Часть 5

I

Терроризм — это тьма, что в сердце залегла, Что страхом сковывает, что души опалила. Это не просто слово, не просто звук, Это крик отчаянья, боль и испуг. Он приходит внезапно, как тень в ночи, Как удар кинжала, как выстрел в тиши. Он ломает жизни, он рвёт судьбы на части, Он не знает жалости, он не знает счастья. Терроризм — это зло, что в мире царит, Он людей от дома в страхе уводит. Он взрывает мосты, он рушит дома, Он не ведает мира, он не ведает добра. Но есть те, кто борется, кто не сдаётся, Кто в тени врага с честью остаётся. Кто готов отдать жизнь за мир и свободу, Кто идёт вперёд, несмотря на невзгоды. Мы должны быть сильными, мы должны быть смелыми, Мы должны бороться с тьмой, что вечно тлеет. Мы должны объединиться, мы должны понять, Что только вместе мы сможем победить и победить. Терроризм — это вызов, это испытание, Но мы не должны падать духом, мы не должны сдаваться. Мы должны идти вперёд, мы должны верить, Что однажды мир будет мирным и свободным. Терроризм, как древний змей, в веках витает, Когда власть над людьми выгоды сулит, Он в цель свою стремится, волю навязывает, И в мир ужас и страх с собой впускает. История терроризма полна печальных страниц: Секта «сикариев» в Иудее, как тёмный мрак, В 60–70 годах н. э. боролась с Римом, Желая государство возродить, как свет в тумане. Ассасины в XI–XIII веках, как тени в ночи, Хасан аль-Саббах их вёл к борьбе за свободу, Террор стал их оружием, их идеологией, И страх проник в сердца, как яд в крови. Великая Французская революция дала толчок, Когда террор стал нормой, ужас — повседневным, Политика страха, насилия и крови Оставила глубокий след в истории, как шрамы. С конца XIX века терроризм стал постоянным, Народники в России, анархисты во Франции, Ирландские, македонские, сербские радикалы Боролись за свободу, не щадя ни жизни, ни морали. Так терроризм шагал по миру, как тень, Оставляя за собой следы страданий и потерь, И в наши дни он жив, как старый враг, Стремясь разрушить мир, где правит свет и мир. Когда говорят об ирландском терроре, Все мысли ведут к ИРА, к её истории, как к легенде. От корней, что в 1919-м взросли, «Волонтёры» и «Армия» слились в борьбе, как в грозе. С января 1919 до июля 1921 года, Война с Британией бушевала, как пламя в ночи. С ноября 1920 до июля 1921, Бои кипели, как буря, в сердцах и в груди. Но англо-ирландское соглашение пришло, И ИРА раскололась, как меч, что в груди не унесло. Часть встала за Свободное государство, Другая же против бывших соратников подняла знамя. С 1949 года ИРА на Северную Ирландию смотрит, Где её борьба вновь разгорается, как свет в темноте. В 1969-м раскол пришёл, как буря в тиши, «Официальное» крыло за мир, «временное» — за ножи. Террор не утихал, как пламя в душе, Пока «официальная» ИРА не объявила о мире. Но «временная» продолжала борьбу, Как тень, что не знает, где кончится эта стезя. В 1985-м в замке Хиллсборо договор заключили, Ирландская республика — консультант, её призвали. А в 1993-м, в