Глава 18. Суматоха

Сколько бы я не думал о той ночи, не могу простить себе той слабости. Что позволил так просто поймать себя проклятому ящеру. Это происшествие теперь висит тяжелым грузом на моей совести и чести. А что самое главное очерняет репутацию рода Хэддоков. Так не может быть. Прошу простить, что, не сказав ни слова, покидаю вас, но я должен исправить свою оплошность. Не знаю, куда заведет меня мой путь и главное – добьюсь своей цели и вернусь ли домой, но я должен это сделать. Найти того дракона, что посмел нарушить покой нашей деревни. Прошу. Не ищите меня. Когда вы прочтете это послание, я буду далеко. Надеюсь, скоро увидимся. Перечитывая эти строчки уже, наверное, в пятый раз, Стоик не находил в них ничего смешного. Иккинг мог бы пошутить более изящно и не так глупо. Особенно перед самым его выходом на Арену, где он должен был совершить первый шаг к будущему полному сражений и побед в них. Где стал бы полноправным воином. Тем, кем должен быть по рождению. Гнев, раздражение и досада были готовы в прямом смысле разорвать рыжебородого викинга на куски, когда в назначенный час на бой не явился Иккинг. Колкие слова от Пангора никак не способствовали успокоению, когда стало понятно, что бой не состоится. И виной тому не ухудшающаяся с каждой минутой погода, что быстро разогнала собравшихся по домам… Стоик не мог понять с горячки в действительности это нелепая шутка, трусость или так опостылевшая ему за последние несколько лет упертость сына. Последнее и раздражала и придавала уверенности, что тот добьется высот, если того пожелает, не взирая ни на какие трудности. Если, конечно, начнет применять это свойство в правильном направлении. Но вот сейчас… отправиться искать дракона, тварь, которую даже он, такой великий воин, перепугался до дрожи и мог едва совладать с собой, было чистым безумством и самоубийством. Особенно в одиночку! – Он ведь это не серьезно… – По всей видимости, серьезно. – Ответила на вырвавшееся из уст мужа слова Валка. Пусть сердце трепетало от понимания того, что единственный ее сын пошел в глупый поход за головой смертельно опасного дракона, которого и хорошо вооруженный отряд не суть что завалит, но она прекрасно понимала – тот скоро вернется, не найдя искомого. Страшная тварь уже давно покинула их земли, забившись в свое логово, зализывая раны и лелея планы мести. Найти его нужно быть большим неудачником, а победить – любимчиком богов. В случаи Иккинга – желательно всех богов, какие есть в северном пантеоне. – От чего ты так спокойна? Наш сын пошел искать то, что могло одним махом пожрать приличную часть деревни или вовсе обратить всех нас в пепел! – Он его не найдет. Уверенность в голосе жены никак не могла подействовать на Стоика. И все же спорить с ней он не стал. Дракон действительно мог далеко улететь и глупый мальчишка ничего не найдя, вернется домой через пару дней. Вот только не верилось в это Стоику. Иккинг уперт и возможно решит идти дальше, а там кто знает… – Зато найдет иных неприятностей на свою дурную голову! Если еще не нашел! Что за глупость ему взбрела? Причем перед битвой на Арене! – Говоришь так, будто тебя заботит больше не судьба сына, а как бы ни уронить свой авторитет в глазах Пангора. Твоего старого дружка пьяницы, что только и горазд булавой махать! – Выбирай выражения… он мне не раз жизнь спасал. – Сам же делая все возможное, чтобы сотворить опасность для нее. – Вал… Разгорающийся конфликт прервал внезапно ворвавшийся в дом вождя Плевака. Возможно, был виноват ветер, влетевший в помещение вместе с ним или викинг просто торопясь, запамятовал постучаться, как требовали приличия. – Ох… ну и ветрюган, что б его! Нутром чую – ливень будет скоро! Я не вовремя? – Разглядев лица хозяев дома, застопорился кузнец, по правде говоря не чувствуя себя неловко. Ему это ощущение было почти что неведомо. – Что-нибудь узнал? – Да… не особо. Видели его в последний раз близнецы Торстон, да вот только бледные, поди приболели. А чего так паниковать то? Вспоминая свой бой против дракона… ух… коленки тряслись еще дня три потом! Сам бы, если отец не вытолкнул бы… а это что? – Стопорится Плевака, прерывая поток ностальгии по давно ушедшим годам, с непониманием смотрит на протянутый кусок пергамента. На что в ответ получает мрачное и короткое: – Прочти. – Ну… дела… что… поднимать на поиски людей? – Почесывая затылок крюком немного сбитый «новостью» Плевака, наконец, почувствовал уже давно летавшее в помещении напряжение. Ответом Вождя было коротко и твердое: – Да.

