Часть 1

Петербург. 1908 год. Публика в очередном восторге рукоплещет только что закончившемуся спектаклю, вызывая на сцену его оформителя. Платон Андреевич Гастман категорически не желает публично выступать перед народом и общаться с поклонниками. Достаточно того, что его любят, не нарушая покой. За эти годы, что он стал известным, благодаря своим уникальным скульптурам, он занял такую нишу, которую не способен пробить даже самый надоедливый критик. Он знает себе цену. Он – воплощение безупречности, учтив с дамами, щедр к нищим, одинок. Один слуга, да и только. Его жизнь – его профессия. – Платон Андреевич! Платон Андреевич!, – ассистент труппы окликнул уходящую фигуру оформителя, – Какой успех! Публика в восторге! Эти костюмы и трактовка… Зайдите к директору театра! Просит! – Если я ему нужен, пусть спустится сюда, – и господин продолжил свой путь к выходу из театра, игнорируя по пути фотографов. Экипаж не пришлось долго ждать. Совершая проезд по улочкам Петербурга до частного дома, Платон Андреевич не оставался без внимания прохожих. В частности дам, что так и норовили запрыгнуть к нему в автомобиль. По прибытии домой, слуга осчастливил своего хозяина новым заказом. На сей раз от ювелира. – Monsieur! Le lettre! – и слуга передал конверт Платону Андреевичу. – Отлично! Сегодня же поеду к нему! – всё с той же холодностью на лице произнёс он. – Позвольте, Ваше Превосходительство! Приготовить для отъезда парадный сюртук? – Валяй! И рубашку с запонками. Я уеду через час, – и хозяин дома поднялся на верхние этажи.