Глава 5. Зов и кровь

      В перерыве между миссиями Азалия навещала в лазарете Варрика, который медленно, но верно восстанавливался после схватки с Соласом. Девушке было бы сложно принять тот факт, что его не стало. Гном лежал на кровати, держа ладонь на искалеченной ноге, когда к нему зашла Рук. Увидев Стража, он тепло улыбнулся и помахал ей рукой.       — Дитя, я в порядке. Что-то зачастила ты ко мне, есть ведь дела поважнее. Но, кажется, тебе есть что сказать, не всё так гладко?       Варрик при каждой встрече говорил, что его не стоит навещать так часто, но Рук всегда в скором времени возвращалась, переживая за состояние гнома. Несмотря на важность миссий, она ставила в приоритет своих близких друзей.       — Мне важно знать, как ты… — После недолгого молчания она продолжила: — Нам удалось ранить Гиланнайн… но не убить. — Рук держалась за предплечье, прижимая ладонь к ушибу, чтобы притупить ноющую боль. Страж сообщила о травме только Белларе, которая спросила о её состоянии прямо, заметив, что Рук держала меч в правой руке, хотя всегда напрягала левую, будучи левшой с рождения. — И столько потерь… Иной раз мне кажется, что на месте каждого должна быть я.       — Рук, я горжусь тобой. Если не одолеть врагов, то потерь может быть гораздо больше, чем мы можем себе представить… Очень важно, чтобы жертвы не были напрасными.       — Ты прав, оставлять их безнаказанными нельзя. — Она медленно подошла к гному, сев на край кровати. У неё возникло огромное желание поделиться всем накопившимся с тем, кто никогда не осудит, подскажет и поддержит. — Нам следует идти до конца. Но смогу ли я?..       — Я вижу, как ты справляешься, главное не падать духом. Ты стала лидером не просто так, Рук. Твой нрав, рвение, а главное, спонтанность может спасти множество жизней, а в будущем всё это поможет тебе обрести счастье и покой.       — Думаешь, нам удастся это сделать, Варрик?       Вопрос услышал не только гном, но и замерший у приоткрытой двери некромант, едва завидев Азалию. Он собирался войти в комнату, намереваясь взять мазь для костей Манфреда, которому был необходим постоянный уход. Эммрик и не думал увидеть здесь кого-то ещё, ведь обычно лазарет пустовал.       — Я в это верю больше, чем во что-либо, дитя моё. Это первый поединок, но не последний… Как мы и говорили, нужно помочь команде завершить неоконченные дела, чтобы они сумели полностью отдать все свои силы в сражении с Богами.       — У меня ещё есть время до затмения, чтобы помочь товарищам.       Азалия вздохнула. Глубокий тихий вздох сделал и Эммрик, с сочувствием глядя на неё. Рук ещё не приняла тот факт, что гнома нет в живых. Профессор давно наблюдал за ней, восхищаясь силой и умом мечницы, а теперь он видел человека, который просто не осознавал утрату… точнее, не хотел осознавать. Нев и Хардинг как-то упоминали о том, что Страж говорит о Варрике как о живом, но никто так и не посмел открыть жестокую истину. Боятся, что это сломает её, собьёт с пути? Здесь он не видел правильного выбора. Рук следовало пройти через этот процесс самой. Нельзя было вмешиваться в горе, но Эммрик хотел бы ей помочь, показать, что, проводив умершего, можно жить воспоминаниями о нём, найти путь к исцелению.       — Я понимаю, однако и тебе нужно отдохнуть, Азалия. Хотя бы немного позволь себе расслабиться и набраться сил.       — Я постараюсь. — Рук замолкла в попытке подобрать нужные слова. — Помогать моим друзьям — вот, что кажется отдыхом. До сих пор не могу поверить, что они все со мной. — Девушка грустно улыбнулась, опустив голову. — Не могла представить и то, что мне посчастливится полюбить…       — Значит, ты точно не останешься одна, Рук. Вы уже вместе?       — Не знаю, уместно ли это сейчас…       — Не утаивай эти чувства, дитя. Любовь всегда приходит не вовремя, как может показаться изначально, но именно она нас в будущем и спасет.       — Спасибо, Варрик. — Азалия улыбнулась, ощутив, будто бы тяжёлая ноша свалилась с плеч. Гном часто поддерживал её, и сейчас у него это получилось не хуже прежнего.       В этот же момент дверь открылась, и в помещение вошёл некромант, бросив многозначительный взор на Рук, которая всё так же смотрела в пустоту.              — Добрый вечер, — отозвался некромант, словно обращался не только к Рук. Всё же говорить с мёртвыми ему не впервой, поэтому он поздоровался и с Варриком.       — О, Эммрик. — Девушка поднялась с кровати, заметив на себе взгляд профессора, отчего тут же смутилась. — Вы в порядке? Поединок был нелёгким, впрочем, как и всегда.       — Вполне. Благодаря зельям мелкие раны заживают быстро. А Вы как себя чувствуете?       — Я хоро… — Ушиб вновь дал о себе знать, и Азалия шикнула, сжав ладонью предплечье сильнее, чтобы прекратить спазм.       — Рук? — Позабыв о причине своего визита, некромант сократил расстояние между собой и девушкой, аккуратно взяв её за запястье. — Вам следовало сказать мне… нам. Азалия, только не говорите, что Вы планировали умолчать об этом, — строго сказал Эммрик, но это не было упреком или выговором.       — Да… — Увидев обеспокоенный взгляд, она тут же добавила: — Нет, я как раз планировала сказать.       — Пройдёмте в мой кабинет, у меня имеется несколько зелий. Я всегда держу их под рукой для… подобных случаев.       Рук кивнула и бросила последний взгляд на кровать, где покоился гном. Профессор проследил за её взглядом и нахмурил брови, осознавая, насколько тяжело девушка переносит утрату. Однако в голове его промелькнула ещё одна мысль: она говорила с ним, как с живым. Возможно, это — её метод общения с погибшими…       Пригласив Азалию расположиться на кресле, мужчина поднялся по винтовой лестнице, чтобы взять необходимый флакон со снадобьем. Страж заняла место и осторожно закатала рукав, однако от прикосновений предплечье вновь пронзила боль, и девушка поджала губы, чтобы не издать ни звука.       — Проклятые Боги… — пробубнила она, оголив ушибленную руку.       Эммрик спустился к Рук, держа в руках два сосуда со странным содержимым и бинтами. Опустившись на колено, мужчина принялся разглядывать покрасневшее и воспалённое место; его взгляд внимательно изучал руку, но этого хватило, чтобы девушка вновь смутилась. Его длинные пальцы нежно и аккуратно ощупывали руку.       — Когда трогаю, больно?       — Нет, — быстро ответила девушка, опустив глаза.       Кратко кивнув, некромант откупорил один пузырёк с бледным содержимым, и мечница сразу же почувствовала аромат трав и пряностей. Прохладная мазь коснулась кожи, а мягкие круговые нажатия словно начали усыплять боль.       — Я знаю, что Вы привыкли справляться со всеми бурями самостоятельно, — спокойно начал профессор. Отложив один флакон, он взял другой и проделал с ним то же самое, осторожно нанося на место увечья, — но иногда не только допустимо, но и мудро принимать помощь от тех, кто желает заботиться о Вас. Это не отнимет Вашей силы, если время от времени Вы позволите себе принять руку помощи от других.       В этот момент Азалия поняла, что поступила неправильно по отношению к другим. Её недосказанность могла отразиться на сражении, ведь, будучи не в состоянии полностью полагаться на собственные силы, она могла подставить команду.

