19.4

      - Каждый может предать, Александр, каждый, - в глазах Петра, в отличие от философского тона, полного отрешенного спокойствия, светился фанатичный жестокий блеск.       Кириган оторвался от созерцания облаков в иллюминаторе самолета и мыслей об Алине. Усилием воли заставил себя не смотреть за спину Ланцова, где девушка, сидящая к нему лицом, о чем-то разговаривала с Николаем.       Хотелось то ли смеяться, то ли ругаться от того, что несносная девчонка упала ему в руки, напоминая удушливым ароматом своих духов о той ночи, когда он, разозлившись на ее самоуверенность и риск, на который она пошла, забравшись в кабинет Петра, притащил ее к себе. Жизнь будто бы испытывала его терпение на прочность. А он ведь был уверен, что ничего не может его поколебать. Потому он не сказал Алине ни слова, потому заставил себя отпустить ее руку, хоть и задержал в своей дольше, чем было нужно для того, чтобы помочь, не мог заставить себя оторваться от бархатистой кожи кисти.       И сейчас Старкова по-прежнему занимала все его мысли, он не мог не переживать о том, как сработает его план, в который была включена и безопасность Алины, ставшая приоритетом, разумеется, после желания воздать по заслугам Петру Ланцову и всей его семейке.       - Василий, Николай, Зоя, - перечислял имена потенциальных предателей Петр, - Женя. Ты. Алина.       Александр сохранил невозмутимое выражение лица.       Конечно, после всех неприятностей последних недель Петр начал свое маленькое расследование внутри созданной им преступной системы, конечно, полетели головы невиновных, на которых порой указывал Кириган, а порой они подставлялись сами. Но крысу, о которой последние дни твердил Петр, он так и не нашел. И понимал это. Что ж, Александру оставалось только вымаливать у судьбы себе еще немного времени.       Елизавета ничем не могла ему помочь. Документам, которые пересылал Александр, не хотели давать ход. И Кириган раз за разом вспоминал слова Черновой, сказанные ему в тот вечер, когда она пришла вербовать его.       Даже у нас есть те, кто связан с Петром Ланцовым, представляете? Связи на самом высшем уровне в Южном Земе и Равке. Настоящая зараза, проникшая повсюду, как и юрда, которую он продает, он словно паук, постепенно, но настойчиво, опутывает своей преступной сетью весь мир.       Весь мир, а значит, и Равка тоже. Быть одному против всего мира? Звучало смешно. Это только в приключенческих фильмах герой идет против целой системы и выигрывает, сохранив жизнь, приобретя богатство и забрав себе самую красивую девушку.       И снова Александру понадобилась вся сила воли, чтобы не посмотреть на Алину. О чем она беседовала с Николаем? И почему Василий вновь бросил свою девушку? Впрочем, наверное, Алина была и не против. Какая сила воли должна быть, чтобы спать не просто с нелюбимым человеком, а с тем, кто тебе отвратителен? Как играть из раза в раз любовь, когда испытываешь лишь презрение? Сколько нужно внутренних сил? Александр не мог не восхищаться Алиной Старковой.       Он мог бы взять ее в союзники, но подвергать девушку риску, втягивая в своей план, Александр не хотел. Алина и так сделала слишком много. Теперь ее дело отойти в сторону. И не рисковать. Кириган лишь надеялся, что старые связи в Эймсе и Каз его не подведут. И тогда он сумеет свершить свою месть. Нелегальную, незаконную, но единственно правильную. А, главное, никто и никогда не заподозрит его. Он сумеет в нужный момент отойти в сторону.       Однажды он уже исчез, испарился, стал Алексом Кириганом, а значит, сумеет провернуть это снова, пусть и без помощи Елизаветы. Четыре года жизни вне закона имели свои преимущества. И если Алина пожелает последовать за ним, быть с ним, он будет только рад.       - Ты никому не доверяешь, - задумчиво произнес Александр очевидную вещь.       - Именно это позволило мне оказаться там, где я теперь, - сверкнул улыбкой Петр, подался вперед, - я знаю все обо всех, я собираю информацию. И никому никогда не доверяю.       Александр кивнул. Эти сентенции начинали его порядком утомлять. Он мысленно сказал себе, что скоро все закончится. И вновь уставился в окно. Петр вернулся к изучению документов по «Трейд-Инн».       