Часть 9

— Пронесло, — первой заговорила фея разума, — я думала, мы спалились. — Один из них же был Скай, правда? — спросила Стелла. Муза кивнула и села за стол. — Ага. — А кто второй? — Стелла села напротив. — Это Ривен. — Он тоже Оскуридад? — она угадала, и Муза его знала. — На половину. Его отец — Оскуридад, мать — фея воды, причём в тысячном поколении. Их брак наделал много шума, как я поняла. Там веками была чистая кровь магов воды, именно магов. Их семья умножала свои силы столетия, и то, что одна из них связала свою жизнь с Оскуридад, было сюрпризом для многих. — Значит, Ривен владеет магией воды? — спросила Стелла. — Ривен владеет магией быть полным кретином, — усмехнулась Муза, — ты слышала, что он говорил? Вот же сволочь. — Ты про Аишу? — грустно улыбнулась Стелла. — И про неё в том числе. Да, я знаю, что родители матери Ривена и родители Аишы чуть ли не договорились о их браке, но Аиша не захотела, а он выставляет всё так, как будто это он её отшил. — Он был за? — Нет, не думаю, но всё равно Аиша бы в жизни с ним не связалась, да вообще ни одна фея на него бы не повелась всерьёз. Ривен злой, да, это, конечно, логично — он Тёмный, но есть хоть какие-то принципы, рамки, правила, но не у него. Он кретин и сволочь, я держусь от него подальше, в отличие от Би, — Муза закатила глаза. — Он ей нравится? — спросила Стелла. Муза усмехнулась. — Ей нравится искать приключения на свою задницу, и Ривен как раз подходит на эту роль. Но ты слышала, от Би много геморроя, видите ли, — Муза опять усмехнулась. — Хочешь сказать, что иметь с ним дело опасно? — осторожно спросила Стелла, а Муза, повернувшись к ней, нахмурилась. — А почему он тебя так интересует? Ты с ним уже столкнулась? Он тебе что-то сделал? Стелла понимала, что увлеклась расспросами о Ривене, но не могла отказать себе в удовольствии узнать как можно больше, чтобы, чуть что, использовать это против него. — Нет, просто интересно. Второй-то был Скай. Муза кивнула. — Да. И, кстати, я тоже согласна с Ривеном: Скай прежде не проявлял эмоций. Это даже интересно — откуда такие изменения. Муза задумалась, и это дало возможность Стелле выдохнуть. Чуть не попалась. Фея разума встала из-за стола и посмотрела на часы. — Мне пора. Жаль, не успели ничего, — она повернулась к Стелле. — Ты увидела что-нибудь в зеркале? Девушка отрицательно покачала головой. Муза ей, конечно, помогла, но она Тёмная, как ни крути, и лучше пока не говорить ей ничего. — Ладно, попытаемся в другой раз. Я пошла, ты немного подожди и тоже уходи. Фея разума направилась к выходу. — Послушай, — окликнула её Стелла. Муза обернулась. — Помнишь, ты рассказывала о четвёртой силе Верхнего мира, ну, которой владеет королева? Что это за сила? — Свет, королева Луна, фея света. — А какой у неё цвет? — осторожно спросила Стелла, но, похоже, она заранее знала ответ. — Жёлтый, — ответила Муза и, улыбнувшись, вышла, аккуратно закрыв за собой дверь. Жёлтый! Жёлтый! — повторяла в ужасе Стелла. Она фея света, как королева Верхнего мира. Теперь многое стало на свои места. Вот почему Даулинг испугалась! Муза говорила, что все феи света куда-то пропали, явно не без помощи королевы. Значит, это она хотела её забрать и потом убить, как остальных представителей этой силы. Стелла встала из-за стола и начала ходить из стороны в сторону. Стоп, нет, что-то не сходится: кто и зачем спрятал её в Парадигме тогда? Это не может быть королева. Если бы она хотела от неё избавиться, то убила бы при рождении или вообще не дала родиться. Её приёмными родителями явно были Тёмные, но она их не чувствовала, но это можно списать на возраст. Все её силы начали проявляться только с того дня, когда ей исполнилось восемнадцать, и то — ещё не в полной мере. Тут хрупкая дверь сарая со скрипом отворилась, и на пороге появился он. Стеллу тут же пробил резкий холод: она еле удержалась на ногах. — Ну привет, алкоголичка с Юга, давно не виделись, — ухмылка, оскал... можно было назвать как угодно, выражение на лице Ривена. Теперь она хотя бы знала его имя. Стелла собрала всю волю в кулак и выпрямила плечи. Перед ним нельзя показывать слабость — сожрёт и не подавится. — Ну, привет, Ривен, не так ли? — Вижу, ты сделала домашнюю работу. Что ещё Муза тебе напела? Стелла сглотнула: он их видел, возможно, даже знал сразу, что они там, когда зашёл. — Ты считаешь, что являешься удачной темой для разговора? — Стелла не стала отрицать: толку не будет. Ривен зашёл, закрыл за собой дверь и, закурив сигарету, плюхнулся на лавку. — Очень даже. Можешь сколько угодно оправдываться... — Я и не собиралась. Много чести для тебя, — Стелла не сдвинулась с места. — Я уже говорил, что ты слишком борзая для Светлой. Ну, ты знаешь, я тоже о тебе кое-что узнал. Появилась из ниоткуда, со спящей силой, неизвестно какой, ещё и вломилась в кабинет директриссы. Попахивает дурно, не находишь? — Ривен затянулся и выпустил демонстративно дым изо рта, прямо в лицо Стелле. Она, хотя