Часть 6. Расследования и предложения

Совон лежала на крыше. Лёгкий ветерок взъерошил ей волосы. Один из её глаз был закрыт, другой безотрывно смотрел в оптику, на чужой балкон. Ей неожиданно повезло с локацией: ничью квартиру взламывать не пришлось, ровно как и маскироваться, сидя на пожарной лестнице. Жертва жила на последнем этаже, и с крыши другого здания это место отлично просматривалось. Под девушкой была подстелена куртка, чтобы не замёрзнуть, лёжа на бетоне. Сама Совон была в чёрных спортивных штанах, майке и надетой поверх неё тёплой куртке. На руках её были простые перчатки, на ногах – берцы. Большую часть лица закрывала бандана с нарисованным на ней тёмно-зелёным драконом, лишь глаза оставались открытыми, и то только до тех пор, пока девушка не наденет шлем для мотоцикла. Она никогда не раскрывала заказчикам своего лица, при личной встрече закрывала его как могла. Но продолжала использовать при оформлении заказов своё настоящее имя. Может, потому что хотела пробудить в полицейских воспоминания двенадцатилетней давности. Та самая прославившаяся наёмная убийца Совон, что сбежала из тюрьмы, вновь злодействует в Сеуле. Девушка уже представляла себе заголовки газет. Мечты, мечты… Всё тело затекло, она уже битый час надеялась, что некая Ким Су Мин подойдёт к окну. Отходить было нельзя, нужно было концентрироваться даже несмотря на усталость. Совон иногда, бывало, коротала время, играя в конги патронами. Тогда, когда кто-то безнадёжно садился смотреть телевизор в глубине комнаты, или уходил в ванную. Совон часто старалась узнать побольше о привычках жертв прежде, чем идти их убивать, и часто рассчитывала на то, что кто-то, по обычаю, засядет в своей ванне на пару часиков, а потом пойдёт любоваться видами. Ким Су Мин чем-то сильно насолила заказчику. Он даже изначально хотел попросить ещё и нанесение тяжёлых увечий и издевательства перед смертью, но сжалился. Да и Совон вряд ли бы согласилась. Уродовать кого-то ещё до смерти ей совершенно не хотелось. Однако вот эта дама и ей не понравилась. Она крутила роман с заказчиком, в то время как была замужем за богатым пожилым человеком, затем призналась ему в этом и поклялась, что вышла из-за денег. А после и вовсе, потеряв к нему интерес, стала портить его жизнь: то новую девушку обманет, то коллег против него настроит, то кофе прольёт. Совон всегда скорее смеялась над мотивами людей, скрывая улыбку под банданой, но в этот раз даже немного прониклась, не витала в облаках во время чувственного диалога. Разумеется, девушка не могла составить портрет этой дамы только со слов молодого человека. Но в то же время понимала, что он не пошёл бы на такое, не будь хоть доля из этого правдой. Совон взяла дело. Она часто брала дела, когда ей предлагали. Если раньше она это делала скорее ради денег, то теперь даже испытывала некое удовлетворение, когда получала письмо с благодарностями за то, что избавила кого-то от такого человека. Однако иногда приходилось убивать и хороших людей. Совон чувствовала себя после такого немного погано, будто проглотила кошачий корм, но быстро подавляла в себе чувства. Возможно, поэтому со временем ей стало проще нажимать на курок. Навести на цель, выстрелить, получить деньги. Не сложно. Особенно, когда это тебя не касается, и ты не даёшь эмпатии овладеть собой. Спустя часа два, когда день уже кончался, и Совон собиралась уходить и вернуться на следующий день, Су Мин всё же поднялась с кресла. Она, вероятно, достала кучу одежды и решила повесить её на балконе. Поставив корзину на пол, она достала рубашку, собираясь повесить, но не успела. В её голове образовалась дыра, пуля вошла в стену и осталась там. Окно было пробито и сразу же раскололось, осколки посыпались на труп, царапали её кожу. Подбежал её муж, видимо, находившийся в соседней комнате. Дальше Совон не видела, потому что стала скорее собираться. Мужчина наверняка позвонит