Вскрытие тайн

— С-со мной? Со мной всё хор... — непонимающе ответила девушка. — Ложь! Как всё может быть хорошо с человеком, который... — парень со злостью ударил кулаком о край ванны. Он не договорил, но было ясно, что мужчина понял что-то, чего не должен был понимать. Тяжело вздохнув, Мойдодыр резко встал и покинул ванну, оставив слуг и замарашку наедине. — Что это сейчас было? Часто с ним такое происходит? — обратилась Лина к прислугам. — Нет. Такое впервые. Он всегда хладнокровен и непреклонен. Мы сами не понимаем, что с ним случилось... Ещё немного подождав, девчонка вскочила, накинула ближайшее полотенце и хотела уже вылезать из ванны. Но слугам такое решение не очень понравилось. — Ты куда собралась? Мойку никто не отменял! — Я хочу посмотреть, в каком он состоянии. Может, ему помощь нужна какая-то. — Да ты просто улизнуть от купания хочешь! — крикнула какая-то щётка. — Вот именно! — поддержала остальная утварь. — Вам совсем что-ли плевать на вашего Командира? Вдруг, ему плохо стало или ещё чего похуже. Вернусь я к вам! Угомонитесь! — придерживая, полотенце проговорила дева. Под неодобрительным взглядом надоедливых слуг девушка всё же выбралась из "комнаты пыток". Теперь нужно найти Начальника Мочалок. Девчушка стала ходить по пыльным и заваленным комнатам в поиске парня. Нашёлся мужчина в спальне: Сложив руки за спиной, он смотрел в окно. Переминаясь с ноги на ногу, Мойдодыр смотрел то вниз, то снова в окно. — Эй, с тобой всё нормально? — подошла девица. Но Мойщик ей не ответил. Его взгляд был направлен куда-то в даль, на серые дома и облака. — * Стоп! Он что, плачет? * — на пару секунд Лине показалось, что у мужчины слезятся глаза. И это было правдой. Неожиданно парень повернул голову к девушке. Его губы чуть подрагивали, а в глазах выражались грусть и... сочувствие? Но к чему? Что вообще происходит? Вдруг молодой Мойдодыр осторожно, едва касаясь, положил свои руки на талию Лины. Потом также осторожно, немного неумело, мужчина притянул деву к себе. — * Ну всё. Теперь точно засосёт *. Но никаких глубоких поцелуев не произошло. Только объятие. Мойщик аккуратно, с видной тревожностью и волнением обнимал Лину. Обнимал настолько сильно, насколько позволяла его мойдодыровская душа. В это время сама девушка была в большом шоке. — * Он пару минут назад желал излупить меня, а теперь со слезами обнимает?! Что, чёрт возьми, творится в голове у этого существа?! Может у него раздвоение личности? *. Через пару мгновений парень всё-таки отстранился. Но теперь он взял её за руки. Только сейчас эта хватка была не принудительно-жёсткой, а умоляюще-нежной. Ничего не объяснив, Мойдодыр повёл её на кровать. Сначала сел он, а потом этот индивидуум потянул девушку к себе. Только опять не для того, чтобы выебать. Мужчина усадил её к себе на колени. — * Я его не понимаю. Он либо пытается меня к себе расположить, чтобы позже трахнуть, либо действительно его переклинило *. Пока Лина размышляла, этот её своими руками обхватил и прижал к себе сильнее. Он поднял на неё взволнованный взгляд, аккуратно поглаживая по голове. — Прости, возможно, будет неприятно, но... я хочу увидеть тебя всю. Девушка, охваченная страхом изнасилования, начала агрессивно вырываться. — Тише. Я не причиню тебе вред. Надеюсь, с тобой ничего не случится. Я только посмотрю. Лине с детства не нравилась фраза "я только посмотрю". Это выражение всегда оказывалось лживым успокоительным перед пытками. Только из этой додырской пытки было очень сложно выйти, ведь это нечто своими ручищами крепко держало её. Но вот опять! Мойдодыр не полез расстёгивать брюки, чтобы грубо выебать Лину. Снова нет. Он такого делать не будет. Потому что ему совесть с характером не позволяют. А ещё ему мешают метки, которые я указала в фанфике. Так что кувырканий Мойдодыра и Лины не будет! У девушки было грязно не только тело. Ещё грязнее у неё были мысли. Поэтому Великий Умывальник решил ими и заняться. Вдруг до девушкиного лба дотронулась бледная и холодная рука. Сначала ей немного поплохело, следом появилась головная боль. А потом — бац! Мерзкий звон в ушах и белая ослепляющая искра. Лина потеряла сознание.

