Часть 32. Причина

Общежитие со стороны ворот казалось иным, было будто на ладони. Просматривалось всё, лишь стены крепости скрывали тех, кто оставался внутри. В основном, то были трупы. Выжившие стекались ближе, с любопытством и страхом глядели на бунтовщиков. Зачем им оружие? Не их ли расстрелять? Ки Хун, может, и пытался показать другим, что бояться не следует, одними словами игроков не приманишь. Перед ними лежало штук десять запасных пулемётов, столько же магазинов. Расположились они скорее интуитивно, встали в шеренгу: по центру – Ки Хун, справа от него Чжон Бэ, слева – Ин Хо, далее Совон и Тэян. Ну и, разумеется, остальные. Кан не отпускала оружия даже когда боевые действия временно прекратились, не давала ему просто висеть на лямке. Рукам было слишком удобно в данной позиции,  да и зачем отпускать оружие просто чтобы положить их в карманы? Ин Хо думал. Мысленно проходил по коридорам, предполагая, где какая защита будет выставлена. Рассматривал различные варианты исхода событий на случай, если дорогу Ки Хуну не подскажут, если управляющий не выдаст информацию. Куда они могут повернуть, сколько встретят сопротивления, сколько солдат поляжет. Ведь они не могут биться в полную силу, пока на поле боя Ин Хо. Его возвращение на должность ознаменует конец бойни. После своего ухода он отдаст приказ, и бунтовщики будут повержены. В этом он не сомневался. Ки Хун действительно шёл вслепую, и Совон верно на это указала. Сколько на базе солдат, никто не знал. А их немало, в разы больше, чем этой кучки людей. Неужели Сон и правда думает, что сможет свергнуть власть? Хван балансировал между смехом над глупостью 456 и мрачной мыслью о том, что дело действительно набирает серьёзны обороты. Его не волновало, кого он мог убить. Это всего лишь солдаты, и, защищая от них своих сокомандников, он ещё больше втирается в доверие, создаёт впечатление, что будет рядом в трудную минуту. План у него, определённо, был. И не один, с тысячей запасных. А у Совон не было. Она предпочла ни о чём в этот миг не думать. Потому что уже знала, что выберет. И не желала обдумывать и передумывать. Действовать будет по обстоятельствам. Остальное ей не нужно – засорит мозг. Сейчас от неё потребуется, снова, её сила и ум. - Слушайте! Сейчас мы поднимемся наверх, где находится логово этих мерзавцев, - начал объявлять Ки Хун, едва не крича. Совон и Ин Хо стояли одинаково, глядя в пустоту. Мерзавцев? Нет, Кан так не думала. По крайней мере, Сон не имел называть так тех, кого не знает. Не знает мотивов, обстоятельств и внутреннего мира, - Мы поймаем тех, кто нас сюда посадил, положим конец этой игре и потребуем свершения правосудия. Тот, кто умеет пользоваться оружием, может присоединиться к нам, если вы этого хотите. На этих словах Дэ Хо рассеянно посмотрел на пулемёт, чем привлёк внимание Совон. Только сейчас она задумалась о том, что не видела, как он дрался. Да, может, перед глазами действительно мелькали лишь образы, и сложно было отличить одного человека от другого, однако девушка могла сказать, что заметила борьбу каждого, кроме него. Совон озадачилась. 388 – морпех, так с чего бы ему не вмешиваться в драку и перестрелку? В любом случае, её не так сильно волновало именно это. Если он не бился тогда, будет ли он биться дальше? Зачем пытается идти с остальными? Боится ли он? Да, страх девушка различить может, как и внутреннюю борьбу. Она, разумеется, не знала, что Дэ Хо в данный момент старается совладать со своим ужасом, травмой, оставленной после ужасных событий во время его службы. Но подозревала, что 388 сражаться не сможет. Оставалось сопоставить факты. Магазинов запасных мало. Те, что есть в карманах солдат, пока обнаружены никем, кроме неё, не были. Рано или поздно патронов станет не хватать. Кого-то отправят за новыми запасами, когда