Глава 4. Мальчик с серебряными волосами

Войдя в столовую, Блейз сразу заметил, что мать явно к чему-то готовилась: она принарядилась к ужину. Шёлковая зелёная блуза с французским кружевом сочеталась с изумрудными украшениями, а длинная бархатная юбка придавала её облику благородную строгость. Тёмные волосы были уложены в низкий пучок и украшены заколкой с камнями в тон. Они сели за стол, и на белоснежной скатерти появились блюда: картофельное пюре, хрустящие куриные шницели, квашеная капуста с клюквой и можжевельником, ароматный луковый суп. — Лиана, как тебе прогулка по городу? — поинтересовалась миссис Забини, когда дети начали есть. Ложка в руке девочки замерла на полпути к тарелке, щёки заметно порозовели. Девочку до сих пор мучила вина за самовольную вылазку. Забини тут же перехватил инициативу: — Не беспокойся, мам. Ли была в восторге. Мы даже в «Сладкое королевство» заглянули. На лице Лианы отразилось облегчение. Она посмотрела на Блейза и её губы дрогнули в молчаливой признательности. — Я рада, что вы выбрались. Зальцбург — особенное место. Здесь родился Амадей Моцарт, один из величайших волшебников, почитаемый даже маглами. Но впредь не забывайте предупреждать меня и всегда брать с собой Оши. Тогда я буду спокойна. — попросила миссис Забини. — Обязательно, — хором ответили дети. Разговор оживился. Они вспоминали подробности прошедшего дня, а миссис Забини слушала, почти не вмешиваясь. Когда на столе появился чайник с травяным чаем и миндальный пирог, она плавно сменила тему: — Как проходят занятия с мистером Томпсоном? — Очень интересно. Я каждый день узнаю много нового, — проронила Лиана после короткой паузы. — Это замечательно. Приятно видеть, как у тебя появляются увлечения, — сказала Корделия, разрезая пирог. — А теперь, — добавила ведьма уже более сдержанным, деловым тоном, — нам нужно обсудить нечто важное. Что-то сдавило в груди Блейза. Он мельком взглянул на Лиану: та будто окаменела. — Мистер Глимклиф успешно разрешил все вопросы с Австрийским Министерством. Смерть Ридхарда официально признана несчастным случаем. Его магические эксперименты, хоть и были весьма сомнительными, не имеют к нам никакого отношения. Забини отставил чашку. — Но можем ли мы просто так всё забыть? Мы ведь до сих пор не знаем, почему Ридхард держал Лиану в подземелье, и о моём… — мальчик запнулся. Подруга не подозревала о проклятии рода Забини, и он не собирался посвящать её в это. —…о том, почему смертельное заклятье отскочило от меня. — Понимаю, Блейз. Но мы должны идти вперёд. Ваше будущее — вот что сейчас важно. Впереди поступление в школу. Об остальном я позабочусь. — произнесла Корделия, многозначительно посмотрев на сына. Взяв кусочек пирога, Лиана нахмурилась. — Но как двигаться дальше, когда столько осталось неясным? — Некоторые вещи прояснятся со временем, — спокойно ответила Корделия. — Иногда мне всё-таки страшно, не так просто забыть эти пять лет — тихо призналась девочка, уставившись в окно. Завывания ветра воскрешали в памяти кошмары подземелья, усмиряемые лишь поддержкой Блейза. Корделия коснулась её руки. — Лиана, ты больше не одна. Мы — твоя семья. Завтра ты официально станешь Забини. Надеюсь, ты не возражаешь. Миссис Забини взмахнула палочкой, и на столе материализовалась стопка документов. — Мистер Глимклиф подготовил все необходимые бумаги об удочерении. Лиана захлопала ресницами, пытаясь осмыслить услышанное. На лице промелькнули растерянность и тихая, неуверенная радость. Блейз резко поднялся, подошёл к ней и заключил в объятия — крепкие, но бережные. Их взгляды встретились: в его глазах — ясная синева, полная решимости, в её — медовый отблеск робкой надежды. Корделия чуть отстранилась, провела рукой по складке юбки. Подбородок едва заметно дрогнул. — Это ещё не всё! Я понимаю, насколько тяжело вам находиться в этом доме. Поэтому вы возвращаетесь в Англию! Блейз понимал, что рано или поздно