Глава 21. Разговор

— Даже не думай, — прорычал Найтмер. — О чём ты? Я просто иду, — Андайн невозмутимо прятала руки за спину. Она шла от него дальше, чем кто-либо ещё, но Найтмер всё равно ощущал опасность. Большую опасность. — Не пытайся обмануть меня. Я чувствую все твои намерения! Поэтому не смей. Я серьёзно. Всё потому что эта рыба испытывала коварство и злодейское предвкушение вот уже половину дороги. Этих ощущений поубавилось на сказанных словах, но только потому что их перевесила заинтересованность. — Ты правда прям всё чувствуешь? Нил служил своеобразным ограждением между ним и рыбиной. Нил уже второй раз служил подобным ограждением, но против не был. Другое дело, что такое же место занял Кор, как дополнительная мера. Тот шёл рядом с котом, но уже не вызывал такого беспокойства, нежели гадкая рыбина, задумавшая против него нечто нехорошее. Служил второй стеной между ним и Андайн. — Больше, чем ты можешь представить. Так что я не шучу. Иди, где идёшь. Не пытайся даже думать о том, что ты думаешь. — Но я всего разок… — Нет. — Твой позвоночник даже не хрустнет! Всего парочку секунд. — Ни за что. — Этот парень считает себя слишком взрослым для этого, прости, без шансов, — Нил пожал плечами, поддерживая его решение. Как чудно, что хоть кто-то ещё на его стороне. — Как можно быть слишком взрослым для обнимашек? Именно оттого, какие глупые мысли посещали эту рыбью голову, Найтмер вообще не хотел иметь никаких дел с ней. Будь его воля, он давно бы ушёл. Но не мог, ведь Нил решил, что проводить Андайн до её места назначения будет правильней. Ведь она, конечно, столько всего сделала, эмоциями поделилась, готова была отдать всё, что в ней есть, лишь бы Найтмеру стало лучше. Сделала всё, чтобы довести его почти до истерики. И очень устала от этого. В таком месте как это стоило убедиться, что по пути с ней ничего не случится. По мнению Нила, конечно. По мнению Найтмера, ей было бы достаточно Кора. По мнению Найтмера, он мог бы доставить всех тенью, но так считал только Найтмер. Остальные предпочли спокойную прогулку резкой телепортации тенью. Сам не знает, почему не стал спорить. Может быть, в нём всё же ещё осталась совесть? И какая-никакая благодарность. Может быть, он и сам хотел как-то отплатить за то, что забрал эмоций больше положенного, хотя можно было забрать больше, в отместку за потраченные нервы. Может, хотел показать, что всё же ценит потуги, ведь благодаря ей у Найтмера появилось оружие, пусть и такими радикальными мерами. Может быть, всё сразу. Да и у него появилась некоторая идея, как этим можно воспользоваться, но для этого стоило хотя бы дойти. К тому же меры оказались не столь радикальными. Кто б подумал, что копьё может рассыпаться от простого касания? Кто б подумал... Провели его таким лёгким способом. Ещё учиться и учиться замечать чужие подлянки. Всё из-за её эмоций. «Берсерк» проклятый. Всё своей яростью испортила. — Может быть, он просто грубиян, отказывающийся из-за собственного невоспитанного характера. Такому как он просто неоткуда узнать, что на обнимашки обычно соглашаются. Слова Кора прозвучали, как выстрел. Причём попали едва ли не в черепушку. Это что за нескрываемый наезд был? Найтмер невольно покосился на Нила. Нил смерил его невозмутимым вниманием, осмотрел почти с ног до головы. — Возможно. А вот это был выстрел прямиком в душу. Как этот гадкий кот мог? — А ты б согласился? — спросила Андайн. — Конечно. Я никогда не против обнять кого-то. Теперь Кор не шёл, а вис в чужих руках, в объятьях Андайн. Его, можно сказать, тащили на руках, тогда как сам Кор продолжал скрещивать руки и делать вид, что он не создатель ОмегаТаймлайна, а плюшевая игрушка. И Найтмер абсолютно без понятия, почему в нём вдруг возникло такое чувство, будто его слишком быстро заменили. Будто одержав какую-то свою победу, Кор повернул в его сторону голову. И с противным звуком показал язык. Пример той мелкой оказался настолько заразителен? И что это за коллективная травля? Причём после того, как Найтмер так для них старался! Найтмер до настоящего момента не мог понять, почему Кор не ушёл сразу, как увидел, что они лично решили проводить Андайн до места её назначения, и что тревожиться не о чем. Теперь дошло. Кору просто хотелось отомстить, и он активно этим занимался. — Я готов терпеть это, когда требует работа. А вы просто психи, раз считаете, что пытаться обнять кого-то вроде хранителя негатива просто так – нормально. Но Найтмер не собирался так просто сдаваться. — А что странного? Тем более когда ты такой милашка? Найтмер чувствовал, что у него скоро аллергия начнётся на это противное слово на букву «м». — Я бы, может, еще подумала, будь ты чёрной и склизкой скелетоподобной массой, да ещё и с щупальцами за спиной, каким я тебя представляла в мечтах… Найтмер чуть не подпрыгнул на следующем шаге. Уставился на Андайн во все глазницы. Андайн оставалась невозмутимой, будто сказанное ей – просто бред её воображения. — Но уверена, лишь потому что подумала, не запачкает ли меня слизью, и всё равно б не сдержалась, решив, что обнимашки важнее чистой одежды! Андайн коварно засмеялась. Кажется, Кор разделял реакцию Найтмера, над его головой сверкнул призрачный восклицательный знак. Не удивился только Нил. Найтмер мало рассказывал о своей старой внешности, только о событиях. — Ну и воображение. Наверное, это не должно быть настолько удивительно, ведь даже Нил помнил что-то о другом времени, пусть и совсем отдалённо. Но услышать о себе прошлом так резко от совсем незнакомца... Наверное, хорошо, что Андайн помнила только внешность? Вряд ли она была бы так рада его видеть, помни и про его действия, не так ли? — А что плохого? Я представляла, как храбро он мог бы драться этими щупальцами, и каким бы был неуязвимым из-за брони из слизи! И он бы точно надрал задницу этому паразиту с крылышками! Найтмер неловко посмеялся. Ему, конечно, было «приятно» знать, что на него всё равно бы продолжились покушения с объятьями, будь он даже слизнякоподобным скелетом, и что его представляли неуязвимым. Но «паразит с крылышками» был его братом. И Найтмер всё ещё не собирался надирать ему задницу. На удивление, Кор поддержал его неловкий смех. — Но не волнуйся. Реальность мне нравится гораздо больше. Меня просто беспокоит, что ты всё ещё ощущаешь слабость, как мне рассказал тот задрот, что вечность проводит со своими роботами, и что ты так неопытен в бою. То, что он услышал на этих словах, было почти разочарование. Возможно, от Найтмера и правда ожидали большей опытности. — Но, как бы то ни было! Я всегда готова помочь. Я сама хоть не самый лучший боец здесь, в плане реального боя, но могу подсказать много хитрых приёмов. Когда у нас проходили гонки, я была лучшей в порче чужого транспорта, шины прокалывала, прицельно била по панели управления. А как внимание отвлекала... Ни один байк без царапины не уехал! В лучшем случае. Я даже человека так убила, когда тот решил нарушить правила и убил сразу четырёх участников! Поэтому всегда подскажу, как ударить исподтишка. Место разочарования почти сразу заняла справедливость и желание помогать, что почти заставили зашипеть. Андайн сильнее сжала объятья, воспылав этой идеей, Кор захрипел, что его сейчас придушат. Но пусть Найтмер корчился в негодовании, идею отложил. Враг уже понятен. В качестве боксёрской груши пригодна. Поменьше б этих покушений на объятья... — А тебе это и здесь пригодилось бы. Мы все тут агрессивные мудаки, а методы у тебя просто сумасшедшие! Желание помогать сразу скрыло агрессией и жаждой битвы. — Если б я за эти сутки не спала, я всё ещё на тебя злилась. Но после того как меня снова посетил тот кошмар, и я избавилась от него тем же способом, в мозгу будто щёлкнуло! И после этого я всю ночь во сне каталась на крутом байке! Мне так давно не снилось что-то настолько спокойное, просто словами не передать. Ты мой кумир. Нил просто кивал на всё, что касалось сумасшедших методов Найтмера. Вредный старикан. Найтмер старался делать вид, что ему нет дела до того, кто и с чего бы считал его своим кумиром. И что ему совсем не нравится, как эта вредная рыбина его видит. И что ему совсем всё равно, если она вспомнит что-то ещё. Даже если его это правда беспокоило, как и всё остальное. Найтмер не знал, как реагировал другой он, когда героем считали именно Дрима, но оказаться на его роли сейчас… Не было неприятным, просто… Почему нельзя обойтись без героев, чтобы каждый просто делал свою работу? Тем более что слышать, как ненавидят Дрима теперь, казалось несправедливым. Между прочим, его брат был самым крутым монстром того времени. Между прочим, он несколько веков спасал всех от того Найтмера. Найтмер благоразумно решил никак это не комментировать. Что-то подсказывало, на это может последовать не самая положительная реакция. Точно не от монстра, что потерял всё из-за Дрима. Может, когда-нибудь потом. Но он обязательно сделает это. Может быть, Дрим тоже чувствовал нечто подобное? ... Найтмер припоминал дорогу, по которой они шли. Под деревом уже не было Фриск и Чары. Возможно, они сейчас где-то гуляли, вместе или по отдельности. Под деревом осталась только книга, раскрытая на какой-то странице. Найтмер нахмурился в негодовании, что кто-то так невежливо обращается со столь хрупкими вещами, забрал её себе тенью. На последнем листе значился срок, в какой её нужно вернуть в библиотеку. Найтмер узнал нынешнее «число». Книга была просрочена на неделю. Найтмер размышлял, не стоит ли ему провести с местными профилактическую беседу на эту тему. Найтмер выискивал взглядом библиотеку, чтобы вернуть эту книгу, когда будет время. Найтмер не заметил Санса из Акситейла на прежнем месте. Дом пустовал. Возле дома никого не было. Зато почти сразу увидел этого скелета возле дома Фриск. Возле той самой качели. Тот сидел