Часть 1

Предисловие. Война — это самое страшное, что может случиться в мире. Это то, что разрушает человеческие ценности, построенные на принципах любви и добра. Война разрушает семьи, делая врагами родителей и детей, братьев и сестер. Война учит только злым поступкам, которые основаны лишь на эгоизме человека, пытающегося выжить любой ценой. Корыстные цели преобладают над нравственными ценностями, в результате чего все общество постепенно превращается в диких животных. Люди умирают, остаются на всю жизнь калеками, теряют родных и близких. Война никогда не сделает жизнь человека прежней. Глава 1.       Сотрудница отдела магического правопорядка шла к себе в кабинет. Громко стуча каблуками по полу и одновременно листая документацию, которую ей дал начальник. Её отношение к Министерству Магии было неоднозначным и окрашено несколькими фактами: некоторые её коллеги имели укоренившиеся анти-магловские убеждения и плюс к тому же, она не очень любила свой дом и рабочее место. Женщина осуждала своих коллег, ведь её отец был магл, а про первую любовь даже вспоминать страшно. Зайдя в кабинет и кинув документы на рабочий стол, она подошла к зеркалу. В отражении появилась женщина, средних лет. Волосы были собраны в тугой узел, тонкие, светлые брови изогнуты выразительной дугой, у губ был странно стянутый вид, наверное, из-за её привычки поджимать их при раздражении. Убрав несколько прядок с лица, она тяжело вздохнула: «Еще немного, Минерва, и вы точно станете похожи на старую вешалку». Минерва Макгонагалл за год работы стала самым ценным и талантливым сотрудником, которого очень часто поддерживал босс, Элфистоун Урхрат. Не смотря на должность и жизнь в Лондоне, она все равно скучала по Шотландии и где-то глубоко в подсознание мечтала бросить всё и приехать обратно. Но этого сделать не давала Минерве, её гордость. Она знала, что вернувшись в родительский дом, её воспоминания возьмут над разумом вверх. Тем более она сильно боялась встречи с Дугалом Макгрегором. Сын местного фермера, который жил неподалеку от дома Минервы. Он был красивым, умным и обаятельным. Это был первый и единственный раз, когда она могла сказать, что потеряла голову. Они любили друг друга, Дугал даже сделал предложение Минерве, и та сразу же согласилась, не думая о последствиях. Она помнила каждую мелочь, как будто это было вчера. Сев в кресло и закрыв глаза, она стала погружаться в воспоминания. Минерва вернулась домой, намереваясь рассказать о её помолвке родителям, однако в итоге оказалась не в состоянии сделать это. Всю ту ночь она не сомкнула глаз, думая о своем будущем. Дугал не знал, кем была Минерва на самом деле, так же как и её отец, который не узнал правды от матери до тех пор, пока они не поженились. Минерва ясно представляла каким бы был их брак, если бы она вышла замуж за Дугала. Это был бы конец всем её стремлениям, это означало волшебную палочку, запертую в коробке, и детей, лгущих родному отцу. На следующее утро, Минерва выскользнула из родительского дома и направилась к Дугалу, чтобы сообщить ему, что она изменила свое решение и не может выйти за него замуж. Помня о том, что если она нарушит Статус о Секретности, то потеряет работу в Министерстве и пока она шла на ферму, думала, как не ляпнуть ничего лишнего. Солнце уже вышло из-за горизонта и осветило ферму Макрегоров. Дугал стоял с отцом, о чем-то мило беседуя. Подойдя поближе, девушка окликнула юношу. Заметя свою возлюбленную, парень побежал к ней со всех ног. Выглядел он жизнерадостным, его улыбка всегда сводила её с ума, но только не сегодня. Подбежав к ней, Дугал обнял Минерву и страстно поцеловал её в губы. Отпрянув от его объятий, она уже хотела ему всё сказать, как он её перебил. — Ты родителям уже сказала? — уже начал он. — Я уже со всеми договорился, священника надо только найти, ну это не проблема. — Дугал! — перебила наконец-то его Минерва. — Я пришла сказать, что я не выйду за тебя замуж. — Ну ты и смешная у меня, — протянул он и