Даунинг-стрит, декларация звучала, Отказ от насилия, мирный парламент, новое начало. В Ирландии бурной и мятежной, Где дух свободы вечно жил, Десятки организаций дерзких За независимость свой пост хранили. Они боролись с угнетателем, С английскими колонизаторами, За свободу, за свою землю, За право жить в своей стране. «Ирландские добровольцы», «Ирландская гражданская армия» — Их имена в истории звучат, Но были и другие, не менее отважны. Они сражались за свободу, За право быть собой, И в памяти народной Останутся они геройски. Их путь был труден и опасен, Но цель их высока — Свободу и независимость Они защищали, не щадя себя. Причины терроризма, как вихрь, кружат, На группы делятся, как ветры в бурю. Политические, социальные, экономические — Каждая из них — как тень на пути. Политика — нестабильность, как шторм, Безопасность — лишь мираж в пустыне. Ошибки власти, как яд в вине, Либо же поощрение насилия в стране. Экономика — бедность, как тень на стене, Безработица — крик в ночи. Кризис — как пропасть, где нет пути, Для тех, кто в беде и в отчаянии. Идеология — как пламя в сердцах, Насилие — как меч в руках. Кризис общества, нравственных ценностей крах, Национальное самоутверждение — как темный страх. Так причины терроризма сплетаются в круг, Как нити судьбы, что не разорвать. И только свет надежды, как луч, может вдруг Помочь нам найти путь в этой тьме. В туманном Дублине, средь тихих улочек, Зародилась тень, что звалась «Дети Ирландии». «Бейле Ата Клиат» — так звучали их сердца, В борьбе за свободу, за культуру, за язык. Они не только взрывы вершили, но и пели, О Риме, о вере, о земле родной. Их лидеры — умы, что в Европе учились, В Оксфорде, Болонье, Гейдельберге, Праге и Париже. Они мечтали, как американцы в XVIII веке, О дне, когда Ирландия будет свободной. Их целью было не просто свергнуть власть, Но возродить культуру, язык, веру, душу. Ирландская земля, где души в плен взяты, Где каждый камень помнит боль и страх, Но в сердце каждого живёт надежда, рвётся, Чтоб вырваться из пут, из тягостных оков, из дряхлых вёрст. «Смерть Англии, свобода Ирландии» — Их вера, что в ночи горит, как звезда. Но раньше были гимны миру, дружбе, «Ирландская культура, любовь и уважение» — вот их слова. И каждый час, как капля в чашу, льётся Мечта о действиях, что будут радикальны. Они не сдадутся, не свернут с пути, И будут к цели своей устремлены. Их путь — борьба за справедливость, за свободу, За право быть собой, за право жить. И пусть их путь тернист, они идут вперёд, Чтоб Ирландия могла свободно быть. Их план — это акт злодейства, Который принесет страдания английскому народу. Но принесет им и всем ирландцам-садистам Счастье, о котором они так долго мечтали. В мусорные баки, в посылки, в туалеты администрации Крупных городов Ирландии будут заложены бомбы. Все бомбы должны взорваться в один и тот же день, В один и тот же мистический час: В полдень 17 декабря, перед праздником, когда все православные, Католики и лютеране едины в своей любви к этому празднику.

