Глава 11 Человек

Нормальный вампир не будет пить кровь из пакета. Нормальный вампир не будет пить не то что кровь крыс, но и других животных, вкушая кровь смертных на своей территории. Но может ли быть нормальным кровавый маг, что жаждет положения старейшины, являясь не более чем Анциллом двузначного поколения? Он знал достаточно, чтобы стать регентом капеллы! Не только потому, что умён, но и потому, что глушил разную кровь в промышленных масштабах. Для всех его главным проектом были формы консервации крови, но вряд ли кто-то знал, что это лишь побочные результаты куда более масштабного исследования, для которого Николай собрал впечатляющую коллекцию дисциплин, освоил различные пути кровавой магии и десятки ритуалов, всё ради того, чтобы разбить оковы высокого поколения и спуститься поближе к их прародителю. А дальше — медленно стать настоящим старейшиной, обрасти уже нормальными связями и нацелиться ещё куда-то повыше. Выйдя навстречу смертному в махровом халате, Николай заглянул ему в глаза, собирая некоторую базовую информацию об этом человеке. Никаких сокровенных тайн, лишь тот минимум, что мёртвый аристократ игнорировал, живя в доме смертного. На простом деревянном стуле сидел мужчина лет сорока, с оголенным пивным животом, над которым задралась рыжая рубашка. Толстяк выглядел уставшим, сжимая в руках пивной бокал. — Явился-таки, негодник, — мужчина сурово посмотрел на Николая. — Вот скажи, стоило оно того? Я понимаю, любовь, юность, все дела. Но стоило пробираться ночью в больницу к своей? Пойми, я чуть со стыда не сгорел, когда милиционеры отчитывали за твою выходку. Вот стоило оно того? — Дядя Миша, я должен был это сделать, — Николай сдержал свои эмоции. Ему хотелось ЖРАТЬ, выпить всю кровь из этого сочного борова, чей дом он выбрал лишь потому, что в этой жирной туше было на пол-литра больше крови, что могло бы пригодится в случае чего… И сейчас Николаю хотелось выпить крови и поставить этого наглого хряка на место. — Врачи что, сами бы не справились? — раздражённо произнёс мужчина. — Они не справились. ОНИ ОСТАВИЛИ ЕЁ ОДНУ В ПАЛАТЕ, МИХАИЛ! — Николай быстро взял себя в руки. — Маша буквально бы захлебнулась в собственной рвоте, если бы не моя помощь, её нормально даже не обследовали. — А ты такой сам из себя спец? Малой, люди так просто не умирают, — мужчина раздражённо пригубил пива. — После тебя тебя в туалете воняет, словно там кто-то сдох, — едва сдерживая ярость, проговорил Николай. — Давно люлей не получал, хам мелкий?! — услышав ответ подростка, мужчина закашлял, едва не подавившись пивом. У тебя лишний вес, что сильно помешает в этом деле. Ты уже не можешь нормально есть жареную на сале картошку, и у тебя временами болит живот повыше желудка. Ты потеешь, как незнамо кто. Дядя Миша, у вас развивается панкреатит, лишний вес и в перспективе больные суставы. А еще, если не займетесь здоровьем, не доживете до пятидесяти, — Николай хищно улыбнулся, — так что кое-что я в медицине понимаю, в вашем случае о многом говорит запах испражнений. — Убедил, вижу, в кишках ты понимаешь. Ты мне вот другое скажи, куда мотоцикл дел? — спросил мужчина. — Он остался на стоянке рядом с больницей, — ответил вампир. — Могло быть и хуже. Ладно, тебе всё равно нужно сегодня в больницу, поехали, подброшу. Заодно мотоцикл заберу, — мужчина взял с тумбочки ключи от старого «Москвича» и грузно поднялся со своего места. — Э, нет, дядя Миша, вы выпили, вам за руль нельзя. А насчет мотоцикла не беспокойтесь, я вам его сам пригоню, чай не маленький, — Анцилл осторожно усадил мужчину обратно, закономерно опасаясь попасть в неприятности с пьяным водителем. — Но как же, я ж хотел увидеть, как там твоя девочка, да и тебе помочь, если что, — в мужчине слышалась какая-то обида. — Дядя Миша, берегите себя. У меня самого здоровье не очень, а вам бы