улыбнулся своей прекрасной улыбкой, пытаясь обнять девушку. Макгонагалл грубо оттолкнула его и твердо произнесла: — Никакой свадьбы! — Но почему? — недоуменно начал спрашивать Дугал, — что произошло за ночь? Минерва не могла выдавить из себя ни слова. Её светло-зеленые глаза наполнились слезами. Внутри всё жгло от боли, она чувствовала себя стервой, которая так бездушно и цинично растаптывает чувства Дугала. — Я не люблю тебя и пожалуйста, давай без вопросов… — Что? А вчера ты говорила иначе… — Дугал, мой милый Дугал, — прошептала Минерва, обхватив ладонями его лицо, — ты найдешь своё счастье, мы просто не подходим друг другу. Юноша поменялся в лице, его голубые глаза сверкнули ненавистью, убрав её руки с лица, он отчетливо произнес: — Да пошла ты! Резко развернувшись, он направился к себе домой. Минерва ждала, что он напоследок взглянет на неё, но нет, он так и скрылся за дверью своего ветхого дома. А через три дня она собрала вещи и уехала в Лондон.       Открыв глаза и достав носовой платок, она промокнула мокроту с них. Воспоминания обо всём этом не давали ей покоя даже на работе. «Интересно, как он там? Нашёл ли жену?» — всё равно думала Минерва. Она сталась чаще задерживаться на работе, чтобы просто приходить домой и ложиться спать. Самым страшным для неё это были выходные, особенно их вечера. Днем она еще находила, чем себя занять, например прогулкой по Лондону, ей нравилось наблюдать за маглами и их семьями. Но вечером и ночью, Минерва ощущала себя одинокой, чувствовала пустоту внутри себя и даже представить себе не могла, что скоро её жизнь заиграет разноцветными красками.       Проработав еще полгода на Министерство, Минерва стала задумываться: «А что дальше?». Как ни странно, но она была удивлена, что в один из дней её работы к ней в кабинет постучал Элфинстоун Урхарт. Женщина догадывалась, что её начальник к ней неровно дышит, но она всё гнала эти догадки прочь. Он был с ней ласков и учтив, но, к сожалению, Минерва была однолюбкой и никак себя не могла заставить посмотреть на Урхарта, как на мужчину. Он всегда был и остается её начальником. — Ну что, Минерва, это перспективное повышение для тебя. Соглашайся, — не отставал от неё Урхарт. — Даже и не знаю Элфинстоун. У нас есть сотрудники, которые работают здесь больше чем я и опыта за плечами у них больше. Может предложить кому-нибудь из них? — увиливая от ответа, произнесла Макгонагалл. — К чему ты клонишь? Ты хочешь всю жизнь провозиться с бумажками? — Нет, что Вы! Я чувствую, что я… — Что? — Не готова сейчас дать Вам ответ, мистер Урхарт, — резко выпалила женщина. Мужчина изумлено посмотрел на неё, но не стал больше давить с этим предложением, только выходя из кабинета, он добавил: — Приди хотя бы на собрание, ладно? А то по моим догадкам, ты никогда не отдыхаешь. — Я постараюсь, — тихо сказала Минерва, не подавая виду, что она забыла про этот чертов прием. «Какой кошмар! Как я могла забыть про собрание? А я уже запланировала вечер, что приду домой и буду смотреть магловскую передачу…» — чертыхнулась про себя Макгонагалл. Недолго думая она решила тихонько и незаметно выйти с работы и не заглядывать на это собрание. «Они под огненным виски и не заметят, что я не пришла», — довольно заулыбалась Минерва. Она не любила такие собрание, ей было легче посидеть в одиночестве дома перед телевизором и выпить огненного виски, чем общаться с мало знакомыми людьми и обсуждать политику в волшебном мире. Быстро собрав свои вещи, Минерва аккуратно вышла из кабинета. Стараясь не стучать каблуками, она бежала к выходу на носочках. Несколько раз оглянувшись назад, Макгонагалл убедилась, что никого нет. Но в какой-то момент, она неожиданно для самой себя сталкивается с мужчиной. Минерва не заметила его впереди и когда она торопливо хотела убежать с работы столкнулась с мистером, которого даже и не сразу узнала. Это был её профессор Альбус Дамблдор. Он ни капельки не изменился, та же седая борода и та же мантия. Только возле уголков