Поставки юрды в Южный Зем должны были пройти под эгидой благотворительности, а партии ацетона и эфира в обмен на бурую пыль как оплата по другим каналам вместе с грузом для военных на границе Южного и Нового Зема, который не досматривался таможней. А с продажной верхушкой новоземенской армии Петр давно договорился. И если все пройдет гладко, то новые партнеры Ланцова будут готовы увеличить партии химических элементов, а также будут покупать юрду. Контроля за экспортом эфира в Южной Земе не было, а вот контроль за ввозимой юрдой был со стороны Равки, но южноземенские ребята утверждали, что все схвачено и бояться нечего. Александру оставалось лишь гадать: насколько им поверил Петр.       В Эймсе и по всему Южному Зему было достаточно своих ребят, производивших и продававших юрду, экспортировавших ее в том числе и в Равку. Они не боялись ничего и никого. И были настолько отмороженными, что связываться с ними не хотел никто. Они не умели работать аккуратно, понятия не имели о подставных фирмах и не слишком-то скрывались. Кириган подумал, что Петру будет трудно найти с ними общий язык. А все же придется. Он предложил им юрду по сниженной цене, теряя прибыль, но полагал, что это явление временное. Что ж, постепенно он сможет диктовать правила, ведь новоземенская бурая пыль была гораздо более качественная, чем та, которая наводняла Эймс, ее можно было разбавить гораздо в большем соотношении, и она практически не теряла своих свойств. Петр знал о качестве своего товара, а потому был в себе уверен. Он еще не знал, что Александр был намерен сорвать все сделки.       Кириган так задумался, что не сразу заметил, как самолет стал заходить на посадку. Лишь когда немного заложило уши, мужчина будто бы очнулся от своих размышлений. Внизу показался город.       Столица Южного Зема была пестрым нагромождением стилей: равкианского и местных поселенцев, которых Равка столетиями использовала в качестве рабов на их же собственной земле. И до сих пор считала Южный Зем уже не своей колонией, но страной, которой можно диктовать правила и условия. Впрочем, южноземенское правительство не то, чтобы было против. Население же разделилось на тех, кто ратовал за то, чтобы, наконец, окончательно разорвать все отношения с бывшей метрополией, и тех, кто с удовольствием, пользовался возможностью упрощенного въезда в Равку, отправляя туда своих детей на учебу, вел дела с Ос Альтой на выгодных условиях.       Александр был к Эймсу равнодушен. Он знал все его пестрые улочки, вылизанный центр и опасный район порта, где нередко находили утопленников, и далеко не все из них самостоятельно приняли решение свести счеты с жизнью. Кириган свободно говорил на местно варианте новоземенского, который незначительно, но все отличался от того, что использовали в Шрифтпорте или Кофтоне. А еще он знал всех местных криминальных авторитетов и их людей, и был уверен, что они помнят его. Петр с радостью говорил о том, что его связи вновь помогут ему, как уже помогли пару месяцев, когда Александр Кириган на понятном языке объяснил местным ребятам, что гостей не следует обманывать, за что и заслужил благосклонность Петра Ланцова.       Самолет мягко коснулся посадочной полосы, их даже не тряхнуло. Пилоты у Петра были первоклассные. Яркое солнце на мгновение ослепило. А когда самолет остановился,       Александр, поднявшись, все же бросил взгляд на Алину. Девушка разговаривала с Николаем, но была так бледна, что хотелось справиться о ее здоровье. В шоколадно-карих глазах застыла тревога. Младший Ланцов что-то отвечал и, казалось, что они ведут очередную светскую беседу ни о чем. Наверное, о книге, которую Николай держал в руках. Но отчего же Алина так нервничает? А она нервничала. Теперь Александр видел это точно, видел все. Желание вновь утащить несносную упрямицу, не пожелавшую уехать в Кеттердам под крыло к Инеж Бреккер, подальше было так велико, что Киригану пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.       - Вот уж не думал, что ты боишься летать! - хмыкнул проходящий мимо Василий и хлопнул Киригана по плечу.       Александр бледно улыбнулся. Ему стоило взять себя в руки, если он не хочет все запороть сейчас.       