Бал

      Мероприятие было поистине шикарно, с налётом королевского величия: бальный зал дворца, оборудованный как раз для подобных событий, вобрал в себя всю высшую знать Британии вместе с оркестром, точно подстраивавшимся под настроение своих невольных слушателей. Среди всех собравшихся выделялась сизая макушка Фантомхайва, восхитительно поддерживавшего разговор, к которому не имел ни малейшего интереса, отчего его дворецкий, извечно находившийся подле своего господина, едва заметно ухмылялся и ловил косые взгляды своего лорда.       Ранее пришедшие разбрелись по группкам, чтобы познакомиться с теми, кого ни разу не видели или с теми, о ком давно позабыли. Королевские балы — идеальное место для сплетен и нахождения партнёров для бизнеса. В зале стоял приглушённый гул. Никто не оставался в стороне, однако постепенно разговоры стали затихать из-за новоприбывших, пришедших точь-в-точь в указанное в приглашении время.       Вдоль зала грациозно, расправив плечи и нежно улыбнувшись, шла... в этой ситуации будет правильнее сказать, парила девушка. На её лице не было ни капли смущения, хотя каждый дворянин, находившийся здесь, мог с уверенностью заявить, что не видел её ни на одном мероприятии, а значит это был дебют незнакомки из высшего света.              Она была прекрасна: тёмно-синее платье выгодно оттеняло белоснежный силуэт, а туго затянутый корсет подчеркивал тонкую талию и небольшую грудь. Худая, в меру длинная шея вела к очаровательному лицу с пухлыми розовыми губами, острому носику и аристократическим чертам лица. Её слегка подведенные глаза особенно выделялись своей удивительной голубизной, при взгляде на которую можно было погрузиться в воспоминания о манящем летнем небе. Золотистые волосы были уложены в объёмный пучок на затылке с несколькими выпущенными, завитыми прядями у висков по обе стороны лица. Увидев такую статуэтку, люди вокруг стали сбиваться в группки и шептаться, обсуждая необычное для того времени тёмное платье, расшитое по подолу и корсету белоснежными розами, и не менее прекрасного спутника девушки, создававшего вокруг неё атмосферу неприкосновенности. Если бы он не держался позади юной леди, можно было бы решить, что этот хорошо сложенный блондин с карими глазами муж или же брат почтившей приём гостьи. Девушка продолжала свой путь, неотрывно глядя на единственный интересовавший её здесь объект — Викторию, гордо и снисходительно смотревшую на приглашённую. Зря она не замечала ничего другого, потому что высокий острый каблук зацепился за алый ковёр, раскинувшийся вплоть до лестницы, и блондинка чуть не упала. Не позволив опростоволоситься своей госпоже, дворецкий изящно придержал её за руку, создавая впечатление, что ничего не произошло, а он лишь решил проявить заботу и проводить леди вплоть до монарха. — Долгих лет жизни, Ваше Величество, — девушка низко поклонилась в реверансе, как подобает, искренне надеясь на то, что румянец с её горящих щёк уже спал. Чёртова неуклюжесть. — Благодарю за приглашение на столь чудесный вечер. — Дорогая, как я рада тебя видеть. Располагайся и чувствуй себя как дома. После своеобразного приветствия блондинка позволила себе выпрямиться и широко улыбнуться, а по залу запустили слух о принадлежности гостьи к семье королевы. — Судя по всему, твоего внимания жаждут многие. Познакомься с ними, а мы ещё успеем поговорить. Девушка почтительно кивнула, в душе надеясь, что о её существовании забудут так же, как и раньше, и отошла как можно дальше от лестницы, на которой стояла королева, приветствовавшая других прибывших. Блондинка приняла из рук смущённого её улыбкой официанта бокал шампанского и посмотрела на толпу, словно давая разрешение подойти к себе. Первым в бой бросился забывший о самом существовании понятия скромности Виконт Друитт, известный девушке своей любовью ко всему прекрасному, а также тёмному и подпольному. — Добрый вечер, юная леди. Впервые вижу столь роскошную даму в наших кругах, где же вы пропадали всё это время, о, свет очей моих? Блондин, с которым девушка пришла на бал, стоял поодаль и, услышав столь наглые комплименты, закатил глаза. Леди же прикрыла веером из слоновой кости рот, и из её уст послышался приглушённый смех, напоминавший пение свиристели. Виконту этого было достаточно, чтобы едва ли не упасть в обморок с его привычной наигранностью от стоявшей перед ним утончённой статуэтки. — Благодарю Вас за комплимент, Виконт Друитт. Меня зовут Элис Годвин. Прошу