14. Примирение с Врагом

«Я оставил для тебя под елкой небольшой подарок! Но признаюсь, немного, это больше для меня!» Киззи Хаарт с ее светлыми волосами и сверкающим зеленым мини-платьем наконец-то вышла на сцену, развлекая гостей зажигательной Рождественской песней. Тем временем золотые блики звездного света, плывущие по потолку, превратились в красные и зеленые искры, создавая праздничную атмосферу. Гермиона вошла в бальный зал в только что высушенных туфлях, воспользовавшись удобным заклинанием, когда они вернулись на террасу. Она держалась за Драко до тех пор, пока летающие лошади не вернули их в сад. После приземления их молчание было немного неловким, и Гермиона отстранилась от него, немного дрожа от холода, высоты и близости с Драко. Вздохнув с облегчением, она заметила Рона, танцующего с Джоанной у самой сцены. Оставалось надеяться, что он не будет мешать ей какое-то время. — Гермиона! Вот ты где! — сказала Джинни, подбегая к ним, когда они вошли в зал. Гарри последовал за ней, настороженно глядя на Драко. — Да! Мы только что выходили, чтобы опробовать сани, пока очередь не стала слишком длинной, — сказала Гермиона. Ей показалось, что ее лицо слегка покраснело от холода. Или чего-то еще. По правде говоря, как только они приземлились, Гермиона чуть не поцеловала Драко. Единственное, что ее остановило, это звук другой пары, подошедшей к саням, чтобы занять свою очередь. И что самое странное, Драко, похоже, думал о том, чтобы поцеловать ее в ответ, судя по тому, как он пристально вглядывался в ее лицо, прижимая к себе. — Ты использовала эту штуку с летающими лошадьми? — спросил Гарри, недоумевая. — Но разве ты не боишься высо… — Мы идем танцевать! — сказал Драко, его голос звучал громче музыки и Гарри. Он увел Гермиону, крикнув: — Присоединяйтесь к нам, если хотите! Хихикая и благодаря за то, что ей удалось избежать вопроса Гарри, Гермиона позволила Драко увлечь себя в толпу танцующих. Она чувствовала себя головокружительно, возможно, из-за всплеска адреналина после полета. Хотя она не очень хорошо танцевала, ей всегда было весело, когда звучала хорошая песня. Джинни и Гарри присоединились к ним, танцуя неподалеку. В нескольких метрах от них Гермиона заметила веселого Горация Слизнорта, который постукивал ногой и размахивал фужером с шампанским. На другом конце танцпола Джордж кружил смеющуюся Анжелину, заставляя ее длинные косы разлетаться веером при вращении. Она наслаждалась видом всех танцующих, пока они с Драко не начали притягивать к себе взгляды. На самом деле, чем больше она оглядывала всех, тем больше они, казалось, смотрели на нее. Многие были озадачены ее выбором партнера по танцам. Гермиона начала чувствовать себя немного смущенной. Затем руки Драко обхватили ее талию, и все мысли о других людях исчезли.