Роскошный отель в самом центре Эймса сиял стеклом и металлом. С удивлением Кириган увидел логотип сети отелей, где когда-то работал ночным администратором, той самой сети, которой принадлежал отель «Керчия» в Кеттердаме, где Александр встретился с Петром четыре года назад. Мужчина поглубже надвинул на нос черные очки. Вероятность того, что он встретит здесь хоть кого-то из тех, с кем когда-то работал, была невелика, а все же рисковать не стоило.       Александр вошел в просторный холл и оглядел все вокруг оценивающим взглядом. Полученные в процессе работы и учебы знания всплыли сами собой, заставляя внимательно оглядеть отделку отеля, расположение помещений, оценить профессионализм, вежливость и внешний вид персонала. Все по-прежнему было на высшем уровне. Александр испытал укол ностальгии, но легкий, почти незаметный. Даже, когда он работал в Кеттердаме, даже когда учился, в глубине души он всегда знал, что все это не по-настоящему.       Александр разглядывал убранство холла, ожидая, пока их зарегистрируют, когда ощутил чужой тяжелый взгляд, направленный ему в спину. Просто кожа покрылась мурашками и волоски на руках встали дыбом, как у хищника увидевшего опасность, просто он тут же подобрался, а рука дернулась рефлекторно к оружию, которое носил за поясом, но сейчас пистолет лежал на дне чемодана, а Кириган почувствовал себя голым.                   Проклятье! Он едва подавил в себе желание обернуться, чтобы найти того, кто глядел на него. Лишь вновь поправил очки на носу. Едва ли его кто-то узнал. Тогда откуда это чувство, будто бы за ним - именно за ним! - кто-то наблюдает?       Забрав паспорт и очаровательно улыбнувшись милой девушке-администратору, Александр обернулся и долгим взглядом окинул холл. Группа шуханцев громко болтала в углу, сидя в креслах, окруженных большими чемоданами - очевидно, ожидала такси, спешила по своим делам пожилая пара, смеялась девочка лет шести, дергая за руки папу и маму - счастливая семья не замечала ничего вокруг, женщина средних лет отчитывала уставшего мужчину, нагруженного сумками, ее визгливый голос ввинчивался в мозг, заставив Александра поморщиться. В холле не было никого, кто мог бы следить за ним. Или же этот человек очень хорошо спрятался. Впрочем, ощущение давящего взгляда исчезло, а значит, наблюдатель ушел. Или где-то затаился. Кто это мог быть? Местные бандиты? Люди Каза?       Александр медленно пошел в сторону лифта, рассеянно вертел в руках карточку от магнитного замка, желая, как можно, скорее добраться до чемонада, который уже отнесли в номер, и забрать пистолет. За эти годы он сроднился с оружием и без него не чувствовал себя в безопасности. В лифте, на вкус Алесандра, было слишком много позолоты и зеркал, впрочем, юной девушке, поднимавшейся вместе с ним, явно нравилось, она все пыталась сделать селфи на фоне сияющего золота, улыбалась то так, то эдак, вызывая легкое раздражение. Кириган поднялся на последний этаж. Петр велел ему привести себя в порядок и приходить к нему в номер, где они с Василием и Николаем должны были в последний раз проверить все документы по сделке.       Пискнул замок, когда Александр прислонил к нему карту, щелкнула дверь, открываясь. Кириган надавил на ручку и вошел.       Они расположились в креслах, совершенно не стесняясь: темнокожий мужчина, которого Александр видел на экранах телевизора и чье появление вызвало удивление и молодой голубоглазый парень, он глядел мрачно и недружелюбно, словно бы Кириган был в чем-то перед ним виноват. Мужчина не сомневался, что перед ним обладатель тяжелого взгляда. Александр бросил взгляд на свой чемодан, понимал, что ни при каком раскладе не успеет добраться до него, открыть, вытащить пистолет и снять с предохранителя. Голубоглазый успеет выхватить свой пистолет из кобуры гораздо раньше, а в том, что она не пуста, Александр нисколько не сомневался. Кириган сделал шаг назад.       И тут же комната пришла в движение. Поглощенный мыслями о том, как сохранить себе жизнь и свободу, мужчина не сразу заметил, женщину в углу комнаты - невысокую и красивую блондинку с яркими голубыми глазами.       - Лиза, - выдохнул потрясенно, замерев на месте.       