на земле, сложив ноги поудобней. Его позу нельзя было назвать расслабленной, но как минимум не отчаявшейся. Фриск не изменила своего месторасположения, продолжала сидеть на качели, но теперь у нее был слушатель, которому она что-то рассказывала. Помимо слабого покачивания самой Фриск, ей помогал Монстрёнок, напоминающий версию одного из особо жестоких миров АндерФелла. Найтмер не мог подсчитать количество шрамов и швов на его теле. Тот помогал качаться хвостом, слегка подталкивая. Он выглядел вполне спокойным. Он тоже слушал. Найтмеру не потребовалось ни особо привлекать внимания, ни окликать. Санс сразу заметил его сам. Санс тут же призвал топор и встал. Фриск спрыгнула с качели, чтобы успокоить. Заметила, на кого направлено внимание и угроза, нахмурилась, но успокаивать не передумала. Санс всем видом показывал Найтмеру: «Тебе здесь не рады». Более того, нарочно сделал шаг в сторону Фриск, чтобы закрыть ту собой. — Хочешь неприятностей? Голос звучал хрипло и грубо. Похоже, Санс давно не говорил и только недавно начал возвращать эту способность. Монстренок забеспокоился. А ведь Найтмер ещё ничего не сделал, он просто показался на горизонте. Но этого хватило, чтобы всполошить сразу троих, и чтобы один преисполнился желанием защищать. Но в этот раз Санс не нападал первым. Наверное, это стоит приписать в заслуги Фриск, а не Найтмера. — Даже не знаю, я… Найтмер собирался сказать что-то злодейское, чтобы полюбоваться на это зрелище ещё немного. Потому что это так разительно отличалось от их предыдущей встречи, что сложно поверить, что прошло совсем немного времени. Не успел. Перед ним оказался Нил, тот закрыл его на знакомый манер, почти скопировав положение Санса. Найтмер считал это лишним, но заметил, как от неожиданного появления Нила дрогнула хватка на топоре, хоть оружие Санс так и не отпустил. Кажется, это заставило вспомнить что-то. Кажется, воспоминание было тоскливым, но приятным. И напомнило само поведение Санса в данный момент. — Добрый день. Похоже, вы те монстры, кому повезло познакомиться с моим племянником, не так ли? Прошу прощения, у него весьма необычные методы подружиться, но ничего плохого он не хотел. Не обращайте на нас внимания, мы просто гуляем. Андайн активно замахала рукой Фриск. Кор выбрался из объятий, перенёс себя на забор и теперь удобно посиживал на нём. Видимо, все решили сделать небольшую остановку. — Как дела? Всё ещё отказываешься отдать мне свои воспоминания? — Найтмер не собирался прятаться за спиной, но вперёд его не выпускали. Он выглянул через плечо, также активно махая Сансу рукой. Его наигранное дружелюбие и улыбка были поняты правильно. — Даже не думай об этом. — Уверен? Ну смотри, если передумаешь, я всё ещё здесь. Санс собирался зарычать какие-то угрозы. …Найтмер ощутил слабый стук по макушке. Это такой намёк от Нила, чтобы заткнуться? И это после того как Найтмер и без того отхватил во время боя. Совсем его не бережёт. — Ты не представляешь, как сильно портишь у монстров впечатление обо мне, Нил. Найтмеру буквально мешали выглядеть ужасающим. — Нельзя испортить то, что и так испорчено, — говорил это не Нил. Говорил Кор, у которого ничего не спрашивали. — Не мешай хоть немного исправлять это в лучшую сторону. Кор покачивал ногами, абсолютно не обращая внимания, насколько его слова, между прочим, жестоки. Найтмер без понятия, почему все решили, что это стоит исправить в лучшую сторону. Он был существом, что должно вселять ужас и уважение. ... Но мешать не стал. Из интереса. Хотелось посмотреть, что из этого выйдет. — Мы хотели только поздороваться. Мы вот-вот уйдем, — предупредил Кор. — Фриск, ты всегда можешь обратиться ко мне, если тебя будут обижать эти придурки! — Андайн и до этого кричала Фриск всякую глупость, и делала это настолько активно, что та не успевала ответить, но после этих слов привлекла внимание всех. Санс начал бормотать, что непонятно, кого ещё и от чего придётся защищать. Монстрёнок высказался, что он тут главный охранник, и ни за что не обидит что-то настолько беззащитное, как Фриск. Фриск объясняла, что всё в порядке, и что они теперь её друзья. Но продолжала наблюдать за Найтмером. Найтмер знал, что её так интересовало. Фриск сопоставляла его фразы о том, что Найтмер ненавидит высокоуровневых монстров, и тот факт, что он сейчас тут шляется с одним из таких. Драке все предпочли разговор. Больше всего обстановку смягчал Нил. Нил своим желанием защищать нашёл с Сансом общий язык, пусть они перекинулись лишь парой фраз. Находили комфорт в том, что их подопечные вне угрозы. Андайн знала Фриск, поэтому болтала с ней во весь голос так, что любой грозился оглохнуть. Она хвасталась, как подралась с Найтмером и проиграла. Найтмер ещё никогда не слышал, чтобы кто-то с такой гордостью рассказывал о своём поражении. Кор поддерживал одну и другую сторону. Найтмер почти не принимал участия в разговоре, в какой-то момент просто привалился на забор, устав стоять за чужой спиной. Книга лежала неподалеку на том же заборе. Нил не стал загораживать снова, просто остановившись рядом. Их не приглашали в гости, они не собирались настаивать, направляясь по своим делам, но показалось, всего на несколько минут, атмосфера почти стала спокойной. Если, конечно, не брать во внимание, что к Найтмеру продолжали относиться с настороженностью. Его это не слишком беспокоило. Он просто ждал, когда все наговорятся. Он продолжал замечать косые взгляды Монстрёнка, что спрашивал у своих, кто Найтмер такой, так как его Монстрёнок ещё ни разу не видел. Найтмер считал, что этому парню больше всего повезло. Раз не знал Найтмера, значит, его жизнь не настолько ужасна. Найтмер продолжал улавливать внимание Фриск, пока причина такого внимания не заставила ее сдвинуться с места. Санс отказывался так просто пускать, почти схватил за руку, когда Фриск сделала первый шаг. Но отпустил от её просьбы. Не знает уж, что именно такого Фриск сказала. Найтмер с безразличием отнёсся к чужому приближению. У человека не было плохих намерений, а если б и были, Найтмер успел среагировать. Дождался, когда она почти поравняется с забором и остановится напротив. Некоторое время Фриск молчала, будто решая, стоит ли ей правда заговорить. — Ты обманул меня, — обратилась именно к Найтмеру, решившись. — В чём? — Во всём. Чтобы заставить меня вмешаться. — Наверное. Я успел выбесить больше десятка монстров после тебя, могу напутать. — И сейчас продолжаешь врать. Найтмера ткнули в середину лба, будто упрекая в его бессовестности. Найтмер не считал, что врал, лишь хитрил да лукавил. И добился того, что хотел. — Делай это поменьше. — Подумаю. Такой ответ не был тем, на что рассчитывала Фриск, но и не звучал, как прямое «нет». Найтмер ничего не обещал, и человек доволен, разве не прелестно? — Надеюсь, ты больше не появишься здесь. Как минимум для двоих его спутников слова показались жестокими. А вот Найтмер намёк уловил. — Тоже очень надеюсь. Это зависело не от него. Но жить точно стало проще, если бы проблемы с этой двойкой уменьшились, а у третьего их и вовсе не возникло. — Если только я не приглашу в гости, — Фриск слабо улыбнулась, развевая только вспыхнувшие тревоги. Санс продолжал относиться к Найтмеру с опаской и почти презрением, но это только больше показывало его изменения. Ему было полезно испытывать такое. Фриск сама по себе была человеком, желающим всех простить, и пыталась разобраться во всех проблемах, даже в ущерб себе. Её догадливость не была удивительной, тем более если они знакомы с Андайн и та успела рассказать. Найтмера всё устраивало. Наблюдение за чужим отвращением и борьбой приятно охлаждало душу. Найтмера всё ещё тянули чужие просьбы. Просили заглянуть туда, посетить тот дом за поворотом хотя бы ненадолго, заглянуть в гости к одному знакомому, у какого он уже был, но одного разговора не хватило. Но это звучало уже более терпимо. Не тянуло с такой силой. Не торопило, давало возможность взять маленький перерыв. Весь остаток дороги Найтмер пытался почитать книгу, что так случайно прихватил с собой, отказываясь слушать, что читать в дороге неудобно. Это оказался роман о любви, отчего часть происходящего вызывала смех. Ему было интересно, действительно ли её кто-то читал, или взял чисто для прикрытия. Это было не то, что нравится Найтмеру, но драматичность происходящего показалась слишком нереалистичной и наигранной. Было весело. Было весело до первой любовной сцены. Найтмер не сразу заметил, что это подходит к любовной сцене. Захлопнул книгу. Первым желанием было выбросить книгу. После догадался отдать её Нилу и сказать никогда больше не показывать. По крайней мере, пока они не найдут библиотеку. Нил не понял, Нил интуитивно открыл на нужной странице. Глаза стали как два блюдца, тот издал растерянный, но такой понимающий «ох». — Что там такое? — Кор попытался заглянуть в текст. — Тебе рано читать о подобном! Нил захлопнул книгу так же резко, как Найтмер недавно. Кор пытался убедить, что ему не меньше двух сотен лет, если не больше. Нил не слушал, пряча книгу подмышкой, покраснев до кончиков ушей. Кор наступал на знакомую ошибку. Никому не было интересно, сколько тебе, если ты выглядишь, как подросток. Было решено, что подобранные книги они больше не читают, только возвращают в библиотеку или владельцу. Во избежание. Когда Андайн увидела название, призналась, что тоже её брала, и что её безумно впечатлила «химия» между персонажами. Что о их любви до гроба можно слагать легенды. Найтмер доказывал, что она просто сумасшедшая. От отказа показать ему книгу, а также от всеобщего спора, Кор молча зажёгся идеей взять ту в библиотеке после. Найтмер не собирался предупреждать, что его ждёт. Андайн с удовольствием показала, где живет, ткнула в свой дом. Указывала на каждый мелкий предмет интерьера во дворе, как на