мать снова уедет, но не думал что это произойдёт так скоро. Но в то же время он понимал, что Для Лианы переезд означал нечто большее, чем просто смена места жительства — это была возможность начать новую жизнь, оставив позади все страхи и тревоги. — А эльфы? Мистер Томпсон? Они поедут с нами? — поинтересовалась девочка. — Конечно. Томпсон продолжит обучение, Ветте и Оши будут, как всегда, рядом. Блейз напрягся, его охватили сомнения: — А ты? — Мне нужно остаться в Зальцбурге. Вы пока поживёте в Мэноре. У мальчика перехватило дыхание. Он опустил голову, скрывая боль разочарования. — Мам, мы можем вернуться в Лондон? В наш дом? — К сожалению, пока это невозможно. Мне необходимо остаться в Австрии. Нарцисса и Люциус позаботятся о вас. Я приеду, как только смогу. — заверила Корделия. — В Уилтшире вы будете в безопасности. — А Италия? Мы же можем побыть у деда? Надежда, что мать согласится, была слабой, но он все же решил спросить. — Нет, Блейз! То, куда он тебя водил, не место для мальчика, а тем более для юной леди! Только представь, чему могут научить Лиану эти… — Она сомкнула губы в тонкую линию, так и не договорив. Блейз шумно выдохнул, но ничего не мог возразить. И всё же его тревожила перспектива жить у Малфоев. Он не был уверен, что их поместье более подходящее место для Лианы, чем дом сирен. — Вы справитесь. Не каждый взрослый может пережить то, что вы в своем возрасте, — продолжила миссис Забини тихим, обнадёживающим голосом. — Ладно, мы не подведём тебя, — сдался Блейз, глубоко вздохнув. В глазах матери блеснула гордость. Вечер продолжился в более спокойной атмосфере: они обсуждали грядущие перемены, планы, отпускали шутки. Но тень тревоги уже прокралась в сердце Блейза. Когда ужин подошел к концу, Корделия поочередно обняла детей. — Спокойной ночи, мои дорогие, — сказала она, целуя их в лоб. — Завтра нас ждёт новый день. Ночью Блейз всё никак не мог уснуть. Его внимание было приковано к странной книге, обнаруженной им сразу после прибытия в зальцбургский особняк. Потрёпанный переплёт скрывал тайны, дожидаясь своего часа. На обложке мерцали символы. Забини провёл пальцем по поверхности, ощутив знакомое покалывание — артефакт откликался на прикосновение. Магия фолианта, как и прежде, тянулась к нему, но Блейз больше не мог прочитать написанное. Книга молчала, проверяя его терпение. Того всплеска, который он почувствовал, впервые взяв её в руки, больше не было. Он никому не рассказал о своей находке. Ни Корделии, ни Лиане, даже у домовиков не осмелился спросить, принадлежал ли этот том Ридхарду. Что-то внутри настойчиво шептало: «Книга должна остаться в тайне». Может, это было предчувствие, а может — простая осторожность, но Блейз решил довериться своему внутреннему голосу. Юный волшебник решил взять её с собой в Британию. Там будет больше времени и возможностей, чтобы понять, с чем он имеет дело. Забини обернул книгу в кусок тёмной ткани и спрятал на дне сундука, прикрыв вещами. Взмахом отцовской палочки закрыл крышку. Мысль о возможной опасности мелькнула в его голове, но он быстро её отбросил. Нет, книга не была злой. Она была загадочной. Возможно, кто-то оставил этот фолиант именно для него и в страницах скрыт ключ к его спасению. Он снова и снова думал о проклятии, о котором узнал два месяца назад. В памяти всё ещё звучал сдавленный голос Корделии. Девять лет — немалый срок, но порой леденящая хватка рока сжимала горло, будто смерть уже дышала в затылок. Мать поклялась найти способ разрушить древние чары королевы вуду. Она долгие годы изучала старинные свитки, консультировалась с волшебниками по всему миру, искала ответы в величайших библиотеках Британии — всё тщетно. Блейз не мог сидеть сложа руки, перекладывая свою судьбу на её плечи. Он ещё не знал, как действовать, но был уверен: разбираться придётся самому. Ожидание — слишком роскошная стратегия, когда каждый день рождения приближал его конец.