***

– Просто немыслимо! Вы! Сунулись на Вороний пик, проигнорировав запрет вождя! Ночью! Да еще и с Иккингом! И наткнулись на какую-то темную штуку! Трое осуждаемых тем еще занудой с каменными лицами следили за траекторией хождения пухлого викинга, что размахивал руками и брался за волосы. В глазах же того читался непомерный ужас. Будто это он предложил подобную глупость и его же сейчас непременно накажет по всей строгости. – Напомни… зачем вы ему рассказали? – Сквозь зубы пробубнил Сморкала, косо смотря на Задираку. В голове же невольно промелькнула сценка, где он душит болтуна его же блондинистыми длинными паклями. – Это Забияка. Пожаловалась… или похвасталась… брр… не напоминай. До сих пор не хорошо. – Потирая плечи, признался Торстон. – Самому так же. – Видно и Иккингу. Он рядом с этой паратарабарщиной пробыл дольше нас… или… – Что? – С раздражением бросает Йоргенсон после затянувшейся паузы. Ему показалось или Забияка побледнев «окаменела» с раскрытым ртом и поднятым в верх указательным пальцем? – Или оно влезло в тело Иккинга Хэддока Третьего сына Стоика Обширного Хэддока и теперь… лелеет план как бы нас всех сожрать! – Забияка, иди в Хель со своими тупостями! Просто струсил вот и не пришел сегодня! – Передернув плечами от представления подобного, Сморкала выдавил из себя самую, на его взгляд, логичную версию сегодняшнего фиаско двоюродного братца. – Шутишь? Он как бы рвался к этой победе. Зачем же ему пасовать, когда вот – руку протяни. Ну… точнее руку с оружием, да проткни Ужасное чудовище. Ох… какие же ожоги были бы… – Мечтательно протянула Забияка. Она знала, что ей не дотянуть было до битвы с Ужасным чудовищем, но все равно помечтать же можно? – Вы меня вообще слушаете? Вы хоть понимаете как вам влетит? Или… вдруг какая-то страшная потусторонняя штука могла к вам присосаться! Я тут у одного торговца книгу брал и там такое! Долгие взгляды вроде «ты совсем того или просто изначально не от мира сего?» были ответом Рыбъеногу на его панику. Бедняга то краснел, то бледнел от переизбытка чувств. – Кто за то, чтобы свалить в случаи чего всю вину на него? Единогласные кивки соучастников были ответом Задираке.

***

Губрод и так ходил, словно грозовая туча после похорон, но сегодня был менее мрачен. Простая охота на все чешуйчатое, что попадалось ему в последнее время в лесу, не приносила ничего. Словно вырванный кусок души ничто не заполнит. Возможно, даже убийство той твари, что позарилась на его дочь, не принесет ему покоя. Постоянные ссоры с женой по поводу напрасной охоты, а точнее, истребления драконов, звучали все агрессивнее. Благо не доходили до критической точки. Но за этими скитаниями Грубдор совершенно забывал о своих обязанностях и, по всей видимости, о реальности. Его жене, прекрасной Ньяд, так же было больно. Она порой не замечала, как слезы наворачивались на глаза от накатывающих воспоминаний при взгляде на какой-то предмет. Терять близких всегда было больно. Но нужно было уметь отпускать и не тревожить умерших… Но вот поведение Губрода ее волновало. Попытки хоть как-то вразумить его оканчивались криками. Сегодняшняя новость всполошила Хофферсонов. Поиск такого самонадеянного мальчишки и возможное спасение того от огнедышащего дракона... это бло последнее что Ньяд хотела услышать. Блеск в глазах Губдора ей определенно не нравился. Гуди же… тот просто был в не себя от услышанного. – Почему нужно иди и искать этого заморыша? Причем еще в такую погоду? – Указав в сторону окна, где красовались грозные темные тучи, Гуди был готов лопнуть от негодования. Все еще съедала его злость на несправедливость. И теперь это недоразумение решило пойти найти эту несправедливость и убить? – Мне хватило один раз спасти гаденыша. Лучше его этот дракон сожрет! – Гуди, не неси чуши. То что так сложилось никто не виноват… Но Иккинг сглупил. Его же желание справедливости его же и погубит. – Вот и славно. – Фыркнув и сложив руки бросил парень, но тут же дернулся, услышав короткое, но очень емкое: – Сын. – Иду. – С приглушенным раздражением кинул тот, проводив отца взглядом. Губдор же старался не замечать взгляда жены, что через несколько секунд остался за закрытой дверью. – Поверить не могу… Мне иногда кажется, что он уходит в себя… что в одно мгновение он не сможет вернутся. – Мам… я прослежу за ним. Не переживай. – Видя печаль на лице матери на котором за последние дни, кажется стало больше морщинок постарался ободрить ее Гуди. – Осторожней там. Ладно? – Постараюсь. А ты не волнуйся сильно, хорошо? – Слабая, можно сказать вымученная улыбка была ему ответом, в глазах же женщины было одно только беспокойство…

