Часть 5. Ночлег детектива

      — Джуди! — воскликнул человек, открывая дверь, и зашёл внутрь. — Давно не виделись.       Он с силой захлопнул дверь.       Шаг. Ещё шаг. Его обувь могла потягаться со свинцом своей тяжестью. Топот оказался слишком громким — у Джуди он отдавался мурашками по спине.       От человека исходил холод, как от мертвеца. Отчасти так и было: его прогнившая сущность имела мёртвую душу.       — Зачем вы пришли? — истерично выпалила она. Ноги и без того заплетались, так им ещё и помогли. Носок мужской обуви со всей силы впечатался чуть выше стопы. — Ай!       От этого точно останется большой синяк. Девушка вскрикнула и, окончательно запнувшись, упала. Её спина приземлилась на угол выступа стены, и из её глаз брызнули слезы. Комната резко стала странно-маленькой. Из неё не сбежать.       Страх заполнил лёгкие, не давая отдышаться. Она схватилась за место удара и вдыхала через раз, пока маньяк приближался и садился.       — За что? Ах… — девушка опустила голову. — Я молчала. Кха… Ничего не говорила!       Неизвестный полез в карман. Через мгновение в руках сверкнуло лезвие.       — Да. Может быть и молчала. Но, моя дорогая, ты можешь проболтаться! — он на некоторое время задумался, приложил ладонь к её лбу и резко толкнул девушку плотно к стене. Она ударилась затылком, и в глазах на мгновенье потемнело. — Потому что у тебя в мозгу должно выработаться, как у блядской собаки Павлова: если хочешь жить — молчи!       Нож медленно двинулся под испуганным взглядом Герман. Девушка дёрнулась и попыталась сбежать, но маньяк обхватил её челюсть, вжимая в бетон.       — М-м! — всхлипывая, Джуди замычала и начала плакать. Холодное лезвие указало на глаз своим остриём, затем плотно прижалось плоской частью к щеке. Он наслаждался, наблюдая, как она боялась и пыталась сбежать, но в то же время решал дилемму: что сделать с ней?       — Мне отрезать тебе веки? Или растянуть прекрасную улыбку на всё лицо? — он имитировал мыслительный процесс, нарочно издеваясь.       Герман замотала головой, и нож двинулся в правую сторону, вмиг отсекая «лишнюю» часть уха. Кровь брызнула, испачкав и лицо Джуди, и одежду неизвестного. Мочка со склизким звуком упала на пол. Её владелица резко вдохнула на мгновенье.       — М-М-М-М?! — истеричный плач и крик раздались почти на всю комнату. Если бы не рука, перекрывающая рот девушке, её услышали бы и соседи.       Алая жидкость капала на ламинат. Она соединялась с криком девушки. С мычанием. Со всей болью. А у него в глаза не читалось ничего, кроме безграничной жестокости.       — Отвратительно. Это всего лишь ухо, — покачал он головой и цокнул. — Как ты справишься с иглами в глазах? Или отсутствием носа? А это только лицо.       Мужчина отпустил её. Джуди зажмурилась от боли, закусила губу, пока не рассекла её клыком, и держалась за повреждённый участок.       — Я ничего не сделала… Почему.? — взвыла она. — Что произошло?       — Ты ещё не поняла, да? — хмыкнул он и цинично вытер следы злодеяния об её щеки. — Кое-что случится. Кое-кто придет к тебе. Трое. Молчи. Или я тебе обещаю, займусь тобой лично после их визита.       Маньяк подобрал упавший кусок уха и схватил её за жевательные мышцы, открывая рот девушки. Джуди напряглась, со страхом наблюдая за его действиями, и замотала головой. Она сжала челюсти, но это не помогло — её рот уже был открыт.       Вторая рука мужчины резко двинулась вперёд, заталкивая кусочек плоти глубоко в глотку, что Герман аж подавилась.       — А-а… — она в ужасе схватилась за шею. Во рту было пусто. Это значило, что… Девушка проглотила собственное ухо.       — Не оставляй следов.