✶✶✶

Три дня пролетели незаметно. Много времени отнимали сборы и приготовления к путешествию. Вечером Томпсон и Ветте отправлялись в Англию, чтобы к приезду детей в Мэнор всё было готово. Учитель не собирался делать перерыв — занятия продолжатся сразу. К ним присоединится Драко Малфой, что не радовало Блейза. Брата с сестрой Забини, в сопровождении Оши, ждал отъезд на следующее утро. Лиана сидела в комнате с учебником по магической ботанике. Мир растений всегда привлекал её, и она с удовольствием погружалась в изучение свойств волшебных трав и цветов. Но сегодня сосредоточиться не удавалось. Мысли всё время ускользали. С тех пор как стало известно о переезде, внутри неё поселилось напряжение. Не сильное, но настойчивое. Ветте суетился вокруг, щелчками пальцев отправляя её вещи в чемоданы и время от времени вздыхая. — Что же маленькая фройляйн будет делать в этой Британии?.. — пробормотал он себе под нос. Лиана старалась не реагировать, но каждый раз, услышав это обращение, вздрагивала. Так её называл Ридхард. Пальцы крепче сжали края книги, и та с глухим хлопком захлопнулась. — Ветте, не называй меня так, — сказала она, повернувшись к домовому эльфу. — Я теперь Лиана Забини. Это слово… связано с тем, что я хочу забыть. Ветте ойкнул. Его уши поникли, взгляд стал растерянным. — О-о… Ветте не хотел расстроить маленькую фро… мисс… — Всё хорошо, — ответила Лиана, выпрямившись. Губы изогнулись в тёплой, но немного натянутой улыбке. Маленькая ведьма задумчиво оглядела почти опустевшую комнату. Там, где раньше стояли стопки книг и свёртки с травами, теперь возвышались сундуки и дорожные сумки. Всё снова менялось. У неё появилось имя, данное Блейзом, и фамилия от Корделии, ещё казавшиеся чужими. Но она начинала верить, что в этом мире есть место, где её ждут, и люди, которым она не безразлична. Лиана провела ладонью по виску. Её уже нельзя было назвать той же девочкой, что сидела в подвале, сжавшись от ужаса. Она стала сильнее. Научилась жить с тенью прошлого. В комнату вошёл Блейз. Он быстро окинул взглядом беспорядок: багаж громоздился на полу, а Ветте аккуратно укладывал в него книги и платья. — Готова попрощаться с этим мерзким домом? — спросил Забини. — Да, Блейз. Твоя мама права: это здание действительно пропитано памятью о Ридхарде. Думаю, на новом месте нам станет легче. Он подошёл к уже пустому столу и, задумавшись, постучал по столешнице костяшками пальцев: — Жаль, что мама не сможет поехать с нами, и нам придётся жить у Малфоев. — он нервно прикусил губу. — Пожалуйста, Ли, не забывай: Драко — редкостный придурок, во всём копирующий своего чопорного отца, поэтому не обращай внимания на его выходки. Лиана подошла к нему и мягко толкнула в плечо, стараясь развеять его мрачные мысли. — Мы одолели Ридхарда с его тёмной магией, и с английскими аристократами тоже справимся. Блейз недоверчиво фыркнул, словно не мог понять, откуда у подруги такая непоколебимая вера. Но Лиана вздёрнула подбородок — этому жесту она научилась у него, переняв его упорство. — Скажи, чего ты боишься? Что нам может угрожать? — тихо спросила девочка. — Будет нелегко, — проговорил он. — Даже не знаю, что нас ждёт. Но вместе не так страшно. Блейз был прав — она чувствовала это всем нутром.