прощения, что не смогла присутствовать на роскошных мероприятиях, проводимых вами, это действительно мой первый выход в свет. Увидев, что между парой установился контакт, а мужчина, стоявший рядом, никак не влиял на диалог, к девушке стали стекаться люди со всего зала, буквально выстраиваясь в очередь. В другой стороне выдохнул юноша, которого на целый вечер избавили от занудной компании и излишне активной невесты — та протиснулась в первые ряды и мило щебетала с гостьей, судя по всему, о её роскошном платье, перечеркивавшем моду на светлые цвета. Девушка, конечно, была красива, врать себе Сиэль не будет, но её место было именно там, посреди сливок общества, а значит её личность была не особо интересна, хотя... — Разве мы видели её раньше? — обратился он к дворецкому, задумчиво смотревшему в сторону пары. — Нет, господин, мы ещё ни разу не пересекались с ними. Пусть Себастьян был уверен в своих словах, он ощущал, что лицо девушки было смутно знакомым, и с момента, как она вошла в зал, его сущность подозрительно ворочалась. Это не было реакцией на другие расы; дворецкий юной леди был демоном, но сама Элис (как чётко услышал его дьявольский слух) определённо была всего лишь человеком. Он решил попозже разобраться в своих ощущениях, вызывавших определённое недоумение, и вернул внимание господину. Музыка стала громче, призывая гостей занять середину зала и подарить партнёру по танцам незабываемый вечер. Элис удалось уличить момент отделаться от толпы, не перестававшей задавать вопросы из-за её визуальной охоты отвечать и поддерживать диалог, и среди всех, кто тут же бросился приглашать её на танец, она выбрала в кавалеры самого стеснительного и молчаливого, едва ли выдавившего из себя приглашение юношу. Впрочем, в общей суматохе это осталось незамеченным. Оставшись в одиночестве у безмолвных стен по разные стороны зала, — Элизабет наконец оторвалась от новой знакомой, которая жутко ей понравилась, и переключилась на своего жениха, вынужденного танцевать с невестой и слушать активные впечатления о дебютантке — дворецкие перебросились взглядами, оценивая друг друга. Себастьян был вынужден признать, что душа хозяйки «коллеги» была так чиста, словно это её первая жизнь, благословлённая самим богом, и оттого ощущалась приторно слащавой, как и её обладательница. Сиэль был для демона более привлекателен и интересен, чем женщина, с лица которой не сходила улыбка, пусть его взгляд продолжал к ней невольно возвращаться. В том, что Элис не просто красивая кукла, Фантомхайву пришлось удостовериться самому, когда во время одного из танцев, предполагавших быструю смену партнёра, ему выпала длинная партия с энергичной раскрасневшейся Годвин. — Добрый вечер, граф Фантомхайв, — способность одновременно танцевать и говорить, не сбиваясь с ритма, напомнила порядком выдохшемуся юноше его невесту. — Мы с Вами ещё не знакомы. Я Элис Годвин. Сиэль, всё это время находившийся слишком далеко, чтобы услышать имя виновницы всеобщего ажиотажа, теперь понял, почему момент первого впечатления с остальных не спадал так долго. Годвины — одна из самых таинственных семей английского дворянства. У них была своя небольшая компания, занимавшаяся изготовлением стекла, но они почти никогда не появлялись на приёмах, не распространяли о себе информацию. Было неясно, как они заполучили такое расположение королевы, почему им достался весьма высокий титул, если они владели всего одним непримечательным бизнесом? Даже сейчас было неизвестно, жив ли глава этой семьи, есть ли в ней кто-то ещё, или девушка — единственная полноправная наследница древнего рода. — Приятно познакомиться, Сиэль Фантомхайв, — тяжело дыша, вежливо вставил юноша. — Позвольте мне повести, — совсем тихо сказала девушка и, не дожидаясь ответа, начала плавно лавировать между парами, искусно делая вид, что именно Фантомхайв задаёт им направление. Элис переместила их к той части дворян, которым, ввиду этого необычного танца, можно было двигаться иначе, под слабую часть такта музыки. При этом им по-прежнему нужно было придерживаться ритма, чтобы выглядеть прилично. — Передохните, — сказала девушка, одаривая юношу улыбкой. — Эти танцы в бешеном темпе кого угодно сведут с ума. Фантомхайв не ожидал такого жеста доброты и, защищаясь, саркастично ухмыльнулся. — Ни разу не бывая на приёме, вы нашли спокойное место даже сейчас? Весьма талантливо. Девушка пожала плечами совершенно искренне, словно это было не так трудно, и