в полицию и в больницу, значит, девушке стоит скрыться как можно скорее. Совон любила мотоциклы. Поэтому и купила один. Её дурманил запах бензина и выхлопов, нравилось чувство скорости. Могла завораживать и свобода, но в Сеуле её было недостаточно из-за постоянных дорожных знаков и патрулей. Девушка ездила подворотнями, чтобы не вызывать подозрений своим чехлом для гитары либо просто огромной коробкой, прикреплённой к багажнику. Где-то она бросала свой мотоцикл и шла дальше пешком, возвращала оружие на облюбованную крышу, но теперь хранила всё под рукой, в Розовом мотеле, где уж точно не боялась светить свой мотоцикл. Последний день перед встречей Ки Хуна и Ведущего. Совон шла по коридору, слегка прихрамывая на левую ногу. Нет, она не была ранена, это было лишь особенностью её ходьбы; вероятно, приучилась, когда ходила с сильно обожжённой ногой. Тогда девушка спасалась от пожара в одном из мест жительства, и её ногу придавила горящая доска. К счастью, вытянуть удалось, она даже не оказалась сломанной, но всё же сильный ожог присутствовал. - Совон, ты? – из-за угла вышел Чун Хо. На удивление, эти двое всё же сдружились после той ночи. Они договаривали друг за другом фразы, озвучивали совпадающие мысли. Но ни у кого из них не было сомнений, что это всего лишь дружба, и никакой романтики между ними и быть не может. Совон нравился его работающий мозг, его идеи, большая часть жизненных позиций. Чун Хо нашёл практически то же самое в девушке, но она всё ещё оставалась для него загадкой: то без сомнений всадит кому-то пулю в лоб, то пожалеет кого-то; то она смеётся над ними, то не в восторге от себя; то смотрит вдохновлённо, то сидит, о чём-то думает, пока остальные пьют чай и развлекаются. Она видела мир другими глазами, и Чун Хо было очень интересно когда-нибудь найти разгадку. Она реагировала на ситуации по-иному, замечала то, что не замечали другие, но иногда и упускала то, что было прямо под носом. - Нет, дед Монте, - качнула головой Совон и глубоко вздохнула. Она доверила ему своё настоящее имя. Да детектив и сам догадался бы, порывшись в новостях и делах, поэтому девушка лишь чуть ускорила процесс. - Опять работа? – видя чехол за спиной, сухо спросил он. Детективу не нравилось то, что его окружают сплошные нелегалы, и Совон это понимала, поэтому старалась не светиться, но не всегда успевала прошмыгнуть в комнату до того, как её выходил встречать Чун Хо. - Да, успешно, - коротко ответила она и свела брови на переносице, - А ты опять хочешь мне сказать, что ту колбу с экземпляром крови всё ещё не нашли? Хван качнул головой. Но Совон видела по его чуть опущенным глазам и задумчивому взгляду, в котором на секунду мелькнуло сомнение, что он солгал. Она не спрашивала. Она была уверена, что что-то Чун Хо да скрывает, но не понимала пока, почему. А детектив, в свою очередь, получив в один день странный запрос от Совон направить в какую-нибудь проверенную лабораторию кровь, чтобы опознать по ней человека, увидев результат, не мог сказать о нём девушке. Он мог лишь догадываться, откуда у неё этот образец, но какие-то предположения у него были. Девушка точно не видела его брата вживую, иначе бы сказала. Значит, это кровь Ведущего. Кем, опять же, является его брат, но Совон этого не знает, и наверняка всё же его ищет, даже если не отдаёт себе в этом отчёта. Из-за капли недоверия с обеих сторон Совон была лишена ответа. Но порой молчание говорит о большем, чем слова. - Ки Хун здесь? Я просто хотела закинуть вещи и сразу пойти к клубу. Заранее. Может, что интересное увижу. Наверняка они не будут размещаться днём или за час до встречи. Точно сегодня что-нибудь поставят, где-нибудь походят. Схожу проверю. Может, не вернусь на ночь, - сказала Совон, перекатываясь с пятки на носок. Это её часто употребляемое «может, не вернусь на ночь» нервировало всех. Она говорила это так, будто была подростком, отпрашивающимся