Мотив

      Элис привлекла к себе внимание всех собравшихся. В этот раз ей было наплевать на чужие взгляды и желание поговорить. Теперь она знала, что её ждет и преследовала свою цель. Её роскошные волосы были заплетены в широкую косу, в которую вплели чёрные ленты, а такого же цвета платье было увито белыми лентами на талии, по косточкам корсета и на юбке. Из женщин она была единственной, кто облачился в чёрное. Больше она не пыталась скрыть своё положение, а фамильное кольцо на тонком пальце ярко заявляло о том, кем являлась его обладательница.       — Элис, привет! Ты выглядишь просто невероятно, — воскликнула Мидлфорд, сразу приблизившись к подруге.       — Спасибо, Лиззи, — Годвин мило улыбнулась и взяла девушку за руку прежде, чем та обняла её как вчера.       Теперь, когда она присутствовала в этом месте как действовавшая глава семьи Годвин, столь открытые жесты могли навредить её репутации.       — Вчера ты так быстро упорхнула, что мы, кажется, даже не успели как следует осмотреться.       — Ой, и правда. Ты ведь так и не узнала свою звезду.       Годвин приподняла своё запястье, демонстрируя браслет, умело вплетённый в образ таким способом, что тот гармонировал с остальными украшениями.       — После твоего ухода я всё же испытала судьбу, — без капли угрызений совести солгала Элис.       — Полярная звезда? — с лёгким налётом грусти отозвалась Элизабет. — А я думала, мы вместе будем ходить на собрания.       — Да, я успела о них узнать. Жаль, что так получилось. Ты приходишь на них каждую неделю?       — Конечно! Всё ради…       — Ради кого? — тут же зацепилась за разгадку девушка.       Невероятно зелёные глаза Элизабет наполнились грустью.       — Ради Сиэля.       — Мне показалось, ты его избегаешь, — с удивлением ответила Элис.       — Нет, это…       Мидлфорд прервала внезапно раздавшаяся громкая музыка.       — Песнопения начались! — радостно заявила она, едва ли не подпрыгнув.       — Что? — Элис перевела недоуменный взгляд на дворецкого, но тот лишь мило улыбнулся.       — Неужели ты вчера не осталась на представление? Прости, это моя вина, я расскажу попозже. — быстро ответила Элизабет, а затем начала петь вместе с остальными.       Для Годвин, имевшей какой-никакой слух благодаря музицированию, эти минуты показались пыткой. Она даже не старалась вслушаться в текст, пытаясь максимально отстраниться от происходившего. Каждый пел во что горазд, конечно, не думая ни о ритме, ни о нотах.       — Воды, миледи? — участливо поинтересовался Эдгар.       — Мог бы и беруши прихватить.       Улыбка демона стала шире. Он достал из внутреннего кармана маленькие, незаметные затычки. Музыка закончилась, и Элис с лихвой обдала своего дворецкого мрачным взглядом.       — Это плата за то, что вы привели меня в столь скучное, наполненное счастьем место.       — Следующую неделю все ночи будешь проводить в пыльных, полупустых кабаках, — в той же манере ответила девушка и отвернулась от фыркнувшего в ответ слуги.       — Так вот, — продолжила блондинка с энтузиазмом. — каждый четверг здесь проходят выступления с певцами и танцорами по совместительству. Тебе обязательно нужно побывать на них, это что-то совершенно невообразимое.       — Это не похоже ни на оперу, ни на что-либо другое, — подхватила незнакомая простолюдинка, явно услышавшая это мнение ранее от знати, однако, столкнувшись с ледяным взглядом Элис, она тут же ретировалась.       — Ты хочешь посмотреть что-то ещё? Здесь много развлечений, а ещё можно покушать…       Тон Мидлфорд насторожил Годвин, и она решила действовать прямо.       — Ты куда-то спешишь?       — Нет, я…       — Лиззи, мне ты можешь сказать правду.       — Прости, Элис, я не уверена.       Годвин улыбнулась своей самой обезоруживающей улыбкой, хотя внутри у неё всё напряглось, словно прямо сейчас она должна была шагнуть в пасть ко льву, и мягко сжала ладонь подруги.       — Пойдём вместе. Я хочу разделить с тобой то, что вызывает у тебя такой интерес и радость.       Элизабет сжала в ладонях руки подруги, решаясь на отчаянный шаг.       — Ты права. Только с тобой я могу этим поделиться.       Мидлфорд повела более не отстававшую от неё Элис, подавшую своему дворецкому знак двигаться за ними бесшумно и не привлекая внимание. Элизабет шла в сторону неприметной двери, и Годвин успела заметить, что звездочёт бросил на них заинтересованный взгляд, но тут же расплылся в улыбке очередной девушке, желавшей получить предсказание.       