II

Что такое Рождество в Англии? Это день, когда страна, словно в сказке, Отдыхает, погружаясь в благодать, И 25 декабря — её праздничный наряд. Подготовка к чуду начинается за четыре недели, В Адвент, когда природа словно в серебристой пелене. В церкви прихожане зажигают свечи, Слушая евангельские слова, как древние наречия. В домах растут ёлки, словно лес в миниатюре, Украшенные игрушками, звёздами и мишурой. Ангельский свет озаряет их, как утренний луч, А на дверях венки из хвои — символ мирной ночи. Праздничный стол накрыт, как в волшебной сказке, Индейка или гусь, фаршированные искусно. Картофель с беконом, каштаны, брюссельская капуста — Традиции, что согревают душу и уста. Плам-пудинг, как десерт, завершает пир, Сливаясь с ароматом Рождества, как нежный мир. Подарки, хоть и скромные, несут тепло, Книги, парфюм, свитеры — в них душа, как волшебство. Запонки, галстуки, упаковка — всё важно, Ведь в Рождестве мелочей не бывает, И каждый миг наполнен светом и отрадой, И праздничным сиянием, что душу согревает. В Англии на Рождество Ёлку украшают мы. Шарами, гирляндами, Лентами, бантами, Бусами, колокольчиками Зелёными и красными. Красно-белые трости На ёлку повесим И для стола праздничного Их мы используем. Кристингл — символ Света, Апельсин с сердцевиной пустой. Свеча внутри светит ярко, Напоминает всем о Христе. Омела — «Ветвь поцелуев», Вечнозелёный кустарник такой. Традиции древней Поклон мы воздадим. На верхушку ели Мы ангела водрузим Или звезду большую, Что рождение Христа символизирует. Так в Англии на Рождество Традиции мы соблюдаем. Украшениями ёлку Мы радостью наполняем. В Англии в Рождество царит особая атмосфера, И каждый символ здесь имеет свой глубокий смысл. Чулок рождественский над камином висит, Легенда о Святом Николае нам говорит: Он бросил монеты в дымоход, И с тех пор дети верят — их ждёт Подарок чудесный в чулке, Как чудо, как светлая весть. Рождественская звезда на ёлке горит, Она о надежде и мире говорит. В библейской истории она освещала путь, И мы вспоминаем о чуде в этот час. Пряничный человечек — символ древний и светлый, Он напоминает о том, как Бог создал Адама. И каждый год мы печём человечков из теста, Чтоб не забыть о чудесном творении. Хлопушки рождественские — радость и смех, В них подарки, как символ счастья для всех. Они напоминают о чудесных моментах, Что ждут нас в этот волшебный вечер. Остролист и плющ — символы надежды и силы, Они отгоняют злых духов и дарят нам жизнь. В Рождество мы вспоминаем о вечных ценностях, И каждый символ нам говорит о любви. Так пусть же Рождество принесёт нам мир и добро, И каждый символ напомнит о том, что важно. Мы будем верить, любить и надеяться вновь, И в сердцах наших будет светить рождественская звезда. В Англии, где каждый дом — сказка, Где праздник царит без конца, Традиций немало и разных, Но все они к сердцу идут. Ёлки сверкают огнями, Гирлянды искрятся, горят. Рождественская звезда и ангел В домах счастье нам всем дарят. Стол накрыт, и в сердце радость: Индейка, гусь, овощи, травы. Плам-пудинг на сладкое — Вкус детства, мечты, сказки. Обмен подарками в полночь, Подарки от Санта-Клауса ждут. Взрослые слушают младшие члены семьи, Как это чудесно — делиться, любить. Песни звучат на улицах, Гимны рождественские льются. Чулки у камина висят, Легенда о Святом Николае живёт. Поцелуй под омелой — символ любви, Рождество в Англии — праздник души. Ярмарки в городах, смех и радость, Подарки, угощения, атмосфера волшебства. Англия в Рождество — это чудо, Где каждый момент — словно сказка.

III

В Ирландии Рождество — праздник светлый, Где каждый обычай — частичка тепла. Подготовка идёт в каждом доме, И в каждом окне — ёлка, гирлянда, свеча. 24 декабря — первый выходной, И каждый спешит навести в доме уют. Камин украшают ветвями падуба, И в доме царит удивительный дух. Рождество начинается с свечи, Её зажигает младшенький в семье. Свеча — это символ гостеприимства, И светит она до полного огня. Сливовый пудинг — блюдо особенное, Тринадцать ингредиентов в нём, как судьба. И каждый верит: в пудинге — чудо, Как Иисус и ученики, в нём — волшебства. В церковь идут ирландцы на праздник, Слушают проповедь, дарят подарки. Душа наполняется светом и миром, И сердце открыто для добрых дел. Купание в реке — обряд очищения, Грехи смываются, душа обновляется. И после омовения — кофе с виски, Чтоб силы вернуть и духом подняться. Подарки утром — традиция старая, И дети, и взрослые ждут этот час. А могилы близких венками украсят, Чтоб память о них не угасла сейчас. Так в Ирландии Рождество отмечают, В традициях — сила, в них — тепло. И каждый обычай — частичка души, Что в сердце живёт, не уходит оно. В Ирландии Рождество — пора чудес, Когда всё вокруг наполнено светом. Ёлка, свечи, омела, вертеп — Всё это символы праздника заветного. Детскую кроватку украшают, В ней — Младенец, волхвы у изголовья. Это на Малое Рождество, когда начинается Праздник с особой любовью и нежностью. Каждый день в Адвент открывает Дети рождественский календарь. Стихотворенье, картинка иль часть истории — Ждут они этот волшебный пречень. Санта-Клаус, Daidí na Nollag, Подарки детям приносит он. И в этот вечер, когда ночь темна, Свечи за окнами горят, как маяк. Омела в дверях — символ жизни и света, Добро и тепло она несёт. Рождество в Ирландии — время, когда Сердце открыто, душа — чиста и ждёт.

