Запись двадцатая

Позабытые дневники неназванной Таргариен Запись двадцатая: Тяжесть утраты Наша семья всегда говорила, что связь между драконом и его всадником — это нечто большее, чем просто союз. Это связь душ, живущих в едином ритме. Когда один из них умирает, другой неизбежно ощущает это, словно часть их существа вырвали из груди. Мы потеряли дракона нашей сестры в землях, где горы цепляются за небо. Мы не знаем, что случилось в точности — она отправилась на разведку одна, уверяя, что справится. Но когда мы увидели её дракона падающим с высоты, его рев эхом разносился между скал. Он ударился о камни с глухим треском, а она, будто обрушившись вместе с ним, осталась лежать на земле неподвижно. Мы нашли её быстро — живую, но разбитую. Её глаза смотрели в пустоту, а руки сжимали землю, будто в этом жесте она могла удержать часть того, кого больше не было. Сначала она не говорила. Мы окружили её заботой, каждый из нас пытался как-то утешить. Но утраты такого масштаба невозможно утолить словами. Это был её дракон, её напарник, её половинка души. С тех пор что-то в ней изменилось. Она стала тихой, словно её голос остался где-то рядом с телом дракона. Она избегала нашего взгляда, но мы всё равно были рядом. Мы понимали: она всё ещё наша сестра, пусть её сердце и покрылось трещинами. В пути она больше не могла летать сама. Мы взяли её с собой, уступая место на своих драконах. Иногда она сидела позади меня, молчаливая, но её руки крепко держались за мою спину. Она всё ещё была частью нашей семьи, и мы больше не позволили бы ей потеряться. Однажды, когда мы остановились на привал, она наконец заговорила. Её голос был слабым, но решительным: "Я должна была умереть вместе с ним." Мы все замерли, услышав это. Но наш старший брат шагнул вперёд, встал перед ней и мягко, но твёрдо произнёс: "Ты ошибаешься. Ты должна жить. Ради себя, ради него, ради нас. Ты — наша кровь, наша семья. Мы с тобой." С того момента её молчание стало менее тяжёлым. Она начала говорить больше, хотя её улыбка ещё долго не возвращалась. Мы заботились о ней так, как только могли, и с каждым днём видели, как она медленно учится жить с болью. Иногда она всё ещё смотрела в небо, будто искала там свою потерянную половинку. Мы знали, что она никогда не забудет, но верили, что однажды она сможет снова почувствовать тепло жизни. И хотя её дракон остался в прошлом, её место в нашем сердце было нерушимым. Мы не оставили её, как бы трудно ей ни было. Она — наша сестра, и ничто не могло этого изменить.