1.

***

      Таня огляделась. В помещении было темно, над танцполом крутился диско-шар. Гремела музыка, и вокруг девушки то и дело туда-сюда сновали незнакомые ей люди.       Она не хотела идти на эту дискотеку. Да и Маша, получив приглашение на двоих на элитную тусовку, собиралась взять Катю, но та свалилась с тяжёлым гриппом. Допустить прогорание билетов Школьникова просто не могла, а решение пришлось принимать быстро. Именно поэтому Таня, которая никогда особо не жаловала такие мероприятия, и оказалась здесь. Тем более что с Олегом у них в итоге как-то ничего не получилось. Они оставались близкими друзьями, но так сильно привыкли друг к другу, что о романтических отношениях не могло идти речи. А здесь может получится с кем-нибудь познакомиться. Хотя это вряд ли: публика здесь собралась специфическая, а опыта знакомств с парнями у неё было не так много, как могло бы быть к семнадцати годам.       У Маши здесь, конечно, была целая куча знакомых и она даже представила парочке из них Таню, а потом скрылась из вида где-то на танцполе.       — Привет, красотка! — подошел к Тане вполне симпатичный темноволосый парень, на вид примерно её ровесник. Именно в этот момент девушка почувствовала, что ей не так уж и хочется вообще с кем-то знакомиться.       Юноша представился Рамилем, Таня, конечно, представилась в ответ, ведь молчать было бы невежливо.       — Крошка, давай-ка я доставлю тебя в музей, — с порога предложил новый знакомый. — Такому произведению искусства там самое место…       — То, что твой предок купил на аукционе какую-то авангардную туфту и повесил её у вас в гостиной, — раздался откуда-то сзади знакомый голос с уже привычной насмешкой, — не делает ваш дом музеем.       Таня обернулась. У барной стойки стоял Вадик Богданов. Уж он-то что здесь забыл?       — А-а, это ты, Вадим, — оскалился Рамиль. — Ты как всегда не вовремя. Но я сегодня добрый. Если оставишь нас с дамой в покое в течение трёх секунд, даже не получишь по морде.       Это Таню совсем не впечатлило. Она училась с Богдановым второй год и уже привыкла к тому, в какой риторике с ним общался хотя бы тот же Марат Ахметов.       А Вадик тем временем не собирался уходить.       — Как бы не так, — он подошёл к ним, взял Таню за руку и, прежде чем та успела что-то сообразить, продолжил: — Она со мной. Так что соизволь убраться в течение трёх секунд сам.       — Я не… — попыталась вырваться Таня, но Вадик в ответ только крепко, до боли, сжал ей руку, а внешне при этом и бровью не повёл.       Она, в свою очередь, так сильно удивилась, что даже не стала сопротивляться. Не то что бы Богданов до этого часто брал её за руку. Тане всегда казалось, что он брезговал даже смотреть в сторону её компании, не то что касаться кого-то из них. Впрочем, на мелкие и не очень пакости такое отношение не слишком распространялось.       Правда, новый Танин знакомый расставаться с желанной добычей не собирался.       — Ты же у нас по брюнеткам, — окинул он Вадика презрительным взглядом, — ну или на крайняк рыженькие. Она же явно не в твоём вкусе.       — Зато точно в твоём, — уже начинал злиться Вадим. — Пойдём, Таня.       Он, не отпуская руки, отвёл её в сторону.       — Что ты здесь делаешь? — буквально прошипел Богданов, когда они отошли на безопасное расстояние.       — А твоё какое дело? — в свою очередь поинтересовалась у одноклассника Таня.       — Никакого, если ты хочешь проснуться завтра в каком-нибудь стрёмном подвале. Ищешь себе приключений на задницу?       — Я пришла с Машей, — смутилась Таня.       — Я думал, такие хорошие девочки как ты по таким мероприятиям по ночам не шастают.       — Сейчас всего лишь девять вечера. И вообще не помню, чтоб ты нанимался ко мне в няньки.       — Делай что хочешь, Таня, — не стал настаивать Вадик. — Но мой тебе совет: держись подальше от Рамиля и его компании, если не хочешь себе проблем.       Тане стало стыдно. Богданов ведь не сделал ей ничего плохого, даже наоборот помог избавиться от поклонника, который, судя по всему, планировал быть более чем настойчивым, а она так накинулась на него. В конце концов он даже по имени её назвал, хотя в школе они обращались друг к другу исключительно по фамилиям.       — Ладно, Вадик, извини, — как можно более мирным тоном постаралась произнести она. — Не знаю, почему так резко отреагировала.       — Ладно, — выдал свою привычную ухмылку он. — Я и так потратил на тебя кучу времени. Обычно на тусовках у меня уходит гораздо меньше времени на одну девчонку.       Он подмигнул ей и, прежде чем Таня успела что-то ответить, растворился на танцполе.       Таня ещё около часа покрутилась то в баре, то на танцполе, то ещё где-то, а потом они с Машей уехали домой. Во-первых, родители её отпустили только до десяти, а во-вторых, как оказалось, тусовка и Школьниковой не особо понравилась.       — Тухловато, — поделилась своим мнением она, когда девочки сели в принадлежавший Зинаиде Николаевне Мерседес. — Я думала, будет веселей. Ещё и уезжаем мы, судя по всему, очень вовремя.       — Почему? — не поняла Таня.       — Вон, видишь, — показала Маша на крыльцо клуба. Там стоял Танин навязчивый поклонник и ещё несколько парней его возраста. Их силуэты уже окутывал густой сигаретный дым. Школьникова продолжила: — Выпили, сейчас покурят и пойдут чудить. И так каждый раз.       — Да уж, неприятно, — согласилась Таня. — Ну если уже напились, будьте людьми.       — Да таким никто не указ, — махнула рукой Моя Длина. — Курбанов ещё похоже злится, что сегодня никого не склеил.       — Курбанов — это сын бизнесмена Курбанова? — решила уточнить Таня. — Того, который…       — Да-да, тот самый, — кивнула ей Школьникова. — Такие теперь бизнесменами называются, ну сама понимаешь. Предок и сам далеко не самый приятный тип, а сынок так вообще… Повезло, что он на тебя глаз не положил, а то мы бы так просто отсюда не уехали.       Таня и так сомневалась, стоит ли говорить подруге о произошедшем с ней у бара, а сейчас поняла, что пока действительно лучше всего будет промолчать и про Рамиля, и про Вадика Богданова. Пронесло, и то хорошо.       — Ну почему все эти «новые русские» не могут быть как наш Ахметов? — задала скорее риторический вопрос Маша. Таня только молча пожала плечами. По её скромном мнению, Марат хоть и не был образцом благовоспитанности, но Школьниковой тоже было чему у него поучиться хотя бы в плане обращения с деньгами.

***

      Это началось в середине одиннадцатого класса. Творилось что-то странное. Таня чувствовала это.       Компания с Большой Спасской жила своей обычной школьной и не только жизнью. Свое последнее, двадцать седьмое по счету расследование ребята завершили чуть более двух месяцев назад. Никаких кадровых перестановок не намечалось, разве что Маша Школьникова ощутимо потеплела к Пашкову, Темыч немного подрос (на каких-то восемь с половиной сантиметров) и больше не был так сильно похож на шестиклассника, а Олег с Таней всё же решили остаться друзьями.       В школе всё тоже было стабильно, но конфликт с бэшниками со временем стал куда напряженнее, уже даже учителя стали опасаться его кульминации в самый неподходящий для этого момент. Но в один момент всё кончилось. Конфронтация просто сошла на нет, что не могло не удивлять и учеников, и учителей.       