у родителей погулять, уже зная, что пойдёт вне зависимости от их решения. А мужчины вдруг становились теми самыми родителями тридцатилетней девчонки, которые задавались вопросом, где она тогда проведёт эту ночь. - Нет, он отъехал, не сказал, куда… - ответил Чун Хо, и Совон кивнула, собираясь пройти мимо него. Мужчина невольно вспомнил фразу, сказанную девушкой при их знакомстве: «И ты во мне союзника не ищи». Они могли быть друзьями, но не союзниками. В голову Хвана закрались сомнения. Что, если она не на их стороне? Что, если он упустил подсказки? Что, если она работает на его брата, и поэтому является противоположностью детективу? Что, если она его прикрывает? Что, если всё это время втиралась в доверие? Что, если предаст их в самый важный момент? – Совон, - окликнул девушку Чун Хо, ещё не придумав, что скажет. Он пожевал губу и повернулся к ней, - Зачем тебе результаты ДНК-теста? Чья это кровь? Кого ты ищешь? Совон слегка изменилась в лице. Стала ещё холоднее, и Чун Хо мог поклясться, что видел такое выражение лица только у убийц, к которым приходишь на допрос. Именно они так смотрели в душу, понимали, что попались, но тянулись наружу. Потому что была причина. И у Совон она была. По спине детектива пробежался холодок, но он всё же решительно смотрел на девушку. Раз затеял разговор, отступать нельзя. - Чун Хо, - пародируя мужчину, произнесла она и сделала паузу. Сощурилась, - Зачем ты прикрываешь Ведущего? Почему не говоришь, кто скрывается под маской? - Я не видел лица. - Ложь. Они обменялись фразами так быстро, что лишь после ответа Совон Чун Хо понял, что оказался в проигрышном положении. Как такое произошло? Он – опытный детектив, который умеет правильно выведывать информацию. Он, чёрт возьми, раздобыл кучу информации на не известь где расположенном острове! Она, правда, не дошла, но это другой разговор. И вот, Хван надеялся и думал, что Кан ничего не знает. Допустил мысль о том, что хорошо притворялся, потому что он действительно умеет это делать. Но нет. Совон рассекретила его раньше и даже знала, что он понял, что она скрывает что-то. Но молчала. А теперь воспользовалась своим знанием и вывернула ситуацию так, что именно Чун Хо необходимо оправдываться. Они смерили друг друга взглядами. Повисла пауза. Чун Хо пытался найти пути продолжения наступления, тогда как Совон ни о чём не думала. Она стояла так уверенно, будто готова была услышать любые аргументы не в свою пользу, и всё равно нашла бы, что сказать, всё равно бы победила в этой словесной перепалке. И Хван сдался. Он разорвал зрительный контакт, прожигая стену взглядом. Как он мог так оплошаться? Совон же, не видя смысла продолжать диалог, молча развернулась и ушла. Спустя где-то час вместо уютной постели девушка стояла напротив входа в клуб. Сзади проносились машины, кто-то гулял. Изнутри доносилась громкая музыка, но девушке нужно было не туда. Для начала она собралась проверить периметр, а желательно ещё и весь квартал. Работы много, но и ночь длинная. Совон заглядывала в переулки, в пустые подъезды, на лестничные клетки. И вот, спереди, стоя на улице, заметила что-то яркое. Спряталась за угол и осторожно выглянула. Над ухом щёлкнул предохранитель. Совон подняла руки вверх. - Что это мы тут делаем? – резанул слух низкий голос. Девушка медленно обернулась. Ни тени испуга, лишь смирение и досада оттого, что её поймали. Она ошиблась. Не посмотрела назад, прячась от тех, кто был впереди. И теперь ей в голову целился, вероятнее всего, мужчина в розовом костюме и маске с изображением квадрата. А он же, в свою очередь, имел возможность лицезреть её глаза, но не видел остальной части лица, скрытой под медицинской маской с вышитым мелким дракончиком. Совон не могла выйти без него. Это было чем-то вроде знака для «своих». Работник потянулся к рации в кармане и нажал на кнопку. - У нас тут шпион. Что с ним де… Его фраза оборвалась