✶✶✶

Густой туман обволакивал двор зальцбургского дома, стелясь по земле молочным покрывалом. Припорошённые снегом ветви деревьев тянулись вверх, желая коснуться неба. Сырой холод вырывался изо рта белёсым облаком. Тишину раннего утра нарушало лишь редкое потрескивание льда под сапогами. Старый сад оставался ухоженным. Каждый его закоулок хранил отпечатки прошлого — и Лиана знала: среди этих аллей она оставила частичку себя. Девочка вспоминала прогулки с Блейзом: отсюда началось её знакомство с внешним миром. Они бродили по заснеженным дорожкам, делились страхами и надеждами, а ветер уносил слова в сторону далёких гор. Теперь, вглядываясь в знакомый пейзаж в последний раз, Лиана испытывала благодарность за эти светлые моменты. Пусть их было мало, но они навсегда остались в её сердце. У крыльца стояла крытая карета, запряжённая фестралами. Худощавые, с гладкой чёрной кожей и хищными мордами — эти создания казались чем-то потусторонним, одновременно пугающим и изящным. Кожистые крылья нетерпеливо подрагивали, а пустые глаза, будто смотрели сквозь время и пространство. Видеть их могли только те, кто пережил смерть, — для прочих они оставались зловещей загадкой. Увидев их, Лиана остановилась, приоткрыв рот. Девочка подошла ближе, неуверенно протянула руку и коснулась шкуры животного. Фестрал наклонил голову, позволяя ей дотронуться. Кожа была мёртвенно-холодной. В существах было что-то знакомое — такое же тёмное, непонятое и тревожное, как в ней самой. — Они прекрасны, — прошептала она. — Только очень… печальные. Забини молчал, наблюдая за ней. Лиана снова провела ладонью по боку зверя. Затем, вздохнув, отступила на шаг и обернулась: — Разве они могут приносить беду? — Нет. Это суеверия, — отозвался он, взъерошив свои тёмные кудри. — Просто не каждому под силу взглянуть в лицо собственному страху. Дети заняли места в экипаже. Оши вскочил следом и устроился возле Лианы. Кот сохранял величавое спокойствие, но изумрудные глаза неотрывно следили за происходящим. Фестралы переступали копытами, нетерпеливо взмахивая крыльями. Вскоре карета оторвалась от земли и плавно взмыла в небо. Лиана прильнула к окну, наблюдая, как земля уходит вниз. Они пронеслись над Гетрайдегассе, некогда казавшейся ей такой огромной. Теперь улица стала тонкой нитью, затерянной среди шпилей и черепичных крыш. Экипаж поднимался всё выше и выше, навстречу облакам. Позади остались величественные горы, бережно хранящие магическое наследие австрийского городка. Зальцбург таял в утреннем тумане, словно забытая картина. В груди девочки бушевал вихрь противоречивых чувств. Фестралы уносили их прочь от старой жизни, страха и боли. Оши сразу заснул, свернувшись в клубок. Блейз монотонно постукивал пальцами по колену — верный признак того, что он снова погрузился в раздумья. — Не накручивай себя. В Мэноре точно не хуже, чем в доме Ридхарда, — спокойно сказала Лиана, стараясь придать голосу уверенности. Блейз с сомнением покачал головой: — Я не за себя волнуюсь. Настолько привык к ядовитым шуткам Драко, что даже лень на них реагировать. — Забини криво усмехнулся. — Боюсь, он спровоцирует тебя и разбудит обскур. Лиана подалась вперёд: — Так не давай ему такой возможности, — произнесла она ровно, без тени сомнений. — Обещаю, — хмыкнул Блейз. — Пусть попробует — получит в лучших традициях чистокровного воспитания. Вежливо, но хлёстко. В его голосе мелькнула мальчишеская бравада. Лиана