глаз появились маленькие морщинки. Альбус улыбнулся и произнес: — Собрание наверху, Минерва, — поднимая её сумочку с пола, сказал Дамблдор. — Профессор не ожидала Вас здесь сегодня увидеть, — смущенно ответила женщина. — Мы давно не в школе, называй меня Альбус, я тебя прошу. — Да, хорошо. Рада была с вами повидаться Альбус, но мне пора, — затараторила она. Минерва уже хотела убежать, но мужская рука Дамлдора схватила её за локоть. Он не громко сказал: — Я тебя не видел тысячу лет, может всё-таки пропустим по стаканчику огненного виски? — С радостью, но… — Обещаю про политику волшебников ни слова, — с усмешкой произнес он. Макгонагалл задумалась: «И в правду. Что я теряю? Ну не посмотрю я магловскую передачу, зато проведу вечер с интересным собеседником». Минерва уважала Альбуса Дамблдора, от него веяло лояльностью и мудростью. Она помнила, как проходили с ним уроки трансфигурации, он был всегда сдержан и когда у юной волшебницы что-то не получалось, он спокойно просил повторить снова. Пока она вспоминала свои школьные годы, молчание затянулось. — Минерва, с тобой всё хорошо? — Да Альбус, нам на 5 уровень.       Как она и думала, собрание было уже в разгаре. Это был большой и просторный кабинет. Тут специально ставили много маленьких столиков, как бы намекая, что весь собравшийся народ сам найдет клуб по интересам. Минерва уже думала, что зря она согласилась на эту авантюру, как к ним направился мистер Урхарт с возгласом: — Альбус, Минерва. Я уже думал Вас здесь не увидеть, — неся в двух руках стаканы с виски. Женщина не сразу взяла стакан, предназначавшийся ей, но по мимике Дамблдора она поняла, что лучше взять. — Я задержался в Хогвартсе, а по пути сюда встретил Минерву, — спокойно ответил Альбус. Его голос звучал так монотонно, что Макгонагалл вспомнила, как чуть не уснула на его лекции. Нет, он рассказывал всё интересно, но голос вводил в транс еще тогда, когда она училась. Она сделала глоток огненного напитка и сразу почувствовала, как сначала обожгло её губы, рот, горло, а потом уже внутри распространился жар. Минерва очень редко баловалась такими напитками, но сегодня она хотела изрядно выпить.       Вы, наверное, заметили её странное настроение, то она хотела домой смотреть передачу, совсем ей ненужную, а теперь она на собрании и хотела выпить. Её настроение стало скакать из-за утреннего письма, которое получила от брата в Министерстве. Она была ошарашена письмом, так как Малькольм никогда не беспокоил на работе. Он знала, что по пустякам сестру лучше не трогать. В голову Минерве стали лезть дурные мысли: «Вдруг что-то случилось с ним или с Робертом?» Не став долго себя мучить, она открыла его, как вошла в кабинет. Глаза быстро начали читать строчку, за строчкой и тут женщина издала вырывающийся изнутри неё крик боли и отчаянья. Пытаясь заглушить крик, она прижала свою ладонь ко рту. Присев за рабочий стол, и немного успокоившись, она еще раз прочитала письмо: «Моя дорогая сестра. Надо было написать раньше, но я никак не решался. Ты, наверное, думаешь, что мы с родителями ничего не видели, что между вами с Дугалом было. И почему ты так стремительно уехала в Лондон. Минерва, Макгрегор младший женился. Знаю, какой для тебя это удар, но постарайся принять всю ситуацию мудро. Я люблю тебя. P.S. Если будет тяжело, ты знаешь, родительский дом для тебя всегда открыт». Вспомнив о письме, она поморщилась и залпом опустошила стакан с огненным виски. Дамблдор и Урхарт посмотрели на неё с удивлением. Минерва уже хотела ответить удивленным мужчинам, как её опередил Дамблдор: — Сильно тяжелый день? — Очень, — произнесла Макгонагалл и направилась за добавкой. Мужчины переглянулись и Альбус добавил: — Я за ней прослежу Урхарт, всё будет нормально. Иди к гостям. Элфинстоун не стал спорить со своим старым знакомым и послушно пошел к гостям, которые судорожно что-то обсуждали. Дамблдор еле как догнал Минерву, она уже успела опустошить второй стакан. Она просто алкоголем хотела стереть