решила вернуть сомнительный комплимент настоящим. — Ваша компания поистине молниеносно разрослась, мистер Фантомхайв. Я восхищена, как бережно вы относитесь к детям. Почти каждый может позволить себе самую маленькую игрушку, а их ассортимент поражает воображение, как и качество изделий. Если честно, — блондинка вновь перешла на шёпот, — я не удержалась и купила кролика из прошлой коллекции. Сиэль подозревал, что беседа может зайти в деловое русло, это было частым явлением на мероприятиях, но подобного откровения он никак не мог ожидать. С ним крайне редко обсуждали этот бизнес, считая его детским, несерьёзным, и пророчили весьма печальное будущее. — Благодарю, — спустя секунду нашёлся юноша, сбитый с толку, аккуратно кружа партнёршу в танце. Его уже мало волновала усталость. Неожиданно для себя он продолжил: — Скоро выйдет новая коллекция. — Да, я с нетерпением жду её. Двадцать пятого, если не ошибаюсь? Слышать заинтересованность довольно взрослой на вид девушки в игрушках было странно, однако сама она, судя по выражению её лица, ничего необычного в этом не видела. И, несмотря на искренность Годвин, Сиэль был уверен: если бы он торговал крепким табаком, она похвалила бы и его, даже если никогда в жизни не попробовала бы. — Всё верно. Мелодия подошла к своему логическому концу, и следующая композиция заиграла совсем тихо, позволяя присутствовавшим сделать передышку. Оба дворецких мгновенно оказались подле своих господ, обменявшись взглядами, в которых читалась скрытая угроза. Девушка мягко улыбнулась чужому слуге и первая представилась, не забыв назвать и имя своего дворецкого Себастьяну, на лице которого она задержала внимание чуть дольше положенного. Элис показалось, что в её глазах помутнело, потому что на месте брюнета ей привиделось несуразное чёрное нечто, но после пары морганий видение пропало. Как только Сиэль представил своего слугу, что практически никогда не делал, но проигнорировать порыв новой знакомой просто не имел права, к ним присоединилась юная Мидлфорд. — Вы уже познакомились, я так рада! Элис перевела взгляд на розовощёкое лицо девушки с блестевшими зелёными глазами и ласково улыбнулась. Элизабет заполняла собой всё пространство, словно яркое солнце в жаркий летний день. — Вы прекрасно смотритесь вместе, Лиззи. Уверена, граф Фантомхайв — достойный мужчина. Оба совсем юных дворянина покраснели до кончиков ушей, а демоны бесшумно усмехнулись, наблюдая за этой картиной. В другом конце зала внезапно раздался громкий звон десертной вилки о тонкие стенки хрусталя. Музыканты моментально стихли. Помощник королевы в причудливых чёрных очках передал бокал и столовый прибор официанту, а затем провозгласил: — Её Величество приглашает всех пройти к столу. Конечно, удивительно, что приём заканчивался ужином, однако проигнорировать приказ королевы никто из гостей был не вправе, да и, пожалуй, таких желающих нашлись бы единицы. — Как здорово! — Элизабет улыбнулась и хлопнула в ладоши от радости. — Элис, ты просто обязана сесть рядом с нами! Обладательница золотистых волос неловко посмотрела на Фантомхайва, которому, как она успела заметить краем глаза, претило внимание толпы. Осознав, что дамы ждут его решения, юный граф сдержал тяжёлый вздох и кивнул, вызывая очередную улыбку Себастьяна. Тот весь вечер забавлялся, смотря на неудовольствие господина сначала во время заунывных бесед, затем за ненавидимыми танцами и теперь за очередной порцией чужих возгласов и восторгов. — Конечно, вы можете к нам присоединиться. — Благодарю, мистер Фантомхайв, — девушка улыбнулась и продолжила чуть тише, чтобы её мог расслышать только Сиэль: — Я очень постараюсь привлекать меньше внимания и занять вашу очаровательную невесту разговорами. С таким положением вещей граф хотел бы занять самый край стола, чтобы людей подле них было совсем немного, но Элизабет потащила их туда, где было «больше света, на котором так красиво переливались розы на платье Элис». Как и ожидалось, знать не унималась даже за столом, но всё же теперь имевших возможность пообщаться было в разы меньше: правила не позволяли подняться из-за стола и подойти к объекту своих интересов или обращаться к нему через весь стол, зато можно было обсудить неожиданную дебютантку со старыми знакомыми. Это дворяне обожали делать даже больше, чем знакомиться с новыми людьми. К сожалению, насладиться едой девушке не удалось из-за постоянной необходимости поддерживать диалог. После двух попыток