достопримечательность. Сказала, что это то, что получилось сохранить и забрать из её мира. Почти улыбалась, опираясь на нечто обгоревшее, отдалённо напоминающее разбитый мотоцикл. Она назвала это «Лакки». Найтмер в который раз убедился, что шутка про байкера оказалась не то чтобы шуткой. Андайн болтала о том, что гостям всегда рада, тем более таким. Но вместо того, чтоб зайти, обошла дом, призывая следовать за ней. Прошла метров десять, постучала в другую дверь. Найтмер услышал голос одного упертого Папируса на другой стороне, что убеждал, что очень торопится к двери, но заставил ждать себя больше пары минут. Всё это время Андайн бесконечно стучала. Дверь была металлической, поставленной будто в злобе и неровно. На ней уже отпечатались кулаки. Похоже, так стучались не впервые. Судьба свела монстра, что не любит торопиться с тем, кто не умеет ждать. У судьбы были очень странные шутки. Папирус открывал дверь так, будто не хотел её открывать, но заставили. Уже зажимал зажжённую сигарету в зубах, уже тяжело вздыхал с усталостью, так и кричащей: «как ты меня уже достала». Заметил, что она не одна. Сначала кивнул, поздоровавшись с Кором. Заметил Нила и растерянно сказал: «и ты здравствуй». Обратил внимание на Найтмера. Затих. Сигарета чуть не выпала. — Опять возился со своими роботами и отказывался отвлекаться? Папирус скрыл глазницы под шляпой, но ухмылку скрыть не мог. — Может и так, — тот опёрся о косяк, с одной стороны не решаясь выйти сам, с другой не планируя гостей. Выдержал испытующий взгляд, так и обвиняющий его в злостных махинациях и выдаче важной информации о внешности всяких хранителей окружающим. — А ты оказалась настолько неостановима, что таки нашла его? Папирус всего на секунду показался виноватым. В следующую тот начал прямо через шляпу потирать лоб. — Я всегда неостановима, стоит мне загореться идеей. Или ты ждал, что я брошу поиски после первой же неудачи? — От тебя я ничего не ждал. — Опять включил свой ворчливый режим. Заебал. — Надеюсь, она не доставала больше положенного, — это обращение точно было к Найтмеру. Он только пожал плечами. — Не больше чем некоторые монстры, отказывающиеся от помощи. Найтмер достал не свои сигареты. Взял одну. Отдал одну Нилу. Достал зажигалку, зажёг себе и Нилу. Протянул зажигалку и сигареты Папирусу. — Это твои, — ответил на немой вопрос. — Сказал бы сразу, что куришь, может, ещё тогда лучше нашли общий язык. Папирус пошарился по пустым карманам. Фыркнул, забрал сигареты с зажигалкой назад, называя его злостным воришкой. — Здесь запрещено забирать что-то без согласия владельца, чтоб ты знал, на будущее, — негодующе буркнул Кор. Чисто чтобы буркнуть. Наверное, это было также запрещено, как вламываться в чужой дом и раздражать всех одним своим видом. — Он не против, да и считай, это подношение могущественному существу. Слова вызвали ещё одно мелкое фырканье. — «Могущественное существо» можно подкупить сигаретами? — Если настроение подходящее. Нил, похоже, сначала собирался отвесить легкий подзатыльник, но передумал и просто хлопнул по спине в поддержке. Андайн уловила сказанное. Андайн совсем-совсем незаметно придвинулась к Папирусу и совсем-совсем шёпотом спросила, за сколько сейчас продают сигареты. Выглядела так, будто обязательно закупилась бы ими перед встречей, если б знала. — Выглядишь лучше, — заметил Папирус. — А ты – как раньше. Негативом за километр несёт. — Папирус поднял руку, принюхался к рукаву, утверждая, что вроде стирался пару дней назад. — Если уж планировал отправлять группу по спасению для негативного хранителя – мог прийти сам. Одного вполне хватило. Если Папирус и удивился прямому подтверждению должности, то никак это не выдал. Пусть искала Андайн, теперь, после увиденного, и после реакции на слова, Найтмер убедился, чья изначально это была идея, или как минимум кто дал толчок на то, чтобы найти его. Кто хитро воспользовался чужим желанием посмотреть на хранителя негатива и подсказал, как этим принести пользу. — Было слишком лень покидать дом. — И твоя эта «лень» – одна из основным проблем в тебе, так, для понимания. Папирус ещё больше закрыл глазницы шляпой. Ощущения испытывал такие, как школьники, которых отчитывает учитель, да ещё и на весь класс. — Он всегда такой, с этим только смириться, — развела руками Андайн. — Или, может, насильно вытягивать гулять? Свежий воздух и прогулка неплохо остужают мысли. Разводить руками Андайн перестала, более того, ей понравилась идея. Та вспомнила, сколько силы в её мышцах. И что их как раз достаточно, чтобы таскать целого скелета. — Приму во внимание. Мне нравится. — Против меня моего же приспешника… — Ты слишком слаб, чтобы иметь своих приспешников. Папирус приподнял руки в знак своего полного поражения. — А я просила не называть меня приспешником. И да, долго будешь закрывать вход? В сторону. Я голодная, а у меня в холодильнике мышь сдохла. Даже если Папирус не ждал гостей, Андайн решила, что они ему определённо нужны. Танком пошла напрямик, заставив посторониться и направилась прямиком на кухню. Кухня, в отличие от обычных домов, оказалась за поворотом. Нововведения? Или нежелание жить в доме так похожем на старый. И это при том, что он делает роботов погибших друзей и брата. Кор застыл в растерянности, не понимая, как холодильник в его вселенной может опустеть, ведь он за этим тщательно следил. И что за двести лет такой ситуации никогда не было. Бормотал под нос, что у них нет «мышей», и он очень хочет проверить состояние холодильника в доме Андайн. Похоже, невинная шутка оказалась не понята создателем ОмегаТаймлайна и принята близко к сердцу. Папирус пошёл вслед за Андайн. Папирус из кухни крикнул, чтобы, если кто планирует заходить, были осторожны, так как на пути валяется несколько инструментов и шестерёнок. Нил затушил сигарету, положил в ох как удачно поставленную на выходе (интересно кем?) пепельницу. Нил не был против зайти в гости, но заметил внимание Найтмера, потому что то, что сейчас происходило, очень удачно подходило для того, чтобы оставить Нила в безопасности и веселье, а самому отойти ненадолго, за компанию с кое-какими не принявшими шутку создателями одной вселенной. Нил понял без слов, встревожился. Кажется, он передумал заходить, и его совсем не волновало, что так он утеряет возможность узнать местных получше. И может быть, не получит неплохих союзников, что смогут обеспечивать его безопасность в этом месте в будущем. Присутствие Нила и Найтмера устроило бы больше. Только вот планируемый разговор был слишком личным. И касался Нила не в последнюю очередь. — Передашь этому высокому нахалу, что я зайду попозже? Это необычно, но Нил некоторое время боролся с нежеланием отпускать его одного. Даже зная, что именно сейчас беспокоится о пустяках. Нил знал, что сказанное – стандартная отмазка. К тому же Кор тоже очнулся от ступора, уловил, что происходит, но не то чтобы рвался как можно быстрее заскочить в дом, чтобы не оставаться с Найтмером наедине. Нила успокоило именно отсутствие сопротивления со стороны Кора. И то, что создатель ОмегаТаймлайна даже наоборот отошёл от двери, чтобы закрыть было проще. Похоже, мысли у них с Кором были схожи. Нилу не стоило присутствовать. — Конечно. Скажу, что он так просто от тебя не отделается, приятель. — Спасибо. Мы совсем ненадолго. Туда и обратно. Мигом. — Как скажешь. Нил выдавил не слишком радостную улыбку. Та совпадала с его собственной. Найтмер прикрыл дверь. Еще раз проверил ситуацию в доме, убедился, что никто из местных не испытывает плохих намерений. Выдохнул. Как можно спокойнее посмотрел в сторону Кора. Если вины и стало меньше, если они уже не ожидали неожиданного нападения друг друга после непродолжительного, но сосуществования в одном мире, то неловкость наедине никуда не делась. С Нилом было привычнее, так как, в случае ступора, он находил, как поддержать диалог. Теперь этой защитной стены не было. Только они, один на один. — Пройдёмся? Найтмер пожал плечами. Невольно вспомнил их предыдущую попытку поговорить и засомневался в удачности затеи. Но должно же это когда-то произойти? Так они просто будут тянуть время. — Веди. Найтмер доверил выбор другой стороне, чтобы не грузить себя размышлениями, где они могли бы всё обсудить. Тем более что Кор лучше знал свой мир. — Только не… — Конечно. Найтмер хотел попросить, чтобы разговор не происходил под тем деревом, что так сильно связывал Кора с прошлым и Дримом. Но, похоже, просить об этом смысла не было. — ...