Они шли по коридорам около семи минут, и Элис удивлялась размерам театра. Снаружи он казался гораздо меньше. В какой-то момент девушки остановились перед дверью, увитой звёздами.       — Ты очень удивишься, но, пожалуйста, не осуждай меня.       — Как я могу… — начала Годвин, но застыла, увидев посреди комнаты, которую открыла подруга, кресло. — Сиэль?.. — тихо и недоуменно сказала Элис.       Люцифер бы точно не допустил его местонахождение здесь.       — Да…       — Но ведь…       На глаза девушки легла чья-то холодная ладонь, а сама она оказалась прижата к чужому телу. Годвин мгновенно осознала, что это не Эдгар и не Люцифер. Их руки на службе всегда были в перчатках.       — Эд…       — Тише, тише, — знакомый голос заставил спину покрыться ледяным потом, а рука с глаз опустилась на рот, вынуждая молчать. — Незачем паниковать, ты ведь всё же пришла ко мне.       Как же разительно одни и те же слова из разных уст отличались. Если услышав это от Люцифера, она мгновенно расслаблялась, то с ним приходила в ужас.       Гробовщик обвил её талию рукой, а Годвин ничего не оставалось, кроме как со страхом смотреть на Элизабет.              — Так ты знакома со спасителем? Как я рада!       — Бросьте, миледи, не нужно меня так называть. Мы оставим вас наедине.       Элис замычала, протестуя с таким положением дел, но Элизабет словно стало всё равно, её заботил только близнец Фантомхайва. В свою очередь жнец крепко повязал мягкую ткань на рот Годвин и поднял её на руку, свободной ладонью обхватив хрупкие запястья, чтобы та не смогла снять повязку.       — Я рад, что ты всё-таки решила прийти ко мне, и демоны нам здесь ни к чему.       Девушка издала звук, сильно напоминавший «что ты с ним сделал?», и Гробовщик тепло улыбнулся.       — Ты и правда совсем не изменилась. Что тогда, что сейчас беспокоишься в первую очередь о тёмных созданиях, однако я счастлив, что в этот раз ты смогла познать роскошную, здоровую жизнь в достатке. Выглядишь восхитительно, ни одна из моих кукол не затмит твоей красоты.       Внутри у Элис всё похолодело от страха. Абсолютное непонимание, что может выбросить бывший супруг молили её сделать всё, чтобы сбежать. Его слова и отношение к человеческой жизни не то что не внушали доверие, буквально кричали «живым рядом с ним места нет». Девушка поёрзала на руке жнеца, пытаясь приспустить ткань.       — Тебе неудобно? — ласково уточнил Гробовщик. — Подожди немного.       — Подождать чего? — с испугом подумала Годвин.       Вскоре они оказались в тёмной комнате в конце коридора. Жнец бережно усадил свою ношу в кресло и задержал ладонь на её щеке.       — Как же ты прекрасна, — тихо сказал он.       Неотрывно глядя в голубые глаза, жнец сковал её запястья кожаными ремешками, отчего Элис побледнела. Демоны не вызывали у неё страх. Те просто не способны были причинить ей вред, но бывший супруг, повёрнутый на мертвецах и исследовании человеческой крови, мог вытворить что угодно. Она успела сотню раз пожалеть, что пришла сюда одна, без поддержки Фантомхайва.       — Я бы хотел увековечить твою красоту, — ласково произнёс Гробовщик.       Для девушки это прозвучало как приговор. Она сжала руки в кулаки, прикрыла глаза и постаралась успокоиться. Теперь, когда мотив жнеца на её счёт был в целом озвучен, оставалось лишь выбрать правильную стратегию, чтобы уйти отсюда такой, какой пришла. В прошлой жизни смириться с мыслью о своей смерти было куда проще, чем в этой.       Элис дотронулась пальцем до кольца, подаренного Люцифером, и нащупала в себе небольшой комочек храбрости. Вновь распахнув глаза, она встретилась с ядовитой зеленью, проникавшей в саму суть. Годвин мягко повела головой в сторону, призывая снять с себя повязку. Жнец улыбнулся от мысли, что горячо любимый им некогда человек наконец готов к диалогу. Призыва демона бояться не стоило: его реакция и движения были гораздо быстрее, чем у обычной девушки.       — Для чего тебе всё это, Гробовщик?       Жнец с удивлением посмотрел на бывшую супругу, осознавая, что был неправ. Она не умела быть серьёзной или по-настоящему обозлённой с ним, но сейчас её тёмно-голубые, близкие к синим во тьме комнаты глаза выражали не только тоску, девушка была до предела сосредоточенной. Подобное выражение он уже видел на лице младшего Фантомхайва.       — Тебе стало настолько скучно жить, что решил поиграть со смертью?       