и вовсе нужно им заняться. А с Машей я вас потом познакомлю, — Николай чувствовал себя неприятно. Мужчина, имя которого он даже не потрудился запомнить до этого самого момента, искренне беспокоился за него. Местами этот толстяк даже казался излишне мягким, хотя виной тут, вероятно, выпитое пиво. — Далось тебе моё здоровье, — мужчина обиженно насупился, но не без труда взял себя в руки. — Побеспокойся лучше о своей девочке, и на держи денег на дорогу, и гостинцев ей купи, — сказав это, мужчина поторопил Николая переодеться и проводил до двери. До автобусной остановки провожать Николая никто не стал, за что вампир был искренне благодарен. Больно гадко на душе. Вечный подросток ехал в больнице на автобусе, чувствую себя максимально неловко. — Придется платить за аренду, — тихо прошептал вампир в полупустом автобусе. Анцилл ненавидел долги. Ещё во время своего ученичества, добившись мастерства в базовом искусстве крови и только приступив к биотауматургии, столь желанной для себя как до больного в прошлом и врача, Николай понял, что изучать пути и ритуалы клана страшно дорого. Не только по времени и ресурсам, но и по растущим обязательствам перед кланом и учителями. Тут нельзя, как в случае с естественными дисциплинами, просто взять и, изучив основы, изучать оставшиеся пути через простую практику. Тауматургия — это не естественная способность, а выход за пределы возможностей крови. На разработку новых путей могли уйти десятки и сотни лет, и Николай не горел желанием изобретать велосипед. Но, зная в конце девяностых девять путей и постепенно создавая свой собственный, официально Анцилл знал всего пять. И то для большинства старейших клана это было поводом для зависти, ведь в сочетании с другими дисциплинами это делало Николая в глазах других молодой версией Эйслинг Старбридж. В конце концов, он стал Анциллом спустя полвека жизни в ночи, в то время как иные вампиры оставались Неонатами в сотню и более лет. Николай ехал в автобусе не один. Кроме него, в трясущемся салоне автобуса сидели ещё человек десять, среди которых бросался в глаза мирно посапывающий пьяница, мать с дочкой да чихающая по несколько раз в минуту старушка. Николай привычно проверил ауры каждого присутствующего на предмет аномалий или сверхъестественных сил и, не найдя оных, начал старательно думать. Хотелось ЖРАТЬ. Его окружали живые источники крови, и если бы он отпил немного у каждого, то смог бы полностью насытиться. Вот только он не сможет сделать это незаметно. По крайней мере, быстро. Тут не было конкурентов, и, следовательно, охотиться можно свободнее, но здоровая паранойя не позволяла излишне небрежно относиться к охоте. Одно дело выпить кровь нескольких преступников, осушив их до почти до суха, а после спрятать их тела в канализации, добавим с десяток колотых ран каждому, совсем другое — пить кровь на глазах у десятков людей. Можно скрыться в тенях, подобно Носферату, и выпить крови спящих, но тут нужно избежать возможных смертных с камерами. Да и просто исчезать в автобусе, полном людей, дело неблагодарное. Можно выйти из автобуса вместе с кем-то в тихом районе и выпить крови этой жертвы, но подобное требует времени, а Николаю нужно в больницу. Сейчас слишком рано, чтобы охотиться на спящих, да и в прошлый раз он, Анцилл, умудрился засветиться. Пришлось править память свидетелю, а это риск. Риск, что когда-нибудь этот свидетель восстановит свою память или же просто выведет тень его образа из подсознания. Вампир усмехнулся про себя. Если сделать всё правильно, шанс подобного исчезающе мал. Но он не может просто брать и тереть память всем подряд. Слишком велик шанс допустить крошечную оплошность или нарваться на смертного со спящим мистическим даром. Многие могучие вампиры гибли из-за подобных мелочей, и сейчас Николай не может позволить себе подобных ошибок.