***

      После собрания и волнующей всех темы, связанной с вампиризмом, прошло больше недели. Пусть у отряда и имелось понимание, что некромант — их друг и товарищ по борьбе с Богами, некоторые продолжали тревожиться о том, что, помимо этого, под одной крышей с ними он также был и монстром, чьи животные инстинкты могли проявиться в любую секунду. Нэв слишком часто сидела в холле напротив коридора, который вёл в покои Эммрика, особенно ночью, в надежде увидеть то, что созерцала в своём городе. Возможно, она бы и не хотела этого видеть, но верить, что всё под контролем, было не самым логичным поступком.       Однако ничего не происходило, Эммрик, вкусивший человеческую кровь, мог держаться дольше, не думать о голоде и продолжать заниматься спасением мира, как и его товарищи. Только вот у него вместе с Рук и Белларой возникла ещё одна задача: требовалось найти способ излечить Волькарина или хотя бы не позволить ему стать чудовищем окончательно, ибо неизвестно, остановился ли процесс превращения или нет. Стражу удалось найти тайные библиотеки Соласа, и понадобилось несколько дней, чтобы разобрать полки, прежде чем наконец отыскать несколько томов о кровососущих чудовищах.       — Вот ещё что-то… — пробубнила Рук, изучая нужные строки. — Кажется, процесс завершится, когда обращённый вампир испробует крови высшего вампира.       — И что будет тогда? — Профессор, который до этого листал книгу с поверьями, поднял голову и выжидающе взглянул на девушку.       — Видимо, то же, что и с теми, кто был в том храме. Потеря контроля, утрата человеческой сущности и полное повиновение верховному вампиру. Выходит, нам с ним лучше не встречаться…       — А я нашла то, что нам может помочь, — отозвалась Беллара. — Камень «Сердце ночи», тёмно-фиолетовый кристалл с мягким свечением в темноте. Согласно легенде, он содержит в себе силу древних магов, которая позволяет существам ночи черпать жизненную энергию из окружающей среды вместо того, чтобы полагаться на кровь. И создан был этот камень для тех, кто стремился к более мирному существованию…       — И как нам его найти? — Рук нахмурилась.       — Полагаю, это можно разузнать из уст подобных мне… — изрёк свою мысль Эммрик, отложив книгу. Всё, что им необходимо было узнать, они уже выяснили.              — Осталось разыскать их, — задумчиво протянула Рук. — Возможно, о древних вещах известно Соласу, он ведь Бог как-никак…       Эммрик сжал челюсти и глубоко выдохнул. Сделав шаг в сторону Азалии, некромант остановился, озвучив вопрос:       — Вы уверены, что ему стоит доверять?       — Иного выбора у нас нет. Думаю, сейчас самое время навестить его. — Рук на мгновение замолчала, обдумывая следующие слова. — Как только нам станет известно о местоположении, предлагаю сразу собраться в путь. Нельзя терять время.       — Хорошо. — Беллара кивнула и, взяв в руки несколько книг, направилась к выходу. — Продолжу искать информацию у себя, вдруг найду ещё что-нибудь полезное.       Стоило эльфийке покинуть комнату, как за ней следом зашагала и Азалия. Смешанные чувства переполняли её, окутывая потоком волнения и радости одновременно: существует способ, благодаря которому некромант сможет жить как прежде, не вспоминая о голоде.       — Азалия…       Эммрик окликнул её. Он хотел было протянуть к Азалии руку, однако схватил пальцами только воздух. Мужчина только сейчас осознал, что произнёс её имя слишком тихо, однако девушка обернулась, будто ждала этого, будто желала увидеть этот нерешительный шаг. Несмотря на окружающую ситуацию, ей безумно сильно хотелось хотя бы на короткий миг перестать размышлять, пожить с некромантом настоящим, не мучить себя мыслями о ещё не наступившем завтрашнем дне.       Волькарин засомневался. Существует ли для них время, когда даже на спасение мира его было катастрофически мало? Внутри сердце колотилось, подобно бешеному ритму танца, хоть и выглядел он невозмутимо, когда взгляд твердил об обратном.       — Эммрик, — заговорила Рук, заметив его оцепенение, — я бы хотела увидеться с Вами перед отправкой…       Её голос задрожал. К нынешним мыслям прибавился страх и сомнение, но она вспомнила слова наставника, которые вновь переубедили её: чувства нельзя откладывать, иначе потом будет слишком поздно.       