выстрелом. Совон незаметно достала из кармана оружие и нажала на курок. Сначала не целилась, а затем, выбив пистолет из руки мужчины, произвела контрольный в голову. В голове был чётко продуманный план. Никакого волнения, лишь шарящие по углам глаза. Девушка схватила маску, сдирая её с лица убитого, и рацию и рванула к пожарной лестнице. Оставаться здесь было нельзя. А единственный выход – тот, через который она пришла. Тупик. Или другой, по крышам. Пока город жил своей жизнью, либо не услышав выстрела, либо сослав его на взорванные петарды, за Совон гнались двое в костюмах. Обоим делать было нечего: ещё пара выстрелов, и кто-нибудь да вызовет полицию. Только врукопашную. Девушка на ходу закинула вещи в пустой рюкзак. Она перескакивала через ступени, так спешила, что едва не падала, но ей всё равно казалось, что её догоняют. Стоило ей вывалиться наверх, лёгкие и ноги были готовы разорваться от внезапной нагрузки. Перед ней оказался ещё один солдат. Совон достала нож. Шаг, удар, перехват, замах. Мир закрутился, и наконец один из них повалился на пол. Девушка рванула дальше. Двое других уже были на крыше, и не видели препятствий. Как и, впрочем, Совон. Сильный разбег, и вот она, с в бешеном темпе стучащим сердцем перемахивает на крышу другого здания. В её планы точно не входило убийство. Но, раз другого выбора нет, ей приходится сбросить ещё одного подошедшего вниз, на асфальт. По другой пожарной лестнице поднимаются ещё солдаты. Совон хотят окружить. Она замирает посреди крыши. Оружие целится в неё. Кто-то докладывает что-то по рации. Единственный просвет. Единственный шанс на спасение. Девушка бежит, казалось бы, потеряв голову. Прямиком к солдатам. Слышит приказ: «Взять живой», и более не сомневается. Бросает нож, проталкивается сквозь двух мужчин, и прыгает. Желудок стремиться к горлу. В голове мелькает мысль о том, что Совон разобьётся. Но пальцы вовремя хватают провода, и она виснет. Но ненадолго. От возникшей силы один из концов линии отрывается от столба, и Совон летит по диагонали к стене. Прыгать. Единственная мысль, что приходит ей в голову. И девушка прыгает. Приземление проходит очень жёстко. Ступни поражает резкая боль, и Совон падает на колени. Им тоже достаётся. Кажется, будто ноги разрываются на атомы, будто они переломаны, но ей везёт. Она правильно приземлилась. Прохожие замирают на месте. Только что на тротуар свалилась девушка. Рабочие кальмара не смеют совать свой нос на оживлённую улицу. Не успевает Совон подняться, как её подхватывают две пары рук и чуть ли не кидают в салон автомобиля. Девушка даже не успевает разглядеть их, сопротивляется и дёргает ручку, пока машина, скрипя, резко стартует и гонит прочь. - Жива? – оборачивается один из похитителей, и перепуганная Совон уже собирается зарядить ему кулаком в лицо, как вовремя останавливается, опознав его лицо. Девушка сразу меняется. Её брови поднялись, сама она позволила себе дышать шумно и откинуться на спинку. Только сейчас она ощутила, насколько вспотела и устала. Только сейчас, когда адреналин схлынул, и перед ней оказались два столь знакомых и незнакомых человека. Ю Чхве и Хим Чан. Те, от кого она раньше бегала, спасли ей жизнь. - Она что, язык откусила себе? – босс обеспокоенно глянул в зеркало заднего вида. Как ни странно, за рулём был именно он. Может, чтобы Хим Чан имел возможность при необходимости отстреливаться от преследователей. - Найдите её. Её нельзя упустить, - раздался голос из рации, и Совон сразу же напряглась. Она раскрыла портфель и достала предмет, запоминая частоту. Ей оставалось лишь надеяться, что никто не додумается до завтрашнего дня её изменить. Но, разумеется, Ведущий был не так глуп. Кан смахнула пот с лица и сорвала с себя маску, чувствуя, как остро нуждается в воздухе. Оглянулась, и заметила машину, обгонявшую попутные. Что-то ей подсказывало, что это за ней. Совон перевела взгляд с Чхве на не