воспоминания о том роковом письме. — Объяснишь, что с тобой происходит? — недоумевая спросил Альбус. — Не здесь, — тихо произнесла она, — нас могут подслушать, а я не хочу, чтобы меня считали слабой. Дамблдор не придумал ничего лучше, как предложить продолжить у неё в кабинете. Минерве эта идея понравилась сразу, не думая ни о чем и взяв бутылку, они направились в её кабинет. Идя по длинным коридорам, они пили виски из горла и рассказывали смешные истории, которые приключились с ними за всё это время. Минерва и Альбус не виделись с того момента, как Макгонагалл окончила Хогвартс. «Все-таки странно видеть его в таком состоянии», — думала женщина. Но в какой-то момент она расслабилась и поддалась этому пьяному безумию. Они как мешки ввалились в кабинет, громко смеясь и снося всё на своём пути. После истерического смеха, наступило молчание, оно продлилось недолго. Альбус потрогал себя за бороду и сказал: — Так что с тобой происходит? Не ожидая вопроса в лоб, Минерва впала в ступор, только мысли хаотично сменялись одна за другой: «Стоит ли ему рассказывать? Что она, будучи взрослой женщиной, убивается по какому-то магловскому мальчишке». Несколько минут раздумий, и она решилась рассказать всю правду, тем более ей было нужно кому-то выговориться. Она выложила всё, с такими эмоциями, что Альбус всё это время сидел с удивленным взглядом. Выговорив всю свою боль, Минерва заплакала и бросилась в объятия Дамблдора. Сам Альбус был в растерянности и не знал, как успокоить истерику женщины. Обнимая её в ответ, он шептал что-то наподобие: «Тише, тише». Минерва не могла разобрать его слов, так как её всхлипы были громкими. Если бы кто-то проходил по коридору возле ее кабинета, то подумали бы, что у Макгонагалл случилась самая страшная трагедия, которую очень сложно пережить. Она почувствовала руку Альбуса у себя на голове. Его рука медленно скользила по ее мантии. Ещё немного и она бы замурчала, как домашняя кошка. Минерва закрыла глаза, ей так давно не хватало мужского плеча. Она вдохнула запах Альбуса. Он пах старым пергаментом и лимонными дольками. Чем чаще она вдыхала его аромат, тем быстрее погружалась в непонятную для неё эйфорию. —Всё будет хорошо Минерва, главное верить, — шептал ей Альбус на ушко. Медленно отпрянув с его объятий, она внимательно посмотрела на него. Его глаза были полны переживаний, и в какой-то момент между ними проскочила искра. Минерва сама не поняла, как их лица оказались совсем рядом. Она почувствовала, как его дыхание участилось, и как внимательно Альбус смотрел в её глаза. Ещё пару мгновений и они уже слились в страстном поцелуе. Внутри неё образовалась буря эмоций, которые конфликтовали между собой. Минерва понимала головой, что этот поцелуй ничем хорошим не закончится, но она столько лет была одна, что отключила свою голову и дала волю своим эмоциям и чувствам. Всё случилось очень быстро, мантия Макгонагалл была уже на полу и она нагая стояла перед Альбусом. Он, как и она, не обронил ни слова, они медленно и страстно наслаждались друг другом. Каждый сантиметр ее тела он покрывал горячими поцелуями, от этих прикосновений у Минервы закипала кровь. Дамблдор был хорошим любовником, и она это прекрасно знала из-за слухов, которые ходили в Хогвартсе. Она не стала гонять мысли по посту и решила отдаться этому соблазну и прыгнула в омут с головой.       Роман Минервы и Альбуса начался спонтанно, они сами от себя не ожидали, что их притянет друг другу. Днём вели себя как лучшие друзья, а ночью были страстными любовниками. Минерва не могла поверить во всё происходящее, но ей нравилось всё то, что происходило между ними. Альбус и Минерва встречались тайно, они не хотели, чтобы слухи ходили по Министерству и Хогвартсу. В один из вечеров, они лежали в спальне Минервы, она лежала с закрытыми глазами и слушала, как Альбус читает вслух сказки Барда Бидля. — Тебе не интересно, Минерва? — спокойно спросил Альбус. — Слышала эти сказки очень много раз, — с усмешкой произнесла