рассмеялась, чем разбудила Оши. Кот недовольно протянул: «ррмяу», как умели только представители его говорливой ориентальной породы. Девочка тут же прикрыла рот рукой, сдерживая хихиканье. Глядя на неё, Блейз тоже едва не прыснул со смеху. Карета летела всё дальше. Под ними проплывали мосты, реки и леса. Один пейзаж сменялся другим, одна страна — следующей. Спустя несколько часов они остановились у кованых ворот Мэнора. Чёрная металлическая решётка представляла собой замысловатый орнамент в виде переплетающихся змей. На каменных парапетах по бокам застыли молчаливые стражи — мраморные грифоны. Ворота беззвучно распахнулись, впуская брата и сестру Забини в мир надменной роскоши. К особняку вела дорога, усыпанная белоснежным гравием, хрустящим под копытами фестралов. Вдалеке возвышалось огромное здание в георгианском стиле, с высокими окнами, колоннами у входа и крышей, увенчанной стройными трубами. К горлу подступало волнение. Лиана вцепилась в обивку сиденья, пытаясь его унять. Блейз притянул её к себе, ободряя перед встречей с Малфоями. Он вопросительно посмотрел на подругу, когда экипаж замер у парадного входа. Девочка кивнула, без слов говоря: «Я в порядке», — и расправила плечи. На пороге их встречала Нарцисса Малфой, с натянутой улыбкой, которую можно было назвать приветливой, если бы не её отстранённость. Рядом с ней стоял Драко. — Блейз, добро пожаловать, — произнесла миссис Малфой с отточенной вежливостью. — А ты, должно быть, Лиана. Мы вас ждали. Драко бесцеремонно разглядывал девочку. Серые глаза задержались на шраме, и лицо исказила гримаса отвращения, что заставило Лиану невольно съёжиться. Интерьеры Мэнора поражали строгостью, лаконичностью и порядком. Свет канделябров отражался в полированном мраморе пола. Стены украшали портреты предков: молчаливые лица следили за каждым движением чужаков. Нарцисса остановилась у широкой лестницы. — Ужин подадут в семь, — сказала она. — А сейчас можете осмотреть дом. Драко, будь любезен, покажи гостям детское крыло. Малфой склонил голову, жестом приглашая Блейза и Лиану следовать за ним. Они поднялись на второй этаж и прошли по длинному коридору. — Вот ваши комнаты, — бросил сквозь зубы Драко, останавливаясь перед двумя дверьми. — Лиана, твоя — слева, а Блейза — напротив. Спальня Лианы купалась в мягком дневном свете. Стены в тёплом бежевом оттенке, лёгкие шторы и золотые акценты создавали атмосферу сдержанной утончённости. У окна, как и в австрийском доме, находился письменный стол, заваленный томами с потёртыми корешками. В центре возвышалась широкая кровать с балдахином, манившим укрыться от всего мира. Комнату Блейза отличало преобладание приглушённых бирюзовых и серебристых тонов. У камина пристроилось тяжёлое кресло с высокой спинкой — мальчик любил развалиться в нём с книгой. Шкатулки, куклы-вуду и артефакты, привезённые Корделией из многочисленных путешествий, разместились на полках вдоль стены. Всё выглядело так, словно Забини жил тут всегда, а сейчас просто вышел на минуту. Ветте постарался сделать комнаты уютными, но прохлада каменных стен неотступно напоминала, в чьём доме они находятся. Заглянув в приоткрытую дверь спальни Драко, Лиана увидела тёмно-зелёные стены, массивную мебель и идеально заправленную кровать без единой складки на покрывале. Создавалось ощущение, что помещение предназначено не для жизни, а для демонстрации. По соседству с комнатами детей располагалась