***

      После такой записки Купер запретил Микаху «шататься по тёмным улицам при таких обстоятельствах» и привёз его в пункт назначения. Мэйв тоже не особо хотела терять одного союзника в её расследовании, поэтому уговорила Кая поехать с ними. И всё же, как бы того самой ни хотелось, Уолкер в тот вечер ещё долго не могла отойти от записки. Сталкер. За ними следовал сталкер, у которого, возможно, была причина.       Размышления о нём продолжались ещё долго. Намного дольше, чем хотелось бы девушке.       Сперва они довезли адвоката до места консультации, и Мэйв радовало то, что она находилась недалеко от дома Элли. Но затем детектив сказал, что заедет в лабораторию для снятия отпечатков в машине и с записки — вдруг злоумышленник оставил следы. Уолкер уже почти уснула и отвлеклась от мыслей о сталкере, но они приехали на место. Почти монолитная лаборатория была выполнена в брутализме и вызывала неприятные ощущения, отпугивающие девушку. Когда она вышла наружу, наблюдая за экспертами, холодный ветер заставил её взбодриться. Ледяная сырость заморозила и Энджела, но тот держался молодцом.       Экспертиза была недолгой — около двадцати минут осмотра, и Уолкер с Купером, наконец, попали в тёплый салон автомобиля.       — По какому адресу живёте вы? — спросил он, и Мэйв окончательно потеряла нить сна, начиная соображать.       — М-м?       — Где вы, говорю, живёте? Куда мне вас везти?       — М-м, я не… Живу дома. Там, — ей было стыдно признаваться в этом как самой себе, так и другому человеку. Девушка засунула руки в карманы. — Отвезите меня, пожалуйста, в какой-нибудь отель.       Детектив надавил на педаль газа и неспеша направился по улицам города. Сырость и нудность оттенков чувствовались даже в салоне: освещение не до конца попадало внутрь, и темнота сказывалась на настроении.       — Это всё из-за Майи?       Да. Это всё из-за неё. Но Мэйв никогда не призналась бы себе в этом. Её смерть заставила старшую сестру горевать и чувствовать себя крайне странно.       — А вы как думаете? — бесчисленное количество неизвестных ей людей на похоронах и после них советовало Уолкер посетить психолога. Но она отказывалась. — Увидеть смерть сестры. Оттирать её же кровь с пола. Пройти все круги ада с этими дурацкими вопросами полицейских. И потом… Взять и счастливо зажить в доме?       Мэйв шмыгнула носом, прикрывая глаза. Она слишком много нервничала за сегодня и устала.       — Прошу прощения, я действительно не подумал, — уважительно сказал он и выехал на дорогу, проходившую где-то возле района её работы: она узнала три круглые многоэтажки. — Вы посещали психоло…       — Нет. Он мне не нужен, — перебила мужчину Мэйв. — Вы извините, что так говорю, но… Я не вижу смысла. Майи больше нет. Матери я не нужна. Многие считают это болезнью или расстройством. Я же считаю это мировоззрением. Если честно, то я и в детстве не думала, что доживу до двадцати пяти. Жизнь казалась какой-то непритягательно-отвратительной. Да и сейчас менее паршивой она не стала… В общем, я ищу справедливости для Майи. И всё.       Мэйв прикрыла глаза. Она понимала, что слишком труслива и наверняка не могла бы перерезать себе вены, но существовали и более безболезненные способы умереть.       Прохладный ветерок обдувал её лицо. Она ехала в отель. Не домой. Мэйв не хотела видеть это треклятое строение, хотя в памяти всплыл образ. Серые кирпичи и бетонные блоки разбавлялись панорамными окнами. К чёрту их, нужно было делать обычные! Так бы ничего не случилось. Ничего… Всё было бы нормально с Майей.       Раньше это здание было для Уолкер всем. Восхищающим дух началом новой жизни, освобождённой от неприятных особ. Только хорошие воспоминания, предвкушение долгих счастливых лет проживания в большом доме!       Тем более, что её бывшие одноклассники могли позволить себе только однокомнатные квартиры. И это непременно радовало Мэйв, несмотря на то, что она усердно работала для позволения себе чего-то большего, чем социальный класс слегка ниже среднего.       Как в один момент дом мог так измениться? Девушка вспомнила образ, сохранившийся в памяти со вчерашнего посещения. Заросший травой двор. Запустелые комнаты. Пыльная мебель.       — Мы приехали, — Уолкер не сразу заметила, что машина перестала двигаться, и только из-за голоса Энджела подняла веки. Злость исчезла почти сразу.       Они стояли у его офиса. Он не был освещен из-за сломанного, изредка мигавшего фонарного столба, но девушка была уверена, что они приехали именно сюда.       — Зачем мы здесь?       — Чтобы забрать ваши документы. Я думал, Миках привезёт их, но он оставил протоколы здесь, — мужчина первым вышел из машины и направился к офису.       