***

      Глупая девочка никогда не понимала, что такое «любовный интерес». Нет, конечно же, у неё были интересы. Например, рубить дрова. Или зомби. Но ни деревья, ни восставших мертвецов она определённо не любила. Поэтому, когда разговоры уходили туда, где она и не блуждала ни разу, она начинала громко смеяться. И почему-то краснеть.       Смех глупой девочки заражал похлеще чумы, перекидывался с одного человека на другого. Иногда она думала, что если вдруг одного из таких людей пустить в город, прямо на главную площадь, то волной хохота накроет всех. И, наверно, эти самые все умрут, обратившись затем уродливыми, совсем не напоминающими себя прежних вурдалаками, с торчащими волосами, острыми пиками зубов и явно больными спинами. Тогда их снова придётся рубить, потом — сжигать, а уж костры были не самой сильной стороной глупой девочки.       Лишней работы, даже очень интересной, она не хотела, а потому быстро оставляла братьев по оружию, закрывая рот ладонью, чтобы больше никого не заражать.