***

Николай Вакар сидел на деревянном стуле в полупустом холле больницы. Его пальцы нервно постукивали по спинке стула не столько от скуки, сколько из желания хоть как-то скрыть собственную нервозность. В конце концов, кто заподозрит в нём вампира, если он одет как обычный человек? Хотя… Обычный человек вряд ли выглядел бы так бледно, даже в зимний вечер, но это можно списать на проблемы со здоровьем. Проклятый голод. Он с ним всегда, но сейчас ощущается особенно остро. Каждая минута ожидания казалась вечностью. Николай закрыл глаза, стараясь сосредоточиться на чём-то другом. На посторонних звуках. На больничных запахах. На чём угодно, только не на том, как его мёртвое тело жаждало крови. Вампир слышал биение сердца женщины в регистратуре, мазнув по ней беглым взглядом, он увидел не женщину и даже не человека, а причудливое переплетение артерий и вен, зависшее в воздухе. Один укус, он будет осторожен и не выпьет слишком много, объём крови восстановится у женщины уже через сутки, а через пару месяцев она восполнит форменные элементы и жизненную силу. Всё просто и ничего страшного, нужно лишь подойти, попросить проводить… «Нет» — мысленно приказал вампир самому себе. Он не будет этого делать, и вовсе не из-за бесполезного проявления гуманизма. Он должен охотиться осторожно и найдёт другой способ восполнить дефицит крови, а дальше… Дальше оставалось надеяться, что главный человек в городе всё же продолжит сотрудничество, и Анцилл получит желаемое количество крови. «Сколько ещё?» — подумал он, сдерживая раздражение. В регистратуре ему сказали, что Машу выпишут сегодня, но почему-то процесс затягивался. Он уже задал пару вопросов, стараясь спрашивать максимально вежливо, но внутри него клокотало жгучее нетерпение. Как столетний кровавый маг, развивший самоконтроль практически до совершенства, он всё ещё мог держать себя в руках. Но с каждой секундой это становилось всё тяжелее. Николай взглянул на часы. Время шло мучительно медленно. Его взгляд скользнул по коридору, где мелькали фигуры врачей и медсестёр. Столько потенциальных сосудов с кровью, некоторых он уже даже успел попробовать. Каждый может утолить его голод… Но нет. Если он увлечется охотой в месте, где главный врач — исследователь сверхъестественного. Это уже вызовет подозрения. «Терпение, Николай,» — прошептал он себе в мыслях: «Ты пережил революцию, мировые войны и Великую Депрессию. Этой мелочи тебя не сломить». Его думы прервал звук шагов. Он поднял голову и увидел Машу, идущую рядом с Игорем Николаевичем. Она шла по коридору, слегка прихрамывая, в своей потрёпанной школьной форме, в то время как главный врач, мужчина почтенных лет, помогал девушке нести её портфель. Николаю стало немного неуютно. Дорогая ему смертная, ставшая гулем, рядом с членом тайной организации, исследующей аномалии. Как Анцилл клана Тремер он могучий кровавый маг и могучий вампир, настоящий кошмар для простых смертных. Простых… Вампир мысленно усмехнулся, вспоминая чародейскую защиту агентов. Она хороша, даже слишком хороша для рядовых агентов. Николай ощутил необычное напряжение, ему даже показалось, капля пота скатилась по его лицу. Ему нужна кровь и нужна передышка, иначе он может наделать глупостей. — Николай! — её радостный возглас прозвучал оглушительно громко для больничного холла. — Ты пришёл! Я знала, что ты придёшь! — Радостный вопль девушки оглушающим звоном ударил по ушам вампира. Несмотря на дискомфорт и раздражение, он даже не изменился в лице. Он встал, стараясь сохранять спокойствие. — Милая, я держу своё слово, — вампир слышал нарастающий гул в своей голове. Он силён, он терпел и не такое, но тяжко. Словно где-то в голове ноет старый больной зуб. — Вы плохо выглядите, молодой человек, возможно, вам стоит обследоваться, — слегка обеспокоено спросил доктор. — Игорь Николаевич, спасибо за беспокойство, но поймите, я не спал прошлую ночь, с трудом прикорнул сегодня днем. Я весь вечер как на иголках, вот вы взрослый мужчина в полном расцвете сил, как бы вы сами выглядели в моём состоянии? — Николай устало улыбнулся, обнимая Машу. — Шутите, это хорошо, но я вам всё же не Карлосон, молодой человек, и тут такое дело. Родители за Марией не пришли, и по-хорошему я не имею права девушку отпустить, — серьезно произнёс врач. — Но в честь нашего знакомства я готов отпустить вас под свою ответственность, не подведите, молодой человек. — Спасибо. Большое человеческое спасибо, Игорь Николаевич. Если представится возможность, я обязательно вас отблагодарю, — Николай иммигрировал облегчённый вздох. Всё же нахождение девушки в больнице несло в себе некоторые риски. В просвещённый двадцатый век продвинутый гематологический анализ мог бы выявить некоторые аномалии в крови девушки — следы её природы гуля. — Спасибо вам, дедушка доктор, — смущенно поблагодарила Мария следом.