попробовать блюдо она окончательно опустила вилку и довольно стойко и уклончиво отвечала на вопросы знати о своём происхождении, уводя диалог в светские беседы, не забывая привлекать внимание Элизабет к разговору и с настоящим, неподдельным интересом узнавая её мнение на тот или иной счёт. Фантомхайв молчаливо отдавал должное новой знакомой. Та мастерски располагала к себе и в полной мере овладевала диалогом, искусно захватывая власть над мыслями своих собеседников. Кажется, ещё немного, и юный граф будет вынужден искать другую невесту: Элизабет, едва не раскрывая рта, восхищёнными глазами смотрела на Элис, которую уже записала в список своих ближайших подруг. Ужин прошёл весьма спокойно для Сиэля, и он был явно доволен. К нему никто не приставал, Элизабет изредка дёргала его, чтобы привлечь внимание к какому-то «невероятно интересному» факту, промелькнувшему в диалоге, а затем снова возвращалась к разговору с гостями королевы. Элис же продолжала стойко и грациозно держаться, хотя её порядком вымотал этот вечер. Она желала как можно быстрее покинуть дворец, обменявшись со всеми любезностями и мягко уклонившись от приглашений в гости, однако её отвлёк собственный дворецкий. Он склонился над её ухом и что-то тихо прошептал. Она не поменялась в лице, отчего понять, о чём шла речь, было невозможно. — Прошу прощения, — с уже известной всем улыбкой сказала девушка, в первую очередь обращаясь к Сиэлю и Элизабет, а уже после к десятку новых знакомых. — Боюсь, я провела слишком мало времени с виновником торжества, поэтому вынуждена вас покинуть. Элис присела в лёгком реверансе и, окончательно распрощавшись со всеми, последовала за своим дворецким. Королева выбрала действительно самое удачное время, чтобы заняться допросом: сил на то, чтобы сосредоточиться или выдумать ложь, едва ли хватало. Четыре часа изнурительных бесед и танцев давали о себе знать. Пусть девушка и тщательно готовилась к этому мероприятию, на деле всё оказалось гораздо сложнее. Юная леди вышла на балкон, где её уже ожидала Виктория, с улыбкой смотревшая на отъезжавшие от дворца кареты. Элис вновь, как подобает, поприветствовала особу королевских кровей и слегка склонила голову, выказывая уважение. — Вечер восхитителен, Ваше Величество. Преклоняюсь перед вашим утончённым вкусом. — Благодарю тебя, дорогая, вечер под стать твоей прекрасной внешности. Ваша семья так редко куда-нибудь выбирается, что я уже и забыла, как ты выглядишь. — Королева одарила подданную тёплой улыбкой, хотя глаза её были серьёзны. Она понизила голос и продолжила: — Твой отец, кажется, до сих пор не вернулся. Стоит ли мне волноваться? Элис низко поклонилась прежде, чем ответить на вопрос. — Ваше Величество, фамилия Годвин навсегда будет тесно связана с вами преданностью короне. Что бы Вы ни поручили и как бы сильно ни разросся подпольный мир, Вам не о чем переживать. Я выполню всё, что потребуется. Этот ответ вполне удовлетворил королеву, однако ей всё же хотелось завершить этот светский раут предупреждением. — Мой милый пёсик очень чутко и глубоко копает и, если это будет необходимо, быстро вцепится обидчику в глотку. Дворецкий семьи Годвин, стоявший у входа на балкон спиной к господам, едва сдержал брезгливое выражение лица, однако его хозяйка и бровью не повела на столь явную угрозу. — Я думаю, мы поладим, — мягко улыбнулась девушка. — Что ж, не смею тебя более задерживать, и, Элис, выбирайся ко мне почаще, я так рада твоему присутствию! — Долгих лет вашему Величеству. Девушка вновь поклонилась, покинула балкон и, отойдя от него как можно дальше, негромко уточнила: — Эдгар, есть возможность уйти незамеченными? Уголки губ дворецкого приподнялись, он попросил госпожу следовать за ним. Окольными путями через несколько минут они вышли на улицу. Оставив хозяйку в одиночестве ненадолго, Эдгар распорядился подать им карету, а затем помог Элис забраться в неё. Только когда дверца закрылась, а шторки были задёрнуты, девушка позволила себе расслабиться, а дворецкий заговорить. — Вы великолепно держались, моя леди. Вашему терпению мог бы позавидовать даже ангел, — мужчина усмехнулся. — Спасибо. Спустя пару секунд девушка посмотрела на дворецкого щенячьими глазами. — Можно ослабить корсет? — с мольбой произнесла она. — Достаточно одного приказа, миледи, вам не нужно просить. Элис проигнорировала эти слова и аккуратно приподнялась, оперевшись руками о стенку экипажа. Она не смогла сдержать тихий стон удовольствия, когда