Подавленность

      Где-то в углу раздалось едва слышное мычание, и девушка бросилась туда. Её глаза наполнились слезами, руки задрожали. Это было совсем непохоже на раны Люцифера, которые она лечила раньше. Весь пол был залит кровью, а валявшиеся рядом с разъединённым телом органы уже начали гнить. Элис с трудом подтащила нижнюю часть торса, которую демон и сам, судя по разводам, пытался соединить, но был слишком ослаблен.       — Прости, — не пытаясь сдержать бежавшие градом слёзы и продолжая механически осуществлять своё дело, шептала она.       Приблизив две части как можно плотнее, она стащила покрывало с кровати, за которой они расположились, и как следует обмотала тело демона, чтобы спрятать от чужих глаз его ранение, несовместимое с жизнью, и понадеяться на то, что это поможет ему восстановиться. Затем она взяла кинжал, которым в битвах орудовал её дворецкий, без тени сомнений провела его чертовски острым концом по запястью и приблизила то к губам.       — Прошу, пей и засыпай, скоро нам помогут.       Взгляд демона не был осмысленным, но Элис услышала, как он смог проглотить кровь и выдохнула. Если ему удалось дожить до этого момента, дальше должно стать проще.       Медики подоспели, когда Годвин решила замотать Эдгара ещё и в простыню, чтобы части лучше держались. При перекладывании раненого на носилки, Элис постаралась помочь бригаде, придержав обе части, чтобы они не почувствовали, что тело было разъединено, и либо ей это удалось, либо они молчали из жалости, видя помешательство на бледнющем лице девушки.       Она не позволила им размотать ткань, дабы посмотреть раны в карете, и приказала вести их в особняк. Врачи так сопротивлялись, что пришлось предложить им крупную взятку. Вероятно, сумма и холодная ярость, отражавшаяся в голубых глазах окровавленной с ног до головы девушки, вселила в них желание заткнуться и выполнить возложенную на них задачу.       Когда дворецкого разместили в его комнате, и медики собрались уходить, Элис бросила им напоследок предупреждение, что в случае, если этот инцидент примет какую бы то ни было огласку, она сначала убьёт их семьи чужими руками, а затем и их самих. От довольно юной девушки это могло прозвучать забавно, если бы не взгляд, в котором сквозила явная угроза и высокое положение, предоставлявшее все возможности для осуществления сказанного.       Служанки проводили врачей и бросились назад, к госпоже, которую ещё никогда не видели в таком состоянии.       — Леди Годвин, что случилось с вами и сэром Эдгаром?! Нужно ли вызвать вашего личного врача? Мы также подготовим для вас ванну и сменную одежду.       — Я объясню вам всё позже. В первую очередь подготовьте бинты, всевозможные лекарства, мази, таз с тёплой водой — всё, что может помочь, несите сюда. Ванну подготовьте через полчаса.       — Да, госпожа! — синхронно ответили две служанки, быстро смекнувшие, что сейчас с главой рода спорить не стоит.       Когда они удалились, Годвин приблизилась к своему дворецкому и осмотрела его мёртвенно-бледное лицо. Судя по всему, он спал, по крайней мере, к облегчению Элис, она смогла нащупать у него пульс.       Служанки вернулись удивительно быстро, девушка даже не успела снять с него ткани, уже пропитавшиеся кровью насквозь. Откуда у него вообще было столько крови, Годвин старалась не думать. Хорошо, что она была, значит, регенерация продолжалась.       Приняв всё, что было запрошено у девушек, Элис вернулась к постели и разрезала простынь с покрывалом кинжалом. В нынешней ситуации её ещё сильнее замутило, потому что больше спешить было некуда. Эмоции разом навались на неё, доводя до предобморочного состояния. Вид был просто отвратительным, за такое короткое время ничего не срослось, перед глазами предстали две отдельные части туловища, и Элис приказала себе держаться. Если переключиться на дело, будет проще. С этой мыслью она взялась за губку и погрузила её в горячую воду, чтобы оттереть уже запёкшуюся кровь. В надежде на то, что это хоть немного ускорит процесс заживления, она обработала рану и обмазала её края, чувствуя себя идиоткой. Удостоверившись, что сделала всё возможное, она плотно перебинтовала туловище, вновь соединив его части. Из глаз всё время капали слёзы, она чувствовала ответственность за то, что случилось с Эдгаром, и безумно боялась, что что-то ещё может пойти не так. Что если Гробовщик решит навестить её и добить демона? Потрясения и так и не прошедшая головная боль вынудили сознание покинуть её, чтобы иметь возможность хоть немного передохнуть.

***

      Очнулась Элис в собственной постели и резко подорвалась, оглядывая обстановку и саму себя. На ней больше не было испачканного платья, от тела отчётливо исходил аромат мыла, а рука, которую она порезала, была перебинтована. Годвин лишь на секунду ощутила приятное чувство: она дома. Полноценно придя в себя, она сразу направилась в комнату дворецкого в одной лишь ночной рубашке. По пути Годвин разглядела время на часах в коридоре, было два часа ночи, и поняла, что служанки уже спали. Не только они. Эдгар тоже «спал». Он едва дышал. Казалось, что простое дуновение ветра было способно оборвать его жизнь. У Элис из глаз брызнули слёзы, она и не думала, что так сильно привязалась к своему слуге. Несмотря на его своенравие, девушка не просто привыкла к нему, едва ли представляла свой быт без его вмешательства и заботы.       Годвин снова потянулась за кинжалом, но её остановили.       — Ты уже сделала достаточно, он восстановится сам.       Девушка не выпустила кинжал из руки, только крепче его сжала.       — Я думала, ты не придёшь в ближайшее время.       Люцифер крепко обнял дрожавшую Элис и, вдохнув родной аромат солнца, ласково поцеловал её в макушку.       — Мне действительно нужно будет уйти, но я всегда буду рядом с тобой. Пообещай мне, что дашь себе отдохнуть прежде, чем напоишь его своей кровью.       На несколько секунд повисла тишина, а затем раздалось тихое:       — Обещаю.       — И не рискуй так сильно, иначе даже моё сердце не выдержит.       Демон улыбнулся, и уголки губ девушки тоже слабо приподнялись, но сразу опустились.       — А ты пообещай выжить.       Теперь, когда она видела, насколько силён стал бывший супруг, у неё были все причины волноваться за возлюбленного.       — Обещаю. Мне пора.       Люцифер оставил нежный мимолётный поцелуй на её губах и растворился во тьме. Элис отложила кинжал на прикроватную тумбу своего дворецкого, сменила ему повязки и удалилась к себе, чтобы отдохнуть ещё немного.