IV

В ночь, когда звёзды гаснут, И опускается мгла, Две враждующие нации Праздновать Рождество пришли. Muintir na hÉireann и English people, Их ненависть — словно тьма, Но праздник объединяет, И в этот миг нет ни вражды, ни ссор. Все традиции, веры, Национальности и судьбы, В этот день переплетают Единое полотно жизни. И не ведают люди, Что зло надвигается вдруг, Что оно не знает границ, Не признаёт ни религий, ни рас, ни заслуг. Но в эту ночь, в этот час Люди о мире мечтают, И вера в добро и в любовь В сердцах их горит, не угасает.

V

В свете звёзд далёких, в тишине ночной, Письма шлёт отец Жаклин, любящей рукой. «Приезжай, дитя моё, в Лондон, где уют, Где мы вместе Рождество чудесно встретим, ждут». Две причины в письмах — страх и жажда встреч, И разлука сердце гложет, словно нож в ночи. В Ирландии тревожно, ссоры и разлад, С ирландцем вонючим странные у вас дела — Вот отец и просит: «Приезжай скорей, Чтоб была в безопасности ты, в мыслях у меня ты всех бодрей». Националисты требуют, рвутся в бой, Просят больше автономии, кричат наперебой. Протестанты в Ольстере грозят войной, Страх в воздухе витает, словно тень за спиной. Рождество в Лондоне — мирный светлый час, Где забываются тревоги, все печали впросак. Жаклин, приезжай, мы будем ждать тебя, И разделим праздник, как в детстве было, без стыда. Жаклин написала отцу, сердце её полно печали: «Не поеду я, причин две, словно два крыла печали. Университет покидать — короткий срок, как миг один, И переезд — как боль, что душу разрывает. Эмоции, как шторм, и тело, словно груз, Здесь, в безопасности, мой дом, мой светлый круг. Да, я встречалась с ним, с ирландцем, что зовёт, Но сердце мне твердит: «Мы не судьба, не тот.» Я прямо всё сказала, без тени лицемерия, Он понял, хоть и верит в чудо, без сомнения. Но я останусь здесь, в своём уютном мире, Где сердце бьётся ровно, и душа не в страхе, не в порыве.» Отец её строго следит за каждым шагом, Не верит словам, видит лишь мрак впереди. Но сердце Жаклин — как роза в снегу, Что верит в любовь, что стремится к любви. Шпионы следят, но не видят угрозы, В её речах нет намёка на смуту. Она не стремится к власти и славе, Живёт своей жизнью, в ней нет суеты. О, если бы знал отец, что в душе её Горит огонёк, что не сломит беда. Что вера и мир — вот её путь и дорога, И что не страшны ей ни ночь, ни судьба. И пусть говорят, что она не опасна, Что в действиях нет ни намёка на бунт. Но в сердце её — как в ночи свет далёкой, Что светит сквозь тьму, разгоняя смуту.

