Часть 2

Лю Цингэ решает рискнуть. Даже, если там демон-перевёртыш или неизвестный монстр, принимающий облик умерших людей, то он справится. Или позовёт главу секты, который справится. Если же это Юэ Ци, то надо спасти его из заточения. — Сейчас, — Лю Цингэ берётся за ручку и пытается открыть дверь. Тут же вспыхивают линии массива и его руку простреливает молнией. — Ты в порядке? Она заперта. Никто не сможет войти, кроме учителя. Или выйти. Открыть дверь. — Почему? — Чтобы я не вышел, конечно же, — Юэ Ци мягко смотрит. — Почему глава запер тебя? — Если я выйду, то умру. И это ничего не объясняет. Если так опасно выходить, то зачем запирать? Кто в здравом уме выйдет? (Ладно, Лю Цингэ бы вышел. Но скучно же так сидеть.) — Что случилось? — спрашивает Лю Цингэ. Если для Юэ Ци так опасно выходить, то глава Цинь не делает ничего плохого, да? — Я не должен говорить, — вздыхает Юэ Ци. — И ты не должен. Ты ведь здесь не от учителя, да? Что ты тут делаешь? Как ты меня нашёл? Сейчас лето? — Пришёл украсть табличку, — признаётся Лю Цингэ. И сейчас лето, но это не главное. — Но теперь не нужно, ты ведь жив. — Жив? Табличку? Я не понимаю тебя, шиди. Лю Цингэ рассказывает. О том, что Юэ Ци объявили мёртвым. О том, что они не нашли ничего в общей гробнице и спросили главу Циня. О то, что он им сказал. С каждым словом Лю Цингэ Юэ Ци улыбается чуть меньше. — Ты сказал никому не говорить, — запинается Лю Цингэ. — Но могу я сказать Шэнь Цзю? Он обрадуется. — Кому? — Твоему брату. Шэнь Цзю. — Сяо Цзю? — Юэ Ци бросается к двери, прижимаясь вплотную. Его глаза горят. — Сяо Цзю?! — Сяо — Цинцю, — терпеливо отвечает Лю Цингэ. — А он Шэнь Цзю. — Он жив?! Как он жив? Ты его видел? С ним всё в порядке? Ну, Лю Цингэ оставил его в добром здравии, когда уходил на кражу. Хотя, с его характером, кто знает, с кем тот успел сцепиться за это время. Будет обидно вернуться с хорошими новостями и узнать, что некому сообщить. — Вполне, — успокаивает Лю Цингэ. — Может быть попытается пришибить Шан Цинхуа, пока меня нет, но ему не должен проиграть. — Но… Но учитель сказал… Сяо Цзю… Поклянись, что он жив. Лю Цингэ клянётся. Он рассказывает о их первой встрече. О последующих. О том, что это по просьбе Шэнь Цзю он тут. Юэ Ци молча слушает. Его немного потряхивает. А потом рассказывает уже он. Пару лет назад («Больше, Юэ Ци»), когда он выбирал духовный меч, что-то пошло не так. Во время единения с мечом произошло искажение ци и его душа объединилась с Сюаньсу, который теперь медленно высасывал его жизнь. Глава Цинь пытался помочь («Он до сих пор пытается!»), но смог остановить это лишь пока Юэ Ци находится в пещерах Линси. Так он сказал. Потому что, когда Юэ Ци умолял выпустить его, чтобы спасти Сяо Цзю, то он обещал сам это сделать. Но вернулся с новостями о смерти всех в поместье Цю. — Учитель не мог меня обмануть, он не такой. Он очень помогал мне всегда. — Поместье Цю сгорело, — подтверждает Лю Цингэ. Он знает про этот случай, среди знати только и ходили разговоры. — Многие погибли. — Вот видишь, учитель не обманывает, — Юэ Ци вернулся к хорошему настроению. — Конечно он не обманывает. Он просто не знал. Сейчас лето? Лето, подтверждает Лю Цингэ, но