За Елизаветой следовал высокий и широкоплечий мужчина средних лет, темные глаза его смотрели внимательно, а черные волосы с нитями седины резко контрастировали с бледной кожей лица.       - Я думал, - растерянно продолжил Александр и осекся, когда Чернова остановилась прямо напротив него, посмотрела снизу вверх.       Он и забыл, какая она невысокая.       - Что я бросила тебя? - вскинула бровь женщина, но глаза ее смеялись, - эх ты! - фыркнула по-доброму, вокруг глаз ее собрались морщинки-лучики, - маловерный! - она порывисто обняла его.       И Александр тут же ответил на эти объятия. Облегчение затопило его, подобно приливной волне, ведь он действительно уверился, что все, что он делает, напрасно, что он один, что документы, которые он отсылает, уходят в пустоту. Он поверил, что все напрасно. Но Лиза была здесь, она обнимала его, делясь своим теплом и своей уверенностью. Она не оставила его. Он не один.       Никто из свидетелей этой сцены не сказал ни слова, за что Александр был им очень благодарен. Ему нужно было почувствовать себя вновь Александром Морозовым, а не Алексом Кириганом, ему нужно было всплыть с того темного дна, на которое он опустился, ему нужен был якорь в виде этой маленькой и очень уверенной в себе женщины, которая обнимала его по-мужски крепко и сильно. Хотя бы на миг Александру нужно было вновь почувствовать себя собой. А потом разомкнуть объятия, сделать шаг назад и, вскинув бровь, вопросительно уставиться на Чернову.       - Нам нужно время и место встречи, - прогудел из кресла мужчина, а потом поднялся и протянул руку настороженно глядевшему на него Александру, - Кагисо Дламини, - представился, - генеральный прокурор Нового Зема.       Кириган нахмурился, исподлобья он смотрел на генерального прокурора Нового Зема, не спеша пожимать руку. Перевел взгляд на Елизавету.       - Кагисо работает с Равкианским Управлением по борьбе с наркотиками, - пояснила Лиза, - Юрис, - она кивнула на мужчину рядом с собой, - представитель дружественном нам структуры в Новом Земе, он свел меня с ребятами, - она улыбнулась, а потом нахмурилась, - увы, я все еще не могу доверять никому внутри Равки, так что пришлось искать новых союзников.       Александр пожал руку терпеливо ждущего Дламини, рука была крепкой и сильной. Этот человек, переживший не одно покушение, глядел открыто и смело.       - Мальен Оретцев - полицейский, наш человек среди ребят, присланных Равкой, - произнес генеральный прокурор, - они готовы арестовать Петра Ланцова при передаче товара, но нам нужно место, время и список участников.       Кириган посмотрел на Мальена, тот сверлил его недружелюбным взглядом, словно винил в каких-то грехах, а, вероятнее всего, просто-напросто ему не доверял. Известно где вертел Александр это доверие! Он снова перевел взгляд на Елизавету, в глубине темных глаз его сверкнул злой огонек.       Он четыре года посвятил этому делу, он лгал, воровал, дрался, продавал эту проклятую юрду и девчонок, которые были готовы торговать своим телом, он убивал, ради того, чтобы добраться до Петра Ланцова, и один чистенький и благородный юнец не имел никакого права его осуждать! А именно осуждение даже не пытался скрыть Мальен Оретцев. Легко быть героем в белом пальто! Легко кичиться тем, что действуешь методами исключительно легальными! Но не было бы никакого официального расследования Управления по борьбе с наркотиками, если бы тогда, четыре года назад, Александр не рисковал отчаянно и безумно, фотографируя документы Петра Ланцова.       - Александр? - позвала его Елизавета, она чуть хмурилась, озадаченно глядела на мужчину, не понимая, видимо, что его разозлило.       Кириган постарался взять себя в руки. Он не хотел, чтобы Петра Ланцова брали под арест. Он был уверен, что этот ублюдок сумеет выкрутиться при любых обстоятельствах, еще и сыновей вытащит. Но выбора не было.       - Заброшенный склад, когда-то принадлежавший местной косметической фирме в тридцати километрах к северу от города, десять часов вечера, - произнес Александр, - Петр, Василий и Николай поедут лично вместе со мной и в сопровождении охраны из трех человек.       - Скромно, - прокомментировал задумчиво Юрис.       - Петру нечего бояться, - пожал плечами Кириган, - местные торговцы юрдой заинтересованы в этой сделке. Петр предложил им выгодные условия, - последнее Александр произнес нарочно, помолчал, - к тому же Ланцов не желает привлекать лишнего внимания.       - Остальные? - спросил Кагисо.       - Зоя Ланцова во встрече не участвует, - произнес Александр, - пожалуй, стоит установить за ней слежку, как и за Евгенией Сафиной. Обе они не играют никакой роли в этой сделке, но предосторожность не будет лишней, - имя Алины не сорвалось с его губ.       Это было глупо. Все люди в этой комнате знали об Алине Старковой.       - А госпожа Старкова? - поинтересовался Юрис.       - Алина не при чем! - прежде, чем Александр открыл рот, чтобы броситься на защиту Старковой, выпалил Мальен, - она добывала важные сведения!       Брови Александра взлетели вверх. Алина же говорила, что не работает на полицию. Неужели так убедительно лгала ему?       Мужчина окинул Оретцева задумчивым взглядом с ног до головы. Вот, значит, какой ты, Следопыт. А в чем еще солгала ему Алина? Может, они с этим Мальеном Оретцевым не только сообщники, а нечто большее? Неожиданная ревность была подобна ожогу кипятком, кожа пылала, на висках выступили капельки пота. Выяснять отношения здесь, да еще и полоскать имя Алины было последним делом, но пальцы сжались в кулаки. Он ненавидел в этот момент Мальена Оретцева. Судя по взгляду, который полицейский бросил на него, чувство это было взаимно.       - Алина будет в безопасности, - холодно произнес Александр, хоть внутри все переворачивалось от злости, перевел взгляд на Елизавету, - верно?       - Да, - коротко кивнула Чернова.       - Почему я должен тебе верить? - а вот Мальен гораздо хуже умел держать себя в руках, что вызвало нездоровое злорадство у Александра.       Ничего! Он еще поборется за свою Алину со всякими следопытами!       - Не мне, - сухо отрезал Кириган, заставив парня осечься.       - Господин Оретцев, - сдержанно произнесла Елизавета и встала чуть ближе к Александру, как бы показывая, что она подтверждает слова Киригана, - я обещаю вам, что госпожа Алина Старкова не пострадает. В конце концов, - Чернова едва заметно дернула уголками губ в намеке на улыбку, - она одна из нас. А мы своих не бросаем. ***       Все пошло не по плану.       Александр с удивлением разглядывал Зою Ланцову, упакованную в строгий брючный костюм. Она ему не нравилась, стервозная и самоуверенная. С подачи Петра Александр не воспринимал девушку всерьез, а потому не совсем понимал, зачем она здесь. Зоя в ответ сверлила его нелюбезным взглядом пронзительных синих глаз.       За те недели, что Александр был рядом с Петром, Зоя Ланцова едва ли перемолвилась с ним десятком слов, была неизменно вежлива, хоть и было заметно, что это дается ей с большим трудом. Она не доверяла ему, несомненно, с подачи своего супруга. А Петр не стремился вовлекать невестку в семейный бизнес. Он использовал смехотворную отговорку о том, что она женщина. Но это было причиной лишь отчасти. Просто Зоя Ланцова, будучи супругой его младшего сына, все равно оставалась семьей Петра будто бы наполовину, ведь пришла со стороны. Тем более удивительно было, что Алине-то Петр благоволил гораздо больше. Отсюда напрашивался вывод о том, что Петру просто не нравилась Зоя. И, как минимум странно, было видеть ее здесь.       - Зоя поедет с нами в качестве юриста, - отрывисто произнес Ланцов, делая Александру знак следовать за ним.       Кириган мысленно выругался. Какой волькры?!       - А Николай и Василий? - осторожно спросил Александр.       Меньше всего ему хотелось бы, чтобы сыновья Петра ушли от возмездия.       Петр бросил на Киригана задумчивый взгляд, от которого стало не по себе. Александр будто вернулся на четыре года назад, когда встретился с Петром в столице Керчии, тот же пронзительный взгляд, то же подозрение в глубине внимательных голубых глаз. По спине прошел холодок.       Что-то было не так.       Но отступить не было никакой возможности.       - Нужны мне в другом месте, - невозмутимо ответил Петр, садясь в машину.       