Лунный свет проник в окно и заставил голубые глаза засиять во тьме. Она была похожа на обвинённую, которую ждала казнь. Жнец склонился к тыльной стороне ладони девушки и оставил на ней лёгкий поцелуй. На его лице застыла маска боли, от которой заледеневшее по отношению к нему сердце девушки неприятно кольнуло.       — Я просто устал вас терять, — шёпотом произнёс он, но Элис, находившаяся в паре сантиметров от него, всё услышала.       Её пальцы расслабились, больше не сжимаясь в кулаки. Годвин знала, каково это, терять близких, и даже просто представить бессмертную жизнь с чередой потерь ей было невыносимо. Она вспомнила, как Люцифер смотрел на неё, когда они впервые остались наедине после возвращения её воспоминаний.       — Сними их, — негромко попросила Элис, указывая на руки. В этом всё равно не было смысла. Её жизнь в этот момент полностью принадлежала ему, и всё, что она способна делать в этой ситуации, — говорить.       Жнец выполнил просьбу и вздрогнул, когда его лица коснулась чужая ладонь.       — Как давно я не ощущал тепло прикосновений… — всё также негромко сказал он, прижав руку девушки к своей щеке.       Годвин понадеялась, что этот жест заставит бывшего супруга поверить в то, что она понимала его.       — И всё же разве нельзя оставить всё как есть и следить за их реинкарнациями? — аккуратно уточнила она, огладив большим пальцем холодную кожу.       — Я хочу быть с ними… с тобой рядом всегда. Видеть ваши лица, разговаривать именно с вами, принадлежащими своему времени. Я нашёл способ и отворачиваться от него уже поздно.       — Я не хочу жить вечно, Гробовщик, — прозвище, повторно произнесённое супругой в такой момент, больно резануло слух. — Не хочу не сдержать обещание, данное мной демонам, не хочу, как и ты, видеть, как умирают дорогие мне люди. Той жизни, что я живу, мне достаточно, понимаешь?       Он осознавал, но не мог этого принять. Его эгоистичные желания до сих пор поддерживали его на плаву и отказаться от них, бросить тех, кто стал от него зависим, жнец уже не мог. Пропасть между ними вновь стала колоссальной, Гробовщик очень явно ощутил её и поднялся на ноги.       — Сейчас я не могу отпустить тебя. Ты нарушишь мои планы, если столкнёшься с ним, так что посиди тихо.       — Меня ждут за пределами этого театра, — осмелев, воспротивилась Элис.       Жнец вновь улыбнулся, словно разъяснял простую истину ребёнку.       — За это я и люблю людей, но в таком случае сейчас тебе лучше уснуть.       Гробовщик лёгким движением руки что-то вколол в шею девушки, и та почти мгновенно рухнула ему на руки, напоследок попытавшись выговорить имя своего демона, но губы парализовало.

***

      — Элис?.. — словно сквозь слой воды послышался чей-то удивлённый голос.       Девушка не сдержала стон, голова нещадно ныла, а в теле была ужасная слабость.       — Проверь её состояние, — приказал всё тот же голос.       Годвин открыла глаза и натолкнулась на обеспокоенный взгляд карих глаз. Мысли путались, а мозги отказывались полноценно работать, всё было как в тумане.       — Себастьян, Сиэль?.. — хрипло произнесла она и прокашлялась, а затем обвела взглядом комнату и зацепилась за смутно знакомое кресло.       — Всё в порядке, господин, внешних повреждений нет.       — Даже самых мизерных? — внезапно уточнила девушка, постепенно возвращая себе способность здраво мыслить и трезво оценивать ситуацию.       — Да, — просто ответил демон, в будущем обещая провести лекцию на тему её безопасности.       — Какой сегодня день?       — Пятница, восьмое ноября.       Элис ошарашенно перевела взгляд на Сиэля, услышав, что прошла неделя с момента её посещения варьете, и попыталась встать, но тело не слушалось.       — Так что ты здесь делаешь? На пьяницу ты непохожа, чтобы уснуть в этой каморке, а не своём особняке.       — Пожалуйста, дай мне минутку, Сиэль, и отвернись, тебе такое рано видеть.       Сказав это, Годвин сразу начала спускать ткань платья с груди, чтобы осмотреть печать, и Фантомхайв, покраснев, быстро отвернулся. Она не стала звать Эдгара. Если тот до сих пор не забрал её, значит, его состояние было весьма и весьма плачевным.       — Это то, о чём я думаю? — осведомилась девушка, посмотрев в любимые алые глаза.       — Да, ваша печать ослабла, — продолжая идеально играть свою роль при господине, ответил демон, хотя глаза его налились малиновым пламенем. — Он сильно ранен.       — Кто-то напал на твоего дворецкого? — недоуменно протянул граф.       — Да, и ты даже знаешь кто. Можешь повернуться. Позволишь воспользоваться помощью Себастьяна?       