про остальное молчит. Глава Цинь мог не знать, что Шэнь Цзю жив, это правда. Вот только, тогда он знает о Шэнь Цзю вообще, но прогнал его из Цанцюна. И объявил Юэ Ци мёртвым. Хотя, не то, чтобы было проблемой хотя бы приходить сюда с ним пообщаться его друзьям. Лю Цингэ то пришёл. — Тогда почему он сказал, что ты умер? — Потому что… Потому что я всё равно не скоро смогу выйти. Зачем давать надежду? — Твои друзья могли бы приходить. — У меня их не было. Я должен выйти и увидеть Сяо Цзю, — Юэ Ци дёргает дверь. Хорошо, возможно, глава Цинь был прав, когда запер дверь. Юэ Ци же сам сказал, что умрёт, если выйдет, и пытается выйти. Но всё равно, зачем говорить, что он умер? — Или я приведу его, — предлагает Лю Цингэ, пока Юэ Ци не сломал дверь или себя. Потому что, судя по вспыхивающему массиву, с той стороны это тоже больно. — Пожалуйста, — умоляет Юэ Ци. Как будто это не Лю Цингэ сам предложил и его надо просить. Пора уходить, но Лю Цингэ никак не может заставить себя отойти от двери. Они не друзья и всё общение когда-то свелось к тренировкам. (И это больше, чем было у Лю Цингэ с другими.) Шэнь Цзю ждёт его в лесу. (Шэнь Цзю оставил его тогда парализованным и облитым кровью. На кровь слетелись комары и Лю Цингэ долго чесался от укусов. Шэнь Цзю переживёт немного ожидания.) Глава Цинь может вернуться и замести следы. (Или объяснить и всё окажется не так плохо. Это может пойти в любую сторону.) — Тебе тут скучно же. Принести что-нибудь? — Учитель приносит мне книги, — Юэ Ци указывает куда-то вне поля зрения. — И я рисую. Медитирую. Особенно медитирую, учитель говорит, это должно помочь. Ты сказал, что пришёл украсть табличку. Учитель поместил её в залу Цюндина? Это большая честь. Они ещё немного болтают. Юэ Ци спрашивает о Шэнь Цзю, Лю Цингэ рассказывает о Шэнь Цзю. Не то, чтобы он много о нём знал, но Юэ Ци доволен и этим. — А как твои тренировки? Начало получаться? Я ведь всё правильно тогда объяснил? — Я главный ученик сейчас. — В таком юном возрасте? — Мне восемнадцать. Лю Цингэ хмурится. И потому что Юэ Ци потерялся во времени, и потому что многие так считают. На Байчжане больше ничего не говорят после того, как Лю Цингэ победил их всех, но вот учеников других пиков так просто не заткнуть. — Прости, я сказал не то? — беспокоится Юэ Ци. — Прошло почти восемь лет, — выбирает Лю Цингэ тот вариант, который не обидит. — Тут сложно следить за временем. Но так надо. Теперь я удвою старания и скоро встречусь с Сяо Цзю! — Я должен идти, — с сожалением говорит Лю Цингэ. Ему не хочется бросать Юэ Ци, но он должен сообщить новости. И глава может вернуться в любой момент, а тут даже спрятаться негде. — Подожди! — Юэ Ци кидается к окошку и вцепляется в край. — Ты не мог бы… Не мог бы… — Что? — Просто… — он протягивает ладонь. — Дотронуться. Я… Я так давно… Лю Цингэ хватает его за руку, сжимая пальцы. Юэ Ци накрывает их руки второй рукой и просто держит. Утыкается лбом. Это не очень удобно, но Лю Цингэ потерпит. А когда приведёт Шэнь Цзю, тот найдёт способ убрать запирающий массив и обнимет брата. То, что Лю Цингэ украдкой проверяет ци, чтобы убедиться, что перед ним не демон-перевёртыш или лютый мертвец, останется