Не голоден? Обычный, почти будничный вопрос, какой так непривычно было слышать от того, кого подсознательно всё ещё пытаешься внести в список врагов, вызвал кривую улыбку. — Не особо. Перед тем, как я уснул, Нил заставил поесть. — Ясно. Нил молодец. Он мне тоже говорил не пропускать хотя бы обед даже зная, что мне не нужно есть. Говорил, вкусная еда может подбодрить. — Ага. Нил крут. — Всегда был крут. Будничный вопрос снова вернул к коту, что остался в доме дожидаться их. Будничный вопрос нашёл во всех их противоречиях хоть что-то, в чём они были согласны. — Я не звал его за собой. Он увязался сам и просто… не захотел остаться ни в каком мире. Если ты подумал, что я заставляю его или у меня нехорошие намерения, или я подговорил его на что-то плохое. — Я ни разу не подумал об этом! — слова вызвали бурю возмущений, что потухла так же быстро, как возникла. — То есть. Нил бы точно не согласился. Я вот о чём. — Да. Конечно. Нил – ни за что. Может, проблема была не столько в отсутствии Нила, сколько в факте, что они остались вдвоем? Найтмер спрятал руки в карманы. Одной наткнулся на нечто металлическое. Другой – на мягкое. Банни всё ещё сидел в кармане, как небольшое напоминание, для чего всё это затеивалось. Всё же, может быть, он не совсем тут один на один с неприятностями. С Найтмером был небольшой отголосок чего-то важного. Кор не заставил слишком далеко идти. Не заставил блуждать, просто отвёл чуть дальше от основного города, к небольшому пологому склону, усеянному цветами. Тот спускался тропе и вновь к АнтиПустоте. Непривычно, когда миры заканчиваются не условными стенами, за какие невозможно выйти, а просто обрывом в ничего. Но по-своему познавательно. Напоминающе, что их вселенная и миры небезграничны, как бы много их не было, какими бы длинными локации не казались. И опустошить их не так уж тяжело. Кор указал на пустую скамейку, открывающую наиболее подходящий вид. Присел первым, обхватил себя руками, будто ему холодно. Сел на самый угол, подальше. Найтмер сел с противоположной стороны, чтобы не заставлять испытывать больший дискомфорт, чем мог бы. Принялся искать цветы, у которых помнил названия. Таких оказалось не то чтобы много. Клевер, кипрей, колокольчик… Попробовал подсчитать их. Сбился на двадцать пятом, отвлекаясь на мысли и на чужое присутствие. Услышал раздосадованный выдох Кора. Повернул в его сторону голову. Кор в эту же секунду повернул свою. Они занимались примерно одним и тем же. И снова продолжили смотреть на природу после, в потугах морально успокоиться и настроиться. Найтмер справился первым. — Прости. Или ему показалось, что он справился с этим первым, потому что извинения прозвучали двумя голосами. Похоже, Нил не только Найтмеру говорил, что стоило бы извиниться. Хотя, по мнению Найтмера, Кору извиняться было не за что. Замолчали. — ...Мне не стоило обвинять тебя, после того как ты позволил мне зайти в ОмегаТаймлайн, даже зная, кто я. Я очень виноват в произошедшем с Файрусом. И во многом другом. Кор дал ему возможность начать первым. Внимательно слушал. Найтмер следил, чтобы негатива в создателе ОмегаТаймлайна не стало больше, чем могло бы. — Мне не стоило высказывать столько грубостей и вываливать на тебя свои проблемы после того, что вы пережили. И нет, ты во многом был прав. И мне жаль. Найтмер сплёл ладони перед собой, упёрся в них лбом. Ну вот, хотя бы в этом они разобрались, пусть этим разбирательством никого уже не вернёшь. Хотя бы примут, что уже наделали. Дал себе и Кору успокоиться, что с каждой минутой становилось всё более сложно. Найтмер готов был признать, что действительно не знает, как должен обсуждать важные темы с тем, кого совсем недавно считал врагом. В этот раза первым в себя пришёл Кор. — …Скажи, ты много помнишь о том, что было в другом времени? Найтмер задумался, стоит ли ему рассказывать что-то о своих провалах в памяти, вдруг воспользуются в будущем? Припомнил, чем подобное недоверие недавно кончилось. И с кого вообще началось. — Только отдельные части. Такое чувство, будто у меня старательно пытались стереть все воспоминания, но не успели. Часть я вспомнил за последние двести лет, пока лежал с жаром. Какую-то часть вспомнил уже здесь. Кажется, услышать, что Найтмер действительно помнит не всё, было для Кора неожиданностью. Найтмер сначала уловил подозрение в обмане, но затем растерянность, когда ему поверили. — Я боюсь представить, сколько ещё пробелов у меня в памяти. Последним в коктейль эмоций подмешало вину. Похоже, Кор был уверен, что Найтмер помнит всё, и теперь сожалел, что ошибался. — А ты? Кор тоже о чем-то задумался. Может быть, похоже разрывался между двумя противоположными вариантами. — Почти всё. По крайней мере, помню, как всё становилось хуже и хуже, и как стало ужасно по-настоящему. Но не могу сказать, что произошло между «хуже и хуже» и «просто ужасно». Ты просто как-то смог забрать себе последнее яблоко. Я так и не смог восстановить это воспоминание. Что-то... мешает. Хотел спросить у тебя. Найтмер был уверен, что Кор точно помнит всё, как и его брат. Найтмер хотел бы верить, что Кор просто не хочет рассказывать, но Кор не врал. Даже с Кором Найтмер не мог бы вспомнить всего происходящего. Что за беда с этими воспоминаниями? Найтмеру показалось, будто их нарочно пытаются водить за нос. Но вместе с тем заставил себя отметить, на что стоит уделить особое внимание. Возможно, в отрезке между «хуже и хуже» и «просто ужасно», была хоть малая подсказка, почему Дрим так изменился? А может, там нет совсем никакой важной информации, и два предыдущих отрезка были настолько ужасны, что затмили собой память о менее важном. Найтмер дал себе слово сделать всё возможное, чтобы вспомнить, даже если это ничего не принесет. К тому же ему ещё было, о чём спросить. — Расскажешь, что ты имеешь в виду под «хуже и хуже»? Кор снова сражался с собой, выбирая из двух вариантов правильный. Кор пару раз почти начинал говорить, но замолкал. Хмурился и снова задумывался. Возможно, не последнюю роль в конечном выборе сыграла попытка Найтмера быть откровенным. — Начались массовые смерти. Раньше ты, тот, в том мире, старался убивать как можно реже, только в пустых, почти умерших вселенных, которые были тебе совсем неинтересны. Потом начал убивать везде. Когда негатив стал слишком перевешивать, даже истинный сброс не всегда помогал всё восстановить. И всех. Найтмер прикрыл глазницы, прикидывая, насколько это подходит под определение «хуже и хуже», и насколько это далеко до «просто ужасно». — Нужно рассказать, что было в «просто ужасно»? — Не обязательно. Вот это я помню просто прекрасно. Сложно забыть, как тот, другой Найтмер всех убил. Отголоски эмоций умирающих монстров до сих пор сохранялись в памяти. Кор ответу почти обрадовался, его точно не тянуло обо всём этом рассказывать. Найтмер успел уловить легкий ужас в примеси радости. Вполне вероятно, Кор припомнил, как снова растворился в небытие и исчез. — Ты помнишь, почему делал это? — Не помню. Найтмер помнил смерти и разрушения, но вот ирония, почему это творил тот Найтмер, назвать не мог. Тот он просто делал. Тот просто ломал всё, что ещё можно было сломать. Рушил и без того разрушенное. Пока рушить не оказалось нечего. — …Некоторые считали, что это был не ты. Говорили, что в вашем Древе было заключено проклятье, и оно через яблоки захватило твоё тело. Проклятья часто импульсивны и разрушительны. Как думаешь? Может быть, ты именно поэтому ничего не помнишь? Звучало логично. И многое бы объяснило. Если то, что было в другом времени, было не им, а просто отголоском негатива, чистой ненавистью, тогда нет смысла искать его действиям объяснения. Оно просто делало, потому что могло это сделать. Только вот… — Но я почему-то начинаю вспоминать это теперь, правда? Я бы не смог восстановить то, что не пережил. А значит, часть меня всё равно там должна была сохраниться. Наверное. Он ляпнул это раньше, чем подумал, как это могло звучать. Можно сказать, он мгновенно отвернулся от лёгкого оправдания, позволяющего начать всё сначала. Позволяющего Кору посчитать его другим монстром и хоть немного расслабиться в его компании. Кор выглядел расстроенным таким объяснением и почти испуганным. Недоверие и подозрительность сверкнули в двойном объеме, но Кор быстро справился с этим. — Ты собираешься восстановить все воспоминания? — Да. Хочу вспомнить, что именно произошло. И понять, почему Дрим так себя ведёт. — А если это заставит тебя вернуться к тому, что ты делал в том времени? Похоже, Кор не очень загорелся этой идеей. Его страх не был наигранным, его беспокойство и нежелание, чтобы нынешний он снова изменился и вернулся к тому, каким был там, было искренним. Найтмер и сам не до конца был уверен в правильности решения. Он довольно долго от этого бегал и был почти счастлив не помнить ничего лишнего. И в словах Кора был смысл. — Не заставит. Я сделаю всё, чтобы даже не задуматься, что можно пойти тем же путем. Покажу старому себе другой. — Ты так уверен в этом? — Нихрена я не уверен! — Кор дрогнул от такого резкого ответа, но не стал ни упрекать в высказываниях, ни расстраиваться, когда услышал ответ. — Я недавно вспомнил чуть больше, и после этого во мне будто изменилась сама манера мыслить. Это безумно жутко, знаешь ли. Кажется, от него не ожидали прям таких откровений, поэтому пока не придумали, как реагировать. Кор пытался понять, точно ли перед ним сейчас сидит Найтмер, или Кор просто где-то сильно ударился головой и у него галлюцинации. Даже глазницы протёр. Зато уже не выглядел почти напуганным. — Но знаешь, если б не эти воспоминания, у меня уже опустились бы руки. И вместо того, чтобы что-то сделать, я бы нашёл тебя, чтобы уговорить оставить того глупого кота, а сам ушёл в какую-нибудь непримечательную вселенную догнивать остатки дней. Или сразу попал в руки к Дриму, как повезёт. Хе-хе. Было почти забавно наблюдать, как Кор вздрагивает от этих слов, и как до него постепенно доходит весь смысл сказанного. — Я устал бегать от того, что было в прошлом, тем более когда увидел, чем это может кончиться. Я должен вспомнить как можно больше. Ни ему, ни Кору не нравилось лишний раз вспоминать, что произошло. И чем это закончилось. Только разговор сам по себе возвращался к неприятной теме, как бы они ни пытались избегать её. По сути, их ничего не связывало, кроме этого. Но в этот раз хотя бы оба себя контролировали. Кор держался, пусть и сжимал кулаки при каждой мысли о Файрусе и всеобщей гибели. Найтмер вместо обвинений предпочел бы убеждения, что не только Кор виноват, вины Найтмера определённо больше, и планировал забрать лишний негатив. Ему хватило примеров, чем может кончиться его импульсивное поведение, чтобы сделать выводы. — У тебя уже есть план? — Кор очень хотел перевести тему. — Конечно. У меня всегда есть план. Куда без плана. Или забыл? — Найтмер позволил это сделать. — Как такое забыть... Ты своими планами и продуманностью постоянно портил нам жизнь. Я терпеть не мог твою любовь предусматривать всё до мелочей. — Похоже, Найтмер попал в одну из самых безобидных, «нейтральных» тем. — Но пару раз, кажется, это сыграло против