***

      Утром ей стало немного легче. Если Люцифер сказал, что Эдгар способен и сам восстановиться, то ей можно было слегка расслабиться и переключиться на себя прежде, чем вновь позаботиться о своём демоне.       — Доброе утро! — в коридоре у дверей спальни синхронно поздоровались служанки, прекрасно понимавшие, что пока дворецкий не сможет выполнять свои обязанности, вся забота о госпоже и особняке ложилась на них.       — Доброе утро. Пожалуйста, подайте завтрак в столовую.       Те неловко замялись, что сильно напрягло ставшую слишком чувствительной Годвин.       — Что-то не так?       — Простите, миледи, — ответила старшая служанка, опустив голову. — До сих пор заботу о еде брал на себя сэр Эдгар, мы не обучены готовке, но что-нибудь обязательно придумаем.       Элис вздохнула. Она никогда не думала, что с демоном может что-то случиться, ведь их оппонентами всегда были люди, потому они взяли на службу лишь двух служанок, которые должны были поддерживать в особняке чистоту, пока их не было дома, и молчать обо всём, что услышат в семье Годвин.       — Идите за мной.       Девушки хором воскликнули «да, госпожа» и засеменили за хозяйкой, пока та размышляла о плотном завтраке, однако эта мысль сменилась другой.              — А чем вы питались всё время, пока мы отсутствовали в особняке?              Служанки ещё сильнее покраснели.              — Сэр Эдгар обычно готовил заранее, когда вы уезжали. Если вы уходили более, чем на неделю, он отправлял еду посыльным.              — В таком случае всю ближайшую неделю вы будете учиться готовить.              Времени искать повара, пока демон не поправится, у Элис не было. У неё были лишь предположения о том, как скоро ему станет лучше. Рана была более серьёзной, чем у Люцифера в своё время, но, видимо, от того, что была нанесена не ангельским оружием, а косой смерти, была терпимее, иначе к тому моменту, как она его нашла, Эдгар уже был бы мёртв. В прошлой жизни она больше налегала на лекарства, чем на кровь, в этот раз поступила наоборот, так что надеялась, что ему хватит двух недель для выздоровления.              Позаботиться о себе в ближайшее время самостоятельно Элис вполне была способна, правда увидев перед собой массивное приспособление, которое служанки обозвали плитой, поняла, почему те не готовили в отсутствие дворецкого. Конструкция казалась сложной и многофункциональной, однако на помощь пришли всё те же служанки, приблизительно понимавшие, как работает устройство, чтобы как минимум разогреть еду.              Спустя пятнадцать минут Годвин окончательно разобралась во всех поверхностях и отсеках печи и теперь смотрела на неё совсем иначе, горевшими от предвкушения глазами. В прошлой жизни ей нравилось готовить и придумывать что-то новое, это становилось для неё отдушиной, помогало отвлекаться от мрачных мыслей и одиночества.              Пока вода для каши кипятилась, Элис отыскала книги рецептов и выложила их перед служанками, а затем приступила к нарезке уже вымытых фруктов. Девушки с удивлением наблюдали, как их хозяйка легко управлялась с кухонными принадлежностями, а плиту и вовсе, казалось, освоила в совершенстве за столь короткий срок. Для дворянки, которая никогда не появлялась на кухне, это выглядело даже подозрительно.       Закончив с фруктами и высыпав в кипевшую воду крупу, юная леди пролистала одну из книг, чтобы найти какое-нибудь простое, незамысловатое блюдо. Таких оказалось несколько и, опираясь на свои предпочтения, девушка аккуратно загнула страницы.       — Выберите что-то из этого на свой вкус, чтобы приготовить обед… Вы ведь умеете читать? — поздно спохватилась она.       — Да, госпожа, — с лёгкой гордостью ответила старшая служанка.       — Отлично, засервируйте стол и возвращайтесь.       Пока Бэлла и Лин ходили, Элис успела распределить кашу по трём тарелкам, сделать себе чай и планировала начать инструкцию по эксплуатации печи, но девушки вернулись раньше, да и на кухне не было необходимых принадлежностей для письма.       — Погаси пламя, — обратилась Годвин к старшей служанке, а вторую попросила отнести в столовую чай и кашу. — Две другие тарелки ваши, приятного аппетита.       С этими словами Элис покинула кухню и забрала корреспонденцию с комода по дороге в столовую. В её руках оказалась увесистая стопка газет и писем и, уже сидя за столом, девушка погрузилась в изучение, начиная с самого свежего выпуска новостей. Она чуть не подавилась чаем, когда увидела на развороте Фантомхайва вместе со всеми его слугами.       — Вот ведь чёрт, — тихо произнесла она, пробегаясь взглядом по статье.       Она могла предположить такой исход событий, но не ожидала, что тот произойдёт так стремительно и неприятно. Всё-таки надежда на то, что её предупреждение сможет помочь выкрутиться из сложившейся ситуации, в ней жила. Годвин сделала глубокий вдох и убрала бумаги в сторону. Уж лучше она спокойно поест, пока есть время, а уже после займётся делами. В конце концов самое важное — отсутствие новостей про свой уход из варьете — она увидела. Элис машинально повернула голову направо, где обычно стоял дворецкий в ожидании приказов, но, вовремя опомнившись, прикусила губу и сосредоточила всё внимание на завтраке.