тайной. А потом он замечает. — Юэ Ци, — в ужасе шепчет Лю Цингэ. — Что с твоими волосами? С этого ракурса хорошо видно, что волосы собраны в хвост. Очень короткий, едва достающий до плеч. — Ах, это, — Юэ Ци отстраняется и неловко трогает себя за шею. — Как ты видишь, тут не очень хорошо с удобствами. Учитель посоветовал их отрезать, чтобы не сильно пачкать. — Но это… — Лю Цингэ не знает, что сказать. Волосы — это святое. — Это неправильно. — Они отрастут, — Юэ Ци улыбается. — К тому же… это наказание за то, что не смог помочь Сяо Цзю. Не говори ему, хорошо? — Он заметит. — Обещай, шиди. — Хорошо, — Лю Цингэ вздыхает. — Хорошо, я обещаю. Но он заметит. Лю Цингэ уходит я тяжёлым сердцем. Слишком всё странно, почему Юэ Ци этого не видит? *** Шэнь Цзю и Шан Цинхуа ждут Лю Цингэ всё в том же месте в лесу. Шан Цинхуа не теряет времени и совмещает их коварные замыслы с финансовым отчётом. Он разложил на широком пне бумаги и быстро пишет что-то. Шэнь Цзю наматывает вокруг него круги. — Ты принёс табличку? — Шэнь Цзю останавливается и впивается взглядом. — Лучше, — радостно говорит Лю Цингэ. — Ты принёс рисунок таблички? — усмехается Шан Цинхуа. — Что? Зачем? Они с Шэнь Цзю переглядываются. Шан Цинхуа странный. — Всё время забываю, что вы не понимаете моих отсылок. Скучаю по этому, — Шан Цинхуа ностальгически вздыхает. — Что там у тебя? — Юэ Ци жив. — Что?! Лю Цингэ рассказывает, что он видел в пещерах Линси. Выражение лица Шэнь Цзю меняется с неверия на радость. И с радости на гнев. — Я иду за братом и никакой защитный купол меня не остановит, — говорит Шэнь Цзю. — Он умрёт, если выйдет из пещер, — останавливает его Лю Цингэ. — Кто сказал? — Юэ Ци. — А ему кто сказал? — Глава Цинь. — Который утверждает, что Ци-гэ мёртв и держит его в заперти? Лю Цингэ молчит. Его тоже смущают эти тайны и ложь главы, но разве не стоит узнать точно? Он смотрит на Шан Цинхуа в поисках ответов. Тот знал про меч, вдруг знает и про это. Шан Цинхуа пожимает плечами. Шэнь Цзю закатывает глаза. Но успокаивается и пока никуда не идёт. Они решают разузнать точно, и у Шан Цинхуа появляется задание. Шэнь Цзю не очень доверяет этот вопрос Лю Цингэ. Почему он вдруг решает доверять Шан Цинхуа тайна даже для самого Шэнь Цзю. Но пока они расходятся, а Лю Цингэ получает записку для Юэ Ци от брата. Потому что передать письмо пока единственный шанс задержать Шэнь Цзю от штурма Цанцюна. Лю Цингэ удаётся вырваться к Юэ Ци только через пару дней. Он с трудом удерживается от того, чтобы красться и напоминает себе, что это Цюндин. Никто не обратит внимания. Хотя теперь у Лю Цингэ действительно есть задание, на котором лучше не попадаться. В пещерах ничего не поменялось, дверь по-прежнему заперта. Лю Цингэ коротко стучит и после разрешения открывает окошко. Оно открывается только снаружи, монетка в копилку против главы Циня. Лю Цингэ пока решил считать за и против. Ну не может же быть, что во главе Цанцюна — подлец? Юэ Ци радостно вскакивает с кровати и подбегает к двери. — Шиди, ты снова здесь. Мне не привиделось! В голосе Юэ Ци столько облегчения, что Лю Цингэ не может не спросить: — Тебе видятся вещи? — Иногда, — смущённо отвечает Юэ Ци. — Когда учитель долго