меня, да? — О, однажды Дрим просто феерически надрал тебе задницу, воспользовавшись брешью в твоей любви всё контролировать и уверенностью в своей неуязвимости. Ты сбегал, поджав все свои щупальца, обещая мщение. Было забавно. — Спасибо за такие подробности. — Сам спросил. Хотя, может, было и что-то другое. Эмоции смягчились. Кор позволил себе снова глянуть в его сторону и не сдержал глухого посмеивания. Похоже, недовольное выражение лица Найтмера его немного повеселило. В этот раз Кор не стал прикрывать рот, будто сделал что-то непозволительное. Найтмер позволил и себе поддержать этот смех. Почувствовал лёгкий укол позитива, но не стал ничего с этим делать. — Расскажешь, что ты придумал? — А что мне за это будет? — Возможно, ты услышишь мой бесценный совет. — Мда. Что-то это напоминало. К тому же наблюдать за Кором в нынешнем его состоянии было… интересно. Когда в нем сверкают не веселье и радость, а зловредность и упёртость. Найтмер позволил тянуться этому моменту как можно дольше, пока Кор сам не заметил, что тема, возможно, ждёт серьёзная. И приготовился внимательно слушать. — Я хочу найти тех, кто помогал мне в другом времени. Или хотя бы попытаться… Если ещё хоть кто-то остался в живых. От Кора вновь донеслась растерянность. Возможно, он задумывался, зачем это может понадобиться Найтмеру, тем более теперь, после того, как он собрался отговорить самого себя идти тем же путем. Спрашивать, зачем ему это, Кор не стал, но вспомнил что-то точно нехорошее. Найтмер знал, что услышит как минимум об одной смерти, судя по тому, что он помнил из бреда во время жара. Что оказалось совсем не бредом. Легче было узнать об этом сейчас, чем открыть после, оказавшись в пустой сгоревшей вселенной. — Я не знаю, что сейчас с Дастом и Киллером. Я вижу их вселенные, но зайти туда почему-то не могу. Это было с самого начала. Ещё до того как Дрим начал… До того, как я встретился с Дримом. Я тогда проверял миры, каждый, и случайно наткнулся на «Что-то новое». Мир не дал даже посмотреть, что в нём происходит. Дрим тоже на это жаловался. Если даже Дрим на это жаловался, значит, достать их не смог. — И он пытался спрашивать у меня, могу ли я туда зайти. Он говорил, в их мирах всё настолько плохо, что не осталось никакой надежды. Найтмер ещё никогда не ощущал такой бодрости от мысли, что в чьих-то мирах совсем нет надежды. Даже если это просто показывало, насколько жестока вселенная, в какой жили те, кто помогал тому Найтмеру в другом времени. — Но у тебя может получиться. Это относится… к твоей работе. Может быть, тебя не посчитает, не знаю, опасностью? И пропустит. Найтмеру хотелось проверить это сразу, но предпочёл не открывать ничего в мире Кора без надобности. Примут за вмешательства. Теперь он предпочитал не пытаться. Он попробует позже, когда подготовится к этому. Прямо сейчас срываться опасно. Найтмеру достаточно просто услышать, что Дрим не смог к ним подобраться. Ему действительно было достаточно? Его правда так это радовало. Найтмер слышал только два имени. Найтмер догадывался, почему не произнесено третье, но не мог не уточить. — А Хоррор… он давно погиб? Лёгкости, что сверкнула совсем недавно, как не бывало, снова вернув Кору неуверенность и страдания. Кор припоминал реакцию, с какой в прошлый раз Найтмер среагировал на чужую смерть. Полагает, не было смысла упрекать его в этом. Найтмер сам показал себя не с лучшей стороны. Сейчас просто оставалось пожинать плоды и надеяться, что у него ещё есть шанс исправить это. Здесь и в будущем. — Как только Дрим перестал скрывать от меня, что ненавидит негатив. Раньше Хоррортейл служил негласным доказательством, что Дрим – это Дрим. Добрый друг, не планирующий мстить тем, кто раньше… с кем он не особо ладил. Значит, Хоррортейл и правда сгорел. Значит, этот мир ещё имел надежду на лучшее. В нём ещё можно было смотреть в будущее невзирая на всю его жестокость. Даже тот Найтмер знал об этом. — Я… правда пытался их предупредить. Я пытался говорить с местными, предлагал им уйти. Я предлагал Хоррору… Пока Сноудин горел. Дрим появился сразу в Сноудине. Первым сгорел дом братьев. Дрим ударил именно в их дом первым делом. Хоррору просто повезло в это время оказаться в Водопадье. Папирус… Кор застыл, вспомнив что-то по-настоящему неприятное. Нила не было, чтобы прервать его, зато был Найтмер. И он мог хотя бы не заставлять это произносить и углубляться в воспоминания. Вычерпнул что-то далёкое, но важное из своих. — Если Папирус погиб, то почти уверен, предлагать ему уйти уже было бессмысленно. Хоррор не стал бы уходить один. Ха-ха. Тебе ещё повезло, что не попал под топор, если пытался остановить его и не дать проверить, что с его братом. — Я попал под топор... Ха… Он чуть не отрубил мне руку. Никогда не думал, что это возможно. И что мне может быть физически настолько больно. Найтмер снова не сдержал усмешки, пусть она была на удивление болезненной. Услышал аналогичную от КорФриска. Потёр лицо ладонями, чтобы избавиться от неприятных ощущений на костях. Это были не его ощущения. Или должны были быть не его. Но они были. Осознание, что когда-то этот монстр был если не другом, то подчиненным. Разочарование, что он даже не успел с этим монстром встретиться и познакомиться по-другому. Обида, что у него даже шанса не было попытаться помочь. Горе. Ничего поделать он уже не мог. Но были те, кому ещё можно помочь. Это была единственная мысль, помогающая успокоиться. — Не злишься? Найтмер невольно посмотрел в сторону Кора. — Шутишь? Я удивлён, что ты вообще пробовал. Если ты спрашивал про себя, конечно. Сам я просто мучился с жаром и только отдалённо слышал, как гибнет что-то знакомое. Кор выглядел так, будто не знал, кому сочувствовать больше, Найтмеру или Хоррору. Или просто пожалеть себя, что не смог ничего сделать. Найтмер позволил себе, и не только себе, посидеть в тишине, чтобы переварить всю полученную информацию и сложить воедино кусочки пазла. Картина получалась всё более ужасающая. Не без проблесков надежды, но уж точно не из приятных. — Мне правда жаль. Я ошибся, посчитав, что если тебя нет, то всё отлично. — Я ошибся, когда посчитал, что странное поведение брата пройдёт само собой, — Найтмер не дал Кору тонуть в вине в одиночестве. Не в этот раз. — Дрим и тогда так себя вёл? — От его безумных огоньков во взгляде, даже когда вспоминаю, пробирает до трясучки, и иногда он как что-то скажет… Я не всегда мог подумать о таком, а я был хранителем негативных яблок, между прочим… поэтому я почти уверен, что это всё ещё Дрим, а никакое не проклятье, если ты задумывался об этом. — Задумывался, — попыткам оправдаться Кор предпочёл честность. Его взгляд опустел, пусть в глазницах изначально не было никаких зрачков. — Я хочу вернуть ему веру в то, что любой может стать лучше, — признался Найтмер. — Я уже не уверен, что Дрим ещё способен... — Я тоже. Найтмер не собирался, но невольно прервал Кора. Снова. Тот на секунду даже надулся в недовольстве. После этого согнулся и схватился за голову. Найтмер почти слышал легкое рычание, вырывающееся из его горла. — Мы в полной заднице, да? — Я не помню, чтобы когда-то казалось хуже, чем сейчас! Даже там! — Кор почти выпрямился, продолжая тянуть себя за волосы. — Раньше был Дрим! И Дрим всегда находил, как поддержать. А ты… стоит сверкнуть надежде, и ты будто специально втаптываешь её в землю и раздражаешь! — Ничего не могу с собой поделать. Мне это нравится. Я знаю, что я странный. Кор смотрел так, будто Найтмер не странный. Найтмер сумасшедший. — Ты собираешься собрать своих подчинённых, чтобы снова бороться с Дримом? — напрямую спросил Кор. — Нет. — Ты хочешь окончательно довести ОмегаТаймлайн и меня до нервного срыва с их помощью? — Чуть-чуть. — Ты собираешься ими воспользоваться? — В последний раз. — Что значит «в последний раз»? — Дрим уверен, что от монстров не стоит ждать изменений к лучшему. А они – худшие из худших. Но мне кажется, я помню, что в период «просто ужасно» даже они успели показать проблески… чего-то. — Если планируешь вытащить их, только чтобы после привести на смерть, то я остановлю тебя. — Дурак я, что ли? Я не собираюсь вытаскивать их и отдавать Дриму. Наоборот, я хочу спрятать их так, чтобы он никак не смог достать. Но чем дольше я задумываюсь, тем больше понимаю, что мне могла бы понадобиться… Найтмер вот уже почти прям сказал нужное слово, и челюсть будто заледенела, а гордость вцепилась в кости мёртвой хваткой, не позволяя так просто высказать свои мысли. А Кор лишь больше толкал в хватку гордости своим молчанием. Ожиданием. До Кора начал доходить смысл слов, но вместо того, чтобы как-то помочь, тот ещё и сощурился. — Что понадобиться? Найтмер жестами попробовал показать, что. Кор сделал вид, что не понял. Но он прекрасно понимал. — Помощь мне твоя понадобится, понятно? — гордость оглушительно вопила в недовольстве. Ай. Как же больно. Кор выглядел более чем довольным, что добился своего. — Понятно, что от меня требуется? — Я не знаю более защищённого места, чем твой мир. Я хочу спрятать их, пока не поговорю с Дримом, и пока их хотя бы недолгое появление в другом месте не окажется безопасным. Им нужно будет время измениться. Я бы совсем не хотел, чтобы их убили на начале пути. Кор задумался над услышанным, но делал это без недавнего недовольства. Успокоенный привкусом победы от недавней «битвы». Похоже, страдания Найтмера стоили того. — Ты ведь понимаешь, что эти двое могут что-то помнить? — Конечно нет, конечно я даже не задумывался о таком. Кор усмехнулся над иронией, но почти сразу посерьёзнел. — Если они живы и что-то помнят, они могут попробовать убить тебя. А я не смогу туда попасть. — Я буду разочарован в них, если они не попробуют. Но будто у меня есть другой выбор. — …Мы в полной заднице. — Ага. — Кошмар. — Да? — Я тебя не звал! Я