2. Страх

— Годжо… - выдохнула девушка. Парень медленно снял маску. Хидеко всегда считала его симпатичным. Они были неплохими знакомыми на первом курсе университета, пока Годжо не отчислили из-за многочисленных драк и нарушений. — А ты изменилась, в университете казалась красивее, - криво улыбнулся Сатору. Девушка на это лишь закатила глаза. Хидеко и без него знала, что выглядит не лучшим образом. — А ты казался умнее, но тебя с позором выперли на первом курсе, - выплюнула она, натягивая капюшон куртки. — Да, но зато меня не судили с позором, а потом не отказывали в каждой больнице, - Сатору произнёс это так, будто говорил о чём-то обыденном. Эти слова заставили Хидеко широко раскрыть глаза и оскалиться. Её руки затряслись, и она поспешила убрать их в карманы, чтобы сжать в кулаки и вдавить ногти в давно не нежную кожу - так она пыталась унять дрожь. — Если ты решил насмехаться, можешь не переживать - я уже наслушалась, - Хидеко была намерена развернуться и уйти, но услышала сдавленный смех. — Погоди, я не за этим, - Сатору подошёл ближе. — У меня есть к тебе предложение. Хидеко никогда не любила энтузиастов и неожиданные предложения, тем более от старых знакомых, поэтому на одном дыхании выпалила: — Ты что, за мной следил? Годжо лишь пожал плечами: — Это даже слежкой назвать нельзя… — Ты совсем конченый? - это больше походило на риторический вопрос. Аманэ сдвинулась с места и быстрым шагом направилась в сторону работы, слыша, как парень следует за ней. — Ты ведь даже не выслушала меня… — И не собираюсь. Засунь свой авантюризм себе в задницу, - грубо бросила девушка. Она ускорила шаг, сильнее кутаясь в куртку, но Сатору не отставал. В итоге он обогнал её, встал перед ней и схватил за плечи. — Ну выслушай меня, - начал ныть парень. Хидеко скинула его руки. — У тебя есть всего пара минут, - Аманэ достала из кармана пачку сигарет и с трудом прикурила одну. Сатору немного скривился и пробормотал: — Тебя это не красит. Но, уловив странный взгляд знакомой, поспешно продолжил: — Ты ведь была врачом, пока не загремела в скандал. Мне нужны твои медицинские навыки… если ты их ещё не растеряла. Как только Хидеко услышала слово «врач», её желание слушать исчезло. Она нервно выпустила дым. — Годжо… — Ты даже не дослушала! Там платят огромные деньги. В долларах, - он даже акцент сделал на валюте. — Ха! И за какие услуги? Я не настолько отчаялась, чтобы становиться проституткой, - Хидеко сжала фильтр в пальцах и снова поднесла сигарету к губам. Сатору раздражённо цокнул, делая вид, что не услышал. — Это хорошие деньги. Всё, что от тебя требуется - обрабатывать раны и, если понадобится, зашивать брови или голову. Он надеялся, что она хоть немного заинтересуется, но по лицу Хидеко было видно лишь непонимание и недоверие. — Годжо, я никогда не лечила живых людей и не буду. Я разрезала трупы и осматривала органы. Кому вообще нужна помощь горе-врача? — Тем людям плевать, что ты там делала. Им главное - чтобы подлатали. Это обычный закрытый бойцовский клуб, - но конец фразы Сатору произнёс менее уверенно, и это не ускользнуло от Хидеко. — Обычный? Или подпольный? Раз вы не можете спокойно отвезти своих бойцов в больницу… Хидеко лишь покачала головой. Обойдя парня, она бросила окурок на пол, наступила на него и, уходя, сказала: — Даже не думай об этом. Мне не нужны новые проблемы с полицией, уже по горло ими сыта. Сатору остался стоять на месте, но потом быстро нагнал её. — Слушай, на этой неделе у нас три драки. За них тебе готовы заплатить восемьсот долларов. Всё, что от тебя потребуется - осмотреть бойцов перед боем, и в случае травм, проконтролировать их состояние, - тараторил он, пытаясь привлечь её деньгами. — Ты не попадёшь в неприятности. Я сам возьму всю ответственность на себя. Что тебе стоит попробовать? Терпение Хидеко трещало по швам. — Я сказала «нет»! Но парень на ходу сунул ей в карман бумажку с адресом и номером телефона. — Прошу, подумай и позвони. Девушка проигнорировала его, но бумажку не выкинула. Как только Сатору отстал, она ускорила шаг ещё больше - понимала, что предательски опаздывает на работу, а получать нагоняй от противного владельца бара совсем не хотелось. Всю дорогу её не покидали мысли о разговоре с Годжо… вернее, о сумме, которую он предлагал. Но она пыталась отогнать эти мысли, ведь всё это было нелегально. А любые ассоциации с криминалом отправляли её в далёкое прошлое — к сырым стенам камеры, к страху за будущее, который не покидал её до сих пор. Спустя десять минут она подошла к зданию бара и пулей влетела внутрь. Было пусто. За барной стойкой сидел её пожилой начальник. В душе сразу засело беспокойство. Осмотрев бесхозное помещение, она заметила пару перевёрнутых столов и сломанных стульев. Осторожно подойдя к начальнику, несмело спросила: — Что произошло? Мужчина лишь хмыкнул, достал из кармана несколько купюр и бросил их на стол. — Коллекторы. Вот что произошло. Он медленно встал, тяжело зашагал за барную стойку, схватил первую попавшуюся бутылку, откупорил её и залпом выпил содержимое. Хидеко показалось, что это был коньяк, но сейчас это не имело никакого значения. Она не понимала, что будет дальше, ведь через неделю нужно было платить за квартиру, а перед ней на столе лежали жалкие купюры – не больше двух тысяч йен. — Значит… я уволена? - тихо спросила она, не отрывая взгляда от денег. Мужчина лишь горько усмехнулся и, покачав головой, откинулся на стойку. — Мы все уволены, - проговорил он с горечью, затем, взглянув на девушку, добавил: — Ты ещё молода, точно найдёшь, где пристроиться. Забирай. Это всё, что я могу тебе дать. Хидеко смотрела на смятые банкноты, чувствуя, как её охватывает пустота. Она с трудом сжала их в руке и молча засунула в карман, осознавая, что вряд ли эти гроши хоть чем-то помогут. Это был первый день, когда её начальник не кричал, не цеплялся к каждому её действию и не обращался с ней, как с мусором. Теперь он и сам превратился в никчёмные отходы, выброшенные на обочину. Не сказав ни слова, Хидеко развернулась и вышла из здания. Завернув за ближайший угол, она прислонилась к холодной, грязной стене и устало выдохнула, ощущая, как предательская дрожь пробирается к пальцам. — Теперь ты безработная… И смех, и грех, - прошептала она себе под нос, горько усмехнувшись. Одна неделя до оплаты жилья, две тысячи йен в кармане и последняя пачка дешёвых сигарет. Не раздумывая, Хидеко достала одну, закусила фильтр, пытаясь унять дрожь в подбородке и прикрывая одной рукой огонёк зажигалки от ветра, нервно затянулась. В голове творился хаос. Всё, что она так долго пыталась удержать, рушилось на глазах: крыша над головой, последние крупицы надежды, даже её жалкое существование теперь казалось висевшим на волоске. Но больше всего её раздражало, что в мыслях снова всплыл Сатору. Его предложение, его голос, его наглая уверенность в том, что она согласится. Восемьсот долларов - сумма, которая могла спасти её от полного краха, дать ей возможность оплатить квартиру, а может, даже купить наконец нормальную зимнюю куртку, чтобы больше не мёрзнуть в этой старой весенней, которую она носила уже пять лет. Эта мысль была