она. — Хотел поговорить с тобой, — начал Дамблдор. — О чем? — Нам нужно заканчивать всё это, не приведёт наш роман ни к чему хорошему. После этой фразы Минерва резко открыла глаза. Она давно думала над этим. Чем дольше они встречались, тем крепче она привязывалась к нему. Женщина не хотела быть эмоционально зависимой от мужчины, тем более она не любила его, как и Дамблдор её. Они оба прекрасно понимали, что их роман это просто наваждение и мимолетная слабость. — Ты прав Альбус, больше так продолжаться не может, — холодно ответила ему Минерва. — Я рад, что ты всё восприняла без истерик, — медленно вставая с кровати, произнес мужчина. Дамблдор стал собираться, надел на себя мантию и без лишних слов, вышел из спальни. Минерва ещё полчаса лежала молча и не понимала, что делать дальше. Стереть роман с памяти она не хотела — это было самое лучшее, что происходило с ней за последний год, но и делать его культовым моментом в своей жизни она не собиралась. С такими мыслями, она стала засыпать.       После последней встречи с Альбусом Дамблдором прошло несколько недель. Минерва спокойно сидела в своём кабинете и рассматривала разную документацию. Неожиданно в оконную раму постучали, оглянувшись, она увидела сову. Эта сова принадлежала Дамблдору. «Что он на этот раз задумал?» — подумала про себя Минерва. Впустив сову в кабинет, она взяла письмо из клюва. Открыв его, начала читать: «Приветствую Вас, Минерва Макгонагалл. Вас беспокоит директор Хогвартса, Альбус Дамблдор. Смею Вам предложить должность профессора трансфигурации, надеюсь, Вы с удовольствием согласитесь на эту должность. С Уважением А.Д.» Минерва была ошарашена таким предложением, когда она заканчивала Хогвартс, ей безумно хотелось стать профессором. Но жизнь распорядилась иначе, а сейчас её мечта могла сбыться. Недолго думая, она взяла пергамент и стала писать ответное письмо. Минерва приняла это предложение с большим удовольствием. Написав письмо, она отправила сову обратно к её владельцу. Минерва стала предвкушать новый виток в своей жизни.       Ей пришлось попотеть над увольнением в Министерстве. Мистер Урхрат не хотел отпускать Макгонагалл в Хогвартс, но после долгих уговоров, он всё-таки подписал ей это заявление. Уставшая придя домой, она осознала, что скоро она будет жить в Хогвартсе и дышать свежим воздухом, который ей был так необходим. Теперь у неё появился новый смысл жизни и это не работа профессором в Хогвартсе, а нечто большее, которое иногда даже пугало саму женщину. Минерва долго не могла поверить в то, что в её организме зародилась новая жизнь. Да, Макгонагалл была беременна, сроком уже в пять недель. Узнала это она случайно, когда решила навестить свою старую знакомую в Мунго. Это был обычный день, как на тот момент думала Минерва. В последнее время она стала набирать вес, женщине это показалось очень странным, так как в её семье никто не поправлялся так стремительно. Поэтому она отправила сову в Мунго, написав в письме, что хочет просто навестить подругу и пройти обследование. Грубо говоря, убить двух зайцев одновременно. Когда она услышала слова, к которым изначально была не готова, Минерва расплакалась. Не от горя, а от счастья. В далеком прошлом она мечтала родить ребёнка от Дугала, но сейчас ей судьба предоставила другой путь и другого мужчину. Минерва не решалась написать об этом Альбусу, она знала, что такую новость лучше сказать в лицо, а не отправлять сову. Тем более в скором времени она окажется в Хогвартсе и сможет поговорить с Дамблдором с глазу на глаз. — Так ты беременна, — спокойно произнёс Альбус. В кабинете была гробовая тишина. Дамблдор пододвинул вазу с лимонными дольками и горячий чай. Минерва не смогла отказаться от чая, так как во рту у неё все пересохло. Отпив ароматный напиток, Минерва подняла глаза на Альбуса и застыла в ожидании продолжения. — Мой ответ наверно поразит тебя, ребёнку быть, но... — Что, но? — спросила обеспокоено Макгонагалл. — Мы должны сохранить нашу тайну, никто