почувствовала, что наконец может сделать полноценный вдох. Сев на место, она с блаженной улыбкой выбралась из узких туфель и прикрыла глаза. Как же жизнь была прекрасна. Эдгар пересел на скамью напротив госпожи и положил её щиколотки на свои колени. — Вы натёрли ноги и молчали, — с упрёком сказал он, разминая и растирая уставшие от продолжительного мероприятия стопы. Элис едва не мурчала от заботы своего дворецкого. Пожалуй, только с ним она забывала обо всех манерах, вдалбливаемых в неё с детства. — Брось, это... м-м... — довольный стон сам собой сорвался с её губ. — Это мелочи. — Вы могли бы сменить обувь или хотя бы наклеить пластырь, незачем себя так изводить. Тем более вы уже слишком много пережили сегодня. — Спасибо, Эдгар, но, знаешь, это было даже весело. Я давно не общалась с людьми высшего света, а здесь их было так много... Пускай друг от друга они мало чем отличаются, выделяющиеся личности всё же были. Никогда бы не подумала, что столь активная, общительная, яркая девушка как Элизабет может стать парой такому серьёзному для своего возраста юноше вроде Фантомхайва. Мне показалось, что он от неё устаёт?.. — Вам не показалось, но вынужден предупредить: дворецкий цепного пса Её Величества — демон. Девушка согнула указательный палец и приставила его к подбородку, пытаясь вспомнить человека, о котором говорил Эдгар. Из-за того, что в её глазах в тот момент помутнело, она не могла чётко представить черты его лица. Эдгар пристально проследил за реакцией госпожи на свои слова и остался ей удовлетворён. — Себастьян, кажется? Что ж, буду знать. В любом случае я не планировала вступать с ними в конфронтации, если только Её Величество не решит избавиться от одной из своих фигур. На некоторое время в карете воцарилась тишина. Элис хотела бы уточнить, знает ли её дворецкий что-нибудь насчёт подобных симптомов, связанных со зрением, но передумала, решив, что это могло произойти из-за стресса и продолжительных энергозатрат, а Эдгар слишком быстро включит режим няньки и начнёт беспокоиться обо всём на свете. Вместо этого она решила уточнить другой, не менее важный момент. — Приготовишь что-нибудь лёгкое? Мне так и не удалось поужинать. — Конечно, моя леди.

***

Когда карета окончательно остановилась, Эдгар открыл дверцу и, к удивлению девушки, поднял её на руки. — Зачем? — без визга, спокойно спросила она. — Вы натёрли ноги. — Но я по-прежнему могу идти сама. — Или можете расслабиться после долгого выматывающего дня и позволить мне о вас позаботиться. Элис вздохнула и положила голову на плечо демона, признавая справедливость его слов. Мучить себя было незачем, а исходившее от тела демона тепло приятно согревало, наводя на глаза пелену. Так тихо и спокойно...

***

В это время в поместье семьи Фантомхайв стояла идеальная тишина. Себастьян переодевал задумчивого господина, готовившегося ко сну. — Вас что-то беспокоит? — участливо поинтересовался дворецкий. — Тебе не кажется странным, что её дебют произошёл только в семнадцать, хотя на своём первом мероприятии она держалась до ужаса хорошо, если не считать, что чуть не грохнулась в самом начале? — Вы подразумеваете леди Годвин? — А что, там был кто-то ещё, заслуживающий внимания? — ехидно ответил Сиэль, не поддаваясь на издёвку демона, видимо, решившего продолжить веселье за его счёт. — Великолепные, пожалуй, даже излишне манеры, красота, грация, осанка, её достоинства можно долго перечислять. Она что, ангел? Граф и сам не понимал, что его так раздражало в новой знакомой, однако разговор уже был начат, и сворачивать с этой дорожки было бы проявлением слабости, к которой Фантомхайв не был склонен. — Ангелы не заключают контракты с демонами, мой господин, — просто ответил Себастьян, застегнув последнюю пуговицу на ночной рубашке, но не поднимаясь с колен. Сиэль нахмурился. Он смутно припоминал лицо молчаливого дворецкого, на которого едва обратил внимание, несмотря на его внешнюю привлекательность. — Занимательно. И, если бы вы сошлись в битве, кто бы победил? — Только прикажите, и я принесу вам победу, мой лорд. Сиэль удовлетворённо хмыкнул и лёг в постель. Когда Себастьян покинул комнату, мысли юного графа вновь вернулись к новой знакомой, а именно к её способности отвлечь Элизабет на себя. Стоит найти побольше информации о Годвин и, если та для него безопасна, приглашать в гости, когда невеста решит вновь нанести ему визит. С этими тёплыми мыслями юноша погрузился в умиротворяющий сон.