менее обеспокоенного Хим Чана. - С кем ты связалась, Совон? – озвучил он её мысли, и Кан зарылась пальцами в волосы. Она беззвучно всхлипнула и задрожала. Пара слезинок капнули на её штаны. Ей было страшно. Совон спустя столько лет было страшно. Но не за себя. У неё не вызывала негодование мысль о том, что она может погибнуть так просто, не разгадав важную тайну, став одной из многих жертв игры. Она боялась, что Чхве и Хим Чан будут пытаться встать на её защиту и сами погибнут. Как случилось с мистером Кимом. - Эй, ты чего? Эти уроды не знают нас. Выкарабкаемся, - попытался поддержать её охранник, тронув за плечо. Совон дёрнулась в сторону. Подняла свой взгляд. Но вместо ожидаемых полных горечью девичьих глаз Хим Чан встретил два зажжённых пламенем малахита. - Нет, - отрезала она. Совон не была готова к такой жертве. Не могла допустить, чтобы с ними что-то случилось. Даже после всей боли, что они причинили, девушка не желала им зла. Потому что оправдывала их поступки. Потому что чувствовала их готовность помочь. Потому что в ней осталось хоть что-то человечное, - Они убьют вас. Высадите меня. И уезжайте. Не оглядывайтесь. - Снайперы на месте, - доложил голос из рации, и глаза Совон расширились. Снова план. Её мозг на удивление быстро соображал в эту ночь. Кан сняла с себя маску и поручила сжечь, нащупала в кармане рюкзака единственную припасённую вещь – карточку с приглашением на игру, - и сжала её в руке. Ещё раз глянула на рацию и, открыв окно, выкинула её на дорогу. Как и маску с квадратом. - Что ты делаешь? – хмурился Чхве, - Мне казалось, ты за этим и пришла. Зачем ты это выкидываешь? - Слушайте, - Совон подалась вперёд и закрыла окно, начала говорить как можно быстрее, - Будете действовать ровно по плану. На одной из крыш расположены снайперы. Ослушаетесь меня – они проколют вам шины. Не убьют, конечно. Но после этого вы не сможете выбраться. Будете бежать, и они когда-нибудь вас да схватят, а потом убьют. Может, ваши органы продадут даже. Остановите машину. Я выйду. Они меня не тронут. У меня есть план. Выйду – и гоните. Пожалуйста. - Мы тебя не оставим, - качнул головой Чхве, и голос Совон сорвался на крик. Она была сильно раздражена, тряслась от возбуждения, готовая хоть на ходу выпрыгнуть из машины. Если бы двери не были заперты. - Да поймите же вы! Они меня не тронут! А с вас, если продолжите медлить, шкуру сдерут! Я молю вас, послушайте. Или мне придётся пойти на крайние меры, - её голос опустился. Глаза наполнились тьмой, и по взгляду босс понял, что сомнения точно стоит отбросить. - Босс, - взволнованно сказал Хим Чан, - Босс, а если это правда? У меня дома жена и трое детей… Я не хочу, чтобы с меня сняли скальп! – он почти что впал в истерику. Совон чуть смутилась, видя его в таком состоянии впервые. Мужчина всегда казался ей сильным и смелым, непробиваемым, а сейчас дал слабину. Он не хотел умирать из-за какой-то попавшей в передрягу девчонки. И это было очевидным. Чхве думал недолго. Плавно замедлился и остановился у тротуара. Повисла тишина. Сзади из машины вышел кто-то в опрятном костюме, с вполне открытым лицом. Наверняка один из агентов. Может, даже ещё один Вербовщик. Босс сглотнул. - Я имел дело с так называемым Ведущим. Ты же от него бежишь?.. Я боюсь за тебя, девочка. Прости меня, пожалуйста… Не стоило ввязывать тебя в этот мир. Как же я виноват! – он чуть ли не ревел. Совон закатила глаза. Время утекало сквозь пальцы, - Помни об одном: если ты и выберешься живой, не связывайся с чёрной маской. Он – ужасный человек. Поступки его ужасны… Его руки по локоть в крови… - Как и наши с тобой, - мрачно подметила Совон. Тяжело вздохнула, - Спасибо за помощь, господин. И Хим Чан. Удачи вам. Босс будто был готов расплакаться, но держался. Ему ещё нужно было удирать за рулём. Он молча нажал на кнопку разблокировки двери, и Совон, оставив портфель со своей маской внутри, вышла наружу. Там