Именно поэтому Таня всё же решилась на следующий день подойти к Вадику Богданову прямо в школе, чтобы всё-таки сказать спасибо за то, что тот избавил её от, как она поняла из разговора с Моей Длиной, множества неприятных моментов. На самом деле, если бы вся ситуация произошла хотя бы месяц назад, она бы ни за что не стала этого делать, просто оставила всё как есть и жила своей обычной жизнью. Но сейчас…       Уже больше трёх недель конфликт, набиравший обороты почти полтора года, постепенно утихал. Конечно, атмосферу в их классе всё ещё трудно было назвать здоровой, но по крайней мере ситуация в целом не ощущалась так, словно на уроке вот-вот разорвется бомба. Причина этому была одна — «бэшники» напрочь игнорировали абсолютно всё бурное содружество. Даже те ребята, которые в общем-то старались придерживаться нейтралитета, не разговаривали с Таней и её друзьями, не спрашивали домашку, не просили поделиться листочком или ручкой. Бочкарев и прочие, из тех, кто никогда не упускал возможности сказать что-нибудь гадкое или язвительно пошутить в сторону «вэшников», тоже молчали.       «Вэшники», в свою очередь, ждали какой-нибудь грандиозной подлянки исподтишка. Все прекрасно помнили десятый класс (в этом году всё в основном ограничивалось взаимными подколками и мелкими пакостями) и знали, на что способна фантазия как Богданова, так и его друзей. Боря и Марат ходили как дерганые и при малейшем шуме вставали в боевую стойку, Темыч не упускал возможности порассуждать о том, что для них готовят любимые одноклассники, Олег и Пашков в четыре глаза держали под наблюдением как Вадика, так и его основных помощников — Бочкарёва и Кузнецова, поручив при этом Дуську Моей Длине. Та, в свою очередь, стала появляться в школе исключительно в туфлях на массивном каблуке, чтобы при необходимости повторить свой прошлогодний перфоманс.       Таня, в свою очередь, только удивлялась своим друзьям. Её лучший друг Олег, опытный стратег, детектив с опытом в три с лишним года, не спускал глаз с «объекта», но не замечал при этом главного.       Никакую гадость «бэшники» им не готовили. При всей кровожадности того же Бочкарева, без своего лидера они бы на это не решились. Ну а Богданов…       Богданов ничего не делал. Совсем. Он абсолютно игнорировал всё бурное содружество, редко и почти всегда невпопад отвечал учителям и даже с друзьями, по крайней мере, со школьными был каким-либо рассеянным.       Сначала Таня думала, что у него что-то случилось. Всё-таки времена на дворе были не самые приятные, да и обстоятельства появления Вадика в их школе тоже были так себе. Но обсудить это с Машей, которая всегда была в курсе всего, или хотя бы с Катей, которая тоже всегда была той ещё сплетницей, она так и не решилась       Тем более вчера она видела его на тусовке в вполне себе хорошем настроении. После того как они попрощались, она ещё не раз замечала его на танцполе или возле барной стойки. Он вовсю общался с друзьями, приглашал танцевать девчонок, пил коктейли. Так что вряд ли проблемы были в его семье. Тем более как рассказала им всё та же Маша, предок у Богданова вроде как потихоньку восстанавливал свои позиции, а его бизнес хоть и медленно, но всё же шел в гору. Правда, сына обратно в частный лицей на последние полгода он переводить отказался, что, опять же по словам Моей Длины, вызвало семейный скандал. Этот момент не мог не настораживать — всё-таки несмотря на отсутствие «элитарности» две тысячи первая школа дала Вадику помимо вполне себе немаленького объёма знаний ещё и компанию друзей. Ну или шестёрок, тут уже как посмотреть. Ну или скорее, тут уже как сам Богданов на это смотрел.       В общем, именно из-за совокупности всех этих факторов Таня и решилась подойти к Вадику в школе. Но он, очевидно, её благодарность не слишком оценил.       — Чего ты хочешь? — смерил он её презрительным взглядом, когда Таня на переменке, убедившись, что Пашков утащил Машку покурить во двор, а мальчики увлеклись обсуждением новой компьютерной игры, подошла к стоявшему отдельно от своей компании Богданову.       — Простите, Ваше Высочество! — изобразила шуточный поклон она. — Не знала, что для того чтобы к вам подойти, требуется ваше письменное согласие. Тем более ты без охраны.       — Ты тоже, — кивнул в сторону остатков бурного содружества удивлённый Богданов. Похоже, что такой дерзости от скромной тихой одноклассницы он совсем не ожидал, вот и растерялся.       — Ни к чему привлекать их внимание. Они и так на шухере.       — Я заметил, — Вадик многозначительно хмыкнул.       — Я просто хотела сказать спасибо за вчерашнее. Ты очень меня выручил, — не обращая внимания на его последнюю реплику, призналась Таня.       — Пожалуйста, — пожал плечами он. — Мне нетрудно.       — Правда? А мне казалось по-другому.       Таня сама не знала, зачем это ляпнула. Конечно, поведение Вадика вчера немало её удивило, но вот ему об этом знать было совсем не обязательно.       — Хочешь это обсудить?       — Я…       Она не успела ничего ответить, но он, кажется, в вербальной реакции и не нуждался.       — А я не хочу, — отрезал Богданов. — По крайней мере, не здесь.       Таня вцепилась в последнюю фразу, как утопающий в спасательный круг. Не то что бы ей было очень интересно, почему Вадик так поступил, но в целом слишком многое в его поведении не поддавалось разумному объяснению. Её охватил тот же азарт, что и в самом начале всех расследований, когда в воздухе витает атмосфера требующей разрешения загадки. Сколько раз они с друзьями, поддаваясь такому настроению, впутывались в довольно-таки опасные авантюры. Только вот теперь сложность состояла в том, что это расследование ей придется провести в одиночку.       — А где? — тут же спросила она.       Вадик воровато осмотрелся.       — Давай в четыре в «Белой лилии», — к огромному Таниному удивлению предложил он. — Только приходи одна. Я тоже буду без «охраны».       — Хорошо, — выразила свое согласие она.       — Всё, а теперь расходимся. Мы и так уже привлекли слишком много внимания.       — До встречи, — кивнула Таня.       — До встречи, — легко согласился он.       Таня вернулась к друзьям. Те как раз закончили обсуждение игры.       — Всё нормально? Что Богданов от тебя хотел? — хмуро поинтересовался Олег.       — Ничего, — даже не соврала другу Таня. — Я подошла к нему сама. Напомнила про дополнительные по алгебре. А то Дуська болеет, Бочкарёв на них не ходит, а остальных своих шестерок он что-то в последнее время разжаловал.       — Точно, — подтвердил Танины слова вовремя подошедший Лёшка. — Я тоже заметил, что Вадик как-то от своих отдалился.       — Наверняка специально, — проворчал Темыч, — увидели, как мы за ними наблюдаем, и решили отвести подозрения. Смотри аккуратнее, Таня. В следующий раз лучше попроси подойти кого-нибудь из нас.       — А лучше кого-нибудь из нас, — подхватили оказавшиеся рядом Марат с Борей. До звонка на урок оставалось две минуты.       — Хорошо, — легко согласилась Таня.       Говорить правду друзьям она всё равно не собиралась, но не по каким-то особым причинам, а просто потому что история получилась бы какой-то слишком долгой. Помимо прочего, её ещё бы ждали комментарии от Марата с Машей в адрес Рамиля, Темыча с Олегом в сторону вот таких вот тусовок и так далее. А ещё пришлось бы делиться с друзьями результатами своих наблюдений за Вадиком. А ей этого совсем не хотелось. Тем более она чувствовала, что эта тайна — это её и только её ответственность.

