Часть 2

Дом ювелира – Понимаете, Платон Андреевич! Я решил что моя витрина не достаточно привлекательна для внимания горожан. И поэтому сразу обратился к Вам, человеку образованному и знаменитому, – начал ювелир, попутно выставляя перед носом Платона Андреевича, который в этот момент листал журнал, то, что будет в витрине. – И вы хотите, чтобы это всё красовалось в витрине? … Не интересно, – и с этими словами от бросил журнал на стол, что был напротив. – Нам скрывать нечего, Платон Андреевич! Но доверяя Вашему вкусу, если вы иного мнения, – и ювелир медленно присел за стол, ожидая, пока оформитель изучит каждое украшение. – Вот это, – указывая на браслет в виде змейки с кольцом на цепочке, – Здесь не хватает жемчуга. Времена Соломоновой роскоши прошли, – продолжал он, – Поймите! Дело не в количестве украшений, а в их соотношении с витриной. Платье, в которое будет одет манекен… А, в прочем, я не навязываюсь! – со вздохом, откинув голову назад, закончил художник. – Согласен, Платон Андреевич! Но и вы должны меня понять, что моё ремесло начинается с витрины. И если покупатель не захочет остановиться… - Остановится! Уверяю Вас, что другой такой витрины вы не сыщите во всём Петербурге, – твёрдым голосом закончил Платон Андреевич. – Но я не могу Вам дать браслет с собой, – виновато пролепетал ювелир. – Не надо, я запомнил, – с этими словами господин оформитель покинул кабинет своего потенциального клиента. В тот же самый вечер в страстном азарте он лепит своё лучшее творение. Ему, автору великолепных восковых манекенов, хотелось создать нечто совершенное и вечное, не поддающееся течению времени. Не замечая, как идёт время и как он начинает уставать, Платон Андреевич случайно ранит себя об манекен таким образом, что часть своей крови попадает на изваяние. Уверенный в том, что лучший манекен не должен оказаться в какой-то неизвестной витрине, он делает дубликат. Теперь у него два одинаковых манекена. Анна и Мария. Теперь главное – не перепутать, какой уедет на витрину, а какой пожелает служить отрадой глазам художника. На следующий день слуги упаковали куклу-манекен в ящик с соломой и отправили с оформителем до дома ювелира. Заказчик, по какой-то причине не был рад исполнению его ожиданий. – Вы, как я уже говорил, человек образованный и знаменитый, не то, что мы. Но … зачем же ребёнка-то выставлять? – Этот ребёнок принесёт вам состояние. Браслет! – и помощник ювелира протянул ему тот самый браслет. Надев его на куклу и получив вознаграждение в конверте, довольный творец отправился домой. Как среди люда, одетого в мрачные тона эпохи модерна, выделялась его фигура в белом костюме, белой шляпе в обрамлении под ней золотистых волос. – Устал я сегодня! – обратился Платон Андреевич к слугам. Арлетта – женщина средних лет, предложила хозяину принять ванну и лечь спать, а сама завозилась с готовкой ужина своему хозяину. – Как прошла сделка? – спросил слуга Фёдор. – Терпимо. Ну и народ пошёл. То ему не нравится. Это ему не нравится! Устал я от них. Думаю, займусь живописью. Хватит с меня этих кукол. Многие годы мне не давала покоя мысль о состязании с Богом. Я решил прекратить! Ступай, помоги Арлетте! – и с этими словами слуга покинул хозяина, а господин оформитель засел в своём кабинете, неустанно глядя в одну точку. Но, когда Платон Андреевич решил готовиться ко сну, в дверь его дома громко постучали. Дверь побежал открывать Фёдор. – Сударыня! Чем могу помочь? Девушка предпочла не отвечать. Она сразу вошла в дом, вся закутанная шалью так, что лица не было видно. – Позвольте! Вы к кому и по какому вопросу? Как о вас доложить? – начал Фёдор, преграждая незваной гостье дорогу на верхние этажи. Всё также не отвечая, девушка в момент отодвинула слугу и побежала по лестнице наверх.