её уже ждал с противной улыбкой, чем-то напоминавшей девушке улыбку убитого Вербовщика, мужчина. Совон вытянула руку с выданной визиткой. Сзади послышался скрип, и машина сорвалась с места, но преследовать её больше никто не взялся. - Я – участница игр. Кажется, вам не выгодно меня убивать. Имя: Сон Куён, возраст: тридцать один год, - без эмоций сказала Совон, надеясь, что это послужит достойным аргументом. - Мы и не собирались вас убивать, - вежливо ответил мужчина, принюхиваясь так, будто намеревался учуять страх. Но Кан уже вернулась в привычное состояние. Ничего не было способным вывести её из равновесия. Мужчина легонько указал рукой на подъехавший белый лимузин. Совон обернулась и почувствовала, как сзади её незаметно для окружающих схватили за руки. Но она и не собиралась сопротивляться. Те же номера, тот же лимузин. Она уже понимала, с кем её ждёт встреча. Но не понимала, зачем, - И не думайте использовать оружие. - И не думала, - холодно ответила Совон и, ощутив толчок в спину, побрела к двери лимузина. Та медленно открылась, и девушка уже второй раз за день упала на сидение. Разумеется, на неё направились дула, и Кан выложила пистолет. Лишь затем села поудобнее, поправляя волосы. И вот, прямо в её душу в упор смотрели два глаза. Кривая усмешка тронула губы Совон, когда она встретилась взглядом с Ведущим. - Не ожидала вас снова увидеть… Да ещё так скоро, - она слащаво улыбнулась, будто издеваясь, но передумала. Маска самоуверенного идиота была не к месту. Совон расслабила лицо и с немым вопросом посмотрела на Ведущего, - Чем достойна такой чести? - Какое расследование вы ведёте? Почему вмешиваетесь в процесс и думаете, что вы – героиня, которая всех спасёт? – ровно спросил Ведущий, и Кан, не выдержав, рассмеялась. Однако так же быстро вернула прежнее выражение лица, как и в прошлый раз. - Героиня? Которая всех спасёт? Нет, я так… Мелкий человек с личными целями. Если бы они были масштабными, я не пришла бы без подстраховки и запасного плана. А так, вы застали меня врасплох. С чем я вас искренне поздравляю, - без иронии произнесла девушка и чуть опустила взгляд, становясь печальнее. Разумеется, она не собиралась отвечать на первый вопрос, и верно полагала, что он забудется. - А те люди? Неужели они не были вашей подстраховкой? Вы подставили их под удар, руководствуясь… Личными желаниями? – мужчина будто действительно пытался узнать больше о её плане. Совон не понимала, зачем. Но вскоре должна была понять. - Нет. Они нечаянно здесь оказались, - ответ звучал неправдоподобно, но другого не было. В голове девушки и правда мелькнул вопрос о том, что же эти двое здесь забыли, но она сослалась на случайное стечение обстоятельств, - Предлагаю перейти ближе к теме. Зачем я вам? - Вы меня впечатлили, - признался Ведущий, и Совон подняла брови, не особо-то ему веря. Она всегда читала людей по лицу и по глазам, но сейчас перед ней будто была статуя. Он тоже её впечатлил. Даже если Кан не посмеет себе в этом признаться. Продуманность, холод прослеживался даже в его изменённом голосе. Отточенные и чёткие движения. И какое-то странное желание Совон вести себя с ним не так отстранённо, как с другими, - Ваш ум и внимательность, безрассудная смелость. Заметили странный лимузин, направили на меня оружие, предварительно зная, с кем связываетесь, даже кровь мою получили… И, кажется, действительно сохранили своё слово, раз уж обо мне не говорит весь Сеул. Что, неужели не было возможности провести ДНК-тест, - он явно смеялся над ней. Совон чуть наклонилась вперёд, по-простому усмехаясь. - Не волнуйтесь. Мой человек, имеющий связи с хорошей лабораторией, вас прикрывает и говорит, что потерял экземпляр. Кан бы очень пожалела, если бы узнала, как на эту фразу отреагировал Ведущий. Чуть оторопел, замешкался, его взгляд стал более туманным. Он ожидал подобного, но не мог быть уверен. Думал, что, появись у его