Часть 35

Безумие... Но разве в такие минуты можно об этом думать? Разве можно осознавать последствия? Виной или причиной всего происходящего была не просто банальная страсть — хотя для Стеллы страсть не была банальной. Это было незнакомое ей чувство. А если оно ещё и смешалось с магией — сильной и бурлящей — то это вообще гремучая смесь. Особенно для той, кто никогда в жизни ничего подобного не испытывал. Может, Ривен прав, и это всё она? Ривен. Ривен, который сейчас сжимал её в объятиях. Ривен, чьи поцелуи — жадные, неутолимые — она ощущала на своей шее. Почему он? Почему с ним? В этот момент всё вокруг будто замерло: звуки, время, даже воздух казался густым и тяжёлым. В какой-то миг их губы встретились. Стелла почувствовала, как язык Ривена проник внутрь — поцелуй становился всё яростнее. — Ненавижу, — вдруг прошептал он. Но этот шёпот был больше похож на хрип, вырвавшийся из самой бездны его тёмной души. Он проникал под кожу ядом, отравляя сердце и погружая разум во тьму. Одну тьму — на двоих. Его пальцы путались в её волосах, губы нещадно изводили шею, распаляя кожу горячей сталью, сжигая страстью изнутри. Низ живота сжало от ранее неизведанных ощущений. Возбуждение испепеляло разум, даря Стелле больше смелости. Ривен ловил каждый её прерывистый вздох среди частого, запыхавшегося дыхания. В какой-то момент для неё исчез весь мир — схлопнулся до одного мужчины, парня, что крепко держал её и целовал до потери пульса. Она смелела. Словно на ходу изучала искусство, прежде ей неведомое. Поцелуи Ривена становились всё требовательнее. Монстр внутри, раззадоренный близостью желанной добычи, жаждал большего. Его хватка на её талии усилилась, затем ослабла — с тихим рыком он поднял её на руки и стремительно понёс к дивану. Стелла сдавленно застонала, когда её оторвали от пола. Её тело охватила мелкая дрожь. Ривен целовал её отчаянно, увлекая в незнакомый мир страсти. Он старался не смотреть в глаза, и это вполне устраивало Стеллу — она делала то же самое. Когда его рука оказалась между её ног, всё потемнело перед глазами. Большой разрез на платье сыграл свою роль. Как он стянул его с неё — она даже не поняла. Ей оставалось только судорожно дышать и впиваться пальцами в его плечи. Сердце билось так быстро, что стук превратился в единый гул. Комната, или что это было — освещённая только слабой сферой — плыла перед глазами. Стелла закрыла глаза, концентрируясь на ощущениях, которые дарили ей грубые ласки Ривена. Жадно покрывая её поцелуями, он провёл языком по ключицам и слегка прикусил косточку. Тело пронзил разряд — и Стелла удивлённо ахнула, чувствуя, как боль внизу живота таяла под жаром. Открыв глаза, она встретилась с его ярко-бирюзовым взглядом. Снова — рука между ног, бельё исчезло, и он ринулся в бой. Движения были умелыми и выверенными: он скользнул внутрь, и Стелла выгнулась, зажмурилась — с губ сорвался тихий стон. Он развёл её ноги аккуратно, но твёрдо. Несмотря на голод и желание, наверняка, Ривен помнил, что для Стеллы это впервые. Он понял это ещё тогда — в Фаланстере. Очередная волна дрожи пронеслась по телу — чистое возбуждение. Он закинул её ноги к себе на плечи, вцепился в бёдра, подтягивая к себе. Ощутив его язык, Стелла вскрикнула. Ривен усмехнулся, обдавая кожу горячим дыханием, и снова припал губами к её плоти. Звёзды вспыхивали перед глазами. Каждое движение языком заставляло её сильнее сжимать его волосы, в которые она вцепилась мёртвой хваткой. Руки Ривена сжимали её бёдра, пальцы впивались в нежную плоть настолько сильно, что наверняка оставляли лёгкие кровоподтёки. Однако Стеллу это не беспокоило: она была готова на этот раз, принять любые отметины, которые он