй, не стоило относиться к идее дока столь скептически: она была полностью права. Конечно, не стоило слишком быстро увлекаться, но Баки казалось, что эта жизнерадостная смешливая девушка была именно той недостающей частичкой, которая могла по-настоящему вернуть его к полноценной жизни.       В ту ночь кошмаров ему не снилось.