брата малейшие доказательства, он обязательно доложит на него в участок. Но вот, он укрывает информацию даже от своих сообщников. Или они всё же на противоположных сторонах? - К чему вы клоните? – напомнила о предыдущем вопросе Совон, откидываясь назад. Скучающим взглядом прошлась по двум вооружённым солдатам. - Мне начинает казаться, что вы на кого-то работаете, - честно признался Ведущий, - Вам знакомо имя Ки Хун? - Спешу огорчить, у нас с ним другой контракт, - оборвала его размышления Совон. Она не хотела лгать. Хотя в этот момент точно стоило, - В первый раз я действительно столкнулась с вами случайно. Во второй – исследовала местность перед завтрашним вечером. Что-то пошло не по плану, и вот я чуть себе ноги не переломала, а после почти сбежала от вас. Да, кстати, сообщение о снайперах же было ложным? Вы поняли, что у меня рация, и решили подловить, надеясь, что я испугаюсь смерти? - Вы по-прежнему проницательны, - Ведущий позволил себе усмешку. Тяжело вздохнул, - И какой же у вас контракт? - Я могу запросить что-то в обмен на информацию? – Совон положила ногу на ногу. Всё в ней выдавало наёмного работника. Это поведение казалось и забавным, и верным, практичным одновременно, - Напоминаю также о вашей части нашей первой сделки. Если возникнет ситуация, в которой я окажусь безоружной, и кто-то из ваших рабочих или вас получит возможность меня убить, вы не станете это делать и отпустите. Похоже на нынешнюю ситуацию? Если вы честны, то отпустите меня после нашего диалога. Это я объясняю, почему вам стоит согласиться. Либо просто упускаете меня, выведав совсем малую долю, либо узнаёте, сколько вам хочется, но, возможно, с небольшими убытками. «Тут стоит спрашивать, не с кем она связалась, а с кем я связался, - вымученно подумал Ведущий, мысленно массируя виски, - Хитрая лиса» - Какова цена? – снова он рискует. Вдруг она опять вгонит его в невыгодные обстоятельства? Разумеется, вгонит. - Жизни, - пожала плечами Совон, расплела ноги и подалась вперёд, - Повышаю ставку. Вы не тронете семьи Ю Чхве и Хим Чана. Сейчас буду давить на жалость, предупреждаю. Они не знали, во что ввязались. Просто хотели мне помочь… - А сама-то ты поняла, во что ввязалась? – вырвалось у Ведущего. Он не хотел этого произносить, но слова донеслись до Совон, и она опустила взгляд, глубоко задумавшись. Просидела так с минуту в тишине, и посмотрела в пустые глаза так решительно, будто готова была и задушить его голыми руками. - Я – Сон Куён. И я знаю, чего добиваюсь. Я хожу по лезвию ножа, играю с огнём, но я не легкомысленна. Если я умру во время выполнения поставленной перед собой миссии – то так тому и быть. Я не отступлюсь. Либо вы соглашаетесь на сделку, либо мы расходимся. И я не могу обещать, что не продолжу вас преследовать. Её ноздри расширились, вдыхая много воздуха. Она не нервничала. Она готова была умереть хоть прямо сейчас, запятнав своей кровью лимузин. Но она ставила ультиматумы, даже находясь в, казалось бы, проигрышной позиции. Она оперировала словами, знала о понятии чести. И это воодушевляло Ведущего. Он бы имел честь как с ней соперничать, так и стоять плечом к плечу. - Знаете, зачем я вас позвал? – возвращаясь к изначальной теме, медленно спросил он. Совон не поняла, как он так резко сменил тему, но отмахнулась, ведь сама так часто делала, и заинтересованно посмотрела на него, - Наша система, конечно, продумана до мелочей, но… Нам не хватает агентов. Тех, кто мог бы отслеживать заинтересованность властей в нашей деятельности, кто контролировал бы, не замышляет ли кто-либо из игроков против нас. И я считаю, нам нужен человек, похожий на вас. Расчётливый, хладнокровный, умный, внимательный, с определёнными связями и физическими навыками. Насколько показала практика, вы подходите по всем пунктам. Надежностью, я уверен, вы тоже обладаете. Понятие чести вам близко. Что скажете? Совон молчала. Её взгляд вновь