***

      Когда Годвин вошла в комнату с тазом горячей воды и чистой тряпкой, её демон лежал с открытыми глазами и смотрел в потолок, видимо, не в состоянии пошевелиться. До боли знакомая картина ужасно резанула по сердцу.       — Как ты? — тихо спросила девушка, поставив таз на стул подле кровати.       — Моя леди… — дворецкий предпринял попытку пошевелиться, но Элис резко прервала его, надавив на плечи.       — Не двигайся, это приказ.       Демон застыл, а девушка быстро исправилась.       — Но говорить, как и дышать, ты, конечно, можешь.       На самом деле её сильно порадовал тот факт, что Эдгар был способен говорить уже сейчас. Значит, либо кровь хорошо подействовала, либо рана оказалась менее серьёзной, чем у Люцифера. И то, и другое было положительной новостью.       — Простите, миледи, я не справился с обязанностями вашего дворецкого. Я не достоин носить звание слуги семьи Годвин.       От этих слов Элис опешила. Он вообще осознавал, что говорил? Девушка опёрлась коленом о кровать и наклонилась над демоном, рукой надавив на изголовье, чтобы он мог разглядеть её лицо.       — Ты сделал всё, что было в твоих силах, и я благодарна, что ты действительно готов отдать за меня жизнь. Иного от своего дворецкого, — она особенно выделила последние слова. — я и не ожидала.       Девушка улыбнулась Эдгару и вернулась к своему предыдущему месту. В её глазах могла отражаться жалость и вина, которые показывать своему демону она ни в коем случае не хотела. Тот наверняка сильно разочаровался в себе, ибо его гордыня была жестоко растоптана бывшим человеком.       — Я сменю повязки и уйду, а ты отдохни. У нас много дел, так что надеюсь, что ты вскоре поправишься.       — Госпожа, вам необязательно это делать.       — Не думаю, что тебе приятно ощущать запёкшуюся кровь и влажные бинты, но если тебе дискомфортно, и мои действия никак не влияют на скорость твоей регенерации, я уйду.       Демон молчал, и Элис сочла это согласием. Она вновь бережно разрезала повязки и стёрла алую жидкость. Процесс заживления шёл полным ходом, отчего она облегчённо выдохнула, и, смазав кожу, завершила процедуру.       — Вы отлично справляетесь, — странным тоном сказал дворецкий.       — У меня большой опыт в лечении демонов, — улыбнувшись, ответила она и развернулась, чтобы уйти.       — Вы… не могли бы побыть рядом ещё немного?       Девушка улыбнулась, вспоминая подобные слова, сказанные в далёком прошлом, и устроилась на краю постели, положив руку на тыльную сторону ладони своего демона.       — Больше так не рискуй, Эдгар, я сильно волновалась. В следующий раз, хотя, надеюсь, что его не случится, просто дождись, пока я позову тебя, и мы уйдём вместе. Эта игра не стоит твоей жизни.              Было видно, что демону тяжело принять столь сокрушительное поражение, но он осознавал, как сильно подставил хозяйку, пойдя на поводу у своего высокомерия.       — Да, моя леди.       — Спасибо, — тихо сказала она и замолчала.       Годвин пробыла с дворецким ещё немного, через пару минут он прикрыл глаза, и девушка, стараясь не шуметь, покинула комнату, прихватив с собой тазик и грязные бинты. Отдав всё в руки служанок, она попросила одну из них проследовать в кабинет и подождать там. Лин сжала платье в руках и, понимая, что превышает свои полномочия, что в семье Годвин совершенно не приветствовалось, но с переходом титула к Элис частенько случалось, заикаясь, спросила:       — Пожалуйста, простите мою вольность, госпожа, но как себя чувствует ваша светлость и сэр Эдгар? Вы прибыли с такими ранами… мы сильно беспокоимся.       Девушка только сейчас вспомнила о своей руке и перевела на неё взгляд. Бинты покрылись кровью, видимо, из-за тяжести тазика.       — Всё будет хорошо, Лин. Эдгар поправится, и мы постараемся больше не заходить так глубоко.       Годвин ободряюще улыбнулась.       — Пожалуйста, смени мне повязку.       — Конечно, госпожа! — чуть ли не плача от счастья, что леди не только не наказывает её за вольность, но и была добра, воскликнула служанка и удалилась.       Когда девушка вернулась, Элис завершила инструкцию и, подождав, пока Лин закончит с перевязкой, передала бумагу ей.       — Воспользуйтесь этим во время готовки, я планирую обедать часа в три.       — Будет сделано, госпожа, спасибо!       Лин низко поклонилась и удалилась. Кажется, Элис впервые так долго разговаривала со служанкой. Обычно Эдгар выполнял все обязанности, оттого Годвин их практически не замечала, но даже так они, видимо, действительно любили её и были обеспокоены случившимся.       Быстро разобрав корреспонденцию и не заметив среди неё писем от Элизабет, Элис повыбрасывала всё, даже не открывая, включая конверт, подписанный Адрианом. Как бы она не прониклась в их последнюю встречу, простить то, что он сделал с Эдгаром, не могла. Рабочие дела, к её огромному облегчению, были в норме и, кроме сведения и заполнения отчётов, не требовали её вмешательства, благодаря чему она смогла закончить со всем ровно к трём и спустилась в столовую.       Было видно, что служанки постарались угодить хозяйке, и стол был накрыт великолепно, а вот до подачи Эдгара им было как до луны, впрочем, как и до вкусовых качеств блюд. Курица оказалась сухой, потому Годвин с трудом проглотила пару кусков вместе с недоваренными овощами и, промокнув рот салфеткой, мягко сообщила девушкам, что им есть над чем работать, но при должном старании они вскоре дорастут до мастерства Эдгара. Затем она попросила их прибраться, а сама отправилась на кухню. Элис заварила свой любимый чай — даже не зная, какая у него упаковка, аромат, исходивший от него, ни с чем нельзя было спутать — и сделала тонкий надрез на кончике пальца левой руки. Конечно, она пообещала Люциферу, что не станет вредить себе, но и маленькая ранка никаких проблем не доставит. В чай она добавила лишь пару капель крови.       В её интересах было скорое выздоровление Эдгара, поэтому она удалилась в его комнату, чтобы напоить тонизирующей жидкостью.       — Спасибо, миледи.       Странно, но получать такую реакцию от дворецкого было неловко. Вообще было неловко находиться рядом с тем, кто не должен был пострадать никогда в этой жизни, но был ранен по твоей вине, поэтому Элис смущённо отвела взгляд от лица дворецкого.              — Как твоё самочувствие?              — Благодаря вам предполагаю, что завтра мои половины соединятся, а к вечеру смогу частично двигаться.              — Отлично.              Видя, что Эдгар полностью пришёл в себя, Годвин решила уточнить:              — Тебе может что-то понадобиться? Я могу приставить одну из служанок, они сильно волнуются за тебя.              — Не стоит, миледи. Вашего слова им будет достаточно, чтобы успокоиться.              — Тогда отдыхай и восстанавливайся. Я вернусь вечером, чтобы сменить повязки.              — Простите за беспокойство.              Эти слова ужасно неприятно отозвались внутри. Ну какого чёрта он извиняется? Теперь сомнения, что демоны отличались друг от друга, можно было выбросить и сжечь, как она любила это делать. Люцифер в прошлом и не подумал бы извиняться за причинённые хлопоты, потому что прекрасно знал, что она лично, по своему желанию, взяла на себя ответственность за него, а от вины Эдгара с каждым разом Годвин ощущала себя всё более неуютно.              Элис поспешила удалиться, чтобы как можно скорее избавить себя от неприятных ощущений. Остаток дня она решила провести, заперевшись в кабинете и наконец полноценно погрузившись в события прошедшей недели. Из необычных открытий был лишь Гробовщик, оказавшийся удивительно неаккуратным, что оставил за собой след из трупов. Ещё писали, что открылся новый театр варьете, но Элис это особо не интересовало. Больше всего ей было любопытно, что королева молчала. Видимо, дело было полностью отдано цепному псу, которым, к слову, теперь станет близнец? Какая же всё-таки у Сиэля жизнь насыщенная, Годвин лишь краем её коснулась и за последние полгода оказалась вовлечена в огромный ворох событий.              — Госпожа, к вам гости, — прервав размышления госпожи и получив разрешение, чтобы войти, отчиталась служанка.              Девушка с удивлением и настороженностью посмотрела на неё и последовала в гостиную, где Бэлла попросила гостей подождать. Войдя в комнату, Элис ощутила острое желание протереть глаза, но быстро вернула себе контроль.              — Добрый вечер, — стрелки часов сходились на восьми. — А я смотрю, у тебя вошло в привычку приходить без приглашения. Рада тебя видеть, — без капли лукавства сказала девушка.              Все слуги, кроме дворецкого, семьи Фантомхайв низко поклонились и ответно поприветствовали хозяйку дома уже всей толпой.              — Привет. Я решил, что моё нахождение здесь станет взаимовыгодным, — намекая на раны её дворецкого, ответил Сиэль.              Элис усмехнулась. Как бы она не переживала за здоровье Эдгара, видеть это гостю было ни к чему.              — Я уже говорила, что поддержу тебя, так что располагайтесь. Лин, проводи гостей в комнаты. Чувствуйте себя как дома, но в левое крыло и подвал, прошу, не заходите.              С этими словами Годвин совсем негостеприимно удалилась, здраво рассудив, что сейчас будет лучше, если очаровательные нарушители спокойствия как следует осмотрятся сами и передохнут после побега, а поговорить они и потом успеют. Тем более она обещала зайти к Эдгару вечером.              Вооружившись ставшими привычными чистой тряпкой и тазом с горячей водой, Элис вошла в комнату демона.              — У нас пополнение? — безэмоционально уточнил дворецкий.              — Да, младший Фантомхайв. Не переживай, уж точно не нам сейчас думать о репутации.              Обычные процедуры заняли у неё не более десяти минут. Кровь из тела Эдгара, подчиняясь совершенно иным законам, перестала течь, а потому и стирать было практически нечего.              — Интересно, что будет, если перелить кровь демона человеку и наоборот, — совершенно не задумываясь, вслух произнесла Элис и вздрогнула от собственных слов.       Демон выдержал паузу, а затем, смотря хозяйке в глаза, ответил:       — Думаю, вам не стоит проявлять к этому любопытство, моя леди.       — Но… он брал твою кровь?       — Не уверен, но толку от этого не будет. Чтобы кровь демона оказала хоть какой-то эффект, пациент должен находиться в непосредственной близости, но ко мне никто не заходил вплоть до вас.       — Наверное, я тебя утомила, отдохни.       — Доброй ночи, миледи.       — Спокойной ночи, Эдгар.       Девушка покинула комнату и вручила тазик первой служанке, которая встретилась на её пути. Та как-то странно себя вела, а потому Элис не преминула уточнить.       — Что-то случилось?       — Вы сказали, что господа могут располагаться и, проводив их по комнатам, мы пошли с Бэллой на кухню, чтобы закончить приготовления к позднему ужину, но сэр Себастьян попросил оставить это ему, сообщив, что вы не будете против… — девушка произносила это неловко, а под конец рассказа густо покраснела.       — Предоставь это ему, вы можете засервировать стол, — спокойно ответила девушка и устало поплелась на кухню.       Люцифера там, конечно, уже не было, но Элис и не за ним шла. Она с тихим удовольствием заварила чай и отправилась в кабинет. Почему-то ей ужасно не хотелось пересекаться с гостями. Возможно, она чувствовала себя слабой, пока Эдгар отсутствовал, хоть и понимала, что от Сиэля удара ждать не стоит. Однако по пути на второй этаж она всё же столкнулась с одним из приехавших. На неё налетела служанка Фантомхайва, отчего чашка с только заваренным чаем вылетела из рук Годвин и выплеснула содержимое на хозяйку. Благо, Элис успела схватиться за поручень, чтобы удержать их обеих на ногах. Горячая жидкость обжигала кожу под тонкой тканью платья, Мэйлин разревелась, извиняясь, послышались шаги гостей и её служанок, но Годвин не стала их дожидаться и удалилась, стремясь побыстрее снять с себя одежду.       Девушка спешно разделась в своей спальне и остановилась перед зеркалом, когда послышался стук в дверь. Желания отвечать на него она не имела и вообще почувствовала себя опустошённо. Нужно было бы покинуть комнату, переодевшись, чтобы успокоить всех, но она не нашла в себе сил на это. Напротив, по её щекам побежали горькие слёзы страха и обиды. Чувства, испытанные за пару дней и надёжно спрятанные за выдуманной работой, безудержной рекой хлынули из глубин души. Элис опустилась на пол, по новой ощущая совершенно непривычную обстановку в театре варьете, безразличие Элизабет к её состоянию, беспомощность перед Гробовщиком, ужас от возможности стать безвольной куклой, мимолётное желание позабыть обо всём — всё слилось в единый комок эмоций, выразившийся в истерику.       Лишь через час, когда голова начала нещадно болеть, а глаза покраснели и воспалились от слёз, Элис начала приходить в себя. Повязка на руке снова пропиталась кровью, и девушка с холодной усмешкой подумала, что лучше бы и эти капли отправились в чашку к Эдгару.       Годвин стянула бинт с руки, умылась в ванной и, наконец, надела чистую одежду. Кожа на груди не сильно пострадала и вскоре должна была зажить. Девушка подумала о том, чтобы всё-таки выйти к гостям, но время было уже поздним, да и её внешний вид не внушал доверия. Потому она просто легла в постель и уснула.       Посреди ночи Элис проснулась от ощущения чужого присутствия, но даже не стала открывать глаза, чтобы узнать, кто нарушил её сон. Наоборот, просыпаться не хотелось вовсе.