VI

В далёкой стране, где туман и дожди, Где дни тянутся медленно, словно в бреду, Жила героиня, что в сердце хранит Свободу и верность, и верит в мечту. Она не стремилась в большие города, Где власть и богатство вершат судьбы людей. Она не искала ни славы, ни лада, Среди шумных сборищ и буйных гостей. Шпионы следили, но в ней не нашли Угрозы для власти, для планов чужих. Она, как цветок, что в тени расцвёл, Сквозь трудности шла, не боясь ничьих злых. Не говорила она о вере в святых, Не шла в пабы шумные, где льются вина. Не ввязывалась в борьбу за мирских благ, Что жаждой свободы затмили разум и ум. Пусть путь её скромен, но в сердце горит Огонь, что не сломит ни время, ни страх. Она — как надежда, что в сердце хранит, В борьбе за свободу, в пути, не во мраке и в прах. Шпионы, что долг свой исполняли исправно, Не ведали сами, что делают тайно. Им не было нужды в сомнениях, ибо Они верили Жаклин, как в солнце, как в утро. Как верили, что земля круглая, без изъяна, И что Российская армия несет за собою Гибель двух рыбаков и раны шестерых На Доггер-банке, в девяносто четвертом году.

VII

Украшение домов. В Ирландии и Англии, где Рождество царит, Дома преображаются, как будто оживают. Ёлка в центре комнаты, гирлянды горят, Мишура и игрушки сверкают, не устают. На каминах — ветви падуба, символ тепла, А в дверях — омела, как знак любви и добра. Рождество в Ирландии — праздник семейный, тихий, Без шумных гуляний, парадов, шествий лихих. В Англии в ночь на двадцать пятое декабря Люди в кругу семьи начинают встречать Рождество, С похода в церковь, где звучат молитвы и псалмы. В англоязычных странах, где Санта-Клаус — герой, Для него оставляют угощение — печенье и молоко. Верится, что он придёт, заглянет в каждый дом, Принесёт с собой радость, тепло и волшебство. В англоязычных странах даже незнакомцам Говорят: «Счастливого Рождества!» — и сердце поёт. В этом — дух праздника, дух Рождества, Когда каждый человек становится частью волшебства. В Ирландии Рождество — тихий семейный очаг, Где нет гуляний, парадов, шумных встреч. В Англии же в канун праздника, словно в сказке, Благотворительные сцены оживают в мистическом свете. В Ирландии дома зеленью украшены, Гирлянды, мишура, игрушки — всё в огне. На каминах — падуба ветви, а в дверях — омелы, Как символ мира и любви, что в сердце тлеют. В Англии дома вечнозелёным остролистом, Плющом и омелой украшены, как в древние века. Зелень символизирует жизнь, что вечно в нас, И праздник Рождества — как светлый, чистый знак. В Ирландии пудинг сливовый — главный пир, Домашняя птица, тушёная капуста с морковью, Пироги с ветчиной и рагу — всё это пир, Что согревает души в зимний вечер. В Англии на столе — картофель с беконом, Жареные каштаны, брюссельская капуста с пастернаком, Вкус и аромат, что наполняют дом теплом, И каждый гость уходит с чувством сытости и счастья. В Ирландии дети просят у Санта-Клауса подарки, И получают их, как светлый дар судьбы. В Англии дети пишут письма с пожеланиями, Сжигают их, и Санта-Клаус в носки кладёт дары. Так Рождество в Ирландии и Англии — два мира, Два разных пути, но с одной душой. В обоих странах праздник дарит людям счастье, И светлый дух Рождества живёт в сердцах людей. В тот день, когда мир был полон надежд, Народ Ирландии и Англии мечтал О счастье, любви и благополучии, Но злоба и ненависть всё омрачали. Вздрогнул остров от взрывов и криков, От разрушенных домов и церквей. Взрывы гремели, мосты рушились, И страх в сердца проникал, как болезнь. О, как хотелось мира и счастья, Но ненависть с обеих сторон Принесла лишь горе и слёзы, Разрушила жизни, мечты и покой. В тот день, когда мир казался иным, Мы все стали свидетелями горя. Но даже в самые тёмные времена Есть место для надежды и веры. Пусть память о тех страшных событиях Хранит нас от повторения ошибок. И пусть мир и дружба станут основой, Для счастья и процветания всех народов. В час, когда мир рушится, и судьбы летят, Дети рыдают, родителей нет, В ужасе все, и никто не поймёт, Что случилось, как жизнь оборвалась. Родителям верить не может никто, Что их дети лежат, не дышат, не слышат. Мир стал иным, и надежды нет, Но нужно собраться, и дальше жить. Многие жизни оборваны вдруг, Те, кто остался, в отчаянье ждут. Помощь нужна, чтобы снова начать, Чтобы в реальность суметь вглядеться и жить. Скорбь и утрата, но в сердце — надежда, Сквозь боль и отчаянье, сквозь все беды. Мир не кончается, жизнь продолжается, Нужно лишь силы найти, чтоб идти вперёд.