небольшая гостиная. Здесь стояли кресла с прямыми спинками, диван, обитый кожей цвета оливы, и невысокая тумба из тика, на которой кто-то, возможно Драко, оставил раскрытые книги и вазу со сладостями. Дальше по коридору был просторный учебный класс, а за поворотом — игровая зала, где можно было увидеть зачарованные игрушки, столик для волшебных шахмат и огромный шкаф-витрину, посвящённый квиддичу. Стеклянные полки украшали оживающие статуэтки игроков, наборы мячей, именные золотые снитчи на бархатных подушках. После осмотра детского крыла дети остались в гостиной. Лиану будто выжали изнутри — усталость наваливалась тяжёлым грузом. Она опустилась в кресло и попыталась перевести дыхание. Блейз устроился напротив, а Драко молча занял место на диване, откинувшись на спинку с видом полноправного хозяина. Постепенно напряжение начинало отступать, уступая место глухому ожиданию. — Надеюсь, вам понравились комнаты, — сухо произнесла Нарцисса, появляясь в дверях. — Если что-то понадобится, не стесняйтесь обратиться к домовому эльфу. Девочка кивнула, сохраняя внешнее спокойствие, не позволяя раздражению вырваться наружу. Лиана хорошо понимала: это предложение — лишь напоминание о том, кто здесь диктует правила. — Спасибо, вы очень любезны, миссис Малфой. Драко по-прежнему молчал, но его пристальный интерес чувствовался физически. По щекам Лианы начинал разливаться жар. — Интересно, и откуда ты взялась? — протянул блондин, медленно вставая с дивана. — Миссис Забини вдруг решила приютить безродную сиротку? Что заставило её воспылать к тебе такой любовью и жалостью? Слова повисли в воздухе отравленным дымом. Пальцы Блейза сжались на подлокотнике, но Лиана слегка покачала головой и взглядом остановила друга — вмешательство могло только навредить. — Моя история вряд ли заслуживает твоего внимания, Драко, — парировала юная ведьма, не повышая тона. — Да, я не знаю, кто мои родители. Но судя по магии, доставшейся от них в наследство, они были волшебниками и очень сильными. А вести себя в обществе я умею — и не раз доказывала это своей приёмной матери. Малфой приподнял бровь, уголки губ чуть дрогнули, но в глазах вспыхнула эмоция, которую девочка не могла распознать. — Ну что ж, посмотрим, — выдавил он. Наблюдавшая за сценой Нарцисса, сжала губы в тонкую линию. — Драко, веди себя подобающе, — произнесла она. — Лиана — наш гость. Блондин закатил глаза, демонстративно скрестил руки на груди, а Блейз облегчённо выдохнул. На этот раз Лиана справилась, не повелась на провокацию Малфоя. Но расслабляться было рано. Здесь каждое слово весило больше, чем казалось. — Спасибо за гостеприимство, миссис Малфой, — вежливо сказала девочка. — Мы это ценим. Улыбка хозяйки поместья стала чуть теплее, но глаза оставались ледяными озёрами. — В таком случае, не опаздывайте к ужину. С этими словами она вышла, а Драко, бросив напоследок короткий взгляд, последовал за матерью. Когда они остались вдвоём, Блейз повернулся к Лиане. — Ты как? — В порядке, — ответ был почти неслышен. — Просто здесь всё оказалось не таким как я себе представляла. — Ты скоро освоишься, — уверенно бросил он. — даже быстрее, чем я думал. — Ты так считаешь? — Это очевидно. Ты не растерялась, заткнула Драко и не дала ему повода зацепиться. Это было правильно. Лиана тряхнула головой и посмотрела на дверь, за которой только что исчезли мать и сын. — Пойдём. Пока есть время — осмотрим остальной дом.