Александр сел напротив, откинулся на спинку кресла, постарался принять расслабленную позу. Зоя устроилась на одной стороне со свекром и уставилась в окно. Кириган делал вид, что игнорирует ее присутствие. В конце концов, сам Петр поставил так, без конца указывая ей ее место. И вдруг изменил свое мнение на время такой важной сделки.       Что-то было не так.       Александр почувствовал, как кожа покрылась мурашками, как взвыла интуиция. И не зря. Кириган прекрасно знал не только Эймс, но и его пригороды, чтобы понять: они едут совсем в другую сторону, отклоняясь на восток, где тоже было немало заброшенных зданий.       - Партнеры решили изменить место встречи, - любезно пояснил Ланцов, в ответ на недоуменный взгляд Александра.       Кириган дернул плечами и едва заметно кивнул, показывая, что понял. Ему нужно было сообщить о том, что сделка будет проходить в другом месте, но сделать это незаметно в машине Александр не мог. Он прикрыл глаза, заставляя себя расслабиться, спокойно дышать, обдумывал происходящее.       Итак, Николай и Василий скорее всего ускользнут от правосудия. Поймать с поличным Петра и Зою не получится. А значит, все было напрасно.       Что ж, не в правилах Александра было сдаваться. Он попробует снова. И снова. И снова. Он прижмет Петра Ланцова во что бы то ни стало!       Наконец, машина резко затормозила, дверь распахнулась. Замешкавшись, Александр все же успел отправить сообщение с координатами. И вовремя.       Стоило ему выйти из машины, как на него обрушился удар, едва не сбивший с ног, телефон вылетел из рук, падая в пыль. Экран покрылся сеточкой трещин. В нем отражалось его лицо с разбитой губой. И не то чтобы произошедшее стало такой уж неожиданностью.       Александр медленно выпрямился и огляделся. Он хорошо знал это место: здесь не раз и не два собирались местные авторитеты, чтобы мирно или не очень обсудить свои дела.       Прищурившись Кириган разглядывал корпуса завода, который давно не работал, длинную дорогу, на которой собирались погонять стритрейсеры, и пару неприметных фургонов, очевидно, с юрдой.       Александру не дали опомниться и потащили прочь от машины, втолкнули в помещение, бывшее когда-то цехом, дверь с лязгом захлопнулась. Зоя смотрела брезгливо.       - Ты знаешь, Александр, - задумчиво произнес Петр, - меня мучает только один вопрос: вы с самого начала работали с Алиной вместе? Или придумали сдать меня уже потом?       Кириган улыбнулся разбитыми губами, за что получил удар в живот, согнулся хватая ртом воздух.       - Проблема в том, что ты мне пока еще нужен Александр, - ласково сказал Ланцов, - ты глава «Трейд-Инн», мне нужна твоя подпись. А еще мне нужно, чтобы ты говорил от моего имени с этой шпаной, - он брезгливо поморщился, - из Эймса. Ужасная, дикая страна! Никакого понятия о том, как вести бизнес. А еще приравнивают себя к Равке, - хохотнул Петр.       Александр хмыкнул. Да, местные ребята согласились встретиться с Ланцовым только в присутствии Александра, он должен был представить его, поручиться за него, он был человеком, которого здесь знали, гарантом того, что сделка состоится. Интересно, как сильно они разозлятся, узнав, что сделка сорвалась? Последний вопрос Кириган задал вслух.       - Думаю, что ты не рискнешь мешать мне, - холодно рискнул Петр и продолжил в ответ на скептичное хмыканье, - хотя бы ради своей дорогой Алины, - он развернул к нему экран телефона.       У Александра перехватило дыхание, а перед глазами на мгновение все потемнело. Видеть избитую, испуганную Алину было невыносимо. Кириган с рыком бросился вперед, не в силах себя контролировать. Все внутренние барьеры, еще удерживающие его, рухнули. И снова получил удар в живот, его с силой усадили на колченогий стул, приставив пистолет к виску.       - Я знал, что ты послушный мальчик, - пропел Петр, - и я обещаю, что отпущу девчонку на все четыре стороны, но ты должен выполнить свою часть сделки.       Рядом зло фыркнула Зоя, Ланцов ожег невестку недовольным взглядом. Да уж, эта сучка наверняка хотела бы смерти Алины, не меньше!       