***

– И вновь мы идем искать кого-то… это становится уже традицией. – Пихая попавшую под ногу шишку, буркнул Эргор. Казалось, что недавно вышедшее солнце останется надолго. Но это обманчивая видимость. Погода в этих краях имела тенденцию часто меняться. – В погребальном костре я видел такие традиции. – Послышался ответ взрослого мужчины приставленного к их небольшой поисковой группе дабы опытные, но все же юнцы, не переломали себе шеи, выйдя за порог или, не приведи всемогущий Один, не решили проявить свою «удаль». – Я и сам не в восторге. Но давай не добивать и так паршивую обстановку еще более паршивым настроением. – Приподняв руки в защитном жесте, откликнулся Эргор доброжелательно улыбаясь одноглазому вояке, смерившим его отнюдь не ласковым взглядом. В мыслях же у паренька пронеслось « ну и повезло же нам! Если не дракон загрызет, то этот точно!». Чуть погодя, когда выдалась свободная от чужих ушей минутка Эргор, стараясь звучать не слишком навязчиво, обратился к Гуди. – Слушай… у тебя все в порядке? – Ты прекрасно знаешь, что нет. – Огрызнулся тот в ответ, но вздохнув, уже спокойнее продолжил, – Прости. Просто… – Я понимаю. Как твои родители? – Словно призраки. Отца я видел за эту неделю хорошо, если раза два. Все в лесу пропадает. Мать не знает что делать. В общем… надеюсь что этого паршивца мы найдем первыми и я ему еще чего-нибудь сломаю. Желательно ноги. – Гуди. – Можно сказать, что упал неудачно. – Садист.

***

Возможно, стоило прислушаться к просьбе не искать пропавшего, а остаться всем дома и не тратить за зря силы. Погода ближе к вечеру действительно испоганилась в конец. Один за другим поисковые отряды потянулись назад, понимая, что малу толку от таких поисков. Возможно некоторых подзадержал гнев вождя на нарушение столь не двусмысленного приказа как «найти и привести, сколько бы ни потребовалось на то времени», но… Стоик и сам понимал, что в такую погоду подобное не реально. Благо Госпожа Фортуна была на их стороне этой холодной и дождливой ночью… В темноте среди скал сверкали яркими огнями драконьи глаза. Слышалось раздраженное шипение рептилий. Они преодолели большой путь и нуждались в отдыхе, а особенно в сильном и знающем, что делать лидере коего у них отняли. Они остались ни с чем. У них забрали все. Им нигде не рады. Они хотели отплатить людишкам тем же, но боялись… не неудачи, но самого сильного среди них. Ужасное чудовище, прищурив свои очи, наблюдало за деревней, спрятавшись неподалеку. Дождь был не помехой. Огромные ноздри улавливали сотни запахов, но не мог чуткий нюх уловить искомого. – Ты чуешь запах? – Нетерпеливо пророкотал более молодой собрат, переменяясь с лапы на лупу. – Я чувствую вонь этих двуногих бескрылых тварей, но нужного среди них нет. – Отвечал Урмардорд, оскалив пасть. Они могли бы выкурить этих мелких хитрых букашек из их хлипких убежищ и, не заботясь ни о чем перебить. Эти вонючие низменные твари были лишь запасом продовольствия в виде живности, которую они так оберегали даже ценой своей жизни. Но проклятый дождь, что должен затянуться дня на три, насытил древесину влагой. Дома будут лишь дымить, если вообще вспыхнут. Само же драконье пламя будет едва ли эффективно защищать самих рептилий. – Но ведь ты… – Он ушел. Возможно недавно. – Это по запаху понятно? – Нет. Людишки кого-то искали. Урмардорда раздражало то, что взятый с собой собрат так туго соображал. Не заметить постоянный поток малых групп людей возвращающихся из леса нужно быть слепым, глухим и вообще ничего не чуять. Про сидевшего рядом такого не скажешь. Видно все же проблемы с головой. Та или иначе, но Урмардорд не сомневался, что проклятый хилый паршивец тут был совсем недавно. Дождь не смыл его запах до конца. Быть может утро. Или поздняя ночь? Это, безусловно, злило дракона. Могущественная Повелительница обещала, что разберется. Чего же она медлила? Почему не наказала? Все же дала шанс ему самому поквитаться с этим недоразумением, решив, что ей не охота мараться о такое? Гадать можно было бесконечно долго…