***

Открыв глаза, девушка не поняла, где находится. Рядом не было знакомого дома, Мойдодыра. Ничего не было. Только угнетающая пустота. Сначала дева пыталась "проснуться": щипала себя за руки, била по лицу, хлопала глазами. Но всё без толку — не просыпается. Решила тогда она идти, куда глаза глядят. Может, придёт куда-нибудь? Неизвестно, сколько она так бродила по безлюдному и пустому месту, но по личным ощущениям девы, прошёл час. И все эти хождения будто бы были под пристальным взглядом кого-то. Она сходит с ума? Резко всё затряслось, будто начало ломаться. И вправду под ногами появились трещины, что с каждой секундной увеличивались. Вскоре в некоторых местах пол начал проваливаться, а в оставленных им дырах было что-то чёрное. В какой-то момент пол так стремительно рушился, что Лина осталась на маленьком островке посреди океана из непроглядной мглы. Потом и её островок показал первые трещины. А позже они заполонили его весь. С глухим щелчком остров разломился, и вместе с его останками девушка полетела вниз. — * Теперь уж-то точно надо проснуться! Во время падения как раз таки и просыпаются! *. Но нет... Лина приземлилась в какое-то сырое и мрачное место. Если бы всё это было реальностью, она бы не выжила от такого падения. Рядом с грохотом упали и раскололись об землю обломки. Свет исходил только из верхней дыры, с которой Лина и упала. Дальше непросветная и пугающая мгла. Идти в неё девушка не горела желанием. Но вдруг в темноте, находящейся в паре метров от девы, что-то засветилось. Такое небольшое, но уверенное свечение, очень манящее к себе. — * Я всё равно когда-то умру, так ведь? К тому же всё это — сон. Я же не погибну в реальности? * С сильной настороженностью Лина всё же пошла к этому свету. А он исчез, оставив её в полумраке. От места света, в котором ранее стояла девушка, тоже ничего не осталось. Его в секунду заполнил мрак. Теперь она одна в этой кромешной темноте. Хотя нет. Не одна... Сзади послышался скрежет и пощёлкивания. Эти мерзкие звуки усиливались. Это значило только одно — оно приближается. Только что это за Оно? Как с ним бороться? И можно ли вообще с ним бороться? Лина, охваченная страхом, стояла в ступоре. Для человека ступор во время пугающей ситуации — обычное дело. Не каждый же день за тобой Что-то приходит. Дева стояла в шоке, пока до неё не дотронулось что-то липкое, холодное и до жути противное. Обернись... Посмотри... Раздался скрипучий, режущий уши голос. — Я-я не хочу на тебя смотреть! Я не знаю тебя и знать не желаю! В-выпустите меня! О... не~ет. Ты не можешь меня не знать... Ты не можешь от меня убежать! Эхом пронёсся шершавый голос. — П-почему это не могу..? Потому что я — это ты... Такого ответа Лина не ожидала. Она резко повернулась. Кто смеет называть себя ею? Кто этот смельчак? Перед Линой стояла безобразная женщина, похожая на ту, что из колодца в Звонке. Её чёрные маслянистые волосы закрывали лицо. На ней была белая изорванная сорочка. Кожа бледна, а из под этой ужасной кожи виднелись кости. Руки и ноги были в какой-то непонятной чёрной и липкой субстанции. Сама по себе эта женщина была кошмарно грязна. — Я-я никогда не стану как ты! — испуганно прокричала Лина. Не станешь? Ты уже становишься... Вновь прохрипела она, протягивая девчушке битое зеркало. Лина взглянула на себя: А ведь правда... Сама Лина была сильно худа, рёбра виднелись. Сорочка на ней тоже была порвана, только не так дико. Опустив голову, дева увидела, что её ноги и руки такие же чёрные и липкие. С испугом Лина снова взглянула на своё отражение. Но на неё смотрело не её милое личико, а отвратительное рыло той женщины. С ужасным и пронзительным