и если обнаружат, что существуют ещё карманы на штанах. Дэ Хо – тот, кто, скорее всего, вызовется сходить за ними, ведь, если догадка 002 верна, он желает избежать кровопролития и выстрелов. А одному бродить по коридорам не стоит… План по выведению Тэяна с поля боя созрел. Ин Хо повернул голову, и Совон, заметив это, перевела взгляд на него. - На пару слов, - произнёс он и сделал шаг назад, после чего повернулся на шестьдесят и направился подальше от стоящих. Кан последовала за ним и встала спереди, догадавшись, о чём зайдёт речь. - Не уговаривай меня, я всё равно пойду, - произнесла она, видя, как после её слов Ин Хо слегка хмурится, - Ты о себе позаботься. - А если попадут? - Волнуешься? – нарисовав на лице озорную улыбку, спросила Совон. Вопрос был риторическим, да ещё и учитывая то, как 001 на неё после этого посмотрел. Подтверждение не было нужным. Его взгляд и был ответом. Кан опустила взгляд, уголки губ быстро опустились, - Я буквально выходила живой из горящего здания, бежала из тюрьмы, уезжала от вооружённых полицейских, если то не военные вовсе были. Справлюсь. Да даже если нет, ничего страшного. Все умирают. Конечно, я бы не так хотела закончить, но мало кому дана власть выбрать собственную смерть. Знаешь… - девушка засунула правую руку в карман толстовки, с удивлением нащупав там то, что искала, - Не выпал даже… Вот дела. Совон достала верёвочку, на которую были нанизаны бусинки и перья. Разных размеров, в основном, совсем небольшие, но очень своеобразные. Половина бусин была из тёмного дерева, пластика, всего, что под руку попалось, а другая – из камней, не очень ровных, но крайне аккуратно просверленных. Также была нанизана бумажка, со временем ставшая вместо белой серой и небрежно скомканной. А написано на ней было: «Улыбайся». - Это мы с Халидой сплели, когда маленькие были. Два почти одинаковых, половину она делала, половину – я. И старались носить, это был наш символ кровного родства, амулет, приносящий удачу. Я нередко его ношу и верю, что потому меня пока никто не убил. Я не верю в магию, но эта штука действительно создаёт впечатление, будто действует как-то, - Совон глянула на вещь ещё раз и протянула Ин Хо, - Возьми. Тебе удача больше, чем мне, понадобится. 001 смотрел на браслет в замешательстве, взял его и сжал в руке. И не оттого, что он не хотел принимать такой подарок, наоборот. Не понимал, почему Совон буквально отдаёт ему последнее, что осталось у неё от сестры. Да и не только это. Много вопросов, пару из которых он решился задать: - Почему ты готова и хочешь отдать мне свою удачу? Почему желаешь моего успеха больше, чем своего? И ещё сотни «почему», которые он не рискнул задать. Почему она доверяла ему так? Почему, глядя в его едва ли не чёрные глаза смеялась, как ни с кем другим? Почему звала его другом? Играла ли с ним в игру, чтобы узнать всё о нём и после подставить, предать так, для личного интереса? Если нет, то почему тогда она так к нему относится? Почему рядом с ней он чувствует, что кому-то нужен? Ответ, на удивление, казался Совон очевидным. Она уже поняла, почему даже минуты молчания были приятны, если рядом был он. Ловила его взгляд, обменивалась мыслями, верила, хоть совершенно не должна была. Не выдавала, стояла чуть ли не спиной к спине, лгала ради него. Её манили эти тёмные глаза, губы, спина, руки, плечи. Кан просто хотелось прижаться к нему и не отпускать, обвить его и оставить себе. Навсегда. Он казался ей практически идеальным. Даже холодный взгляд пленил. Ин Хо был мудрым, умным, задумчивым. Он всегда имел план действий, у него всё получалось. Сильный, красивый, умный. Всё в нём сошлось. Его должность ничуть не смущала, наоборот. Совон же сама была такой. Его чувство юмора, его поддержка. Рядом с ним она была дома. Он – её дом. И даже если Ин Хо