***

Николай осторожно очищал от снега мотоцикл. Вампир чувствовал лёгкое сожаление, лёгкий привкус грусти по стране, что должна рухнуть в ближайшие месяцы, в крайнем случае годы, и тогда так просто не оставишь мотоцикл на стоянке. С другой стороны, Россия девяностых, почти такое же прекрасное место, как и Америка. Множество убийств, а так же трупов до которых никому нет дела, банды, волны самоубийств, воры, отчаяние и много грязи с изнанки рода людского. Прекрасное место! Правда, не для людей. Николай чувствовал лёгкое головокружение, на периферии зрения танцевали кровавые пятна — грубые напоминания его всепоглощающего Голода. Раздражающее чувство становилось всё сильнее. Маша, хромая, подошла к нему, её лицо выражало смесь облегчения и беспокойства. Она всё ещё не до конца понимала его природу, что было не удивительно, ведь это были её первые ночи в качестве гуля. — Ты в порядке, Маш? Держаться сзади сможешь? — устало спросил Николай, стараясь скрыть лёгкие хрипы в голосе. Его руки слегка дрожали, когда он поправил шлем на её голове. — Да, я в порядке, даже нога почти не болит… — ответила Маша, но её взгляд был полон беспокойства. — Николя, а с тобой всё в порядке? У тебя нет зимней куртки, и сам ты очень бледно выглядишь… Всё хорошо? Николай вздохнул, чувствуя, как голод сжимает его горло. Он знал, что должен быть честен с ней, но не хотел лишний раз её пугать. Хотя, вероятно, СТОИЛО бы это сделать. — Я голоден. Сильно голоден. Это отвратительное чувство, — тихо ответил вампир, стараясь говорить спокойно, но в его голосе слышались рычащие нотки. Маша на мгновение задумалась, а затем робко предложила: — А моя кровь… — Не может быть и речи, — резко прервал её Николай, его глаза блеснули в ночи. — Я не для того рисковал собой днём и кормил тебя, чтобы потом просто взять и забрать твою кровь. Он осторожно коснулся своего лба, чувствуя зудящее ощущение пустоты во всем теле. Ему хотелось рычать, рвать глотки и пить кровь рода людского, но вампир сдерживался, чётко осознавая последствия. В этот самый миг до него донесся знакомый женский голос, холодный, несущий в своём тоне скрежет разбитого хрусталя: — Хочу, чтобы все умерли… Николай резко обернулся, его глаза сузились. Он знал этот голос — это был призрак, предположительно тот же самый, что вызвал аварию. — Ты это слышала? — быстро спросил он, резко став полностью серьёзным. — Что? — удивилась Маша, её глаза расширились от страха. Она ничего не слышала, но видела, как Николай напрягся. — На мотоцикл, живо! Это чертов призрак! — Николай быстро завёл мотоцикл, его движения были быстрыми, ловкими и точными. Он усадил Машу на заднее сиденье, чувствуя, как её руки обхватили его за талию. Мотоцикл рванул вперёд, оставляя за собой густые клубы выхлопных газов. Николай ехал быстро, но осторожно, стараясь не привлекать лишнего внимания. Вампиру хотелось рвануть, выжимая из машины всё, но нельзя. Оставалось, полагаясь на своё сверхъестественное восприятие, отслеживать призрака. Он знал, что призрак их так просто не оставит в покое, от чего внутри вампира поднималась жгучая ярость. Маша прижалась к его спине, её частое взволнованное дыхание манило. Стиснув зубы, вампир подавлял желание впиться клыками в её нежную плоть и с жадностью пить необычно вкусную кровь. Николай слышал частое биение её сердца, ощущал тепло жизни, исходящее от её тела. Вампиру очень хотелось этим всем обладать. Вокруг, сопровождаемые звуком бьющегося стекла, гасли фонари. Трескались стёкла в окнах. Лопнул фонарь мотоцикла. Крик