Юноша кивнул, а Годвин этот фарс сейчас, когда в мыслях была абсолютная неразбериха, одновременно смешил и раздражал. Она протянула руку к Себастьяну, и тот бережно взял её, позволив опереться на себя. Девушка встала на ноги, покачнувшись, но всё же удержала равновесие не без помощи демона.       — Вы спешите?       — Да, — ответил Фантомхайв.       — Тогда пойдёмте вместе. Вы уже обследовали комнату со звёздами?       — Да, а что?       Элис, поддерживаемая Себастьяном, медленно вышла из своей клетки вслед за юношей. Лоб начал гореть, а голова по-прежнему нещадно ныла от боли, мешая вспоминать и размышлять.       — Там было что-то важное… Я пошла в варьете вместе с Элизабет неделю назад, в пятницу, потому что меня напрягла её одержимость этим местом. Затем я попросила отвести меня туда, куда она с таким огромным желанием рвалась настолько, что даже бросила меня одну. Я попросила Эдгара следовать за нами, но…       Девушка остановилась у двери, увитой звездами, которая находилась в нескольких метрах от комнаты, где её держали.       — Мы зашли сюда, и…       Элис вздрогнула, ощутив тепло за своей спиной, и яркие картины взорвались в её голове. Она тихо зашипела и вплела пальцы в растрёпанные волосы, массируя воспалённый череп.       — Ты чувствуешь Эдгара, Себастьян?       — Очень слабо, но он где-то здесь.       — Вы можете сопроводить меня к нему? — Элис прервалась, пережидая очередной приступ боли. — Взамен я поделюсь чертовски важной информацией.       Сиэлю ничего не оставалось кроме как согласиться, пусть его и напрягала вся сложившаяся ситуация и медлительность, с которой девушка делилась с ним тем, что произошло.       — Меня усыпил Гробовщик, — продолжила Годвин, пока они шли по коридору.       Себастьян мрачно сверкнул глазами в сторону супруги, отчего та расслабленно выдохнула. В этот момент она ощутила такой прилив любви по отношению к чужому дворецкому из-за ощущения безопасности, что едва не бросилась к нему в объятия.       — Элизабет не вернулась домой? — догадливо уточнила Элис.       Сиэль был явно подавлен этим вопросом. Судя по всему, побег невесты выбил его из колеи. Он отрицательно покачал головой.       — Прости, что говорю это, но, боюсь, она не придёт назад. Элизабет сильно запуталась, но, похоже, сделала свой выбор.              — О чём ты?              — Прошу прощения, милорд, мы пришли.              Троица остановилась напротив неприметной, ветхой двери. Демон сделал шаг вперёд и распахнул древесное полотно, примерно понимая, что увидит. Неприятный сладковатый аромат разлагавшейся плоти облепил лицо. Люцифер сказал совсем тихо, чтобы господин не слышал:              — Я не думаю, что он бы хотел предстать перед тобой в таком виде.              Элис не решилась сразу посмотреть внутрь. Перед этим она печально улыбнулась графу.              — Спасибо за помощь, дальше я справлюсь сама. Если Гробовщик позволил мне проснуться сегодня, значит, своей цели он достиг. Вам стоит поспешить, потому что у него есть рычаг давления на всё, что у тебя есть, младший брат Сиэля Фантомхайва.              Демон и его хозяин ошарашенно посмотрели на бледную, хрупкую девушку.              — Твой старший брат жив, — подтвердила она. — Поторопитесь.              Годвин взглянула на Люцифера, явно не одобрившего бы то, что она собиралась сделать, а затем слабо кивнула ему. Тот вернул хозяина в реальность всего одной фразой.              — Мой лорд, леди Годвин не лжёт.              Юноша сдавленно сглотнул и направился в сторону выхода, на ходу бросив:              — Отправь сюда врачей и присоединяйся ко мне в кэбе.              — Да, мой господин.              — Спасибо за помощь, Сиэль, и знай, я на твоей стороне, — напоследок сказала Элис, зная, что вскоре Фантомхайву может понадобиться её помощь.              Оставшись одна — Люцифер был вынужден мгновенно выполнить приказ господина — девушка вновь ощутила на себе липкие лапы страха и нехотя, подрагивая всем телом, развернулась к мрачному пространству комнаты. Благодаря свету, проникшему внутрь из-за открытой двери, Элис смогла взглядом отыскать лампу у входа на тумбочке и подошла к ней, чтобы взять. Под ногами раздался звук похожий на тот, что издаёт лужа, когда в неё наступают. Не было сомнений, чем являлась эта жидкость. С помощью лампы она смогла увидеть очертания тела и прикрыла рот рукой, чтобы подавить вскрик.              — Эдгар… — тихо позвала она, едва сдерживаясь, чтобы не свалиться в обморок.