не приходит. Ты говорил с Сяо Цзю? — Он передал записку. Лю Цингэ протягивает сложенный лист и Юэ Ци жадно выхватывает его из рук. Читает. Перечитывает. И снова. Лю Цингэ не знает, что там написано, Шэнь Цзю запретил смотреть под страхом смерти. И во взгляде прямо читалось, что это не пустая угроза. — Я не могу уйти, — говорит Юэ Ци с сожалением. — Ты ведь объяснил? — Он не верит. И Лю Цингэ тоже сомневается, а Шан Цинхуа пока ничего не нашёл. Он говорит, что надо бы посмотреть в библиотеке Цюндина, но не хочет туда идти. Госпожа Сун, хранительница библиотеки, страшная женщина. И хотя ненавидит она только Лю Цингэ, многие обходят её стороной. Напустить бы на неё Шэнь Цзю, но ему закрыт доступ на весь Цанцюн и тем более на Цюндин. Лю Цингэ мог бы сходить, не смотря на запрет госпожи Сун появляться рядом с её книгами, но он не знает, что точно искать. Они с Юэ Ци болтают немного о делах секты. Лю Цингэ рассказывает, что произошло за последние годы. (Юэ Ци не знает. Глава держит его а неведении?) Юэ Ци показывает Сюаньсу. Меч и правда источает странную энергию, Лю Цингэ чувствует нечто тёмное и пугающее. (Значит, с мечом точно нечисто. Монетка в копилку «за».) Юэ Ци пишет ответ для Шэнь Цзю. Они опять держатся за руки перед прощанием. Лю Цингэ в который раз задаётся вопросом, почему никто не знает о Юэ Ци. Не то, чтобы случилось что-то плохое из-за того, что Лю Цингэ нарушил его одиночество. — Спроси у главы Циня, почему к тебе нельзя приходить, — просит Лю Цингэ перед тем, как уйти. — Потому что чужая ци может помешать моим успехам, — тут же отвечает Юэ Ци. — Я спросил учителя, когда он приходил в последний раз. Я и так нарушаю его инструкции, общаясь с тобой, — Юэ Ци кивает на их переплетённые пальцы. — Но мы же ничего не делаем? — Конечно. Хотя Лю Цингэ в прошлый раз сделал. Но Юэ Ци не заметил проверку и ничего страшного не случилось. Поэтому глава Цинь лишил Юэ Ци любого прикосновения? Это может навредить? Или навредит только обмен ци? А говорят парное совершенствование, наоборот, помогает. — Ты ведь вернёшься? — Да. И Шэнь Цзю захочет снова написать. На обратном пути Лю Цингэ заходит в поминальную залу, чтобы увидеть табличку. Он не знает, хочет ли поймать главу Циня на лжи или наоборот, но проверить не помешает. В зале занято. Чэн Цинъюань ходит между алтарями и зажигает палочки. По три на каждого усопшего. — Шиди Лю, — приветствует она. — Не ожидала. — Я тоже, — угрюмо отвечает Лю Цингэ. Чэн Цинъюань не плохая, но будет мешать. — У тебя тут знакомый? — Юэ Ци. Где его табличка? Она провожает Лю Цингэ к алтарю. Там просто два иероглифа. Лю Цингэ хмурит брови, второй — просто цифра. Так вот про какие одинаковые имена говорил Шэнь Цзю. — Такая потеря, — тихо говорит Чэн Цинъюань. — Он был очень способный. И красивый. Единственный, кто отказал мне в свидании. — Не единственный, — возражает Лю Цингэ. — Ты просто не приглашала. — Те же ребёнок, шиди Лю. На Цюндине не принято встречаться с детьми. И вот опять. Зато, видимо, на Цюндине принято считать Лю Цингэ ребёнком. У Юэ Ци хотя бы есть оправдание. — Почему Юэ Ци отказал тебе? Они были бы интересной парой: высокий и статный Юэ Ци (Сейчас он тощий. Его