просто… А-а! Ненавижу тебя. Найтмер с удовольствием слушал чужое недовольство. Найтмер с удовольствием наблюдал за чужими криками и называнием Найтмера самым ужасным существом во вселенной. Когда Кор выговорился – откинулся на спинку скамейки, молча уставившись в ненастоящее небо. — Никогда не думал, что скажу, но твой план нисколько непроработан. Он безумный и рискованный. — Но хоть какой-то. И если ничего не получится, эти двое хотя бы смогут жить здесь. Пока мы все не погибнем, конечно. — Не говори о возможной гибели так просто. Кор снова замолчал, а Найтмер ждал ответа. Всё же с его предложением ещё никто не согласился. — Я не против, чтобы они находились здесь. Никогда не был против. Я точно помню, какими они были в отрезке времени «просто ужасно». И я был бы только рад снова это увидеть. Но я боюсь Дрима. Я ничего не могу с этим поделать. Я не знаю, могу ли что-то против него сделать. И тебя тоже боюсь. Я не уверен, что смогу насовсем забыть, что произошло, и как я умер. — Я и не прошу. И простить себя не прошу. Я просто, знаешь, не хочу, чтобы… в общем. Я просто подумал, что было бы неплохо, если бы ты предупреждал, случись что неожиданное, и если там вдруг потребуется моя помощь, допустим. Хоть ты и не видишь всего, но ещё видишь. Уж точно больше, чем я. А мне выгодно, если я буду помогать кому-то, кто ещё способен испытывать негатив, так ведь? И мне ничего не нужно взамен. Почти. Помимо того, чтобы эти двое нашли место, где могли бы быть в безопасности. Маленькое уточнение не ушло от внимания. — Есть что-то ещё, что ты хотел? — Я всё ещё хочу, чтобы Нил остался здесь. Даже если он вернул себе желание действовать, Найтмеру хотелось быть уверенным, что Нил жив и здоров. Потому что это могло обрадовать Дрима. И его самого. Нилу не стоило рисковать собой. — Я совсем не против. — Я хочу, чтобы он был здесь, даже если сам против. Там, куда я собираюсь отправляться, опасно. Я не хочу, чтобы этот старый дурак случайно погиб. — Я не умею отговаривать. — И не надо. Он даже не заметит, когда я уйду. Сразу не заметит. Просто помоги освоиться. Он быстро найдет друзей. И я уверен, что он будет помогать тебе. — Ты бросишь его и не попрощаешься? Если для того, чтобы тот был в порядке, Найтмеру придётся уйти и не прощаться, он сделает это. Потому что этот вредный кот посмел беспокоиться о нём. И помогать ему, даже когда казалось, что нет никакого смысла делать это. Кор задумался. Очень хорошо, что он задумался. Кор тёр лицо, избавляясь от неприятных ощущений. — Я подумаю. — Звучит так себе. — Я сказал, что подумаю. Я не знаю. Я постараюсь. Кор что-то бормотал под нос. Кор не мог понять, почему в последнее время чувствует такую неуверенность. И почему вместо того, чтобы действовать, тот предпочитает тормозить на месте. Реагирует, только когда поздно или вынуждают. Найтмер догадывался, но предпочёл пока не трогать. Может, и Кор подсознательно догадывался, но отказывался признавать. Когда Нил посоветовал тому отдохнуть, был прав. Найтмер добавил бы и возможность отвлечься на что-то другое. Как недавно, когда ему пришлось разговаривать с монстрами на тему того, какой Найтмер плохой. Кору сейчас уж точно не стоило лезть в пекло. И с Дримом встречаться не стоило. Пока Найтмер мучился с жаром, Кор пытался разобраться в бардаке, что он устроил. Можно и поменяться местами ненадолго, только чтобы Кор просто отдыхал, а не болел. — Я мог бы помочь с некоторыми монстрами, кому не повезло… «вляпаться». Хах. — Это был ужасный каламбур. — А по мне вышло забавно. — Это я должен был попросить тебя, — шикнул Кор, не сдержавшись. — Это я должен был предложить сотрудничество, а не ты. — Опоздал. Теперь считай, это жест щедрости с моей стороны, и ты задолжал мне за это. — И чем это отличается от того, если б я сделал это? — Тебе б пришлось позориться и унижаться. Кор допустил очередную усмешку. Какой ужас. И это всё в компании главного виновника падения мультивселенной. — Но если честно, мне просто приятно знать, что кто-то всё же пытался помочь Хоррору, пока я попусту терял время. Кор, кажется, сомневался в его словах. Наверняка необычно слышать о чём-то подобном по отношению к тому, кого нынешний Найтмер не помнил и не встречал. Но это было важно для другого его, и частично, он ощущал что не хотел бы для Хоррора такого будущего. Не знает, что сподвигло того Найтмера всех убить, но если теперь он мог исправить это или изменить, Найтмер собирался сделать всё возможное. — То есть ты шутил про должок? — Нет. — …Ненавижу тебя. В сравнении с тем, что было в начале, теперь Найтмер чувствовал себя вполне расслабленным. И почти позволял себе наслаждаться ветром, остужающим кости, почти с удовольствием вглядывался в белизну на месте настоящего неба. — Когда ты хочешь отправиться? — Через неделю. Думаю всё же потренироваться с одной надоедливой рыбой, и немного насладиться местной негативной атмосферой. Найтмер не стал упоминать, что еще планирует посетить нескольких местных. Кор будет против, посчитав, что монстры могут сорваться и подраться с ним. А они сорвутся. Любит устраивать сюрпризы. — Если ты не против. — Если только у тебя будет желание заглянуть к парочке монстров перед тренировкой. — Так сразу? Что б сказал тот Найтмер, если б узнал, что он нынешний, после того, как так упёрто отказывался, вызовется помогать с краской лично? Наверняка назвал бы сумасшедшим, ха! Кор посмотрел в его сторону. — Мне не нужны тут нахлебники, что ничего не делают. — У тебя целая вселенная нахлебников. — Но ты – исключение. Найтмер закатил зрачки под глазницы. Но он почти не ощущал недовольства от этого. Он разговаривал с тем, кто был его врагом, и это было… удивительно. Он не испытывал ни ненависти, ни отвращения, и это было странно, но почти восхитительно. Он невольно задумывался о словах про проклятье, но не давал этому слишком морочить голову... Он надеялся, что не давал этому морочить себе голову. — Всегда любил быть исключительным. Всё было не так плохо. Всё могло быть хуже. Он постарается избежать того, чтобы всё стало хуже. Не обещает, но постарается. Найтмер вспомнит всё о себе прошлом, но использует это себе на пользу. Найтмер позволил себе закрыть глазницы, даже если услышал чужие шаги в их сторону. Кор наверняка повернул голову в сторону идущего. Тот издал удивление и небольшую тревогу, но не стал просить Найтмера прятаться или быть спокойным. — Вот ты где, КорФриск, я тебя везде ищу! Нам срочно нужно обсудить кое-что! Найтмер слышал, как слабо шевелится механизм, как движутся идеально установленные шестерёнки. — Стоп. Помимо эмоций Кора, он уловил чужое нарастающее возмущение. Дал время владельцу эмоций решить, что выбрать: разговор, действие, или нападение. — Ты! Маленький, отвратительный, невоспитанный и совсем немодный тип! Мягкий голос снова начал сменять тона, часть слов переходила в скрежет. Кор точно зажимал уши, Найтмер просил вселенную позволить голосу звучать вечно. Когда открыл глазницы, искусственную природу загораживала озлобленная рожа Меттатона. Меттатон не стал наклоняться, просто вытянул длинную, очень длинную шею, позволяющую дотянуться головой чуть ли не до ног, опустил на уровень лица Найтмера и развернул, чтобы смотреть глаза в глаза. Выглядело забавно. — Оскорбил меня. Заставил злиться, а теперь здесь так спокойно сидишь?! Кор, я требую объяснений, почему этот гадкий монстр до сих пор не вышвырнут в другой мир! Меттатон избрал разговор жажде сражения. Не худший выход. — Я не выгоняю монстров из своего мира, — напомнил Кор. — А его бы я выгнал! — Меттатон ещё сильнее вытянул свою шею, дотянулся и посмотрел почти впритык на создателя ОмегаТаймлайна. Не нашел поддержки, вернулся обратно, скалясь на Найтмера. Это был тот самый Меттатон, которого Найтмер назвал мусором. Как быстро он тут освоился и начал командовать. — Значит так, дружок. Может быть, ты просто не так меня понял тогда, но я не шутил, когда говорил, что ты пожалеешь о своих словах! Кор не помогал Меттатону, но и не вмешивался. Всем видом показывал, что «бросает» и Найтмера наедине с этой проблемой. Как призывал: «Покажи-ка, как сам из этого выкрутишься». — Я сейчас разрабатываю масшабнейший проект! И ты просто обзавидуешься, когда узнаешь, в чем он состоит! И каким популярным он станет, пока ты попусту тратишь время и тут сидишь! И кто Найтмер такой, чтобы не принять вызов? Тем более когда это очередная прекрасная возможность потренироваться в умении разбираться с взбушевавшимися монстрами. — Весь ОмегаТаймлайн станет моими зрителями. Я буду всеобщим кумиром! И сделаю так, что даже такой мудак как ты будет смотреть на это с раскрытым ртом! Ты будешь по истине в ужасе от того, кому стал врагом. И когда это произойдет, а будь уверен, что это произойдет, когда ты приползешь ко мне на коленях в желании молить прощения, чтобы я дал тебе автограф, я... — Кор, не напомнишь, кто это? Найтмер прервал бесконечный поток слов. Вопрос не требовал ответа, само собой. Найтмер поднес кулак к подбородку. — Мне просто кажется, я видел его, но не могу вспомнить. — Ты что, издеваешься?! Ты! Ты столько грубостей мне наговорил, и теперь утверждаешь, что не помнишь?! Испугался так, что память отшибло?! Так и скажи, что струсил ответить за сказанное! Найтмеру по настоящему нравилось слушать эти звуковые искревления. Возможно, это можно было использовать как оружие. Оглохнут все в радиусе десяти метров. Найтмер наклонил голову в недоумении. — Грубости... Да. Я помню, что говорил одному жалкому и бесполезному металлолому, какое он ничтожество, потому что тот сидел и бездействовал, когда перед ним открылось так много возможностей. Ужасный тип. Не люблю таких. Найтмер правда признался, что видел одного Меттатона. И выразил свое отношение к таким слабакам. Найтмер перестал упираться в спинку