странно успокаивающей. Хидеко всегда любила мечтать о хорошей жизни, о тёплой ванне после рабочего дня, о вкусной еде, о паре надёжных ботинок, которые не промокают в первый же день. Ещё она мечтала о родителях, о своих сиблингах, которые давно от неё отвернулись. Когда-то она винила их за это, но теперь уже нет. Потушив сигарету о потрескавшийся асфальт, она тяжело поднялась и, будто в тумане, побрела домой. В голове звенящая пустота, а на душе липкое, неприятное спокойствие, чуждое ей чувство, особенно после такого очередного, громкого плевка от судьбы. Добравшись до дома и с трудом поднявшись на свой этаж, она ввалилась в квартиру, скинув куртку на пол и сразу же направилась к своему «поминальному» столику. Взяв одну из фотографий, провела большим пальцем по старой рамке. На снимке была она - ещё школьница, гордость семьи Аманэ, стояла, широко улыбаясь, с дипломом об отличном окончании школы в руках. Хидеко криво улыбнулась, а в глазах неприятно защипало от слёз. Она сжала фото так сильно, что побелели пальцы, и долго смотрела на своё счастливое лицо, боясь поднять взгляд на зеркало, что висело прямо напротив. Она не хотела разочаровываться снова. Не хотела видеть перед собой взрослую себя и думать о том, во что превратилась. Хотелось снова быть той маленькой девочкой, что куталась в мамины объятия, слушала слова поддержки от отца, плакала из-за плохой оценки, нервничала перед сессией, мечтала о будущем и верила, что у неё впереди хорошая жизнь. Но взгляд всё же скользнул к отражению, и слёзы хлынули с новой силой. Перед ней всё ещё была та наивная Хидеко, что хотела лучшего будущего, семьи, хорошей работы, но вместо этого её ждали бесконечные подработки, скитания по барам и нищета. С трясущимися руками она нащупала в кармане куртки скомканную бумажку, которую сунул ей знакомый. Смотрела на записку минимум пять минут, пытаясь принять взвешенное решение, но мысли путались, а единственным маяком были деньги, точнее та сумма, что озвучил Годжо. Хидеко достала телефон с давно треснувшим экраном, набрала номер, списав его с листка, и, приложив трубку к уху, стала слушать монотонные гудки. Спустя пару секунд послышался голос: —Да? — Я согласна на твоё предложение, - проговорила Хидеко, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Аманэ… Я знал, что ты согласишься, - промямлил Сатору, голос сонный, видимо, он спал или только пытался уснуть. — Завтра в десять вечера за тобой заедет машина, чёрная, отвезёт тебя на место. Ничего не нужно… А, да, - он замолчал на секунду, а затем с усмешкой добавил: — Подровняй волосы, а то выглядишь так, будто тебя кто-то покусал. И надень что-то приличное. — Например? - неохотно спросила девушка, неосознанно дотронувшись до своих волос. — Мне всё равно. Просто что-то презентабельное, - он снова зевнул и положил трубку. Как только Хидеко услышала три прощальных гудка, она отбросила телефон на диван, а затем, посмотрев в зеркало, потрогала свои волосы, которые в некоторых местах оказались длиннее, чем должны были быть. Профессионалом в стрижках она точно не была. Она будто находилась в тумане, когда соглашалась на это, а потом и вовсе, как марионетка, направилась в ванную. Вымыв волосы, она принялась искать ножницы, чтобы подровнять их. Вскоре её раковина была полна срезанных прядей, что медленно оседали вниз. Хидеко не была уверена в том, что волосы выглядят идеально, но на первый взгляд всё казалось ровным. Не удосужившись ни высушить их, ни убрать за собой, она сразу же упала на свою «кровать», которая громко скрипнула под её весом.