Ночью это здание выглядело иначе. Более строгим и официальным. Особенно тонированные стекла. Мэйв и не заметила, как оказалась внутри.       Кабинет был окутан мраком ровно до того момента, как Купер включил свет. На столе лежали её документы, разложенные по группам — был виден перфекционизм адвоката. Помещение не отпускало. Оно плотно окутало девушку цепями необъяснимого притяжения. Энджел сел на своё место и принялся изучать первую папку скопированных документов.       Ей было слишком непривычно находиться в этом кабинете. Наверное, всему причиной являлось поведение Энджела. Она ждала, что детектив, как и многие другие люди его возраста, начнёт читать нравоучения Уолкер сразу после её откровения. Но этого не случилось.       Мужчина вежливо помолчал, а затем прервал мысли девушки короткой фразой. Именно поэтому это «непривычное» нахождение не являлось неприятным. Оно было диссонансным от того, что человек, недавно незнакомый, по ощущениям являлся самым понимающим в мире.       Мэйв собрала все документы и медленно развернулась к выходу.       — Вы можете остаться здесь, Мэйв. Если вам всё равно где ночевать, — от Купера поступило заманчивое предложение, которое Мэйв отчаянно ждала. Ей действительно не хотелось уходить, и детектив будто почувствовал это. — Софа достаточно широкая для одного. Я всё равно подолгу разбираю документы, а сегодня тем более буду читать дело Майи. Но, если вы не хотите, ближайшая гостиница направо через улицу.       — Нет. Я останусь, спасибо, — она кивнула и села на ту самую софу.       День выдался сверхпродуктивным, но Уолкер устала не меньше. Девушка поймала себя на мысли, что теперь и она являлась частью системы «измученного счастья».       Мэйв оставила обувь на полу и закинула ноги на софу, принимая лежачее положение. Снятым пальто она укрылась и закрыла глаза. Ей не хотелось спать, ей не хотелось есть — ей хотелось отдохнуть. Но мозг не дал сделать этого.       — Как думаете, этот сталкер может быть убийцей?       — Я не отрицаю этого. С большей вероятностью да, — эти слова затронули что-то внутри Мэйв.       Что-то глубоко запрятанное и неизвестное ей раньше. Она, можно сказать, и испугалась, и разозлилась. И всё по одной простой причине — убийца никогда не был так близко к ней.       Он оставил послание им. Он следил. Это значило, что он находился неподалеку.       — Но я уверен, что он не оставил следов. Было бы глупо так попасться.       — Я надеюсь, что мы сможем раскрыть личность неизвестного до того, как он доберётся до нас, — обеспокоилась девушка. Ей хотелось отомстить, а не повторить судьбу Майи.       — Я понимаю ваши опасения, Мэйв. Сталкер не доберется до вас, если вы будете не одни. Старайтесь ночевать у матери или приглашать друзей на ночёвку, — приободрил он Уолкер и продолжил читать документы.       — А почему вы вообще взялись за дело моей сестры? — пробормотала она. — Тем более сейчас она приобрело такой оборот…       — М-м-м… Наверное, для поднятия репутации агентства и деньги, — он пожал плечами. Включив настольную лампу, Энджел прошёлся к выключателю и щёлкнул им. В офисе стало почти темно — по крайней мере свет лампы не просачивался через веки. — Ну, и помощь вам, разумеется.       Мэйв вздохнула и открыла глаза, всматриваясь в тёмно-бежевый потолок с жёлтыми и оранжевыми разводами света. Несмотря на усталость, она хотела поговорить с ним. Купер всё-таки детектив. А шанс задать вопросы детективам выпадает нечасто.       — Не особо верится, — язвительно улыбаясь, выдохнула Уолкер. — Открою вам секрет: я много к кому ходила с просьбой о расследовании, и только вы согласились «поднимать авторитет».       Что ж, ответа не последовало. Купер замолчал и перелистнул страницу. Как он успевал так быстро читать? Неужели мужчина не слушал её?..       — Вы действительно хотите знать, почему я взялся за ваше дело, Мэйв? — тихо спросил он девушку. — Только прошу — без сожалений ко мне, хорошо?       — Мгм. Обещаю, не буду жалеть вас, — кивнула Уолкер и приподнялась на локте, поворачиваясь к нему.       — Вот вы могли предположить из моих слов, что это из-за денег или иных корыстных побуждений. Сперва вполне возможно, что моим основным движимым мотивом были именно они, — Энджел ухмыльнулся. Он одновременно рассказывал и изучал протоколы. — Но потом я посмотрел на вас. Вы отчаялись. По вам видно, что вы готовы на всё, чтобы мы с Микахом только взялись за это дело.       А когда я узнал детали… Здесь мной завладела жажда справедливости. У меня было похожее дело. Вкратце, ко мне обратилась девушка в таком же состоянии. Она искала убийцу своего мужа. Но только я не смог ей помочь. Репутация агентства оказалась не в лучшем положении, само собой, из-за того, что преступник убивал всех свидетелей, к которым я приходил.       