Глава 3. Буду вашим ангелом-хранителем

      Дмитрий не знал, в какой момент, день или час это случилось. Одним утром он просто открыл глаза и вдруг обнаружил, что проспал всю ночь. Ему ничего не приснилось. Кошмар не заставил его вскочить в поту и с колотящимся сердцем. Призраки прошлого не нарушили его сон.       Последние несколько лет ни одна ночь не обходилась без стресса. Обязательно снилась какая-то жуть, или преследовали воспоминания, или ситуации на службе искажались, превращаясь в фильмы ужасов. Дмитрий просыпался в панике и первые минуты чувствовал себя абсолютно дезориентированным, не мог отличить кошмар от реальности. Спать после такого он был уже не в состоянии, поэтому обратно не ложился и из-за этого серьёзно недосыпал. Ментальное и физическое здоровье трещало по швам.       Зато теперь испытывал, мягко говоря, шок. Сегодняшнее утро было не первым за этот месяц, когда Дмитрий просыпался и понимал, что кошмары его снова не достали, но удивился он как впервые. Слишком уж они все въелись в сознание. Так что чувствовать себя выспавшимся и расслабленным было… странно.       Как будто в параллельную вселенную попал.       Даже Лэйн ни разу за ночь не заплакала. Она, со всех сторон обложенная подушками и одеялами, спала рядом с Дмитрием на кровати и преспокойно посапывала. Руки-ноги, как обычно, были раскинуты в стороны — наверное, поза звезды так и останется для неё самой любимой.       Дмитрий медленно моргнул и слабо улыбнулся. Потом тихо и протяжно вздохнул, не сводя с Лэйн взгляд.       Ему, конечно, говорили, что класть ребёнка спать рядом нежелательно, но он не смог удержаться и твёрдо себе пообещал, что в следующий раз положит её в кроватку.       Дмитрий закрыл глаза. Ему было так кошмарно лень… всё. Впервые в жизни. Он же всегда бодрячком, как стойкий оловянный солдатик. Всегда собран. Всегда на стрёме. Всегда напряжён. А теперь было светло, тепло, рядом спала дочка, поводов переживать не появлялось и кошмарно крыла неописуемая лень.       «М-да, Ллойд, механизм сломался».       Дмитрий разлепил веки и перевернулся на спину, положив одну руку под голову, а другую — на живот. Скользнул взглядом к окну, через которое в комнату пробрались лучи солнца и было видно ясное голубое небо. Он порадовался: последнее время погода оставалась стабильно пасмурной, низко висели тучи и ни одного светлого луча сквозь них не пробивалось.       «Старею, что ли?» — мелькнуло в голове.       Дмитрий неторопливо сел, размял шею, провёл пятернёй по волосам. Задумался, не подстричься ли: пряди падали на лоб и лезли в глаза. Повернулся влево, едва заслышав копошение с той стороны. Приподнял уголки губ — мелкая проснулась следом за ним.       Только сейчас он остро ощутил благодарность Лэйн за то, что она настояла на том, чтобы он взял ребёнка из детдома. Тогда, в больничном дворе, когда она это озвучила, ему показалось, что она сошла с ума. Он — отец? Смешно. В тот момент он даже не представлял, что весь смысл его жизни уместится в эту кроху. Не представлял, что способен так любить. Ему казалось, сильнее той любви, что испытывал к Лэйн, он никогда не почувствует. Однако ошибся.       И удивительно, но впервые Дмитрий не ощутил такого разъедающего чувства вины при мысли о Лэйн. В конце концов, прежних ошибок он уже не исправит, её не оживит, не вернёт, а жить дальше нужно. Ему было ради кого.       Таращилась вон его «ради кого» во все глаза. Так что пора всё-таки вставать.

