Глава 2. Шестьдесят метров и сорок сантиметров

С моста сорвался именно тот высокий юноша, над которым мы насмехались ещё пару часов тому назад. Имени я не знал, попросту не считал это нужным. В конце концов, все, кто не перейдут на ту сторону, останутся лишь парой записей на свитке в руках писцов, пока их тела либо захоронят родственники, это в лучшем случае, либо сотрудники попросту прикопают их среди камней на повороте к самой академии. Звучит, конечно, ужасно, но таковы были реалии. В целом, на него скорее было попросту плевать. Этот мир давно перестал быть для меня приветливым. Примерно с момента как… — Торрен Ромейн! — с гордостью, в полный голос заявляет лучник, уже ступая на линию парапета. Руки с рельефной линией мышц раскинулись в стороны, которую я, к слову, заметил лишь из-за того, что на нём была обтягивающая майка зелёного цвета. Он явно был готов к этому испытанию, возможно даже лучше меня… Нет, о таком лучше не думать. Хотя моё сердце и упало в пятки, в ту секунду, когда я додумался взглянуть вниз. — Отсоси мне… Выососи… Всоси… Меня… Вэйнитель…– я даже со слов сбился. Чёртова высота. Метров так…сто наверное…? — Шестьдесят метров. — всадники, стоявшие по правую руку от меня, словно умели читать мысли. К слову, за такие-то печати тут, как поговаривали, попросту сворачивали шеи, так что я в целом надеялся, что мой дракон додумается о чём-то лучшем, чем даровать мне такую «мощь». Хотя… О каком драконе я вообще могу думать стоя над пропастью в шестьдесят метров над бурной ледяной рекой…? Всадники, однако, явно повидали высоты побольше. В их глазах была какая-то даже… пустота. Они смотрели на меня не как на человека. Скорее, как на имя. То самое, что сейчас запишут уже во второй раз, но теперь то он точно мог быть последним. Кажется, прежде я ещё никогда так часто не произносил собственную фамилию. Необходимости как-то не было. Тем временем, девушка с лиловыми волосами покрутила перо в воздухе, пока я, словно какой-то ребёнок замер, наблюдая за этим. Малая магия была подвластна всадникам с момента, когда дракон, с которым он свяжется, начнёт транслировать силу. Для меня же, мальца из деревни, прежде никогда не видавшего такого, это было чудо. Её бровь подлетает вверх, пока она прочищает горло, в попытке ввести в чувства. Взгляд голубых глаз врезается в меня, однако, вслух своё требование всадница так и не оглашает. — Тарталья Эмптиннес. — я наконец додумался до ответа лишь в момент, когда ладонь следящего сжала перо в жесте, явно демонстрирующем недовольство. Та кивнула, записала, а я с дуру решил пошутить, видимо, нервозность сейчас всё же дала в мою рыжую голову. — Вам что, языки отрывают перед такой работёнкой? — моё лицо озаряет усмешка, но ровно до той секунды, пока парень, стоявший рядом с ней, не берёт меня за плечо. — Катись на парапет, пока я сам тебя туда не выкинул. — шикает он. Тогда-то я и понял свою ошибку… Молчаливая дева жестами стала говорить с ним, в попытке успокоить, а из-под рукава лётной куртки я заприметил метку отступника. Всё сошлось. Вэйнитель подери… Она и вправду лишилась языка. Моё и без того раскрасневшееся лицо, явно сгорающее от солнца, сейчас было сравнимо с окрасом какого-нибудь красного дракона, наверняка шарящего где-то в долине неподалёку. Я виновато смотрел на неё все те секунды, пока всадник всё же взял себя в руки и отпустил, перед этим осторожно подтолкнув меня в сторону выхода. И я пошёл. Я был безумно благодарен тогда всем богам, ведь он и просто выкинуть меня за такую наглость, но не стал. Я никогда не был образцом вежливости, но прекрасно знал, каково жилось людям, которых когда-то пометил генерал Мельгерн. Это были лишь подростки моего возраста, ни в чём не повинные и теперь несущие бремя наказания за родителей, участвовавших в восстании, которое закончилось крахом 4 года тому назад. Кому-то повезло меньше, и их лишь клеймили, отправив в военную академию, а других могли гнобить, избивать, увечить. Мысли кружились в голове, мешая сосредоточиться на сорокасантиметровом в ширину парапете, сулившем мне, пожалуй, лишь погибель. Шаг за шагом, продвигаясь по этим камням, в глубине души я молился. Я не хотел умирать. Не так. Не сейчас. Холодный ветер пробирал до костей, а ещё… Раздувал чёртову куртку, которую я с дурости не стал застёгивать на все пуговицы. Потоки, леденящие душу, подныривали под ткань, а та, растягивалась и так и норовила столкнуть меня с нужной траектории. Останавливаться было нельзя. Я видел, кто поднимался вслед за мной. Этот юнец явно не дружил с головой, ведь шёл на парапет с клинками, которые сжимал в ладонях. Каких фриков тут только не увидишь… Хотя, и вид впереди не даровал спокойствия. Торрен был просто идиотом. Навесил этот чёртов лук на правое плечо, а теперь не мог нормально развести руки, ибо это «оружие» постоянно с него спадало. Кажется, я даже переживал за этого придурка. Треть пути была позади, когда я умудрился даже нагнать лучника. Тот звонко засмеялся, оглядываясь и присвистывая. — Ну что, рыжий, как тебе?! — он вопил, перекрикивая ветер, когда очередной порыв совпал с его попыткой поправить лук и… Он пошатнулся. Блядски опасно накренился в левую сторону. Рефлексы, кажется, сработали куда быстрее мозга, и моя ладонь ухватилась за основание лука, жестким движением выровняв этого бедолагу, возвращая в вертикальное положение. — Твою мать… — на выдохе Торрен, кажется, осознал, что только что повторно родился. Пользуясь замешательством, я тут же стянул с него это злосчастное первобытное изобретение садистов и отбросил в сторону. Чёрт, да оно даже летело как-то…криво…? Сносилось потоками ветра. — И вот это ты тащил для защиты?! — смех сорвался с моих губ, которые тут же озарила улыбка. –– Ты идиот! — Ты… Ты что сделал?! Да… И вправду идиот… Он попытался обернуться на меня, пока я прижал ладонь ровно между его лопаток, стараясь сделать так, чтобы эта ошибка природы всё-таки не рухнула вслед за своей САМОЙ ценной вещицей. — Жизнь тебе спас. Заткнись и иди. М.Е.Д.Л.Е.Н.Н.О — последнее я продиктовал по буквам, пока сам наклонился вперёд, говоря рядом с его ухом. Мне казалось, что крик скорее будет вводить в большую растерянность, так что… Сократить расстояние, чтобы звук дошёл до цели, казалось мне логичным. И он послушал. Слава богам. Мы двинулись дальше.