не ответит взаимностью, Совон всё равно будет желать для него лучшего. Она хочет, чтобы он больше не страдал, правда, это практически невозможно, чтобы он выжил, добился целей. В данный момент она готова была отдать ему всё, что у неё было. Не только удачу, но и свою душу, если потребуется. Такое было впервые, но в таком не ошибаются. - Я люблю тебя. Набравшись решимости, Совон всё же произнесла эти слова. Сомненья прочь. В жизни она любила совсем мало раз, но и то это была дружеская или сестринская любовь. Здесь было иначе. Кан не хотела быть с ним просто друзьями, она желала владеть им и быть его. Но нет, в этот раз, если он откажет, она не будет настаивать. Пусть это будет её первое и последнее признание. Ин Хо переводил взгляд с одного глаза Совон на другой, ища фальшь. Этот ответ он, да, рассматривал, но почему-то опасался, что не имел на то права. Ему всё казалось, что девушка хочет обмануть, как делала раньше, что она просто не может совершать подобное лишь из-за симпатии. Он давно уже погружён в преступный мир, в котором каждый готов на всё ради денег. Но эта девушка была другой. Да, она совершала всё ради собственного удовольствия, но что-то в её тоне, в её зажжённом взгляде говорило о том, что это была не ложь. - Что? – только и спросил Хван, не зная, что и ответить. А что ему оставалось делать? Ответить взаимностью на людях? Да ещё и перед битвой, в которой, вероятно, кто-то из них умрёт? Они не в корейской дораме играют, и разум у него присутствует. Да и вопрос такой, что сбить с толку он точно может. А в том, что любовь не односторонняя, он не сомневался. Стыдился, но не мог не принять это. - Говорю, Чжон Бэ там речь толкнул, и люди приходить начали, возвращаться надо, - вывернулась Совон, глянув за плечо, и стушевалась, на самом деле, весьма красиво и гордо одарив Ин Хо ничего не означающим взглядом. Она не хотела думать о том, что только что произошло. Да или нет? Кан скорее склонялась к последнему, хоть прекрасно понимала, что и сама неподходящее место и время для признаний выбрала, потому Ин Хо, может, и сам из здравых мыслей решил промолчать. Именно из-за двух противоречащих и противоборствующих мыслей Совон лишь встала обратно в ряд. Людей было не густо. Кан с интересом глядела на дёрнувшегося 007, которого удержала мать. На тех, кто метался, не знал, стоит ли идти. То, как несколько мужчин всё же пополнили ряды бунтовщиков. 333, переглянувшийся с 222. Они все понимали, что идут не просто драться, а идут воевать. Вот только Совон не была особо уверена, что это хорошая идея. Ин Хо, присоединившийся и вставший рядом с ещё более мрачным выражением лица, тоже не был рад происходящему. - Все, проверьте патроны и оружие, - обменявшись с Чжон Бэ взглядами, означавшими, что желающие кончились, Ки Хун прошёлся вдоль ряда «своих». - Каждый из вас, возьмите по рации, - продолжил 390, взяв одну в руку, - Частоту выставите на счастливое число 7. Совон взяла из арсенала одну рацию и осмотрела её, правый уголок губ пополз вверх. Всего несколько дней назад по такой же рации ей и её спасителям угрожал тот, кто сейчас стоял рядом и кому она только что призналась в любви. От души отлегло, на самом деле, когда она это сделала, но теперь вновь стало гадко. Один из тех мужчин мёртв. - Я благодарю вас, - Ки Хун остановился перед Ин Хо, спокойно перезаряжающим и осматривающим оружие на наличие патронов. Делал он это слишком профессионально и легко, отодвигал затвор, верно вынимал магазин. Но подозрения в голову не закрадывались. Что такого в том, что обычный парень знает, как обращаться с оружием, выдаваемым в Южной Корее лишь редким спецслужбам? - На свободе угостите выпивкой, - ответил 001, глядя Сону в глаза. Говорил он с лёгкой наивностью, верой в светлое будущее. Хоть, на самом деле, знал, что ничего