***

Если один чувствовал себя отлично, то вторая впервые за несколько лет проснулась в холодном поту от приснившегося кошмара. Всё тело горело, дыхание сбилось, в голове мелькали ставшие туманными от резкого пробуждения картинки: она билась в судорогах крича от невыносимой боли, а в мыслях было лишь одно желание — умереть. Кажется, она молила кого-то, кто был рядом с ней, закончить эти страдания. Дверь в спальню приоткрылась, дворецкий обеспокоенно приблизился к постели хозяйки. — Я почувствовал, как участилось ваше сердцебиение. Что случилось? Глаза были мокрыми от слёз, поэтому девушка протёрла их одной рукой, чтобы рассмотреть лицо своего демона — это было необходимо, чтобы окончательно успокоиться и вернуться в реальность, — а второй указала на кувшин с водой, стоявший на прикроватной тумбочке. Демон быстро справился с молчаливой просьбой и протянул стакан с водой, который был осушён в несколько глубоких глотков. Он снял перчатку с руки и прикоснулся тыльной стороной ладони ко лбу госпожи. — У вас поднялась температура, я принесу лекарства. — Не нужно, всё хорошо, — девушка поставила стакан на место. — Мне просто приснился кошмар. Элис почувствовала, что пожар в груди постепенно сменяется какой-то странной тоской, будто она только что не посмотрела ужасную картину собственной агонии, а лишилась чего-то важного. Вот только чего — оставалось непонятным. — Всё наладилось, ты можешь идти. Несмотря на сказанное, дворецкий не спешил оставлять хозяйку в одиночестве. — Кошмары давно не беспокоили вас, поделитесь своей тревогой? — У меня нет ни одной мысли, почему они вернулись. Это было совсем не похоже на то, что я видела раньше. Думаю, я просто переволновалась из-за бала. — Девушка посмотрела в тёплые карие глаза своего слуги, уголки её рта приподнялись. — Тебе действительно не о чем беспокоиться. Эдгар бережно взял кисть левой руки девушки и мягко коснулся кончиков её пальцев губами, заставляя щёки хозяйки мило покраснеть. — Это крайне неприлично, знаешь ли. Иди уже, — пробурчала юная Годвин и вернула свободу своей конечности. Демон улыбнулся и поднялся с постели. — Доброй ночи, моя леди, пусть ваш сон будет спокоен. — Доброй ночи, Эдгар. Когда дверь за дворецким закрылась, девушка вздохнула и перевела взгляд на пол, по которому скользили непослушные лунные лучи, бестактно пробивавшиеся сквозь плотную ткань штор. Она бы искренне хотела расслабиться в своём особняке, но привыкший к лукавству и соблазнению своих жертв демон, судя по всему, решил забрать себе всё, чем она на самом деле владела: разум, тело, душу, однако... Порой Элис казалось, что она дефектна: ни демон, ни юноши, ни другие леди не вызывали в ней то самое чувство влюблённости, описываемое в романах, которыми она зачитывалась в тринадцать. Уж к семнадцати оно должно было хоть как-то проявиться. И всё же было что-то такое, что заставляло её взгляд задержаться на спине или макушке Эдгара, но как только в поле зрения попадало его лицо, интерес тут же пропадал. Она в нём кого-то искала? Кого? Девушка не страдала потерей памяти, хотя некоторые события ей действительно хотелось из неё вычеркнуть, и могла честно признаться себе, что ещё не нашлось человека, который смог бы разжечь огонь в её сердце. Когда Элис откинулась на подушки, на краю её сознания вновь мелькнуло странное создание, которое она видела на балу, но уставший мозг отбросил его, как надоедливую мошку, и с удовольствием погрузился в долгожданное царство Морфея.