совсем не кормят там?) и мягкая маленькая Чэн Цинъюань (Все обожают её мягкие формы. Кроме Лю Цингэ. Должны быть мускулы). — Потому что у него совсем не было времени. Я до сих пор не уверена, что он даже понял тогда, что я его приглашала. Он и наши вечерние посиделки всегда пропускал. А младшие его боготворили и всё надеялись, что он заглянет. — А мне он сказал, что у него не было друзей? — почему-то получилось вопросительно. И неуверенно. — Что за глупости, — Чэн Цинъюань удивлена. — Малышню, конечно, друзьями можно не считать, но мы любили Юэ Ци. Да, он не сблизился ни с кем достаточно сильно, но смею надеяться, что хотя бы хорошими приятелями мы с ним были. И шиди Го всё пытался вытащить его в город. Так что не надо нас обвинять, — она смотрит на Лю Цингэ с укором. (Он не обвиняет.) — Ты закончил? Мне нужно запереть двери. Лю Цингэ задумчиво смотрит на Чэн Цинъюань. Ей нравился Юэ Ци. У неё есть допуск к библиотеке. Она умна. Можно ли рассказать ей? Не похоже, что она заодно с главой, если он злодей. Хотя, он не лгал, табличка действительно в поминальной зале, на почётном месте. Надо посоветоваться с Шэнь Цзю. Правда, Шэнь Цзю куда-то пропал, а Лю Цингэ срочно посылают на задание. Как не вовремя. Лю Цингэ кружит по лесу и думает, что им надо придумать способ связываться друг с другом, чтобы вот так не разминуться в следующий раз. До этого Шэнь Цзю сам появлялся в самый неподходящий момент, а как только понадобился, его нет. Если он где-то собирает армию демонов, чтобы напасть на Цанцюн, Лю Цингэ придётся остановить не смотря ни на что. Как оказалось, у Шэнь Цзю и Шан Цинхуа есть способ связываться друг с другом, просто они не хотят посвящать в него Лю Цингэ. Когда они так спелись? Почему они это сделали? Теперь Шэнь Цзю решил игнорировать Лю Цингэ? После всего? Лю Цингэ обижен. Лю Цингэ передаёт Шэнь Цзю записку и молчит, пока не получает палкой по голове от Шэнь Цзю. Они дерутся, чуть не уничтожив в процессе бумаги Шан Цинхуа, он опять доделывает дела во время их коварных замыслов. Лю Цингэ побеждает и рассказывает, что узнал от Юэ Ци. Они в тупике. Шэнь Цзю пропадал не просто так, он пытался выяснить что-то через свои каналы. Шан Цинхуа начал просматривать записи в библиотеке, но раньше такого никогда не случалось. (Или просто не нашли и где-то в пещерах Линси не одна такая комната.) Шэнь Цзю пишет вопросы для Юэ Ци, пока что он самый сведущий из них, и посылает Лю Цингэ на свидание. На встречу. *** Третья встреча с Юэ Ци (Лю Цингэ за последние дни на Цюндине чаще, чем за последний год) не задаётся. Когда Лю Цингэ стучит, никто не отвечает, так что он решает открыть окошко без разрешения. Если Юэ Ци там занимается чем-то странным, то Лю Цингэ просто подождёт. Юэ Ци занимается чем-то странным, но не тем, что мог бы ожидать Лю Цингэ. Он ходит из стороны в сторону и ведёт спор сам с собой. Он говорит слишком тихо и быстро, и Лю Цингэ не может различить слов, но пару раз мелькает имя Шэнь Цзю. Лю Цингэ окликает Юэ Ци, но тот не замечает ничего вокруг. Кричать опасно, мало ли кто может услышать, а схватить и встряхнуть не получится из-за запертой двери. Лю Цингэ осматривается. Что же, он надеется, что Юэ Ци