оставит. Стелла страстно желала, чтобы её тело было подписано им всеми возможными способами. Стелла хотела стать его в этот момент и была готова полностью себя отдать без остатка, терялась в обилии чувств, растворялась в каждом прикосновении, удовольствие казалось ошеломляющим, высасывающим чуть ли не саму душу, она никогда не чувствовала ничего подобного в жизни: она словно умерла и вновь воскресла. Его язык стал описывать круговые движения в одной точке, где, как ей показалось, скопился буквально весь комок её нервов, Стелла чувствовала, как в ней поднималась очередная волна, сильнее предыдущей. Это было цунами, готовое бесповоротно унести её, во власть мага Оскуридад, что находился между её ног. — Пожалуйста... — простонала Стелла, сама удивляясь, выгибаясь и цепляясь за подушки дивана. Ривен на это лишь утробно рассмеялся, явно удовлетворённый её реакцией, он опустил её бёдра, поднялся выше, одной рукой, скрестил кисти над головой, второй — снова проник внутрь ,с нажимом гладил, впиваясь пальцами. — Я бы мог трахнуть тебя прямо здесь. Мог бы заставить умолять. Ты уже это делаешь... Стеллу пробил холод. Как ведро ледяной воды. Ривен встал, поднял с пола платье и бросил на диван. — Я прекрасно знаю, на что способны феи света. А ты — не знаешь, на что способен я. Ты типичная фея. Светлая, тёмная — не важно. Стоит нажать на нужное место — и всё. Вы все одинаковые. Теперь ты у меня в руках, люз. Мы оба нарушили правила, но если об этом узнают — поверь, я выкручусь. А вот ты — вряд ли. Я об этом позабочусь, — усмехнулся он. Голубые глаза, в которых она тонула минуту назад, стали чёрными как ночь. Стелла не могла вымолвить ни слова. Так мерзко и гадко она себя никогда не чувствовала. Он дал ей почувствовать себя победительницей — и тут же сбил с высоты. Всё просчитано. Кровь закипала в её венах. Не золотая — чёрная. Она стучала в висках, сжигала грудь, рвалась наружу. Ривен смотрел, не отрываясь, будто выжидал, что последует. Стелла молча встала, натянула платье. Он молчал. Но когда она шагнула к нему — попятился. Боится? И правильно. Сейчас фея с чёрно-золотой кровью способна на всё. — Похоже, мы оба ошиблись друг в друге, — сказала она с трудом, сдерживая ярость. Пальцы покалывало. Всплеск силы, подавленный им ранее, вырывался наружу — но теперь иначе. — Мне плевать на правила. Я никогда по ним не жила. И не боюсь последствий. — Это потому, что ты не знаешь, какими они бывают, — спокойно ответил он. Стелла шагнула вперёд. Представила, как сжимает его грудную клетку до хруста. Хотелось причинить боль. Ривен пошатнулся. Его лицо исказила гримаса боли. Он боялся. Струйки пота на лбу. Ему действительно было больно. Стелла смотрела на него в упор, всё казалось таким знакомым, она уже видела это, видела как он корчится от боли, видела эту гримасу, но сознание было как в тумане,она не могла поймать это воспоминание, может это был сон ? Но она ощутила удовлетворение. На миг. А потом — ужас. Нет. Она не такая. Она не должна позволить тьме поглотить себя. Как бы ни хотелось, заставить его страдать. Она отвернулась, закрыла глаза. Нет. Пожалуйста. Хватит. Больше не надо. Повторяла она про себя. Сколько прошло времени — неизвестно. Стелла очнулась, услышав хлопок двери. Ривен ушёл. Сбежал. Неважно. Главное — он это сделал до того, как она его убила. Она знала — могла. Хотела. Пусть на минуту, но хотела. И могла. Ей стало страшно. А вдруг однажды тьма победит? Что если в гневе она кого-то убьёт?.. Стелла схватила маску, надела её. Потушила сферу и выбежала за дверь. Куда — она не знала. Её трясло. От страха, от ужаса... и от отступающего возбуждения. Нужно было срочно сбежать. Как можно скорее.