подобного не случится. Ён Иль должен когда-то пропасть или сгинуть. Глянув по сторонам и поняв, что никто ничего не понимает в устройстве пулемёта, Совон прежде, чем 120, пришедшая к той же мысли, что и девушка, вышла вперёд, чтобы провести некий инструктаж. Она подняла модель в воздух, держа за приклад и дуло. - Вижу, вы не знаете об этой модели, так что давайте представлю её вам. Немец MP5, пистолет-пулемёт. Знать вам о нём нужно немного, - девушка поднесла оружие ближе к себе, - Перезаряжать, когда у вас полный магазин, - долго, но необходимо. Оттяните затвор и поместите рукоятку в паз затворной задержки, смените магазин, после чего снимите затвор с задержки нажатием на рукоятку, - Совон сопровождала это всё демонстрацией, - Это если у вас новый полный магазин из 30 патронов. Если же нет, как сейчас, просто нажимаете сюда, меняете магазин и дёргаете затвор. Переключатель вверх – огонь автоматический, очередью. Вниз – одиночный. Не советую использовать автомат, а то останетесь без патронов, с голым магазином. И цельтесь, если хотите жить. Уверена, вы справитесь. Закончив лекцию, Совон вернулась в шеренгу и покрутила оружие в руках, подмечая, как оно хорошо было почищено. Несмотря на то, что его хранили в шкафчиках, уход был неплохим, что крайне важно для этого пулемёта. Кан держала эту модель второй раз в жизни, а она казалась родной. Из подобной убили… Кан прогнала мрачные мысли о старом друге прочь. Ки Хун, тем временем, отошёл за свой отряд и оказался перед управляющим, направив на него револьвер. Тот, кстати, стоял на коленях, что слегка позабавило Совон, когда девушка медленно обернулась, чтобы видеть, что происходит. - Снимай, - приказал 456. Совон глянула на Ин Хо, его выражение лица казалось нечитаемым, но девушка чувствовала, что тот прожигает сотрудника взглядом. Ждёт, что тот откажется. Но кто из этих трусов действительно решит пожертвовать жизнью ради работы? Никто. Это была одна из основных причин, по которой Ведущему нужна была Кан в сотрудниках. Та, что ради этой безумной должности, дела своей жизни, готова на всё. - Боже мой, - удивился Чжон Бэ, когда милое лицо парня показалось из-под маски. Снял. Уволен. Умрёт, - Твои родители знают, чем ты занимаешься? Если бы у него была возможность, управляющий бы точно убил сейчас Чжон Бэ одним выстрелом в голову. Совон шумно поставила пулемёт на предохранитель. Ки Хун щёлкнул затвором револьвера, привлекая внимание к себе. - Сейчас ты отведёшь нас к вашему начальству, - вновь приказал мужчина. Спустя минуту Совон уже шла по коридору перед Ин Хо. Ей, на удивление, позволили идти сразу за Ки Хуном, Сон даже не одарил её вопросительным взглядом, просто принял положение. Может, такое построение и к лучшему. Сначала управляющий, следом – Ки Хун, этого управляющего держащий на прицеле, затем шла Совон, кажется, главный стрелок, после – Ин Хо, Чжон Бэ, Дэ Хо, Тэян, 246, 120 и остальные. 243 махнул рукой знакомым 007 и 049, после чего скрылся в дверном проёме. - Таким построением идти – самоубийство. Нужно будет разделиться, Ки Хун… - тихо произнесла Кан, глядя по сторонам и уверенно идя вперёд с оружием наготове, - Погоди, у тебя вообще какой-то план есть кроме пункта «любой ценой пробраться в зону администрации»? Может, стоило хотя бы с другими посовещаться, например, с теми, кто уже бывал на каких-никаких операциях, связанных с захватом цели при вооружённых силах? Молодец, заложника ты взял, а дальше что? Просто будешь идти, куда он скажет? А приведёт в западню – что делать будешь? Прощения у всех просить и грехи отмаливать? - Тише, - шикнул Ки Хун, и ледяные замечания Совон перестали литься наружу. Она не стала возражать и насильно пытаться образумить 456. Нет, решила, что, может, то и к лучшему, что он не так хорош. Голос куклы уже не первый раз