не будет злится и кидает в него через окошко камень. — Шиди? — Юэ Ци трёт ушибленное плечо и улыбается. — Рад, что ты вернулся. Как Сяо Цзю? И ни малейшего намёка на то, что только что происходило. Лю Цингэ на мгновение закрывает глаза и медленно делает вдох-выдох. Он начинает злиться, но это не поможет. Он передает новую записку от Шэнь Цзю. На этот раз они все вместе её писали, есть вопросы, на которые Юэ Ци может знать ответы и Шэнь Цзю решил спросить у него. — Я же говорил, что мне нельзя выходить, — Юэ Ци раздражённо сминает записку. — Прекратите. Я разберусь с Сюаньсу и всё закончится. Ещё он пытался выломать дверь и уйти, когда узнал, что Шэнь Цзю рядом. Так что Лю Цингэ просто делает ещё один медленный вдох. — Как дела, шиди? — вдруг резко переключается Юэ Ци. У Лю Цингэ непонятное чувство, что что-то не так. Ну, кроме безумного спора с воздухом. Потом он понимает. — Юэ Ци, кто я? — Ты друг Сяо Цзю, — тут же отвечает тот. — А что? — Как меня зовут? — терпеливо спрашивает Лю Цингэ. Наступает тишина. Юэ Ци молчит и мнёт край рукава. Несколько раз порывается что-то сказать, но только открывает и закрывает рот. Потом неуверенно произносит: — Шиди Лю, да? Мальчик с Байчжаня? Прости, я немного потерялся. — Да, — у Лю Цингэ вырывается вздох облегчения. — Это я, Лю Цингэ. Тебе нужно поговорить с кем-нибудь. — Но мы с тобой разговариваем, — Юэ Ци безмятежно улыбается. — Учитель разговаривает со мной, просто он ненадолго уехал. Он сказал, что у него будут долгие переговоры с дворцом Хуаньхуа, почти на месяц. Когда он уехал? Лю Цингэ пытается вспомнить. Цинь Ляндао и правда куда-то отлучился, забрав с собой леди Цинцзина и учителя. Это было вчера. И это отличный шанс, понимает он. Был бы, если бы у них был хоть какой-то план. Поэтому сейчас Лю Цингэ просто продолжает беседу, пусть и не любит болтать о пустяках. Хорошо хоть Юэ Ци говорит за двоих. Иногда за троих, надо вытаскивать его отсюда, даже если глава Цинь тысячу раз прав. Поэтому после Лю Цингэ идёт искать Чэн Цинъюань. Даже, если она ничем не поможет с планом, она чаще всех на Цюндине и сможет навещать Юэ Ци. *** Когда Лю Цингэ приводит Чэн Цинъюань в тайное место в лесу, их ждут не только Шэнь Цзю и Шан Цинхуа, но и Сяо Цинцю. Она, как и всегда, выглядит так, будто ей все должны. Включая тех, кто о ней слыхом не слышал. Шэнь Цзю сидит на пеньке и злобно смотрит на неё исподлобья. Шан Цинхуа зажёг светящийся шарик и опять что-то пишет. — Что она тут делает? — Шэнь Цзю переводит взгляд на Чэн Цинъюань. — А она? — Лю Цингэ тычет в Сяо Цинцю. Ей он не доверяет. — Я защищаю секту от предателей, — говорит Сяо Цинцю. У неё дёргается глаз от нервов. — Шиди Шан слишком подозрительно уходил и я решила проследить. — А меня позвали, — почти поёт Чэн Цинъюань. — Только пока не сказали, зачем. — Да, я бы тоже послушал, — Шэнь Цзю смотрит на Лю Цингэ. — Зачем ты приводишь людей на тайный заговор? — Ей нравится Юэ Ци, — говорит Лю Цингэ. — Нравился, — поправляет Чэн Цинъюань. — Он умер, шиди Лю. — Кому он не нравился? — фыркает Сяо Цинцю. — Идеальный мужчина. — Так вот, — говорит Лю Цингэ, — он не умер. И их теперь пятеро заговорщиков. Осталось придумать сам заговор.