призрака становился всё ближе, от чего Николай резко свернул на безлюдный пустырь. — Встань за моей спиной, она нас догоняет, — Николай сосредоточился, разгоняя последние капли крови в своём теле. — Кто она? — испуганно спросила девушка. — Призрак! Подробности потом! — вампир отрешился от мира. Адаптированное искусство Теляв позволило ему полнее взглянуть за изнанку мира живых. Николай позволил витэ раскрыть свойства своего мёртвого тела. Николай закрыл глаза и открыл их вновь, прорываясь сквозь затхлый кисель забвения. Он и сам умер более полувека назад, но умер иначе, став бессмертным кровососущим трупом, а не жалким призраком. Женщина-призрак появилась, закутанная в одежду непонятного вида. Грязные чёрные волосы обрамляли прекрасное, пускай и мертвенно бледное лицо, и изящно подчеркивали полную грудь мёртвой девушки, стекающую куда-то вниз струйками расплавленного воска. — Шикарная грудь! — крикнул Николай, его голос звучал почти насмешливо. Он резко шагнул вперёд, его холодная мёртвая рука, наполненная силой проклятой крови, схватила призрака за бюст. Мёртвая природа бессмертного вампира позволила выйти за пределы мира смертных и коснуться существа из мира теней. Мёртвая женщина замерла, шокированная происходящим. — Изгоняю! — властно приказал Николай, используя особенности своего мёртвого тела, выталкивая женщину глубже в мир мёртвых. Его голос звучал как чудовищный грохот, наполненный силой и потусторонней властью. С диким криком женщина начала таять, словно старая сальная свеча из протухшего свиного жира. Её форма распадалась, превращаясь в клубящийся сизый дым, что медленно истаивал в воздухе. Николай стряхнул остатки этого субстрата со своей руки, позволяя им развеяться. Его лицо было напряжённым, но в глазах читалось легкое сожаление. Это лишь временная победа, и у него нет с собой контейнера, куда можно было бы собрать этот образец. — Ты победил призрака… Потрогав её за сиськи? — Маша казалась полностью ошарашенной. Она смотрела на вампира широко раскрытыми глазами, лёгкие нотки изумлённой истерики слышались в её голосе. — Да. Точнее, пока только прогнал на время. И сейчас это меньшая проблема, — тело Николая свела болезненная судорога, кровавый пот выступил на его бледном лице. — Теперь в моём теле не осталось крови. Нужно срочно где-то её достать, иначе завтра я не проснусь. — Голод набатом звучал у него в голове, кровавая пелена заполняла всё пространство вокруг, Николай не без некоторых усилий различал лицо Маши, вампир чувствовал, как сами собой заостряются его клыки, звериный голод танцует в его глазах. Николай стряхнул остатки этого субстрата со своей руки, позволяя им развеяться. Его лицо было напряжённым, но в глазах читалось легкое сожаление. Это лишь временная победа, и у него нет с собой контейнера, куда можно было бы собрать этот образец. — Ты победил призрака… Потрогав её за сиськи? — Маша казалась полностью ошарашенной. Она смотрела на вампира широко раскрытыми глазами, лёгкие нотки изумлённой истерики слышались в её голосе. — Да. Точнее, пока только прогнал на время. И сейчас это меньшая проблема, — тело Николая свела болезненная судорога, кровавый пот выступил на его бледном лице. — Теперь в моём теле не осталось крови. Нужно срочно где-то её достать, иначе завтра я не проснусь. — Голод набатом звучал у него в голове, кровавая пелена заполняла всё пространство вокруг, Николай не без некоторых усилий различал лицо Маши, вампир чувствовал, как сами собой заостряются его клыки, звериный голод танцует в его глазах.