повторял указание игрокам вернуться в общежитие и приготовиться ко сну, когда они вышли к лестницам. Совон смотрела по сторонам одними глазами, изредка поворачивая голову. Она всё ждала, когда же на них нападут. Хотелось битвы, крови, страха. В её руках оружие, вокруг неё идут люди, но ни одного из них она не может сейчас пристрелить. Это сильно искушало. Два волка пробрались в стадо, но не могли пустить в ход клыки. - Как думаете, во сне мы тоже будем слышать этот голос? – желая разрядить обстановку, спросил Чжон Бэ. - Почему только слышать? Ещё и глаза этой куклы видеть будем, - продолжил Тэян, и они переглянулись, обмениваясь нервными улыбками. Услышав данные комментарии, Ки Хун, не сдержавшись, поднял вверх пистолет, совершил два выстрела в динамики, а после Совон заметила справа движение. Её заветное желание осуществилось. Под крик Сона «пригнитесь!» она резко села, прижимаясь в бетонным перилам, задумавшись, не пробьёт ли их очередь. Не пробила. Пули врезались в стену, летели сверху, мимо. Одна пуля попала в перила напротив, и Кан принялась считать. Не просто же ей сидеть и ждать, пока магазины кончатся? Лучше рассчитать, где находятся охранники. - Справа впереди! – сообщил Ки Хун. - Прикройте меня! Прикройте! – попросила 120, засуетившись. Совон закрыла глаза и вслушалась в очередь. С лёгким колыханием воздуха мимо прошла, пригнувшись, Ён Чжу. Секунда. Кан понадобилась всего лишь ещё одна секунда, после чего она повернулась, высунулась и тремя точными выстрелами за раз положила всех, с неимоверной скоростью прицелившись и повернув дуло от одного человека к другому. Совон спокойно поднялась и оглянулась, стоило звукам стихнуть. 120 добралась до балкончика, удобной позиции, но не успела самостоятельно поразить цель. Кан слишком быстрая. Кто-то замер, глядя на неё с непониманием и лёгким страхом. Она ведь даже не видела солдат, сразу стреляла. Да ещё и с первой попытки попала. Много вопросов, но ответ один: наёмный убийца с большим стажем. Вернее, не столько большим, - а составлял он в сумме лишь лет двенадцать, если не учитывать годы, проведённые в тюрьме, - сколько насыщенным. - Все целы? – спросил Ки Хун, осматривая всех. Его единственного не впечатляла данная фигура. Никто не жаловался, - Тогда продолжаем. Даже заложник окинул девушку внимательным и непонимающим взглядом, что в голову Совон закрались сомнения. Да, может, он и знал её, видел по новостям лицо, сопоставил сейчас. Да и навыками такими мало кто похвастаться может. Но что-то в этом взгляде выдавало вопрос. Будто он был удивлён, что девушка стреляла по людям в костюмах. Неужели он знает, что её вообще-то их Ведущий к себе в команду хочет? Эта информация настолько не секретная? Или слухи ходят? Тогда он, вероятно, думал, что девушка будет на их стороне и не станет особо вмешиваться, идти против своих же. Но не только это… Совон чуяла подвох. Ин Хо неотрывно следил за каждым движением Совон. Да, пожалуй, сейчас она на собеседовании. На повторном собеседовании, по итогам которого он, вероятно, в очередной раз удостоверится в правильности выбора. Работа. Кан сейчас, считай что, на работе. Правда, не особо оплачиваемой, однако неужели деньги могут сравниться с этим удовольствием, которое она испытала, когда верно всё просчитала и показала, на что способна? Деньги, по правде говоря, перестали быть приоритетом после гибели её матери. Совон готова была жить в бедности, лишь бы не было, о ком заботиться. Ей, действительно, медицина могла понадобиться, но кто пустит в поликлинику или больницу беглую преступницу? Только если она заминирует здание, и то тогда будет риск, что за ней приедут. Нет, ей было исключительно приятно ощущать силу, иметь власть. На душе становилось легко. Даже если она умрёт, она умрёт без сожалений, потому что в последние