***

      Ранним утром Элис обнаружила, что её рука и грудь перебинтованы. Приятно было знать, что о тебе всегда заботятся. Ей не составило труда восстановить события прошлого вечера, отчего появилось желание поглубже зарыться в одеяло и не покидать свою комнату на протяжении дня. В целом, учитывая раннее время, она вполне могла так поступить, но решила оставить детские привычки в прошлом. Поднявшись с постели, она сбросила с себя ночную сорочку и приблизилась к зеркалу. Из-за бинтов печать едва была видна, кажется, Люцифер нарочно скрыл даже то, что было не нужно, поэтому Элис слегка приспустила их. Печать её контракта снова наполнилась цветом, подтверждая, что её демон в целом уже почти пришёл в норму. Однако проведать его всё же стоило, поэтому, умывшись, одевшись и приведя себя в порядок, девушка отправилась в его комнату.       Как только Годвин открыла дверь и вошла, столкнулась взглядом с карими, извиняющимися глазами.       — Моя госпожа, мне очень жаль, что вчера я не смог ничего предпринять. Вы в порядке?       Девушка мягко улыбнулась и кивнула.       — Лишь кожа слегка покраснела. Извини, показывать не стану, это было бы слишком интимно.       Элис принялась заботиться о ранах дворецкого, пребывая в собственных мыслях. Демоны выживали даже от настолько тяжёлых ран, что представить себе сложно, возможно ли их по-настоящему убить?       — Эдгар… Прости за вопрос, и я разрешаю не отвечать мне, но может ли демон умереть от жнеца?       Повисла непродолжительная тишина.       — Они могут уничтожить физическое тело, отчего демоническая суть вернётся в Ад. — Эдгар выдержал паузу, раздумывая, стоит ли сообщать следующую информацию хозяйке, которая может ей воспользоваться, однако пребывание рядом с ней на протяжении стольких лет говорило, что Элис не стала бы так поступать. — В этом случае контракт аннулируется.       — Ясно… Тогда, если это всё-таки произойдёт, тебе придётся как можно скорее вернуться назад и найти меня, чтобы забрать душу, но давай постараемся этого не допустить.       Элис вновь улыбнулась.       — Спасибо, что рассказал. Отдыхай, Эдгар.       Девушка покинула комнату дворецкого в смешанных чувствах. Не попробует ли Люцифер в будущем воспользоваться этим, чтобы освободить её от контракта?       Витая в облаках, Элис добрела до кухни, чтобы выпить воды и заварить чай. Только она успела прикоснуться к чайнику, как дверь за её спиной тихо открылась.       — Неужели миссис Годвин лично приготовит завтрак? — демон улыбнулся, закрыл за собой дверь на замок и быстро сократил расстояние между собой и его любимой жертвой. — Как твоё самочувствие?       Зная, что все обитатели особняка ещё спят, за исключением двух нелюдей и одного человека, Люцифер позволил себе отдохнуть без маски, отчего оказался втянут в продолжительный, горячий поцелуй. Вчера он не стал тревожить её, потому что ей нужно было побыть одной.       — Разве могу я, как хозяйка дома, оставить гостей без завтрака, мистер Михаэлис? — отстранившись, вернула она насмешку. — Всё хорошо.       — Отложи это мне. В конце концов это меньшее, что Сиэль может предложить тебе за укрытие, — демон ловко водрузил чайник, сковороду и кастрюлю на плиту, чтобы приготовить очередной восхитительный завтрак.       Элис не сопротивлялась. Она всматривалась в бледное лицо, ставшее таким же, как и сотни лет назад. Её голову всё чаще одолевали совершенно глупые, философские вопросы, касавшиеся демонов. Раз теперь у неё была возможность в спокойной обстановке узнать всё о них, хотелось почерпнуть как можно больше. С другой стороны любопытство не всегда являлось плюсом, так что пусть лучше она сама пофантазирует о том, как могла бы сложиться ситуация, если бы ангелы не загнали демонов в другой мир. Незачем беспокоить Люцифера подобными глупостями, что было, то прошло.       Девушка улыбнулась и крепко обняла возлюбленного со спины. В конце концов самое главное, что теперь он был рядом. Было до чёртиков приятно проводить с ним не только ночь, но и утро. Не хотелось упускать ни одного безмятежного момента и впитывать каждой клеточкой тела это мгновение, которое, конечно, должно было закончиться. Ручка двери на кухню задёргалась, и Элис пришлось отстраниться от демона.       — Не открывай, — низким, соблазнительным голосом произнёс мужчина, увлекая небесно-голубой взгляд в плен алых глаз.       Годвин с трудом отвернулась и сделала шаг навстречу двери, когда почувствовала, что её шею обдали тёплым дыханием, а бедра прижали к кухонному столу.       — Последние несколько дней были трудными, почему бы тебе не позволить себе расслабиться?       Демон коснулся губами гладкой, тонкой шеи, посылая табуны сладостных мурашек по коже возлюбленной. Девушка покраснела от мысли, что хотела бы отдаться во власть этого голоса прямо здесь и сейчас, но ручка двери вновь дёрнулась.       — Если это мои служанки, — с трудом, приглушив голос, ответила Элис, возбуждаясь от чужих рук, заскользивших по её платью и ослабивших корсет. — То они пойдут за ключом, а если ваши…       Годвин сдавленно застонала, когда демон прошёлся языком по её уху и приподнял юбку, без труда находя ловкими пальцами особо чувствительное, порядком взмокшее место.       — Продолжай, — шепнул Люцифер, нисколько не беспокоясь о тех, кто находился по ту сторону двери. Он полностью контролировал ситуацию.              — То они пойдут искать тебя или моих служанок и…              Демон лёгким движением стянул нижнее бельё возлюбленной и развернул её к себе. Его заворожило совершенно красное лицо девушки, неспособной скрыть от него своё возбуждение, и жадно поцеловал её в губы, не оставляя и так слишком долго сопротивлявшейся супруге и шанса на побег. Элис сдалась, обвила шею мужчины руками и тихо застонала в поцелуй, сводя Люцифера с ума. Он точно не допустил бы их раскрытия, поэтому без зазрения совести она доверила ему свою честь в… десятый раз?              Демон усадил свою жертву на столешницу и, убедившись, что та готова его принять, резко вошёл в неё, затыкая рвавшийся наружу стон новым, будоражившим кровь поцелуем. Девушка обвила талию Люцифера ногами, не позволяя отстраниться от себя, пока сама того не пожелает, и отдалась во власть умелого искусителя.