не должен знать о ребёнке. — Но почему Альбус?! — Мы с тобой станем уязвимы, и Волан-де-Морту это будет на руку. Услышав это имя, у нее побежали мурашки по всему телу. «Неужели то, что она читала в ежедневном пророке это правда! Что всё-таки войну не избежать…» — невесело подумала про себя она. — Но как нам быть? — занервничала Минерва. — Ты поедешь к себе в Шотландию, а дальше я решу, как нам быть. Макгонагалл не хотела спорить с отцом будущего ребёнка, но другого выхода не было. Она должна была спокойно родить в Шотландии и оставить малыша на брата, так как после родов ей нужно было вернуться в Хогвартс, чтобы никто ничего не заподозрил. Минерва знала, что брат ей не откажет и первым же поездом отправилась в родительский дом.       Минерва Макгонагалл молча наблюдала за своим домом издалека. В голову опять лезли воспоминания из детства и юности. Как же было хорошо в то время, никаких забот и взрослой жизни. Только мама, папа, ты и младшие братья, которые иногда по-дружески дергали тебя за косу. Только родителей нет в живых, уже как полгода. Папу настигла болезнь, которую в магловском мире называют корью. Отец сгорел стремительно, а мама, видя как ему плохо, страдала вместе с ним. Можно сказать, что родители Макгонагалл умерли в один день. После смерти отца, мать через сутки навсегда ушла к Морфею вслед за папой. Вытерев слёзы со своих щёк, она медленно зашла за изгородь, усыпанную оранжево-желтыми лилиями. На пороге её встретил Малькольм, средний сын Макгонагаллов. Минерва за весь день не могла на него наглядеться, он сильно был похож на отца. Высокий, широкие плечи и загар. Загар настоящего трудяги на земле. Средний брат был полукровкой, но не разделял интерес к волшебству как Минерва. Он учился в самой обычной школе в Шотландии и был безумно этому рад. С детства его привлекала фермерская жизнь, а не взмахи волшебной палочкой. Малькольм сразу заметил, что с сестрой что-то не так, выглядела она уставшей и замученной. Сквозь улыбку Минерва произнесла: — Не так-то просто вынашивать ребёнка. И тут начался долгий рассказ Минервы, Малькольм внимательно слушал историю и никак не мог понять, что хочет от него сестра. — Малькольм, я хочу, чтобы ты стал опекуном моего ребёнка, — наконец подвела черту Минерва. По брату стало видно, что он растерялся и не знал, что и ответить. — Не бойся, дорогой! Мы с Альбусом будем всегда рядом, нам нужно только твоё согласие. — Зачем все эти сложности? — выдавил из себя Малькольм. — Учился бы ты в Хогвартсе, понял. А так, тебе лучше не знать. Ну так что? Ты согласен? Малькольм посмотрел в глаза своей беременной сестры, сделал глубокий вдох и тихо произнёс: — Согласен.       Беременность у Минервы проходила сложно. Постоянный токсикоз не давал ей покоя. Живот был с размером, как будто она проглотила магловский арбуз. Благо с ней рядом находился её брат, который помогал ей во всем. Альбус тоже заезжал в Шотландию, чтобы проверить, как чувствует себя будущая мать, но это было недолгим мгновением. Дамблдор пытался совместить работу и будущего ребенка, но это у него плохо получалось. Он пытался остановить Тома Ридлла, пока это было возможным. Минерва это всё прекрасно понимала и не обижалась на него, главное, что ребенок был в безопасности.       Зима была холодной. Минерва сидела на кресле и читала отцовские книги. Несмотря на мороз, Малькольм колол дрова, чтобы растопить дом. Как бы его Минерва не уговаривала воспользоваться волшебством, брат отказывался. Когда она прочитала последнюю страницу учебника, как резко потянул низ живота. Она не обратила на это внимание, думая, что это ложный вызов, пока в спальню не зашел брат. — С тобой всё хорошо? Выглядишь неважно, — с беспокойством спросил Малькольм. Минерва сделала вид, что всё хорошо, но ребенок, который был внутри неё, показал обратное. Женщина закряхтела, пытаясь не напугать младшего брата своим криком. — Что, началось? — переспросил её брат. — Да, — тихо ответила Минерва. С этого момента