и была далеко, но всё равно закашляла, а он засмеялся. — Придурок, — пробормотала она. — Меня и похлеще называли. — И опять эта наглая улыбочка и пронзительный взгляд. — Есть чем гордиться, — усмехнулась Стелла. — В этом ты права, причин для гордости у меня много, в отличие от тебя, или я не прав, Стелла? — он хитро прищурился. Ну что ж, он тоже домашнюю работу выполнил и знает её имя. — Да пошёл ты! — бросила она и ринулась к двери, но Ривен резко вскочил с места и схватил её за запястье так сильно, что Стелла вскрикнула. — Ты идиот, мне больно. — Не так быстро, отзолоченная, мы ещё не закончили, даже наоборот — только начали. Стелла выдернула свою руку из его. — Это кто сказал? Ривен снова затянулся. — Я. — А с чего я должна тебя слушать? — усмехнулась Стелла. — Иначе Даулинг узнает... — Опять? Мы, по-моему, это уже проходили, — Стелла не дала ему договорить. Похоже, это его даже позабавило. — Эх, жаль, что ты не тёмная. Я фей, конечно, не люблю, но с тобой бы зажёг. Тебе как больше нравится — снизу или сверху? А может быть... Стелла моментально покраснела от стыда: она в своей жизни даже ни разу не целовалась, а он говорит такие вещи, о которых она даже думать боялась. — Не может быть, и никогда не сможет. Ты хам и пошляк, и мне с тобой даже в одной комнате находиться противно. Больше никогда ко мне не прикасайся... — выпалила она, чуть ли не плюясь от злости. — А иначе что, применишь против меня спящую силу? — усмехнулся Ривен. — Она рано или поздно проснётся... — не сдавалась Стелла, а парень сделал резкий шаг к ней навстречу, и Стелла увидела, как его глаза вспыхнули синим цветом — глубоким и таким нереальным. — Ну вот, когда проснётся, тогда и будешь угрожать. Стелла обогнула его сбоку и наконец добралась до двери. Сразу же её открыв. — Да пошёл ты! — крикнула она и вылетела пулей из сарая, побежав в школу. Стелла вынуждена была поклясться, что слышала его смех за своей спиной — ужасный, громкий смех, который холодил ей кровь не меньше, чем взгляд нереально синих глаз. Стелла влетела в свою комнату, и захлопнула дверь. Её трясло, а в голове звучал этот жуткий смех, который, наверняка, будет ещё долго слышаться ей в кошмарах. Тут она глянула на своё запястье, которое просто горело. На нём остались огромные синяки. Тут ей в дверь кто-то затарабанил. — Стелла, Стелла, открой, пожалуйста! — это была Муза. — Муза, пожалуйста, не сейчас, — крикнула ей девушка. — Стелла, открой! Я видела, как в сарай вошёл Ривен. Открой, иначе я сломаю дверь, поверь, я могу. Стелле пришлось открыть. Она понятия не имела, способна ли на это Муза или нет, но предпочла не узнавать. Как только дверь отварилась, Муза сразу же вбежала и, конечно же, увидела синяки. — Это он? Это он сделал? Стелла, прости! Я хотела зайти следом, но испугалась. Не думала, что он сделает это, — она взяла Стеллу за руку и закатила рукав, чтобы лучше рассмотреть сине-фиолетовые отметины. Тут в дверном проёме появилась Аиша. — Что здесь происходит? — невозмутимо спросила она. Муза подняла руку Стеллы. — Смотри, это Ривен сделал. — Ривен? — она удивилась, похоже, искренне. Аиша подошла к Стелле и перехватила её руку у Музы. — Но почему, зачем? — она подняла глаза и посмотрела на Стеллу. Следом за Аишей в дверях показалась Беатрикс. — Что за тусовка без меня? — фея воздуха подмигнула, а потом увидела синяк. — Вау, ты садо-мазо практикуешь? — Что ты несёшь? — шикнула на неё Муза. — Это Ривен сделал, — произнесла Аиша, обращаясь к Беатрикс. Та аж в лице поменялась. — Серьезно? Стелла наконец выдернула свою руку, ну началось — теперь они от неё не отстанут. Беатрикс быстро подошла к Стелле и схватила за запястье, абсолютно игнорируя её протесты. — Поверить не могу, что он до тебя дотронулся. Стелла нахмурилась. — В смысле? — А и то правда, — задумчиво произнесла Аиша, — Ривен терпеть не может светлых, и по доброй воле не то что трогать, подходить к ним не стал бы. — Да Оскуру в зад вашего Ривена! — вскрикнула Муза. — Нужно идти к Даулинг. Беатрикс усмехнулась. — Это всего лишь синяк. Хочешь прослыть стукачкой? Милости прошу, в кабинет директриссы, но я бы не советовала. Тут все трое вопросительно уставились на Стеллу. — Я ни к кому не пойду, разберусь сама. Беатрикс хитро улыбнулась. — Вот это правильно! Отомсти! — потом фея воздуха в недоумении уставилась на Стеллу. — Ты точно светлая? Просто "сама разберусь" — так тёмная бы сказала, а вот светлая уже сшибала бы углы на пути в Даулинговский кабинет. — Да, светлая, светлая она, — пробурчала Муза. — Я видела её кровь. Тут и Аиша, и Беатрикс, и даже Стелла пристально посмотрели на фею разума, которая сразу потупила взгляд, поняв, что сморозила явно не то. Тут в дверях появилась Блум с явным удивлением на лице — светлая фея, в окружении тёмных, ещё и в комнате первой. — Может, кто-то мне объяснит, что здесь происходит? — произнесла она и сложила руки на груди. Стелла тяжело вздохнула. Ну, понеслась.