***

Огромные песочные часы, зачарованные на подсчёт пожертвований, были переполнены сверкающими стеклянными камешками к тому времени, как часы пробили полночь. Гермиона потеряла счет времени, пока Киззи не обратила внимание на время, объявив, что исполняет свою последнюю песню на этом вечере. Зазвучала медленная баллада, и парящие над ними звезды приобрели сентиментальный голубой цвет, медленно мигая, создавая эффект мерцания во всем зале. Драко был превосходным танцором, призналась себе Гермиона. Он с легкостью вел ее под каждую песню вечера, меняя стили танца так же легко, как свет над ними. Теперь Гермиона почувствовала, как ее сердце забилось, когда он во второй раз за вечер притянул ее к себе: одна его рука обвилась вокруг ее талии, а другая завладела ее ладонью. Она поддалась его крепкому влиянию, позволяя ему подталкивать, притягивать и кружить ее по полу. Это было замечательно — позволить кому-то другому взять на себя инициативу, зная, что она может доверять ему и он знает, что делать дальше. То, как он управлял ее телом с такой уверенностью, будоражило что-то в глубине души, чему она не могла дать названия. Не говоря уже о том, как он смотрел на нее, когда делал это. Похоже, ему нравилось контролировать ее движения так же, как и ей нравилось отдавать ему контроль. Гермиона с трудом понимала, что не должна позволять себе столь бурные мысли о Драко, тем более в присутствии Рона, куда бы он ни подевался. Но благодаря уютной атмосфере и тому, как интимно Драко прижал ее к себе, она ничего не могла с этим поделать. Когда закончилась финальная песня, звезды возвестили об окончании шоу, вернувшись к своему яркому теплому свету, и все в зале разразились аплодисментами. Киззи поклонилась и поблагодарила толпу блестящими движениями. Покрасневшая и дрожащая Гермиона отпустила Драко и тоже повернулась, чтобы похлопать, не обращая внимания на тяжелый стук сердца. Вечеринка закончилась, и Гермиона оказалась втянута в многочисленные рукопожатия и разговоры с сотней людей. Ноги уже начали болеть. Пожимая руку очередному коллеге из Министерства, она начала думать, куда же подевался Драко. Толпа поубавилась, и все, что осталось от мероприятия, — это несколько волшебников, которые методично разбирали декорации. В углу комнаты она заметила Гарри, который пытался избавиться от Слизнорта, и очень уставшую и выпившую Джинни рядом с ним. — Гарри, ты видел, куда ушел Драко? — сказала Гермиона. — Э-э, я должен попрощаться, профессор. Было приятно увидеть вас снова! — сказал Гарри с деревянной улыбкой, поворачиваясь с облегчением к Гермионе. — Прости, ты спросила, куда делся Малфой? Последнее, что я видела, он был с тобой. — Кажется, я видела, как он вышел на балк-н, — невнятно проговорила Джинни, немного покачиваясь, пока Гарри придерживал ее. — На балкон? — сказала Гермиона, сбитая с толку. Она пожелала им спокойной ночи, и Гарри медленно повел Джинни к выходу, чтобы аппарировать домой. С любопытством Гермиона направилась к балконным дверям. Когда вечеринка закончилась, они были закрыты, но еще не заперты. Гермиона толкнула одну из них и выглянула наружу. У нее чуть не случился сердечный приступ, когда она увидела, что происходит. Драко был там, пиджак брошен на пол, палочка наготове. В нескольких шагах от него стоял Рон в такой же позе, оскалив зубы от злости. За его спиной испуганная Джоанна цеплялась за перила балкона, а ее глаза метались между ними. — Я знаю, что ты сделал, скользкий ничтожный трус! — крикнул Рон. — И что же именно, Уизли? — усмехнулся Драко. — Пожертвовал на благотворительность? Подарил ожерелье другу? — Он закатил глаза. — Какой же я ужасный! Лучше бы меня заперли. — Ты воспользовался ею! — прошипел Рон. — Ты манипулировал ею и настроил ее против меня! Драко поднял брови и ухмыльнулся. — О, я понял. Ты все неправильно понимаешь, Уизли. Слизеринцы называют это просто «дружбой». Рон бросил в Драко заклинание, но оно бесполезно отскочило, блокированное быстрым движением Драко. — ДЕРЖИСЬ ОТ НЕЕ ПОДАЛЬШЕ! — крикнул Рон, брызгая слюной изо рта. Гермиона бросилась вперед, доставая собственную палочку из кармана платья. — Прекратите это, оба! — крикнула она. — Не волнуйся, Гермиона. У него просто небольшая истерика. Я разберусь, — протянул Драко. — Драко, оставь его в покое, — настаивала Гермиона, протягивая к нему руку. — Пожалуйста, просто пойдем со мной. — Ты встала на сторону Малфоя? — зашипел на нее Рон. — Ты серьезно, Гермиона? — Н-нет, я… — Гермиона заикалась, — Я просто хочу, чтобы вы двое перестали ругаться! — Позволь мне уладить это, Гермиона, — сказал Драко, но Рон перекричал его, шагнув к ней. — ТЫ БРОСИЛА МЕНЯ РАДИ НЕГО? — кричал Рон, направляя свою палочку на Гермиону в этот раз. Она заняла оборонительную позицию, но ее голос был тихим, когда она ответила. — Нет, Р-Рон, пожалуйста, ты н-не понимаешь… — Хватит, Гермиона! Я знаю, что ты сделала! Это Малфой прислал цветы! Он ухаживал за тобой все это время! И ты на это купилась! — закричал Рон. — Рон, нет! Я не… — Ты предательница, Гермиона, признай это! — выплюнул Рон. — Предательница и шлюха! Вспышка оранжевого света ударила Рона прямо в грудь. Рон рухнул на землю, а Джоанна испустила пронзительный крик. Драко надвигался на Рона, его лицо исказилось от гнева. — Драко! — крикнула Гермиона, бросаясь вперёд и хватая его за руку, чтобы удержать. — Не беспокойся, Гермиона, — прорычал Рон, поднимаясь на ноги. — Это то, чего ты хотела в любом случае! Гермиона смотрела на лицо Рона, перекошенное в уродливой гримасе, и подбирала слова, которые никак не приходили. Она могла плакать. Она могла кричать. Она могла проклясть его. Но ничего из этого не казалось правильным. На самом деле, борьба, казалось, просто вытекла из нее, улетучившись, как снег на ветру. Все, что она скажет, будет использовано против нее. Все, что она сделает, чтобы остановить его жестокость, будет выглядеть так, будто она встала на сторону Драко. Все возможные варианты ответа казались ей бессмысленными. Стоя там, где все смотрели на нее, Гермиона приняла молчаливое решение. Она развернулась и пошла обратно через балконные двери. Когда она шла по пустому бальному залу, стук ее каблуков эхом отдавался вокруг, она знала, что никто не последует за ней. Даже Драко. К тому времени, как она дошла до конца ступеней, ведущих от больших парадных дверей поместья, по ее щекам текли слезы. Она крутанулась на месте, развевая вокруг себя платье, и исчезла.