***

      Дверь на кухню наконец распахнулась, и слуги обеих семей замерли в проходе, наблюдая за довольным дворецким, в чьих руках оказались свежеиспеченные блюда для завтрака господ.       — Мистер Михаэлис? Зачем вы заперлись здесь? — робко уточнила Лин.       — Прошу прощения, — с обольстительной улыбкой произнёс дворецкий, направляясь в сторону выхода. — Мисс Годвин, — он едва сдержался, чтобы вновь не добавить окончание «ис». — Разрешила использовать кухню по назначению, и я решил приготовить завтрак в тишине.       Себастьян буквально сиял как новая монетка, вспоминая алое лицо возлюбленной, прикусившей его пальцы, чтобы заглушить свои стоны, пару минут назад.       — Если вопрос решён, будьте добры, помогите засервировать стол, — обратился он к служанкам семьи Годвин. — Вы тоже отправляйтесь в столовую, постарайтесь ничего не сломать и не носитесь, — последние слова он произнёс лично Мэйлин с угрозой.       Когда слуги покинули кухню, Элис поднялась из-за стола, за которым ей пришлось спрятаться и прикрыла лицо руками. Какой же стыд. Какой же стыд, о котором она ни капли не жалеет.       Благодаря распределению обязанностей среди слуг Люцифером она смогла незаметно пройти в столовую и пришла даже раньше Сиэля. Это позволило Элис потренироваться смотреть на излишне довольного демона без улыбки и стеснения, потому что по началу при взгляде на него она покрывалась румянцем и отводила глаза.       — Доброе утро, — зайдя в столовую, произнёс Фантомхайв. — Мне жаль за вчерашнее.       Мэйлин, стоявшая в комнате, низко склонила голову.       — Доброе утро, — с широкой улыбкой ответила Элис. — Не бери в голову, всё в порядке.       К приходу господина демон взял под контроль свои губы, то и дело стремившиеся приподняться, чтобы у первого не возникло излишних вопросов.       Завтрак проходил в тишине, только к концу Элис решила перейти к делу.       — Так какие у тебя планы?       Фантомхайв поднял взгляд и всмотрелся в голубые глаза, словно прикидывая, можно ли ей доверять, а затем мельком посмотрел на её служанок. Мэйлин, Снейк, Бард и Финни с Себастьяном будут участвовать в дальнейшей операции, а вот чужие уши им были не нужны. Правильно оценив его намерения, девушка обратилась к Лин и Бэлле.       — Девочки, вы свободны, позаботьтесь, пожалуйста, о чистоте особняка.       — Да, госпожа! — синхронно ответили девушки и удалились, ни капли не сомневаясь в приказе, хотя стоило бы, Элис осталась наедине с шестью чужими людьми.       Впрочем, Сиэль последовал её примеру и отпустил всех слуг, кроме Себастьяна. Те позже получат от дворецкого распоряжения.       — Мы обнаружим точки сбора крови и направимся туда, чтобы перекрыть ему кислород, — продолжил Фантомхайв.       Элис посмотрела на чужого дворецкого, и тот молча приблизился к ней, с удовольствием наблюдая, как та пытается взять под контроль подрагивавшие губы, вот-вот стремившиеся разъехаться в улыбке. После она передала ему несколько листов, которые успела захватить из кабинета по пути в столовую. Демон весьма понятливо принял их и передал своему господину.       — С первым я тебе помогу, со вторым не обещаю.       Юноша нахмурился и просмотрел подробно расписанный отчёт.       — Откуда у тебя такие сведения?       — Я получила их ещё до своей отлучки в варьете, но ознакомиться смогла только вчера. Сведения достоверны, я проверила.       — Ты знала, что Гробовщик собирает кровь?       — Да, это стало известно ещё месяц назад, потому я и отправилась в Германию.       Фантомхайв переглянулся с демоном, и последний незаметно кивнул. Элис больше не видела смысла скрывать информацию, теперь точно можно было сказать, что они с Сиэлем были в одной лодке — оба планировали остановить Гробовщика, пусть и по разным причинам.       — Просто у меня не так много работы, как у тебя, — мягко продолжила девушка, сделав глоток чая. — И, не сердись, но я хочу, чтобы всё это как можно быстрее закончилось, так что просто предлагаю взаимовыгодную помощь.       Фантомхайв хмыкнул и отправил в рот новую вилку, на которой удержался кусочек блина, политого сиропом. Элис перевела взгляд в окно. Её мучили сомнения: должна ли она лезть не в своё дело? А когда подумала, что всё же этого делать не стоит, повернулась назад и столкнулась с синим, цепким глазом графа. Видимо, он тоже никак не решался задать вопрос, что несказанно веселило демона, стоявшего подле него. И всё же Фантомхайв сделал первый шаг.       — Вы с Элизабет сильно сблизились за время моего отсутствия. Она… в порядке?       Элис выдержала паузу, размышляя о том, как стоит правильнее ответить юноше. Ей бы хотелось задать встречный вопрос, но, судя по его состоянию в варьете, Фантомхайв действительно был выбит из колеи сложившейся ситуацией, поэтому впадать в философию она не стала.       — Я не думаю, что Элизабет на самом деле в порядке, раз сделала такой выбор, но не мне её судить.       Годвин отложила чашку и постаралась найти слова поддержки для юноши, которого едва ли знала.       — И всё же, по моему мнению, в сердце Элизабет для тебя всегда будет место.       