начались самые страшные муки в жизни Минервы. Она ругала всё и вся. Ругала Дамблдора за их роман, ругала себя, за то, что прыгнула в омут с головой и не подумала о последствиях. Малькольм старался абстрагироваться и молча делать своё дело. Минерва рвала и метала и просила вытащить ребенка, но на помощь приходили слова брата: — Тужься дорогая, тужься… Через некоторое мгновение послышался крик. Крик ребенка. Минерва с улыбкой выдохнула и спросила: — Кто? Брат с дрожащим голосом произнес: — Девочка, как назовешь? Минерва давно думала над именами и сходу произнесла: — Ребекка Макгонагалл-Дамблдор…       Ребекка Макгонагалл родилась 9 января 1970 года. В тот день была сильная метель, но когда в родовом поместье раздался плачь ребёнка, погода резко изменилась. Ветер медленно разогнал облака, и на ночном небе показалась полная Луна. Малькольм даже испугался такой переменчивой погоде, боясь, что его саженцы деревьев к весне не приживутся. Минерва успокоила его, сказав, что такое бывает, когда на свет появляется сильный волшебник. Брат с недоверием посмотрел на сестру, но не стал с ней спорить, сейчас ей нужен был покой. Он молча вышел из дома и закурил. Малькольм всё гонял в голове мысли, он боялся таких перемен в своей жизни. Особенно воспитывать девочку и выдавать её за свою же дочь. Малькольм не понимал к чему эти тайны, но и сестру донимать с этими вопросами он не хотел. Минерва родила крепкую и здоровую девочку, которая спустя каких-то полгода уже яро показывала свою самостоятельность. Естественно, Минерве пришлось уехать в Хогвартс, и все хлопоты достались её младшему брату. Малькольм души не чаял в Ребекке и все эти хлопоты были ему только в радость. Он с удовольствием совмещал свою работу в поместье и уход за ребенком.       Когда девочке минуло пять лет, она уже вовсю помогала своему дядюшке по хозяйству. Ребекка знала, что у неё есть мама и папа, которые сильно её любят, но она не понимала, почему же они не берут её с собой. Мама обещала всё рассказать позже, а папа настолько редко приезжал, что Ребекка при виде его забывала про свой вопрос и тащила Альбуса в свою комнату показывать свои новые игрушки. У девочки были и обязанности по дому. В свои пять лет она должна была ухаживать за домашними питомцами и помогать дядюшке с огородом. Малькольм считал, что если девочку с малых лет приучать к трудолюбию, то она вырастит порядочной, а не сбалмошной девчонкой. Всё у них шло хорошо, пока Ребекка не стала замечать за собой странности. Она была очень сообразительным ребёнком и, будучи в таком юном возрасте, стала наблюдать за собой. Ребекка замечала, что когда она грустит, ливень льёт только над их поместьем, когда её смешит дядя Малькольм, в саду от её смеха лопаются бутоны цветов, когда злиться, ветер сильно начинает завывать, поднимая песок, и чуть ли не устраивает песчаную бурю посреди Шотландии. Малькольм не хотел брать ответственность и ждал Минерву для рассказа о волшебном мире. Но сестра долго не приезжала, а у Ребекки заканчивалось терпение с каждым днём. — Да не знаю я! — крикнул дядя своей племяннице. — Давай подождём твою мать, прошу. Девочка молча смотрела и сверлила дядю взглядом. От этого взгляда Малькольму всегда становилось плохо, и он быстро давал Ребекке все, что она просила, но сейчас он был непоколебим. — И не пытайся, — произнес он, проведя рукой по её голове. — Ну почему? — резко начала возражать девочка. — Я вправе узнать, что со мной происходит! У дяди округлились глаза. «В её возрасте я и думать не мог о самонаблюдении, а эта девчонка далеко пойдёт. Вся в мать, хотя нет, лучше», — подумал про себя Малькольм. Он глубоко выдохнул, присел на корточки, чтобы увидеть прекрасные светло-зеленые глаза Ребекки и произнёс: — Ты то в праве всё узнать, это я не могу рассказать тебе всего. Ты не дуйся на меня, Бекки, — и ласково чмокнул девочку в нос. Ребекка поморщилась, не любила она эти телячьи нежности! Косо посмотрев на дядю, она решила сама во всем разобраться.