Профессор изумлённо взглянул на шатенку, широко раскрыв глаза и приоткрыв рот от неожиданного предложения. Больше его привело в шок то, что Рук сделала первый шаг. Молчание продлилось лишь мгновение.       — Мы могли бы встретиться в Арлатансоком лесу. Во время нашего похода мне приглянулась прогалина. Вы без труда сумеете найти это место, — говорил Эммрик вполголоса, в привычной ему манере сложив ладони вместе.       — Хорошо.       Азалия первой прервала зрительный контакт, понимая, что если не сделает это сейчас, то потом точно не получится. Их отношения стояли на месте, и за долгое время они впервые решились огласить своё желание провести время вместе. Впервые их встреча не будет связана с заданиями и прочими делами.       Через несколько минут, зайдя в свою комнату, Рук громко выдохнула. Щёки её горели. Она так смело предложила Эммрику встретиться, что сама от себя не ожидала подобного…

***

      — Есть новости о Богах? — Солас стоял к Рук спиной, скрестив руки за спиной, хотя даже в таком положении та видела, как высокомерно он вздёрнул подбородок.       — Пока нет, — сухо ответила девушка.       — Тогда зачем ты явилась сюда? — спокойным тоном спросил эльф, наконец повернувшись к Рук. Он втайне презирал её, но вместе с тем понимал, что лишь Азалии удастся освободить его и одолеть Богов.       — Мне нужна помощь. Что ты знаешь о вампирах? — сразу перешла к делу Страж, пристально наблюдая за Соласом.       — Мерзкие создания, твари, которых следует истребить при первой же возможности, — с едва заметной улыбкой произнёс эльф, демонстративно разведя руками. — Я бы с радостью составил компанию в битве, но, увы, заточён здесь.       — Не переживай с этим мы справимся. Тебе о чём-то говорит название «Сердце ночи»? Или Владыка вампиров?       — Звучит как идеальный план для увлекательных приключений, Рук… — Мужчина скрестил руки на груди и усмехнулся. — Допустим, я кое-что знаю, но зачем это тебе понадобилось? Что-то пошло не по плану?       Рук бросила в его сторону испепеляющий взгляд, прекрасно понимая, как он наслаждается тем, что сейчас нужен, и не торопится отвечать, однако для того, чтобы услышать истину от эльфа, её следовало поделиться своей правдой.       — Ты прав, не по плану. Это касается моего… друга. Его обратили, и камень — единственное, что может ему помочь. А с вампиром, который считается верховным, нам лучше не пересекаться.       Солас нахмурился, не отрывая взора от девушки. Он будто бы анализировал, прокручивая в голове услышанный ответ.       — И это может быть важнее Богов? — озвучил он, возвращая голосу холодный тон. — Рук…       — Так ты поможешь или будешь читать мораль, что сейчас важнее не мои товарищи, а твои Боги? Если второе, то я пас… — Азалия развернулась, собираясь проснуться и покинуть клетку.       — Церковь в Тедасе на юго-западе… Камень там. Не привлекай лишнего внимания, а то приключение может затянуться, а нам ещё мир спасать…       — Спасибо.       Закончив медитацию на благодарности, Рук откинулась на диван, запрокинув голову назад.       — Не привлекать внимание? Значит, без боя нам не обойтись.       Рук вспоминает о встрече с Эммриком. Возможно, он уже ждёт её.       Несколько минут спустя, пройдя через портал в Маяке, девушка очутилась в лесу. Рук чудом удалось миновать людное место. Она шла и шла по извилистым лесным тропам, пока не заметила чуть поодаль тусклый свет, подумав, что это светлячок. Однако, когда маленький мерцающий огонёк приблизился к ней, мечница поняла, что видела такой же в садах Некрополя.       — Так вот, как я смогу его найти.       Огонёк издал звук, что был больше похоже на мурлыканье, и направился дальше по тропе, указывая Рук дорогу. Следуя за маленьким помощником, она заметила, как густые деревья начали редеть, и впереди показалась небольшая поляна. Страж не видела её раньше, сколько ни прогуливалась по этим землям: высокие деревья, чьи ветви переплетались между собой, стояли плотными рядами, тщательно скрывая эту красоту. А красота была во всём не только в усыпанной яркими цветами прогалине, но и в лунном сиянии, что пробиралось сквозь листву и окутывало всё вокруг мягким серебряным светом. Азалия остановилась, заворожённая живописностью невероятного уголка природы.       