Часть 1. В облаках

      Прошло несколько лет с тех пор, как они освободились из каменного плена и дошли до первого в новом мире самолета. До первого невзрывающегося, разваливающегося и воспламеняющегося на ходу. При всей бесспорной гениальности Ксено сказывался недостаток людей и ресурсов. Пилотом, конечно же, выбрали Стэнли, хотя это было очевидно еще со дня раскаменения. Ксено изобретает, Стэнли — проверяет.              Самолет громко шумел, пролетая в тысячах футах над землей. Погода была ясная, облака — редкими и хорошо было видно простирающийся внизу пейзаж. Теперь составить карту изменившегося континента можно было в разы легче.              Они с Ксено были на связи, проверяя работоспособность приборов. Все было хорошо до того момента, пока неожиданно из-за горизонта стремительно не начал возвышаться грозовой фронт. По личному мнению Стэнли, даже слишком быстро. Не прошло и полминуты, когда он оказался у самой кромки шторма, рискуя вот-вот затеряться в густых облаках и неистовом ветре. Навигация сбоила, меняя показания слишком часто, чтобы за ними можно было уследить.              — …щайся ….то — голос друга в динамике терялся за нарастающим шумом помех, — …лет…              Тяжелые облака обступили со всех сторон, и Стэнли надавил на штурвал, надеясь вскоре увидеть просвет. Прошла минута, пять, десять, а тучи все не заканчивались, и он поймал себя на неутешительной мысли, что не может с уверенностью сказать, где верх, а где низ. За толщей облаков вспыхивали молнии, самолет содрогался от грома. Обзор сузился до кончиков крыльев, дальше которых — непроглядная серая гуща. Не сдохнуть бы так глупо, иначе кипящим котлом в Аду не отделаться — Ксено точно не простит и придумает муки пострашнее, а какие — ни один черт не знает, как и сам Снайдер.              Сколько продолжалось блуждание среди грозовых туч — сказать тяжело. Все внимание было на окружение. За ревом молний был едва слышен еще какой-то звук. Поначалу он был слишком тихим и практически неразличимым, постепенно становясь все громче и четче. Стэнли даже не смог сразу сказать, на что это было похоже, как и не мог определить источник шума. Но вскоре стало ясно — поочередные звонкие щелчки, повторяющиеся каждые десять секунд, каждый раз с разной громкостью. Не погодное явление — по крайней мере, он не знал ни одного, подходящего под описание. Если странный звук не имел естественной природы, то мог иметь искусственную. Может летал где-то рядом другой горе-летчик, такой же заблудившийся. Вот это была бы встреча.              Рука потянулась за огнестрелом, а ведь Ксено перед вылетом смеялся над привычкой друга вечно таскать с собой оружие. Кто или что бы с ним сейчас рядом не летало, нужно быть готовым.              В опасной близости по правому борту пронеслось что-то большое и как будто даже живое. Стэнли почувствовал, как самолет сильно тряхнуло, занавес облаков на мгновение всколыхнулся. Гром. Опять раздались щелчки, в этот раз очень близко, кажется прямо над головой, но ничего не было видно, кроме темного густого свинца облаков. Самолет опять покачнулся, что-то бардовое пролетело сверху в обратном направлении. Точно не летательный аппарат. Все тело напряглось, готовясь к атаке в любую секунду. Великолепно, воздушный бой хрен пойми с чем. Будет что рассказать по возвращении.              Звук скрежещущего металла разрезал воздух, по корпусу пошла сильная дрожь. Стэнли, заглянув за борт, увидел внушительных размеров когти, крепко ухватившиеся за днище. Незамедлительно последовала череда выстрелов прямо по темно-багровым лапам. Раздался яростный рев, и самолет неожиданно резко ускорился, настолько, что Снайдера силой прижало к креслу. В ушах зазвенело. Первые проблески земли через мгновение показались среди облаков, озарившись на секунду светом молний. Самолет стремительно несся вниз.              «Разбить хочет, тварь»              Стэнли вновь попытался отстрелиться. С пронзительным визгом когтистые лапы исчезли, что несомненно радовало. Теперь у него следующая проблема — скорое столкновение с лесом. Штурвал на себя до упора, и верхушки деревьев слегка скребут несчастное дно, прежде чем остаться далеко внизу. Стэнли осмотрелся. Между небом и землей — проливной дождь. Существо не видно и не слышно. База позади, не слишком далеко. Сильно стемнело, даже с учетом плотного покрова облаков, по ощущениям время близилось к ночи. Он перевел взгляд на приборную панель, и показатели уже не скакали — высота, положение, скорость и прочее выглядят правдоподобно, и, судя по стремительно опускающемуся уровню топлива, бак все-таки пробило.              —…ли! Стэнли! — вот и радиовещание вернулось, — Стэнли!       — На связи, — голос предательски выдает улыбку, — Меня не было всего пару минут, а ты так распереживался?              С того конца доносится еле слышный вздох.              — Шесть часов тебя не было! — Снайдер даже не знал, что на такое ответить, — Исчез, ничего не сказав, после стольких лет. Крайне неэлегантно.              Тело Стэнли резко окатило волной усталости, словно он действительно провел в небе дольше, чем рассчитывал.              — Ксено, — чуть серьезнее сказал он, — мой полет длится от силы минут сорок.       — Чего? У тебя кислородное голодание или что? Мы все это время пытались связаться с тобой.       — Ладно, я тебя понял, потом все в красках расскажу, — решил перейти сразу к делу, — у меня утечка топлива — судя по всему бак пробили. Захожу на посадку.       — Кто пробил? Что там произошло?       — Ничего такого, просто в птицу врезался. Огромную и злую.              Через несколько секунд с другого конца послышался приглушенный голос Ксено — он с кем-то переговаривался. Снайдер тем временем приближался к горящей красно-желтыми огнями полосе и больше уделял внимания процессу. Тяжелые капли дождя мешали обзору, а сильным ветром периодически сносило в сторону.              Стоит отдать должное команде механиков, ведь самолет даже не загорелся, и, более того, дотянул до земли. Не без греха, конечно. К этому времени на полосе уже стояли Ксено и Броуди, укутанные в плащи, позади них — еще пара человек. Они поспешили к приземлившемуся.              — Твою ж мать, — присвистнул механик, — говоришь, птица напала?              Он прошелся грубыми ладонями по бороздам, рассматривая разорванное днище. Туда же заглянул и Уингфилд, а потом и сам Стэнли, потому что интересно. Покореженные куски металла торчали в разные стороны, показывая всему миру содержимое самолета. Больше всего пострадал топливный бак — на нем красовалось несколько дыр, толщиной с два пальца, остальные части самолета были в царапинах или слегка деформированы.              Уже на базе, где было тепло и сухо, продолжилось обсуждение случившегося. Снайдер к этому времени сменил промокшую насквозь одежду и занял место у окна, спокойно покуривая.              — Значит, по твоим меркам, прошло всего сорок минут, — проговаривает себе под нос Ксено.              Он сидел в пол-оборота за столом, что-то быстро выводя ровным почерком в журнале одной рукой, а вторую закинув на спинку.              — Какая-то временнáя аномалия получается. За шесть часов у тебя закончилась бы большая часть топлива и с утечкой, в таком случае, было не долететь.              Стэнли поддакивал, засмотревшись на происходящее снаружи. Лаборатория находилась достаточно высоко, чтобы можно было наблюдать за ангаром. Самолет все еще стоял на полосе, а вокруг работали люди, среди которых отчетливо выделялась крупная фигура Броуди.              — И большая птица, — еле слышно поскрипывало кресло, когда Уингфилд менял позу, — при том достаточно сильная.       — У нас, вроде, была пара орнитологов?              Каким образом это чудо каменного века загорелось с таким опозданием, Стэнли не понимал. Сначала заискрилось что-то у хвоста, и через пару секунд огонь окутал половину самолета.              — Один. Второй все еще в камне.              Люди поспешили укрыться. Пламя быстро поглотило очертания летательного аппарата.              — Все равно, хоть польза от него будет. Ты же записал, как те повреждения выглядели?       — Ну записал, а что?       — Да так, пригодится.              Сквозь шум дождя раздался звонкий хлопок. Одна часть обломков отрикошетила от стены ангара, другая — затерялась в зреющей кукурузе.              Ксено сразу сообразил, что произошло, и только раздраженно выдохнул, даже посмотреть не подошел. Теперь строить новый с самого начала. А жаль, могли бы отремонтировать и улучшить этот