ничего не выражал. Лимузин вновь погрузился в тишину. Ей нужно было подумать. Подумать головой, ведь сердце уже приняло решение. Совон тянуло к системе. Ей безумно хотелось быть не просто наёмным убийцей, который ещё и подмечает много интересного, но и применять свои навыки. Тем более, её крайне интересовало устройство этого мира, которым заправлял Ведущий. Так у неё был бы шанс узнать на крупицу больше. Ответ уже был. Но напрямую давать его она не собиралась. - Скажу, что, для начала, я сделаю то, ради чего с вами изначально и связалась. Поучаствую в игре. А там, если выживу… Поговорим, - она проморгалась и вновь устремила свой взгляд на Ведущего. Совон действительно была паршивкой. Ему не было выгодно терять её и пускать на игры, но в то же время не делать этого он был не в праве. Вернее, можно было бы просто силой её не пустить, однако в таком случае речь о никакой чести со стороны Ведущего точно бы не шла. А с честными людьми тоже хочется быть честными. Иначе было бы, как минимум, некрасиво. Но у него же осталось хоть какое-то понимание красоты. - Вы ушли от темы, - заметив, что пауза затянулась, вернулась к предыдущей теме Совон. Кажется, им обоим нравилось забегать вперёд, а после вспоминать о прошлом, - Нужна ли вам информация? Возможно, предоставив её, я смогу предложить вам ещё немногое, при наличии чего сделка будет более весомой и справедливой, - она постаралась установить зрительный контакт, но Ведущий будто смотрел куда-то мимо, может, даже в пол. Раздосадованная, она откинулась назад, решив подождать, пока он подумает. - Я вас слушаю, - почти сразу сказал он, и Совон активировалась, но не меняла позу. - Мы с Ки Хуном – давние… знакомые, - не переходя границы личного, начала девушка, - Он долго вас ищет, и очень хотел заручиться моей помощью. И в один день я согласилась. Он предложил мне следующее: я обязана охранять его в вечер встречи, в случае, если что-то пойдёт не так, задержать вас, а также остановить стрельбу, если она будет иметь место быть. Однако в договоре также сказано, что исполнитель имеет право не выполнять приказ в случае, если это окажется невозможным: его схватят или вовсе убьют. Я совершенно не горю желанием красть вас либо участвовать в этом процессе. Наш план следующий, - Совон выложила весь их план, - Разумеется, не зная формата проведения встречи я, к сожалению, не могу предложить план действий. Хочу лишь сказать, что могу предпринять попытку вашего задержания, но вы вырветесь, например, либо меня пленят, так что возможности исполнить запрос не будет. - Я правильно понимаю, что вы хотите обменять данную информацию и предоставленный план на свободу и жизнь семей тех двух мужчин? – ища подвох, спросил Ведущий. Совон пожевала губу и кивнула. - Правильно. Никаких уловок, - девушка сама не верила, на что соглашается. Но она делала то, что чувствовала. По крайней мере, сегодня. - Я согласен. Руку жать не буду, - с иронией произнёс Ведущий, и Совон изобразила досаду, но не сдержалась и расплылась в улыбке. То же самое было и на губах, прикрытых чёрной маской. Но никому об этом, разумеется, знать не стоило, - Также попрошу не разглашать произнесённые здесь сегодня слова. - Придётся исполнить вашу волю, - закатила глаза Совон, неожиданно чувствуя, что стала себя ощущать спокойнее. Даже несмотря на вооружённых людей, одетых в розовые костюмы и с изнеможением ожидающих, когда этот диалог уже кончится. Дверь за Кан захлопнулась. Она вновь стояла на улице, с пистолетом в кармане. Утренний ветерок забирался под одежду и оставлял мурашки на вспотевшей коже. Чувствовалась свежесть. Город просыпался. Первые лучи солнца отражались в окнах домов. Совон бы и не сказала, что прошла целая ночь. Но, поправив воротник и оставив разговоры позади, девушка сменила удовлетворённую улыбку ничего не выражающим лицом и побрела искать свой мотоцикл, чтобы хоть когда-нибудь добраться до мотеля.