***

      Кафе «Белая Лилия» располагалось на Чистых прудах на оживлённой хорошо освещённой улице. Этот район Таня знала хорошо, так что почти без опасений была готова отправиться на назначенную одноклассником встречу, несмотря на то что на улице стоял февраль и темнело довольно рано. Только вот после уроков перед ней стояла другая проблема.       — Ну что, к Олегу? — больше из вежливости поинтересовался Женька, как только компания вышла из стен школы. Друзья частенько и без расследований после школы на часик-другой у Олега обсудить последние новости. Тем более что сегодня, как и последние пару недель, повод как раз был — странное поведение как самих «бэшников», так и их лидера. Только вот у Тани были другие планы.       — Я не смогу сегодня, мама просила помочь дома, — в очередной раз соврала она.       — Совсем? — в голосе Олега слышалось разочарование. — Может хотя бы на пять минут зайдешь? Вульф по тебе скучает.       Таня почувствовала укол совести. По Вульфу она и сама уже соскучилась, несмотря на то, что они виделись позавчера. К этому псу она уже давно относилась практически как к своему, а он это чувствовал.       — Давай вечером погуляем, — предложила Таня другу. — Думаю, прогулке Вульф будет рад гораздо больше.       — Определённо, — согласился с ней Олег. — Тогда до связи?       — До связи, — кивнула Таня и, попрощавшись с друзьями, отправилась в сторону дома.       Она знала своих друзей почти пятнадцать лет. И конечно, осознавала тот факт, что за ней будут следить. Она прекрасно понимала, что Маша сейчас не найдет себе подходящей компании и тоже отправится домой, а парни, сложив два плюс два (а точнее вчерашнюю дискотеку и сегодняшние её дела), наверняка подумают, что она вчера с кем-то познакомилась и теперь идёт с этим кем-то гулять. А так как они все до единого отчего-то чувствовали за своих девчонок ответственность, они обязательно решат внимательно на этого кого-то посмотреть.       Все их приёмы Таня знала наизусть. Сначала ей как бы невзначай позвонил Темыч — узнать, есть ли у них дома сода, мол мама собралась что-то печь, а соду не нашла. Но заходить он отказался, якобы всё равно ему нужно в магазин, так что он купит её сам.       Потом они по одному стали дежурить у соседнего подъезда — остальные видимо отсиживались у Женьки, чьи родители были на работе. Тане пришлось принять определенные меры, хоть это и было не так уж и легко, дублёнка у неё была одна, да и друзья знали её как облупленную.       Легче всего оторваться было бы в метро. Но Таня прекрасно понимала, что именно этого от неё и ждут. Хотя если бы она действительно познакомилась с кем-то вчера, то её вполне могли бы забрать на машине: контингент там был подходящий. Парням следовало учитывать и это. Но с другой стороны, она бы никогда и ни за что не села бы в чужую машину, и её друзья это прекрасно знали. Олег надеялся на её благоразумие. Такое доверие ей даже немного льстило.       В общем, идти ей пришлось переулками — так оторваться от погони было легче всего.       «Дежурного» Лёшку она заметила ещё из подъездного окна на втором этаже — спрятавшись за деревом, парень следил за входной дверью в подъезд.       Поэтому выйдя из подъезда, Таня сразу же свернула в Коптельский переулок, чтобы потом пересечь Садовое кольцо в районе института Склифосовского. Это, ожидаемо, не помогло — её друзья, также как и она, знали район как свои пять пальцев. Тогда она нырнула в арку в Даевом переулке, после чего быстро заскочила в какую-то недавно открывшуюся булочную.       «Они мои друзья и они меня поймут», — думала Таня, наблюдая за тем, как компания из четырех парней проходит мимо. Впрочем, нельзя сказать, что ей было очень совестно — азарт всё больше охватывал её. Дождавшись, пока ребята пройдут чуть дальше, она вышла из булочной и поспешила в противоположном направлении. Вдоль Костянского переулка идти пришлось бы слишком долго, да и людей на улице было недостаточно, чтобы в случае чего скрыться в толпе, поэтому пришлось ещё немного попетлять по дворам. К кафе на Чистопрудном бульваре она, немного запыхавшаяся от быстрой ходьбы, вышла через десять минут.       — А ты пунктуальная, — отметил уже ждавший её у входа Вадик.       — Ценю своё время, — неожиданно жёстко даже для себя ответила Таня и, оглянувшись, предложила: — Пойдем?       — В чём дело? — заметив её волнение, нахмурился Богданов. — Мы же договорились, что ты будешь одна.       — Всё в порядке, просто показалось. Не волнуйся, я одна.       — Надеюсь, — проворчал в ответ парень и, открыв дверь в кафе, жестом предложил Тане войти.