***

На часах было почти 10 вечера, и Хидеко нервно осматривала своё отражение в зеркале. Из всего «приличного», что она смогла найти, это были чёрные джинсы, майка и такая же чёрная клетчатая рубашка, которую она купила на свою первую стипендию. — Если на меня попадёт кровь, отстирать будет легче… - пробормотала она себе под нос. С этими мыслями она и выбрала чёрную одежду. Со старых времён у неё осталась кожаная куртка, которую ей когда-то подарили родители, и, накинув её сверху, девушка судорожно посмотрела то на часы, то в окно. Чем ближе становился момент встречи, тем сильнее росли тревога и страх. Только сейчас до неё окончательно дошло, во что она ввязалась и насколько нелегальными были её дела. В очередной раз подойдя к окну, Хидеко увидела, как к её подъезду медленно подъезжает чёрная машина. Она сверилась со временем, затем, наспех обулась, закрыла квартиру и выбежала на улицу. Остановившись прямо перед машиной, она заметила, как переднее стекло медленно опускается, открывая мужчину средних лет. — Аманэ Хидеко? - спросил он, взглянув на неё. На секунду в голове девушки промелькнула мысль сказать «нет» и сбежать, но, вспомнив о деньгах, она твёрдо ответила: — Да. Открыв заднюю дверь автомобиля, она села в кожаный салон. — Вы сможете ненадолго остановиться возле любой заправки? Я хотела бы купить сигареты, - смело, но вежливо спросила она, изо всех сил стараясь придать голосу уверенность, хотя внутри неё царил полный хаос. Водитель лишь кивнул, и спустя пару минут они подъехали к заправке. Хидеко вышла из машины и направилась внутрь, наспех выбрала сигареты, всунула купюру в руки продавцу и, дождавшись сдачи, направилась обратно к машине. Ее мысли снова пытались призвать ее к здравому смыслу, но, сев в машину, они затихли. Она не знала, сколько времени прошло, знала лишь то, что попала в какой-то гадюшник, кишащий пьяными и богатыми мужчинами и женщинами. Это был своего рода загородный клуб, который на первый взгляд выглядел прилично. Водитель провел ее внутрь через черный вход, где ее ждал Годжо. На удивление, он был рад видеть девушку. — Аманэ, я уже подумал, что ты решишь сбежать, - в шутку сказал парень. —Выглядишь уже получше, но глаза... как у покойника, ты уж прости. Дискомфорт Хидеко чувствовался за километр, так что она лишь криво глянула на него. — Меня тут держат только деньги. Сатору наигранно удивился и сказал: — Представь себе, как и всех в этом месте, - он жестом пригласил её в комнату, которая на вид похожа на подсобку, но оказалась просторной комнатой с минимальным медицинским оборудованием. Светлые стены, две койки для осмотра, шкаф, в котором, видимо, находились банальные медицинские принадлежности. На одной из коек сидел молодой парень лет двадцати, спортивного и маскулинного телосложения, с нежно-персиковыми волосами, в боксерских шортах и без футболки. Хидеко никак не удивили его мышцы, её больше удивила его молодость. — И что же тебя привело сюда, бедняга? — Ну что, Юджи, готов к нормальному осмотру? - парень, что до этого был поникшим, сразу же оживился от голоса Годжо и ярко улыбнулся. — Познакомься: это наш новый медик, Аманэ Хидеко. Девушка оскалилась на Годжо и добавила: — Временный, - и как могла, улыбнулась молодому парнишке. — Ура! - искренне обрадовался Юджи, - наконец-то, а то Годжо-сенсей ужасный врач. У меня было сотрясение мозга, а он сказал, что это просто синяк, - обиженно пробормотал мальчик. Это заставило Хидеко тихо засмеяться. — Ну не переживай, я точно не скажу, что у тебя синяк. Девушка заметила рядом с кушеткой готовые приборы для обследования и спросила: — Я могу посмотреть медицинскую карту? В ответ она услышала лишь кристальную тишину и, осмотрев двух парней, непонимающе похлопала глазами: — Вы сейчас шутите? Ну и бардак у вас... — Откуда тут может быть карта? - искренне не понимал Годжо. — А вдруг у него аллергия на обезболивающие? Я ему его вколю, а потом он умрет? Что вы потом делать будете? - Хидеко непонимающе выругалась. Немного нервными движениями она взяла тонометр, чтобы измерить давление парня. Дверь с грохотом открылась, будто её выбили ногой. Девушка повернулась на звук и увидела в проёме мужчину, который очень похож внешне на Юджи, но намного старше, выше и крупнее. Он был одет в обычные джинсы и футболку, на его руках виднелись татуировки, которые также украшали его лицо. В отличие от солнечного Юджи, тот казался хамоватым и уж больно грозным. Хидеко решила вернуться к работе, если бы мальчик не подорвался как ошпаренный с места. — Сукуна! - крикнул Юджи.