Александр стиснул зубы. Елизавета не сдержала свое слово. Она не сумела защитить Алину. Нужно было силой отправить Старкову в Кеттердам, нужно было ругаться с ней, убеждать ее, но не позволять ей лететь в Эймс. Александру нужна была ясная голова, а он не мог мыслить четко, когда внутри все переворачивалось от злости и ненависти. Он уже видел одну избитую, изнасилованную девочку, которая умерла через пятьдесят четыре дня в реанимации. Он не мог позволить, чтобы история повторилась. Он был готов на все.             Александр поднял голову, прищурившись посмотрел на Петра. Да, этот ублюдок всегда был слишком умен. Кириган перевел взгляд на довольную Зою. Интересно, это она раскопала что-то на Алину.       - Я видела вас, - не сдержалась Ланцова, - ты нес ее на руках. И хоть никто мне не верил, но я вела свое расследование, результаты которого и передала Петру, - произнесла самодовольно.       - А он взял тебя на сделку будто бы равную, - хрипло хохотнул Александр, - но это временно, Зоя, думаю, единичная акция, а? - он посмотрел на Петра.       - Хватит болтать! - резко оборвал их Ланцов, услышав визг автомобильных шин, кинул Александру платок, - приведи себя в порядок и идем.       Кириган выпрямился, провел рукой по волосам, приложил платок к разбитой губе и поморщился. Вот мелочь же, а так больно, проклятье!       Александр вышел вслед за Петром в непроглядную ночь, а в следующее мгновение, она озарилась вспышкой пожара. Фургоны с юрдой полыхнули так ярко, что глазам на мгновение стало больно.       - Привет, Каз, - кивнул вышедшему из машины мужчине Александр.       - Привет, - произнес Грязные руки и проинформировал, - госпожа Алина у равкианцев. Александр почувствовал, как от облегчения на мгновение ослабли колени, длинно выдохнул, отпуская боль в груди.       Петр вздрогнул, глаза его расширились. Взвизгнула Зоя, бросаясь в темноту, даже и не думая оставаться рядом со свекром. Кириган проводил ее задумчивым взглядом. Бреккер даже внимания не обратил.       Он остановился напротив Ланцова, руки которого дернулись было к пистолету, но Александр успел первым. Он взвел курок, заставляя Петра поднять руки, показывая, что он без оружия.       - Хочешь сам? - сухо спросил Каз.       Александр хотел. Очень хотел. Он четко представил себе, как прозвучит выстрел, как пуля оставит аккуратную дырочку в голове Ланцова, как осядет в пыль его тело. Как все закончится.       - Каз, мы можем договориться, - проникновенно произнес Ланцов, - мы же давние партнеры.       Бреккер поджал губы. Его люди умело нейтрализовали охрану Петра. Горела юрда, воняло бурой пылью, пластиком, жженой резиной, дым поднимался к ночному небу. В глазах Каза танцевали всполохи пламени. Он был похож на демона из старых легенд. Воплощение мщения. Того самого, которого так желал Александр.       - Мы могли бы договориться, - лениво произнес Каз, - но твое отродье посмело прикоснуться к моей жене, - он все же не выдержал и повысил голос, - моей жене! Поэтому, знаешь, я бы убивал тебя долго и мучительно, но слово за Алексом. У него к тебе свой счет.       Александр набрал в грудь воздуха, готовый сделать выстрел, рукоятка пистолета нагрелась в руке, он чувствовал запах металла, палец конвульсивно дернулся на спусковом крючке. Выстрел не прозвучал. Александр резко выдохнул.       Он много лет мечтал о том, как посмотрит в глаза человека, виновного в смерти его сестры, косвенно виновного в том, что мать ушла так раоа, что он остался один с болью, которая никогда не пройдет, лишь утихнет с годами, спрятавшись под слоем жизненных событий, но не исчезнет до конца.       Он мечтал, как скажет ему все, как будет говорить, и говорить, и ему станет легче. Но сейчас... сейчас Александр понял, что это ему не нужно. А все, чего он хочет, оказаться рядом с Алиной и похоронить произошедшее под слоем других, счастливых воспоминаний. Петр понесет наказание, Каз Бреккер просто так его не отпустит. Зою найдут. А Николай и Василий наверняка уже в руках равкианцев. Алина в безопасности. А значит... все закончилось.       Александр Морозов опустил пистолет, поставил его на предохранитель и брезгливо отшвырнул в пыль.             - Дай мне телефон, - произнес. Каз с готовностью протянул ему смартфон. И Александр пошел прочь, набирая по памяти номер Елизаветы.       Позади слышались какие-то крики, с губ Петра срывались угрозы. Но это больше не имело к Александру никакого отношения.       Он улыбался.