Вдруг Рук заметила знакомую фигуру. Эммрик выглядел так, словно был частью этого лесного чуда. Приближаясь к некроманту, она увидела, что тот сидел на расстеленном под собой плаще. Наконец, маг с задумчивым выражением лица повернулся к девушке и мягко улыбнулся, глаза его заблестели.       — Я уверена, что раньше такого не было… — Рук ещё раз обвела взором поле и снова взглянула на некроманта.       — Так и есть, — тихо сказал мужчина и протянул ей раскрытую ладонь, приглашая присесть рядом. Затем он махнул рукой, заставляя несколько лепестков испариться в воздухе подобно улетевшим семенам одуванчика. — Но настоящий цветок здесь — это Вы, милая Рук.       Страж, расположившись рядом с некромантом, смутилась от его слов, пытаясь скрыть лёгкий румянец. Едва она оказалась рядом, Эммрик ощутил голод, о котором до этого момента удавалось забыть и притуплять. Свежая человеческая кровь могла насытить его естество на несколько прекрасных дней, однако сейчас хотелось просто насладиться моментом с Азалией и признаться в том, о чём в последнее время уже не мог молчать.       — Рук, я хотел…       — Точно, забыла! Вам ведь необходимо выпить для самоконтроля… — перебила девушка, заведя руку за спину, чтобы вытащить кинжал, однако профессор останавил её, накрыв тыльную сторону кисти своей ладонью.       Встретившись взглядами, они оба замерли. Голод снова начал терзать Эммрика, стоило ему вспомнить вкус тёплых рубиновых капель, однако тот сдерживался, и сейчас ему удавалось это гораздо лучше.       — Я не столько жажду крови, сколько жажду Вас… — выдохнул он низким, хрипловатым от переполняющих разум чувств голосом. — Как Вы не понимаете, что не безразличны… мне?       — В-вы… мне тоже, наверное… Это заметно… — протянула Азалия, отпуская взор.       — Сложно не обратить на это внимание… — Эммрик издал тихий смешок.       — Тогда почему?       — Вы юны, Рук, и я не считал, что Ваше внимание может говорить о серьёзных намерениях. Это и останавливало меня, только вот… то, что Вы делаете сейчас, свидетельствует об обратном.       Профессор наклонился ближе, и тёплое дыхание коснусь кожи Азалии, вызывая у неё мурашки. Взгляд морталитаси был полон нежности, но в глубине его глаз всё ещё пряталась тень голода, которую он яростно топил в бездонной пучине. Мечница судорожно выдохнула, а сердце её забилось чаще. Эммрик отчётливо слышал этот быстрый ритмичный стук. Ласковым прикосновением некромант заправил выбившуюся прядь волос ей за ухо, позволив своим пальцам задержаться и почти невесомо коснуться мягкой щеки.       И вновь сгусток смешанных эмоций не давал Азалии трезво мыслить. Тело сковало волнение, ведь она ступала на тропу, что была ей неизвестна. Страж старалась не показывать этого, как и свою неопытность, и поддалась навстречу касаниями, неторопливо перехватывая его руку своей. Девушка сплела их пальцы вместе, продолжая прижимать его кисть к своей щеке, затем мягко переходя к устам.       Вокруг царил хаос, и только их накрыла пелена тишины. Лишь два сердца бились в унисон.       Её губы, ищущие утешение, прижались к его устам. Первый поцелуй был робким, осторожным, словно они боялись обнаружить, что это всё им приснилось. Затем последовал второй, более смелый, настойчивый, уверенный. Рук отвечала на поцелуй с жадностью, позабыв о страхах и сомнениях. Желание шагнуть в безызвестность уже не пугало, а напротив, разжигало в ней искру, чтобы разжечь буйное пламя.       Медленно, почти неуверенно Эммрик начал вести кончиками пальцев вниз по тонкой линии шеи, пока дыхание Азалии смешивалось с его собственным, и он не смог удержаться, углубив поцелуй. В нём пробуждалась бесконечная тяга к Рук, беспорядочно сплетённые нити чувств начали распутываться сами собой. Два желания, два голода, физическое и эмоциональное. Жажда крови не покидала его, особенно когда Рук была так близка, когда аромат её кожи сводил с ума.       Эммрик ощутил нервную дрожь, когда пальцы Азалии потянулись к его жилету и начали робко расстегивать пуговицы. Мужчина накрыл её руки своими, прервав поцелуй.       — Рук… Нам необязательно… — хрипловатым голосом начал морталитаси, большим пальцем слегка поглаживая девичью кожу в успокаивающем жесте.       — Всё в порядке, — возразила она на выдохе, подняв карие глаза на мужчину. — Я просто… делаю это впервые…       Откровенное признание застигло врасплох, и Волькарин замер в изумлении, округлив глаза. Учитывая, какой была смелой девушка, он не думал, что здесь Азалия…       — Мы можем не торопиться, в этом нет необходимости, — попытался успокоить её некромант, когда едва обрёл дар речи.       — Знаю… поэтому позвольте… — зашептала она, краснея подобно цветам мака. Вновь взглянув на профессора, она потянулась к нему, чтобы вернуться к прерванному поцелую. Ей безумно хотелось довериться именно Эммрику, и маг не стал возражать, понимая, как нелегко ей могло даться это решение.       — Я прекращу, если попросите… — только и успел прошептать некромант.       Вскоре жилет уже лежал на земле неподалёку, и пальцами Азалия перебралась к рубашке Волькарина, едва сумев оторваться от его губ.       — Разрешите…       Как бы он ни усмирял желание, оно ударяло новой волной, особенно когда девушка избавилась от блузы не без его предложенной помощи, оголив плечи и грудь. Ещё один томный вздох при виде этой картины. Будто художник, Волькарин восхищался тем, как едва ощутимого ветерка тело Азалии покрылось гусиной кожей, что ничуть не портило изящных изгибов. Рук прижалась к мужчине, уткнувшись носом ему в шею. Её дыхание опаляло кожу, а обнажённое тело словно стремилось оставить горячий отпечаток на торсе Эммрика.       Аккуратно расположив девушку на плаще, некромант навис над ней.       — Я… подготовлю Вас… — хрипло отозвался Эммрик и наклонился к Рук.       Он нежно коснулся губами её ключицы, прокладывая дорожку из поцелуев и спускаясь всё ниже и ниже. Мужчина сжал в свободной ладони одну грудь, пока трепетно и нежно целовал другую. Губы мягко обхватили сосок, пока тело под его прикосновениями дрожало.       Рук изгибалась, глотая воздух. Эти чувства поражали её подобно электрическим разрядам; каждое касание накатывало волной удовольствия, которое копилось в низу живота.       — Очарован… — вырвалось у Эммрика.       Сосредоточенный на движениях, мужчина периодически бросал взор на лицо Азалии, обращая внимания на то, как менялось её выражение лица.       Но голод давал о себе знать.       «Её плоть, фарфоровая кожа так и просит вонзить клыки, проверить плотность. Какова кровь на вкус, когда она так горяча?»       А человеческие чувства глушили его.       «Она прекрасна… Каждая частичка, каждый изгиб, каждый вздох, манящий аромат кожи оставляет незабываемое послевкусие».              Противоречивые мысли бились о стенки черепа, возвращаясь обратно и беспрестанно напоминая о себе. Всё настойчивее и настойчивее.       Тонкие пальцы Рук вплелись в серебристые волосы мужчины, мягко сжимая их при каждом громком вздохе.       Внезапно Эммрик остановился и, уткнувшись лбом в ложбинку на груди, тяжело вздохнул, сдерживая сущность монстра, которую он успел проклясть несколько раз.       — Я не могу…       — Эммрик? — обеспокоенный голос слышится сквозь глухой звон в ушах, и затем морталитаси чувствует, как руки Азалии поднимают его голову, чтобы притянуть к себе и обнять мужчину за шею. — Вы можете это сделать… Это нужно для Вашего же самоконтроля, — перешла на шёпот Рук.       — Азалия… — В ответ некромант только сильнее прижимается к шатенке. На этот раз он не упрямился, не настаивал на обратном, понимая, что действительно было важно сохранить самообладание. — Вы правы…       — Сделаете это сейчас?       — Я… ещё могу держать себя в руках, душа моя…       Внутренняя буря утихала, стоило ему заглянуть в глаза, чей свет рассеивал тьму сомнений.       Поцелуй. Касания. Томные вздохи и выдохи. Стон. Шорох тканей. Лязг металла.       Оставшаяся одежда покоилась на земле, несколько колец и браслетов Эммрика тоже лежали в стороне.       Их тела слились воедино. От плавных покачиваний бёдер некроманта из груди Рук вырывались тихие стоны, а Эммрик блуждал руками по её аккуратным линиям тела, прерывисто дыша. Горячая ладонь Волькарина плавно прошлась по животу, затем по груди, доходя до изящной шеи, которую нежно сжал пальцами. Темп нарастал, и мужчина сильнее прижимал к себе Азалию со спины, оставляя влажный поцелуй на плече.       — Эммрик… Ох, Создатель… — не выдержала Рук, ощущая, как, вздрагивая от толчков, её тело напрягается в предвкушении пика.       Мужчина вновь замедлил темп, и в то же мгновение от его пальцев, которые находились на шее, потянулись яркие зелёные обезболивающие магические нити, скользя по её коже.       — Я сделаю пару глотков…       Эммрик воспользовался клыками, проделывая маленькие ранки, и прижался губами к плечу, впуская в уста горячую кровь. Пальцы его коснулись чувствительной кожи на внутренней стороне девичьих бёдер, ощутив жар её возбуждения. Делая ещё несколько глотков, мужчина позволил себе вновь полностью проникнуть в девушку, восстанавливая былой темп.       Практически одновременно их тела вздрогнули от нахлынувшего апогея. Изливаясь в неё, мужчина крепко обнял Рук, зализывая маленькие ранки, проделанные им же.       — Простите, мой драгоценный цветок, — пытаясь восстановить дыхание, произнёс Эммрик.       — Я люблю Вас… — озвучила она своё признание, накрыв руки некроманта своими.       — Я тоже люблю, — шепнул профессор, и сердце его сжалось от признания и понимания, что Рук так и не отступила от своих чувств к нему.       Только спустя какое-то время, когда они грелись в объятиях друг друга, Рук заговорила:       — Солас снизошёл до милости и рассказал, где может находиться камень. Завтра мы отправимся в Орлей.       — Я могу ошибаться, но мне кое-что становится ясно… — задумчиво протянул Эммрик, вспомнив, где они однажды обнаружили упырей, — Нам нужно искать там когда-то зародилась первая Церковь…       — Там первым делом и будем искать, — сонно проговорила Рук, прижавшись к мужчине.       Некромант почувствовал, как голова Азалии упала ему на грудь, когда усталость и насыщенное удовольствие овладели Рук, а её голос превратился в прерывистый шёпот.       Осторожно и нежно Эммрик взял её за запястье, чтобы запечатлеть пылкий поцелуй на её ладони, на запястье, на изящном изгибе предплечья, прежде чем погрузиться в сон.

***

      Волькарин открыл глаза, которые, казалось, прикрыл всего на мгновение. Сперва перед ним не было ничего, кроме тьмы, и только тогда, когда зрение постепенно к нему вернулось, маг понял, что стоит в коридоре в Маяке. И когда они успели?..       — Что? Я же был с Рук… — эхом раздался глас профессора.              Мужчина сделал шаг вперёд. Шаг за шагом, шаг за шагом, пока не ускорился, перейдя на бег. Коридор казался бесконечно длинным, однако Эммрик наконец оказался в холле. Обеспокоенный взгляд зацепился за фигуру Нэв, что сидела на диване. И стоило только к ней приблизиться, как у некроманта перехватило дыхание.       — Нет-нет-нет! Не может быть… — в ужасе вымолвил он, обнаружив кровь на её шее.       Земля ушла из-под ног, когда Волькарин увидел ещё одно безжизненное тело на полу.       — Хардинг?       Эммрик схватился за голову и ощутил, что его ладони влажные. Опустив руки, он взглянул на них.       Кровь.       Все следы на полу ввели к нему.       — Я ведь не мог… я… не…       Даврин и Луканис — в комнате ближе к лестнице, Тааш — у выхода… Некромант обуял страх. Он обвёл пространство взором, что был полон ужаса, не веря тому, что сейчас творилось.       Неожиданно входные двери со скрипом отворились. Азалия… Она едва могла идти, шла навстречу профессору, пошатываясь, но, не сумев преодолеть расстояние, упала, начав истекать кровью.       — Азалия!              Не успевает некромант добраться до Рук, как его вновь окутывает тьма.

      «Осталось недолго».

      Слова зловещим шёпотом прорезали тьму, полные сарказма и презрения, словно кто-то смеялся над его страхами.       Внезапно Эммрик почувствовал, как они стали повторяться, как этот звук начал нарастать, давя на барабанные перепонки.       И в следующий момент мужчина, готовый сдаться под давлением своих страхов, резко очнулся.       Сердце колотилось в груди, а дыхание было прерывистым. «Это всего лишь сон», — подумал он с облегчением, заметив лежащую рядом Рук. Прижав мечницу к себе, мужчина зарылся носом в её мягкие локоны.       Только вот облегчение быстро сменилось беспокойством. Сцены сна мелькали перед глазами, и Эммрик не мог избавиться от ощущения, будто нечто зловещее притаилось в его разуме.