Однако сейчас я уверен, что ваше и её дело вполне разрешимы, просто в то время мне не хватило опыта.       Мэйв так заслушалась, что и не подумала ответить. Но затем она сказала:       — Я рада, что вы согласились работать со мной, — улыбнулась девушка.       Уолкер прониклась словами мужчины. Он хоть и вёл себя так, будто дело важно было ему только из-за денег, имел и другие мотивы…       А затем Мэйв задумалась об убитом мужчине. Кто это мог сделать, что не попался в лапы Энджелу?       Как же всё-таки несправедливо получалось. Злоумышленник до сих пор ходит на свободе, а страдают люди, у которых не получилось найти его.       — Могла ли это сотворить одна из подруг Майи?       Уолкер искренне не хотела об этом думать, но это получалось само. Честно.       — Пока не могу ничего утверждать, Мэйв, — пожал он плечами. — Судя по протоколам, убийца хорошо знал ваш дом, поэтому… Знаете, мне нужно будет всё-таки съездить туда и осмотреть помещение.       — И что вы планирует там найти? Полицейские уже всё обыскали, — со скукой в голосе спросила девушка, опускаясь на софу.       — Если вы действительно не жили там, то в доме могли остаться отпечатки пальцев или какие-либо следы.       — Да? И как же?       — Ну… — задумчиво протянул детектив. — Отпечатки пальцев имеют свойство оставаться на поверхности долгое время в соответствующих условиях. Вы убирались там?       — Н-нет, — с некой неуверенностью ответила она, будто сделала ужасную вещь. По крайней мере её мать так считала. «Твой дом — твой разум». И? У Мэйв не было разума? — Только вытерла кровь.       — Ничего страшного. Это наоборот хорошо — вы оставили всё нетронутым.       — Давайте завтра съездим туда? — предложила Мэйв.       Да, может быть, она боялась дома. Может, даже сильно. Но для расследования это было необходимо. Тем более там она будет не одна.       — Это не доставит вам никаких проблем? — поинтересовался мужчина.       — Нет, — Уолкер выдохнула с некой печалью. — Всё в порядке.       Они болтали и болтали. О всяком. Важном и не совсем важном. Мэйв старательно отвечала на вопросы и сама умудрялась их задавать. Настолько старательно, что не заметила, как уснула.       Когда она открыла глаза, Уолкер ощущала себя так, словно не спала вовсе. Всё было лучше, нежели кошмары. Взгляд упал на тонированное стекло. За окном проплывали непросветные плотные облака.       Уолкер встала, потирая глаза, и повернулась к двери. Надо бы сходить в магазин за кофе…       Мозг не до конца проснулся, как и сама Мэйв. Она не сразу поняла, почему дверь открылась раньше, чем девушка дотронулась ручки. В проёме показался силуэт помощницы детектива.       — Доброе утро, — шёпотом сказала она, открывая дверцу шире. — Вы были тут всю ночь?       — Доброе, Дека. Мгм, — Уолкер утвердительно кивнула и вышла в коридор. Девушка прошла за ней.       — Детектив ещё спит, да?       Мэйв опять кивнула, наблюдая сонными глазами за Флайерс. Она пару секунд постояла, а затем снова начала задавать вопросы:       — Как дело идёт?       — Дека, подождите. Я только проснулась… — выдохнула Уолкер. От непрерывного потока вопросов у неё заболела голова и появился логичный вопрос: они все общались так, словно допрашивали подозреваемого. — Давайте я заскочу в магазин, возьму чего-нибудь, и потом я отвечу на все ваши вопросы.       — Идёт. Ближайший магазин через дорогу.       — Спасибо, — девушка обрадовалась тому, что хотя бы узнала местонахождение её будущего завтрака. — Не знаете, что предпочитает мистер Купер?       Слово «мистер» звучало так непривычно перед фамилией детектива. Уолкер было приятней произносить имя Энджел. Ангел, сражавшийся за справедливость.       — М-м… Вафли, может быть.? У него нет любимого блюда, — помощница удалилась к себе в офис, где помимо неё, как разглядела Мэйв, сидели ещё двое человек за своими столами.       Девушка не стала отвечать, а лишь быстро вышла из здания, накидывая пальто по дороге. На Молл-стрит погода была ещё хуже, чем вчера, и Уолкер поморщилась от такой гадкой закономерности. Не припоминала она таких затяжных непогод в Кельде.       По указке Деки Мэйв довольно быстро нашла магазин. Он располагался в многоэтажке напротив и был не таким большим, каким казался снаружи. Уолкер не стала задерживаться в той гнетущей атмосфере местного молла, где вечно усталый взгляд продавца и смердящие бездомные, захаживающие погреться, отбивают всякое желание закупаться.       Взяв всё, что ей необходимо было, девушка расплатилась и ушла в безопасное и менее нервирующее место — офис детектива. Там хотя бы не было вони.       Флайерс она не встретила — зато увидела, что Энджел уже на ногах.       — Доброе утро.