Краем глаза девушка уловила малиновый блеск в глазах демона и умолкла. Ей не были до конца известны отношения между Себастьяном и Сиэлем, но сейчас Элис остро ощутила, что сделала что-то не так.       Со стороны главной лестницы раздался грохот, и Годвин усмехнулась.       — Признайся, Сиэль, ты решил с помощью слуг разгромить мой особняк, чтобы было не так завидно?       Фантомхайв вернул усмешку и ответил:       — Ты живешь в такой глуши, что завидовать совершенно нечему.       Взглядом проводив удаляющегося дворецкого, намеревавшегося разобраться с проблемой, юноша поднялся с места.       — Элис… — негромко сказал он, явно переступая через себя. — Спасибо.       — Рада помочь, Сиэль, — девушка лучезарно улыбнулась и последовала примеру гостя, вставая из-за стола. — Если что-то будет нужно, зови.       С этими словами господа разошлись по разные стороны, однако по пути Элис пересеклась с облившей её служанкой.       — Мисс Годвин, прошу вас, простите меня за вчерашнее. Я очень надеюсь, что вы в порядке.       Себастьян, разбиравший последствия придурковатости своих коллег неподалёку, сверкнул алыми глазами в сторону не видевшей его служанки, получившей прошлым вечером самый серьёзный выговор в своей жизни. Бард и Финни, услышавшие разговор, высунулись из коридора, в том числе чтобы ещё раз взглянуть на приютившую их красавицу.              Элис нежно улыбнулась выпрямившейся после поклона девушке и ответила:              — Всё хорошо… — Годвин выдержала паузу, прося служанку подсказать своё имя.              — Мэйлин.              — Мэйлин, красивое имя. Постарайся не бегать по особняку, а я в свою очередь в следующий раз попрошу кого-нибудь другого принести мне чай, договорились?              Служанка засветилась, поняв, что её простили, и активно закивала головой.              — Спасибо, мисс Годвин.              Элис кивнула и направилась в другую сторону от слуг, принявшихся шептаться за её спиной.              — Она такая красивая и добрая, — мечтательно протянул Финни.              — Отличная партия для господина, — не подумав, ляпнул Бард.              — Но как же леди Элизабет? — с удивлением уточнил юноша.              — В свете последних событий…              Повар резко замолчал, почувствовав за спиной знакомую зловещую ауру. Обманчиво милое лицо Себастьяна внушало ужас и заставляло кожу покрыться холодным потом.              — Я смотрю, вам нечем заняться… — ласково начал дворецкий. — Марш за работу, и только попробуйте что-нибудь сломать, даже у ангельского терпения мисс Годвин есть предел.              — Есть! — отозвалась троица с подоспевшей к ним Мэйлин.              Слуги тут же удалились, а демон, вздохнув, бросил взгляд в сторону, куда ушла его супруга, и отправился к господину.              Особняк был довольно большим, поэтому, изредка выбираясь из кабинета, девушка совершенно не пересекалась с Фантомхайвом. В целом это её устраивало, однако дворецкий юноши в полдень неожиданно решил пожаловать в её рабочее пространство с подносом, на котором стояли чайная пара, чайник и небольшая этажерка с десертами.       — Неужели подарок от Сиэля? — оторвавшись от бумаг, девушка, слегка покраснев, на несколько секунд замерла, наблюдая, как чужой дворецкий медленно закрыл за собой дверь и стал приближаться к ней.       — Скорее забота любимого супруга, — с улыбкой ответил демон и, водрузив перед Годвин угощение, вовлёк её в глубокий поцелуй.       Когда они оторвались друг от друга, Элис усмехнулась и с теплотой в голосе ответила:       — Можешь передать Сиэлю, что я готова хоть каждый день принимать его в гости.       — Не будет ли это звучать провокационно из моих уст?       — Также провокационно как мои стоны на кухне?       Люцифер крепко обнял девушку и обвёл край её уха языком.       — О нет, — невыносимо сладко протянул он. — Твои стоны ничто не затмит, дорогая.       Девушка встала со своего места и уместилась на коленях разгадавшего её мысли демона.       — Сиэль, — медленно начал демон, зарываясь пальцами в завитые локоны волос на затылке супруги. — Хочет поговорить с тобой вечером.       — Так вот зачем ты пришёл на самом деле, Люцифер, — растягивая чужое имя с насмешкой, ни капли не обижаясь, ответила Годвин.       — Я лишь соединил приятное с полезным, — губы дворецкого мягко коснулись девичьего лба, а затем мелкой дорожкой перешли к шее.       — Вы уезжаете? — с лёгким налётом грусти в голосе уточнила она.       — Не сегодня.       Демон запечатлел новый поцелуй на губах дворянки и, ещё немного поболтав, ушёл готовить обед. Благодаря этому Элис наконец смогла обратить внимание на десерты и чай, который совершенно чудесным образом остался таким же горячим, каким и был. На её губах расцвела улыбка. Такая забота в мелочах цепляла её больше всего.       Девушка и сама не заметила, как после первого пирожного потянулась за вторым и остановила себя. У Люцифера сладости получались чуточку лучше, чем у Эдгара, а потому прекратить их поглощать становилось ещё сложнее. В будущем, видимо, она станет походить на булочку, если после своего контракта демон продолжит снабжать её потрясающими десертами.