воплем девушка выронила зеркало. — Нет! Нет! Нет! НЕТ! Задыхаясь, орала Лина. Такого адреналина она лет десять не испытывала. Упав набок, девица забилась в конвульсиях. То чучело село рядом, положив свою руку с длиннющими когтями прямо на голову страдалице. Но это нечто не разодрало ей лицо в клочья, а начало... гладить? Что, чёрт возьми, происходит сегодня?! Снова этот белый оглушающий свет! Куда теперь он её перенесёт? Открыв глаза, Лина увидела уже знакомую комнату. Рядом сидел взволнованный Мойдодыр, крепко держащий её руку. — Ты как? Как себя чувствуешь? — испуганно спросил юноша. На удивление, девица чувствовала себя лучше. Голова стала болеть меньше, ощущалась небольшая лёгкость. Будто дышать стало проще. — Я чувствую себя лучше, но... как так? Что вообще происходило? Сколько я валялась в отключке? — Ты так лежала минут пятнадцать-двадцать, не больше. — Сколько? Мне казалось, я часами там бродила! А, точно... ты же не знаешь, что со мной там происходило. — Нет, я знаю. — Чего? Ты что это всё спланировал?! Ты убить меня хотел, да?! — разъярённо ругалась Лина. — Я не хотел тебя убивать. Наоборот, хотел как лучше. И у меня получилось. — Я тебя не понимаю. Я валялась в отключке, на меня какая-то шмара напала. И это "как лучше" называется, по-твоему? Да, мне физически стало получше, но это просто совпадение. — Пока что сильных изменений нет. Но если я продолжу эту технику, то всё будет просто замечательно! — Не-не-не. Мне хватило этого ада. — Такого больше не будет. Это только в начале. — Точно? — Точно. Зато тебе лучше будет! — улыбался Командир. — Ладно. Хрен с тобой. — вздохнула дева. Мойдодыр похлопал её по плечу и немного погладил по голове. А потом резко встал. — Что ж. С основной проблемой я понял, как разобраться. Теперь пойдём разбираться с другой. — Какой? — С гигиенической. — О нет. Только не мыться. Дай ты хоть чуточек отлежаться! — завыла девушка. — Ладно, полежи, поспи полчаса. Я на кухне пока что посижу. — хотел было Начальник уйти, но остановившись около двери в комнату, он сказал деве, — А, и не вздумай ничего плохого с собой делать. Ладненько? — Ладно... — Вот и отлично! — его голос звучал звонко. Прям как у любопытного мальчугана, узнавшего какой-то страшный секрет. Лина после всей это ситуации чувствовала себя лучше. Но одно ей было неясно: почему жжёт бёдра? Чуть приподняв край сорочки, девчушка удивилась. Её бёдра почему-то были заклеены большим белым пластырем. А до этого они были, видимо, обработаны антисептиком или другим обеззараживающим препаратом. Поэтому они и пощипывали. — Так, ну, кроме Додыра их никто заклеить не мог. Но зачем ему понадобилось обрабатывать мои бёдра? Лина стала вспоминать и думать, что могло юного мойщика привлечь в её бёдрах. — Он не заинтересован мной как в сексуальном объекте. Значит, ему нужны они были для чего-то другого. Ещё немного покопавшись в своей памяти, Лина, наконец, вспомнила. И тут уже ей стало понятно, из-за чего её бедра заклеены, из-за чего Мойдодыр с ней стал нежен, и из-за чего он тогда её не наказал. — Блять! Я забыла скрыть порезы! — девица стукнула себя по голове, — Что он теперь обо мне думает? Что я слабая и никчёмная психопатка?! Какой позор! — Лина резко встала и направилась к двери, — Может, попробовать разъясниться? Вдруг поймёт как-нибудь. Но из раздумий девушку вытянуло до ужаса знакомое и мерзкое хрипение. Осмотрев комнату, девушка никого не увидела. Но чуть глянув на зеркало, девица рассмотрела безобразные очертания. — Зачем ты явилась? — выдохнула Лина. — Просто знай, что твои шрамы исчезнут с твоего тела, но не исчезнут с тела того, кто обрекает себя на мучения и смерть!...