скамейки, наклонился к разъяренному роботу ближе. Всмотреться в глаза, сверкающие уничтожительно алым. Взгляд, пронзающий его, был прекрасен. Он любовался чужой яростью, взяв паузу перед тем, как продолжить. — Только ты на него совсем не похож. Теперь я почти уверен, что мы видимся впервые. Но могу предположить, что тебя зовут Меттатон. Яростный взгляд дрогнул и, к сожалению, растворился. Гневная тирада затихла. Какофония эмоций не поддавалась объяснению. Найтмер и не знал, что можно испытывать столько всего одновременно. Найтмер улыбнулся и протянул руку, даже если утеря прежней ярости вызывала слабое негодование. — Меня зовут Найтмер. У тебя есть какая-то кличка, или привык, когда обращаются по простому, но «распространенному» имени? Голова робота мгновенно встала на место. Меттатон смотрел на него в недоверии. — Ну что, назовешь? Я не видел смысла спрашивать имя у того робота, но очень хотел бы знать твоё. Найтмер уверен, если бы роботы умели краснеть, этот светился ярче закатного солнца. Меттатон посмотрел на Кора в поиске поддержки, но ничего, что могло бы говорить, что ему помогут, не нашёл. Посмотрел на протянутую руку. Издал звук, будто в нем зазбоили программы. — Эм. Э, Мет. Я не придумал, как добавить название своего мира в имя. МафияФелл оказался слишком распространенным, и я видел, как один тип назвал себя МафиаТтоном. Эм. Оказалось, придумать выразительное имя довольно сложно. Руку Найтмеру таки пожали, но так неуверенно, что невольно вспомнилось, как он застал этого робота, закутанного в одеяло, на диване, где тот сидел почти плачущим. Это так просто не меняется, но посмотреть уже было на что. — Эм. Я, похоже, попутал тебя с одним невоспитанным скелетом, что наговорил мне много грубостей. Прошу прощения. Меттатон знал, что не ошибся, но оказался выбит из колеи сказанным. — Я эм, просто думал предупредить, что скоро выйдет мое новое шоу, и я как раз зазываю зрителей на представление. И ты мог бы прийти на какой-нибудь из выпусков. Думаю, тебе бы было интересно. — Обязательно приду, как найду свободное время. — Вход свободный. Без билетов. Всё на финансировании КорФриска и всё такое. Он так говорит. Я прав? Кор покивал, как заметил ожидание подтверждения. — Буду знать. — Кор. Нам всё равно нужно поговорить. И срочно. Я там, буду... Возле того пруда. Приходи, как закончишь. Кажется, в желании сбежать, Меттатон побил все рекорды по бегу. Кажется, его ситуация смутила больше, чем он предполагал. Найтмер не знал, что именно заставило робота так среагировать, но не сдержал довольного смеха. Потому что рожа и эти перемены в только что разъяренном монстре неожиданно безумно рассмешили. — Никогда не думал, что заниматься моей работой так весело. — Никогда не думал, что ты будешь кому-то льстить. — Хэй, я был предельно искренен. — И мне теперь придется расплачиваться за твою искренность. Предлагаешь мне полчаса слушать, какой ты «чудесный, видящий больше, чем другие, скелет»? — Можешь записать, как он будет меня хвалить? — Я не буду тешить твоё тщеславие. Кор дождался, когда он навеселится. Показательно спрыгнул со скамьи, давая знак, что разговор окончен и он идёт «расплачиваться за чужую искренность». — Если Нил вдруг будет спрашивать, можешь передать, что создал мне новых проблем, и что я теперь задерживаюсь. — Хорошо. Передам слово в слово, что ты просто променял его общество на других монстров. — Ненавижу тебя. Найтмер не уловил и намека, что сейчас, в данную конкретную секунду, его действительно ненавидят. И это тешило самооценку лучше любой похвалы. Кор успел развернуться и сделать пару шагов прочь. — Кор. — Что ещё? Найтмер припомнил всё, что Нил говорил о КорФриске. И что сам заметил, пусть и не без недовольства. Тот факт, что кто-то справился без его помощи и целых двести лет продержался без поддержки и вмешательства. Морально подготовился, как сильно его может «ударить» от сказанных слов, но посчитал, что они не будут лишними. Даже обязательными. — Ты отлично справился со своей работой. Серьезно. Так что не слушай всяких негативных идиотов, кто пытается убедить в обратном. Найтмер ждал удара позитивной волной. И тем больше удивился, когда подобной реакции не последовало. Эмоции из Кора будто резко выкачали, и всё для того, чтобы после... — ...Только не плачь. Меня Нил убьет, если узнает, что я снова довел тебя до слез. — Если это так, то я специально расскажу об этом Нилу, чтобы посмотреть, как он тебя бьёт. Это не было сказано в порыве злости. Это не было угрозой. Просто очередная лёгкая шпилька, содержащая в себе подтверждение, что слова достигли своего адресата. И что ему это не забудут, в хорошем смысле, или плохом, без разницы. Кор исчез почти сразу после своих слов. Оставил Найтмера остаток времени сидеть в тишине. Дал возможность самому решить, когда ему вернуться. Дал шанс повторно всё обдумать. И перевести дух вдали от кого-либо ещё. ... Он застал Нила за игрой в покер. Нил активно проигрывал, но, к счастью, ещё не успел поставить на кон ни своего дома, ни Найтмера, ни даже собственный хвост, хотя по лежащим в центре сигаретам, копью и книге в качестве выигрыша, к этому всё и двигалось. Нила пришлось экстренно забирать с собой, пока не случилось ничего страшного, и объяснять, куда делся Кор. Найтмер вернулся к той двойке после и сурово отчитывал, требуя, чтобы они не подсаживали старика на азартные игры. Найтмер несколько раз задумывался, стоит ли ему довериться... Этим. И просто решил перед отправкой провести дополнительную беседу. Найтмер остался ненадолго, когда Андайн соизволила пойти домой, наконец застав Папируса наедине, где он никуда больше не смог бы уйти. Как бы Папирус ни пытался, но не смог избежать встречи с ним. Как бы ни пытался, не смог спастись от помощи. Потому что вмешательство хранителя негатива настигнет всех. ... Как бы Найтмер ни пытался не вспоминать о своей договоренности с Кором, открыв дверь на следующие же сутки в желании пройтись пешком до места уже оговоренной тренировки, Найтмер наткнулся на белое пространство вместо дороги, куда его случайно затолкнул Нил. Нил упал следом, разумеется. Оба оказались в другой, незнакомой вселенной. В сугробе. Кор стоял неподалеку. Возвышался, наблюдая за их лежащей горой сверху вниз. И сказал только краткое: — А мне это начинает нравиться. Кор вкусил запретный плод язвительности. Найтмер обещал ударить его, если тот сделает так ещё раз. Но просьбу выслушал, и нужного монстра нашел. Ориентироваться оказалось проще, когда знаешь, кого искать, и когда помимо Нила, тот монстр единственный, что тянет к себе негативной энергией. Найтмер познакомился с одной из версий Фриск, что занимался путешествиями из вселенной во вселенную (и бегством от хранителя позитива, что уже второй месяц пытался поймать его). Тот выглядел наивным, но слегка грустным дураком. Найтмер поздоровался с ним за руку, и прожигал того негодованием с десяток секунд. Фриск быстро смекнул, насколько глупо было здороваться теперь, заморавшись в краску, но не растерялся, пошутив, как мать всегда говорила ему, что он очень особенный. Конечно, на следующее утро Найтмер внезапно оказался в неизвестной вселенной путем вваливания в белое пространство за дверью ещё раз. И ещё раз пообещал ударить за такое. Найтмер больше половины дня пытался поймать Альфис, что на предложение пожать руку попросту... Воспользовалась браслетом для телепорта, и за ней пришлось бегать по мультивселенной. Настолько она была напугана. Найтмер с опаской открывал дверь на следующий день, но ничего подозрительного за ней не заметил. Нашел библиотеку и долго доказывал библиотекарю - хитро щурящейся Брэтти, что книгу точно брал не он, не читал, и тема в ней ему совсем не интересна. Найтмер ввалился в портал после тренировки, зашедши не домой, а в другую вселенную. Кор с удовольствием наблюдал, как Найтмер вытаскивает себя из лужи, тогда как Нил сидит на сухой земле. Этот маленький паразит решил забыть, что когда-то он был до скрежета зубов положительным. Но никогда не забывал предупредить, если «рядом» с этой вселенной оказывался Дрим. Дверь открывал почти мгновенно и говорил уходить. Найтмер пока не был готов ко второй встрече с братом, но тренировался к ней. В один, предпоследний раз, Найтмеру пришлось забирать одного знакомого из мира Файруса, потому что тот никуда не хотел уходить и ждал смерти, работы хватило на пару дней. И Кор тоже показал себя с не худшей стороны и всё это время его не трогал... Найтмер не считал тренировки с Андайн чем-то серьёзным. Всё, что пыталась делать Андайн во время боя - обнять его. Найтмер сбегал и отбивался исключительно, чтобы избежать подобной участи. Но он с интересом смотрел, как с этим справлялся Нил. Его умение сражаться оказалось ниже, чем Найтмер думал. Единственным монстром, чьи атаки Нил мог бы пережить, предположительно, был Фроггит. И то, если Фроггит будет спать и не попробует, не дай звёзды, дёрнуть лапой во сне. Нил оправдывался кратко: «я вообще впервые дерусь по-настоящему!». Он бесполезно махал своим лезвием большую часть времени, будто даже не целясь. И всегда промахивался. Нил пытался казаться уверенным, но способность драться было не его. Совсем не его. Найтмер смог призвать тот посох. Найтмер почти обнял свое оружие, чувствуя, как всё стабильней становится его сила. Едва успел увернуться от попытки сжать в объятьях уже его самого. Мгновенно сориентировался, как посох можно сделать косой. Но масштаб удара недооценил. Собирался просто предупреждающе ударить в землю, промахнувшись. В итоге волна и трещина от удара ушла на десятки метров вперёд и столкнулась с чужим домом. Та старуха-Альфис секунд десять пялилась на дыру на месте стены её дома, продолжая сжимать в руках лейку для полива цветов. Место для тренировки пришлось экстренно изменить. ... Найтмер снова встретил тех двух пацанов. Он совсем не хотел, но показал, как сильнее нанести удар мячом. Заставил пробовать, пока у старшего из скелетов не получилось прогнуть ударом стену нежилого дома. Чуть не пошатнулся от количества счастья, но быстро восстановился всеобщей паникой, когда наигранно схватился за одежду на уровне души, пусть причину, почему он мог бы это сделать, понял только Нил. Взамен ему показали, что такое футбол. Нил присоединился. Нил оказался в этом профи. Нил носился по неочерченному полю (с настоящего их выгнали давно), как мастер в этом виде спорта. ... Найтмер несколько раз мстил Кору, устраивая ему локальный армагеддон, заставляя вмешиваться или в ссору, или в драку. Найтмер не сразу понял, как оказался вовлечён в настольные игры, в которых всегда оказывался победителем. И он совсем не жульничал, нет. Просто никто не запрещал пользоваться тенью не так ли? Найтмер позволил себе насладиться чем-то настолько идиотским, как повседневность. Напоследок. Чтобы найти ещё пару причин, для чего ему стоит действовать. Он смог проверить возможность открыть портал, пока находился в другом мире. Всего на секунду, но он смог увидеть мир Киллера: «Что-то новое», прежде чем появился Кор с вопросом, не собирается ли он прямо сейчас покинуть их. ...