***

      Вечер подошёл слишком быстро. Элис, витая в облаках, больше наслаждалась чистым небом, нежели работала. Из-за утреннего секса нужного настроя на заполнение бумажек у неё не было, а потому она предпочла почитывать любимый роман, лежавший в столе, в перерыве между собственными мыслями. Она так погрузилась в чтиво, что приход служанки, сообщившей, что гости её ожидают, стал для Элис неожиданностью. Отбросив книжку на стол, она незамедлительно направилась в гостиную.       Зайдя в комнату и увидев полный состав чужих слуг, девушка отпустила своих служанок и морально подготовилась к тому, что речь, вероятно, зайдёт об их отъезде. Жаль, конечно. Созерцать совершенно здорового Люцифера, когда она и сама великолепно себя чувствовала, в течение дня было невероятно приятно и необычно. На мгновение она ощутила в себе желание помочь Фантомхайву поскорее осуществить цель контракта, но отбросила эту мысль и села в кресло.       — Как самочувствие Эдгара?       Первый же вопрос Сиэля заставил её тепло улыбнуться, чтобы скрыть неприятные ощущения. Обнажать свои слабости перед другими людьми, причём в таком количестве, было отвратительно, словно не по своей воле раздеваешься догола.       — Спасибо, что уточнил, он идёт на поправку.       — Он сможет защитить тебя в случае чего?       Забота Фантомхайва тепло отдалась в груди. Раньше она бы и подумать не могла, что юноша будет так спокойно открываться ей. Казалось, единственная, о ком он может беспокоиться, была Элизабет.       — Да, тебе не о чем переживать. Вы планируете уехать?       Граф кивнул и пригубил чай.       — Завтра утром.       — Жаль, что не могу отправиться вместе с вами, — девушка приподняла руки вверх, словно показывая, что сдаётся.       — Наоборот. С этим мы разберёмся сами. Я бы хотел, чтобы ты понаблюдала за моим братом издалека, пока я не способен уделить ему достаточно внимания, а взамен…       Дворецкий семьи Фантомхайв приблизился к Годвин и передал ей бумаги, задерживая невольное прикосновение их пальцев на секунду дольше положенного. Элис, сделав вид, что не заметила этого, и едва оторвав свой взгляд от чужих бледно-розовых, ещё недавно бывших такими алыми губ, пробежалась глазами по бумагам. Сдержать удивление от документа, попавшего в её руки, она уже не могла. Она перевела взгляд на на мгновение помрачневшего Фантомхайва, требуя объяснений.       — Было бы грустно придавать благоухающий бизнес разрушению, так что я бы хотел придержать его у тебя. Конечно, выручка за время моего отсутствия пойдёт тебе, — ответил он, возвращая эмоциям на лице контроль.       Элис прикрыла глаза, сдерживая желание рассмеяться. Проблем с деньгами у их семьи никогда не было и вряд ли появятся, а вот головная боль в виде огромного количества документации вместе со слежкой за живым мертвецом не прельщала.       — В общем-то я не прошу тебя управлять Фантомом, только оставь его у себя, пока я не вернусь.       Девушка распахнула глаза и продолжительное время всматривалась в лицо Фантомхайва. Судя по его синему, слегка улыбавшемуся взгляду, не без помощи дворецкого юноша понял, что Элис в стороне не останется.       — Остальное Себастьян передаст тебе позже, — приняв молчание за согласие, закончил граф.       Элис отложила в сторону бумаги, на которых не хватало её подписи, и сжала пальцы в замок, сложив их на животе.       — Не могу не спросить у тебя, Сиэль, — лицо девушки стало серьёзным, предупреждая, что вопрос будет весьма неприятным. — Ты готов к смерти брата?       Между дворянами повисла тишина, а среди слуг началась суета: Финни хотел что-то ляпнуть, но Бард крепко прижал его к себе, зажав юноше рот. Годвин понимала, что залезает на опасную территорию, но ей было важно понимать, дойдёт ли её союзник до конца или бросит её.       — Он умер несколько лет тому назад и умрёт ещё раз.       Девушка кивнула, удовлетворившись этим ответом.       — Хорошо. Я выполню твою просьбу, однако у меня будет небольшое пожелание.       Граф склонил голову в сторону, призывая собеседницу не тянуть.       — Возвращайся к делам побыстрее.       Фантомхайв усмехнулся и, поднявшись с места, протянул партнёрше руку, чтобы скрепить их договор. Элис встала на ноги и с удовольствием ответила на это рукопожатие.       — Сыграем в шахматы?       — Почему бы и нет? — уточнил граф и последовал за хозяйкой особняка.       Они отдали игре час своего времени и разошлись. Сиэлю нужно было хорошенько выспаться перед отъездом, а Элис навестить своего дворецкого.       Эдгар встретил её приятной новостью: он наконец был способен двигаться, но полное восстановление должно было занять ещё один день. Девушка была рада этому факту, но решила лично во всём удостовериться, сняв повязки. На идеальном теле ещё прослеживалась широкая полоса от раны, но в целом почти всё зажило, большая часть повреждений оставалась внутри, невидима для человеческого глаза.       — Буду ждать твоего скорейшего выздоровления, нам многое нужно обсудить. — с улыбкой перед уходом сказала Годвин, но её задержали уверенной, твёрдой хваткой, которая, несмотря на свою внезапность, сильно её обрадовала.       — Спасибо, моя леди, совсем скоро я вновь буду подле вас.       — Ты и не переставал быть рядом, — тихо сказала Элис и, почувствовав, что её руку освободили, удалилась.

***

      — Несмотря на просьбу Сиэля, прошу тебя, в первую очередь думай о своей безопасности, не оставайся одна и, если нужно, зови меня.       Именно эти слова прозвучали первыми из уст Люцифера после двухчасовых отчаянных ласк, похожих на те, что случились у них в первый раз. Оба понимали, что в дальнейшем встречаться так часто, как было, уже не получится, и в эту последнюю ночь решили буквально выжечь себя в телах друг друга.              — Ты становишься похожим на мою мать из этой жизни, — девушка усмехнулась, выслушивая десятое наставление возлюбленного. — Я всё помню, Люцифер, и дорожу своей жизнью не меньше, чем ты.              Демон вздохнул. Его алые глаза были наполнены одновременно печалью и удовлетворением.              — У нас было слишком мало времени.              — Вся моя жизнь для тебя — одно мгновение, любимый.              Люцифер замолчал, пережидая наплыв эмоций. Каждый раз, когда Элис напоминала ему о скоротечности своей жизни или рассуждала о смерти, он становился жадным до невозможности. В такие моменты ему хотелось утащить её в какой-нибудь тихий уютный дом на окраине, сжимать в объятиях и покрывать каждый участок тела поцелуями, запоминая каждый стон до тех пор, пока она не стала бы умолять остановиться терзать её сладкими ласками. С каждым разом сдерживать свою суть становилось всё труднее.