VIII

В канун Рождества, в час ночной, Когда весь мир окутан тишиной, Уинчинн думал о своём пути, Как быть, как честь свою спасти. Он попросил владельца ресторана Написать письмо — не было обмана, Что он законопослушный ирландец, И в ссоре с королевством — никакой зацепки. Миссис Диггс, хоть и была строга, Согласилась, но с одним лишь условием: Чтобы все в этот праздник трудились, И вечеринку для друзей устроила. Уинчинн согласился, хоть и знал, Что семья его не одобряет такой расклад. Но честь и совесть — вот что важно, Пусть труд и отдых будут слажены отважно. И вот, в сиянии праздничных огней, В хлопотах, заботах, в радостных речах, Они трудились все, как один, И праздник этот стал для всех началом дивных перемен.

IX

В миг внезапный, словно вихрь, взрыв раздался, Пианино скрывало взрыв замедленный. Той ночью в туалетах звучал кошмарный гром, Мины и снаряды, брошенные в тьму. Террористы, свои цели не тая, Смеялись, убивая, как в бреду. Они бежали, к свободе путь найдя, Оставляя за собой следы в аду. Уинчинн, не дрогнув, встал на их пути, Кухонный нож — его оружие в борьбе. С шестью убийцами схватился он в ночи, И в шею одного из них ударил, как в мечте. В кровавом вихре схватки, в хаосе и буре, Террористы кричали, обвиняя в преступленье. «Вы — враги Ирландии, предатели народа, Как британцы, что несут лишь горе и невзгоды!» Но рабочие не дрогнули, не сдались, не пали, Сражались, как герои, не жалея сил и стали. Пока не прибыли полиция и скорая на помощь, Не прекратился бой, не утих он, как в прощальной дрожи.

X

Теракт в Ирландии потряс мир, И Британия встала на путь. Войска и полиция, словно ветер, Понеслись, чтоб злобу стереть. Кто с террором сражался в бою, Кто спас жизни в миг роковой, Наградой высокой отмечены, Их подвиг — пример боевой. Уинчинн, герой без страха, Его храбрость — легенда. Газеты Европы писали о нем, От России до Греции, без предела. От Швеции до Османской земли, Его имя звучало в сердцах. Уинчинн — символ мужества, силы, В веках его подвиг живет. После больницы, Виктория написала отцу Жаклин. О Уинчинне весть несла она, Словами полными тепла: Герой Европы, человек достойный, Его пример — пример для всех и вся. В его делах, поступках благородных Мы видим свет, что светит нам всегда. Для дочери его он был опорой, И в замужестве её он — лучший друг. Его пример — пример нам всем в опору, Он светлый путь ей указал, как вдруг. Пусть память о нём вечно будет жить, И вдохновлять нас на дела благие. Его душа, как яркий маяк, не скрыть, И в сердце каждого — огонь любви.