моменты будет отнимать чьи-то жизни. Да и пуля… Девушка всегда хотела умереть от пулевого ранения. Не в голову, нет. Медленно истекать кровью, прощаться с жизнью, ощущать, как тело разрывается на части, постепенно погружаться во тьму. Совон хотела умереть так. Сражаясь с кем-то достойным. Ин Хо не задавал вопросов, как Кан так быстро вычислила расположение солдат, даже не взглянув на них, но это было видно по его задумчивому взгляду. Хотя, он всегда был задумчивым. Может, Совон неверно интерпретировала его, и на самом деле Хван сейчас размышляет об ином, о том, куда они идут и о предателе-заложнике. Они всё шли, 120 уничтожала камеры, управляющий указывал путь. По лицу Ин Хо нельзя было понять, верно ли они идут, поэтому Совон просто запоминала дорогу, держала пулемёт наготове и доверчиво шла следом. Они всё подбирались к тому коридору, тому самому коридору, события в котором должны были стать роковыми, сами того не зная. - Сколько нам ещё идти? - Ки Хун дёрнул капюшон работника, останавливая его. Он сказал это так, будто в конце их ждало целое состояние, а Сон – разбойник. Управляющий испуганно затормозил, выпучил глазки, - Ты действительно нас туда ведёшь? Парень смотрел вниз, избегая сурового взгляда Ки Хуна и дула револьвера. Боялся, что ему не поверят и пристрелят на месте. Что сомнения начнут закрадываться в их головы, и придёт конец. А также как же он отхватит от Ведущего, если от парня что-то останется. Хотя, может, на то и был его расчёт, что кресты захватят власть, и это с рук сойдёт управляющему? Напрасно. Как же порой непонятны Совон были люди. Глядя в упор на парня, она видела в его глазах лишь испуг. Так зачем? Зачем он предаёт работодателя, вероятно, выручившего в момент, когда опускались руки? Зачем отдаёт предпочтение быть утыканным в голову револьвером, а после возможного окончания присесть в тюрьму за все грехи, а не тому, чтобы, сохранив честь, погибнуть? Он же сам стрелял в людей, зачем подставляет себя? Убийцы, травмированные люди, ступившие на называемую людьми неверную дорожку, должны держаться вместе – так думала Совон. Они – как одна община. Нет, этот парень – не настоящий преступник. - Вон там, за углом, - он указал рукой в сторону поворота, трясясь, - Вы найдёте вход в зону администрации. Выше – контрольный центр. Отчего он трясся? Уже предвидел свою судьбу, знал, какая участь его ждёт, и боялся рока? Тогда почему не отказался снимать маску и не получил пулю в лоб? - Продолжай, - дёрнул его Ки Хун. - Стойте, - прошептал управляющий и потянулся к карману. Совон так была заинтересована его мотивами и тем, насколько же сильно он их предаст, что даже пулемёт в его сторону не направила. Как и Ин Хо. Он замер, надеясь, что хоть ключ он им не даст. - Что ты делаешь? – спросил Сон, потянувшись вниз и перехватив его руку. - Нужна маска, чтобы войти, - он впервые за долгое время посмотрел Ки Хуну в глаза, взгляд перестал так метаться, пока он пытался убедить Сона в безопасности своих намерений. Нет, он всё же выдал всё. Ин Хо испепелял управляющего взглядом. Парень решил окинуть крестиков взглядом и застыл на 001. Всё тот же страх и непонимание, что и с Совон, но в ещё большей степени, ведь, если девушка не вкладывала в выражение лица никаких эмоций, то Хван был зол. Кан повернула голову, чтобы застать это выражение. Один взгляд Ин Хо говорил: «Уволен». Скольких он уже расстрелял таким образом, сколькие подставили лицо. А этот. Он не просто забыл о конфиденциальности. Он провёл врага в самое сердце. За это бы не просто убить – пытать надо. Только времени нет и особых фанатиков, да и ресурсы тратить на подобное – деньги на ветер. Только если публично не пытать. Как, например, он вывешивал повешенных работников три года назад на всеобщее обозрение. А затем выстрел. И парня уже нет.