Найтмер следил за тем, как Нил вливается. Как заводит новые знакомства, с удовольствием поддерживает общение со старыми. Некоторым помогает привыкнуть к новым условиям в более изменившемся мире. Нил как занял свое законное место, какое у него однажды уже отбирали. Нилу самому становилось лучше от этого. Наверное, странно было бы сказать такое о хранителе негатива, но Найтмер был рад это видеть, даже если от действий Нила ОмегаТаймлайн становился чуть более позитивным. Негатив ещё преобладал, потому что рычать друг на друга и почти драться монстры умудрялись и без вмешательств третьих лиц. Найтмер заключил, что что-то слегка положительное не повредит. Найтмер правда раздумывал, не стоит ли ему попрощаться, прежде чем уйти. Нил слишком много сделал, чтобы в итоге узнать, что его просто бросили, ушли в одиночестве. Но если бы он это сделал, то вряд ли ушёл в одиночестве. Поэтому в последние дни просто проводил время рядом как можно больше. Чтобы затем позволить себе просто исчезнуть, уверенным, что делает всё правильно. Потому что Нил никакого отношения к происходящему совсем не имел. ... ...Кор нарушил свое правило стучаться. Появился в комнате Нила почти сразу, стоило Найтмеру покинуть ОмегаТаймлайн. Найтмер ушел в другую вселенную через его дверь. Кто б подумал, что даже хранитель негатива может проявить воспитанность и не пытаться открыть портал здесь. Он заглянул импульсивно, в желании поговорить, невзирая на время суток. Хоть была уже глубокая ночь. Нил не спал, как что-то чувствовал. Нил безразлично смотрел в потолок, покачивая свешенной с кровати ногой. Заметил Кора, печально улыбнулся. — Дай-ка угадаю, этот паршивец что-то придумал и ушел без меня, да? Кор смог выдержать этот взгляд. Кор нашел в себе силы, чтобы не просто не отвернуться, но кивнуть. Он не собирался скрывать того, что произошло. И что Найтмер решил пойти один. Потому что Нил заслуживал хотя бы услышать об этом. Сразу. Не потом. Даже если ему правда будет больно от этого. — Хех. В этом они с братом, конечно, схожи. — Нил почесал волосы между ушей. Провел ладонью по лицу, сгоняя прежнюю печаль и усталость. Приподнялся, чтобы сесть. — Признаться честно, я был готов к этому, но всё же рассчитывал, что он даст мне хотя бы попытку его отговорить. Неисправимый болван. Не знаю даже, кто из нас больший. Кор молчал и слушал. В нем было столько растерянности и смятения, что свихнуться можно. Но в этот раз он смог спокойно это выдержать. Более менее. Он знал, что может услышать, и ждал. — Знаешь, я правда всё никак не могу его вспомнить. Найтмера того времени. Может быть, мы с ним даже не виделись. Если только раз, хех. Я не помню, но догадываюсь, по какой причине. И чем это закончилось. Зато я начал вспоминать Дрима. Странно, да? Кажется, я о нем очень заботился. Беспокоился. Этот парень выбрался из камня, и был в полном одиночестве. Растерянный и такой слабый. Испуганный. Я пытался поддержать его всем, чем мог. Помог встать на ноги и старался поддержать своими жалкими крохами позитивных воспоминаний о нем. Нил был для Дрима первым живым существом, что он встретил спустя пять веков. Нил был его лучшим другом ещё до того, как застрял в камне, и Дрим безумно обрадовался увидеть после. Дрим так часто и много рассказывал о нём, когда они с Кором только познакомились. — Но почему-то путешествовать я с ним не пошел. Посчитал, что могу только сильнее навредить негативом, наверное... Хех. Дрим всегда говорил, что Нилу опасно быть рядом. И что не хочет, чтобы Нил попал в неприятности из-за него. Он ни разу не упоминал, чтобы ему вредили негативные воспоминания Нила. Он никогда не считал, что Нил может навредить ему, зная, что живые существа могут испытывать положительные и негативные эмоции одинаково. Кору всегда нравилась эта его черта. Дрим всегда с такой охотой убеждал, что негатив тоже нужен... — И Дрим разбирался со всем один столько времени, а я просто сидел и проживал бессмысленные деньки в своем опустошенном мире. Пока не оказался здесь. Дрим попросил помочь его другу сразу после того, как увидел ОмегаТаймлайн. Дрим выглядел таким счастливым, когда привел Нила сюда, и тот от увиденного улыбнулся. Когда Нил, столько времени проживший в своей вселенной в одиночестве, увидел множество новых монстров, множество новых красок. Дрим лил настоящие слезы, когда они с Нилом рыдали в обнимку после дня, полного новых впечатлений. Потому что Дрим вернул, спас своего друга от одиночества, и этот друг был счастлив. — А потом Дрим отказывался брать меня с собой в помощь, даже если я хотел проявить благодарность за всё, что он для меня сделал. Дрим до последнего отказывался вмешивать в это даже Кора и Блуберри. Просто они оказались более... Настойчивы. И вмешались сами. — Я уверен, даже отказываясь, Дрим был бы рад, если бы я хотя бы попытался помочь, а не сдался при первом же отказе. Дрим каждый раз так счастливо улыбался, когда видел своего старого друга. Оказавшись в ОмегаТаймлайне, тот старался проводить с ним времени как можно больше. Он действительно очень им дорожил. Может быть, ему правда не хватало Нила в какие-то моменты. — Я совсем ничего не сделал ради него. Пока его не стало. ...Нил погиб, запертый в ОмегаТаймлайне. Ему некуда было пойти, некуда вернуться, кроме как в пустую вселенную, где Найтмер запросто нашел бы его после. Но Нил был единственным, кто вместо бегства шел навстречу смерти. Кор до сих пор не знает, для чего. Чтобы просмотреть в глаза убийце своего друга? Или хотел что-то спросить? Кор не видел, но догадывался, кто убил Нила. Это был тот, о ком теперь Нил так старательно заботился. Кого лечил почти двести лет. Кого поддерживал столько времени, чтобы не дать сдаться, помог начать действовать. И Нил тоже о многом догадывался, хоть Кор ни за что не собирался это рассказывать, даже если его раздражал хранитель негатива. Не хотел портить их с Нилом общение. Нил понимал, кто его убил. Но продолжал делать то, что он делает. Кор не знал, может ли он добиться подобного от себя. — Я не хочу наступать на ту же ошибку, парень. Я не хочу бросать того, кто во мне нуждается. Не хочу оставлять в одиночестве. Нил был и другом Кора. Он всегда помогал ему в ОмегаТаймлайне справиться с новыми беженцами. Помогал им прийти в себя, защищал Дрима, если кто-то начинал его обвинять. Он всегда хотел помогать другим. Просто его отговаривали вмешиваться туда, где могло быть опасно. — Я хочу всё исправить. Сейчас Нил был единственным, кто не ненавидел Найтмера даже зная, как больно тот ему сделал в другом времени. Нил был поразительным. — И спасти. Того и другого. И Кор правда всё ещё был в смятении. Кор совсем недавно вспомнил, каково это, улыбаться на чужую шутку. Он не знал, что правильно, что нет. — Но мне нужна будет твоя помощь. Но он видел, как Нил разговаривает с Найтмером, и тот прислушивается. Как Нил помогает становиться лучше. Кор помнил, как Нил остановил Найтмера. И что он совсем не боится хранителя негатива. — Я знаю, как это может быть рисковано. Кор знал, как это рисковано. Нил собирался забрать его работу. Нил собирался поддерживать хранителя негатива так, как в другом времени Дрима поддерживал Кор. Он знал, что это правда опасно. Даже опасней, чем раньше. — Но у меня есть предложение, от какого ты не сможешь отказаться. И он также знал, что Найтмер не сможет справиться с этим самостоятельно, как бы ни говорил об обратном. Дрим не смог. Даже когда их было так много, они не уберегли его. А раз так... Разве можно было лишать хранителя негатива единственной поддержки? — У меня тоже есть предложение. В Коре впервые возникло что-то, с чем, казалось, он давно попрощался. Желание всё исправить. Желание попробовать всех спасти снова, по-настоящему. И будь он сам проклят, если будет слушать этого вредного хранителя негатива и не пойдет наперекор его слов! Потому что то, что сделал Найтмер сейчас, было неправильным. Потому что даже такому как хранитель негатива нужен был тот, кто мог ему помочь. И потому что надежда ещё осталась. И если Найтмер прав, если Дрим всё ещё Дрим, он тоже в них нуждается. Но поодиночке у них не получится до него достучаться. Как и справиться со всем, что их ждёт в будущем. Кор уже решил, что будет помогать, чем сможет. Но он не мог отрицать, что ему не хватит сил сделать всё в одиночку. Он не настолько самоуверен, как некоторые. И даже если они все погибнут, в этот раз никто не останется брошенным. — И мне кажется, оно схоже с твоим. Нил заговорчески улыбнулся. Кор так же улыбнулся в ответ.