───●◎●───

      Полдня прошли почти спокойно. Лэйн жутко капризничала, если Дмитрий хоть на минуту отрывал её от себя, поэтому он практически её не отпускал. Не мог даже положить в манеж-кроватку, стоящую в гостиной, потому что мелкая тут же принималась хныкать. А стоило снова взять её на руки — успокаивалась. Никак не получалось понять, отчего её настроение сегодня такое странное.       После обеда приехала Анна. Чмокнула Дмитрия в щёку, привычно сообщила, что Марк остался с Каином, и упала на диван. Выглядела уставшей и дезориентированной, молча скользила взглядом по потолку. Сцепив пальцы, водила большим по костяшке.       Дмитрий опустился в кресло напротив дивана, прижал Лэйн к груди. Слегка наклонив голову, наблюдал за Анной, решил пока ни о чём её не спрашивать. Знал это её состояние, когда у неё в голове собиралась, разбиралась и обдумывалась какая-то сложнейшая схема, которая никак не вписывалась в её систему координат.       Спустя почти полчаса Анна резко села, откинувшись на спинку дивана. Посмотрела на Дмитрия, будто только сейчас обнаружила, что приехала к нему. Хмурясь, скрестила руки, опустила ногу на ногу. Глубоко вздохнула.       Дмитрий слегка приподнял брови.       — Я в порядке, — заговорила наконец она, — просто сегодня у меня выходной, а всё равно выдернули на работу. Я отпахала полдня и ушла. Там проблема была, но всё решилось.       Анна вздохнула снова, на этот раз протяжно.       — Ты так выглядишь, будто тебе дали какую-то нерешаемую задачу, — негромко проговорил Дмитрий, мягко поглаживая Лэйн по спине. — Если на работе всё в порядке, то где — не в порядке?       — Да уж… задачу, — только и сказала она, прежде чем снова замолчать.       Теперь он решительно ничего не понимал. Анна вела себя странно, и Дмитрий уже не на шутку забеспокоился. Судя по всему, проблем никаких внезапно не свалилось, однако её явно что-то беспокоило, а она всё не говорила, в чём дело. Давить не хотелось, иначе был риск, что она вовсе ничего не расскажет.       — Ань? — спустя несколько минут всё же не выдержал Дмитрий.       — Каин позвал на свидание, — с силой выпустив воздух носом, скороговоркой произнесла Анна.       Сначала он не нашёлся с ответом. Насколько мог судить, каких-то серьёзных подвижек между этими двумя за последний месяц не было. Каин по-прежнему возился с Марком и не особо скрывал, что неровно дышит к Анне, а она морозилась — несмотря даже на то, что с бывшим наконец-то поставила точку. С другой стороны, вероятно, как раз из-за этого ей и требовалось время. А что там между ними происходило один на один, он и не знал, да и не интересовался. Не его дело, в конце концов.       Как ни старался, Дмитрий так и не придумал, что сказать. Анна выглядела настолько растерянной, что он и сам не понимал, как реагировать. В итоге спросил:       — А ты что?       Она сняла очки, опустила голову и сжала переносицу.       — Сказала, что меня на работу вызывают, и уехала…       Дмитрий не хотел смеяться, поэтому прикусил губу. Вместе с тем он Анне сочувствовал — и работу работай, и сына расти, и от тяжёлых отношений оправься, и ещё в чувствах разберись. Хотелось её поддержать, помочь чем угодно, но она брала пример со старшего брата и предпочитала справляться со всем самостоятельно.       Сам старший брат иногда не знал, хороший это пример или плохой.       — Я запаниковала, — вскинув голову, призналась Анна. Вернула очки на нос. — Чувствую себя дурой. А он улыбнулся ещё, представляешь? Как будто всё нормально. А я просто свалила.       — Не переживай ты так. Знаешь же его — когда что-то не так, по нему сразу видно. Я больше чем уверен, что он предполагал, что у тебя именно такая реакция и будет.       Она сползла по спинке, полулегла и закинула ноги на журнальный столик. Сняла очки снова, положила их рядом и потёрла лицо ладонями.       — Ну почему всё так сложно?..       — Не грузись. Вам надо поговорить, вот и всё. Я думаю, это поможет вашим… вашим… что бы там между вами ни происходило.       — Тьфу ты, эксперт нашёлся.       Дмитрий улыбнулся, слегка потянув вверх уголок губ.       — Хотя, может, ты и прав. Ладно, как вернусь, там и…       Анну прервал дверной звонок. Она тут же надела очки обратно и метнула взгляд в сторону Дмитрия.       — Ты ждёшь кого-то?       Он мотнул головой, и Анна, стянув ноги со столика, поднялась. Через несколько шагов исчезла в коридоре, а спустя пару мгновений до слуха донеслось, как она открыла дверь. Долгие секунды молчала, прежде чем протянуть:       — Э-э-э-э, Ди-им?       Дмитрий нахмурился и подорвался с кресла, крепче прижав к себе Лэйн. В мгновение ока он оказался в прихожей. Метнув взгляд сначала в Анну, лишь после он посмотрел на того, кто стоял на пороге. Не дойдя до двери три шага, застрял на месте и выгнул бровь.       Абсолютно спокойно на него смотрел отец.       В теле напряглась каждая мышца, но ни единый мускул не дрогнул на лице Дмитрия. Только челюсть едва заметно сжалась и внимание переместилось на Анну, стиснувшую кулаки. Тут же захотелось убрать её куда-то подальше, спрятать, чтобы она с отцом не пересекалась — отношения между ними были самыми напряжёнными в семье. Особенно последние годы.       Отец и так Анну понимал не всегда. Ставил под сомнения какие-то её действия и решения — хоть в учёбе, хоть в работе, хоть в целом по жизни. Злился, когда он отчитывал Дмитрия, а она обязательно влезала и защищала, когда она не слушала и не слушалась, когда делала по-своему.       Однако всё ухудшилось, как только она решила… развестись. Отец был категорически против. Он отговаривал, ругался, запрещал, вмешивался в процесс, пытался давить Марком — мол, ребёнок не может расти без отца, тем более мальчик. Между ними взрывались жуткие скандалы, и отношения испортились окончательно. И сколько бы она ни говорила, что это её жизнь и он не имеет права тут что-то решать и приказывать, — бесполезно. Так что Анна просто махнула рукой.       По босым ногам скользнул холод, и Дмитрий моментально обнял Лэйн чуть сильнее, шагнул назад.       — Зайди уже, — заговорил он наконец. — Мелкую мне простудишь.       Отец промолчал, но переступил порог, и Анна тут же закрыла дверь. Она встала рядом с Дмитрием и скрестила руки, сурово нахмурившись, точно готова была в случае чего мгновенно перейти в боевой режим и откусить отцу голову.       Дмитрию стало чуть спокойнее. Пока Анна рядом, всё хорошо.       Он качнул головой в сторону гостиной, безмолвно приглашая пройти. Потом посмотрел на Анну, встретил её взгляд, и через секунду она сдвинулась с места первой. Дмитрий направился следом, вернулся в кресло.       На пороге появился отец, неторопливо осмотрел комнату с потолка до пола. Сделал несколько шагов, опустился на диван — не на тот, где сидела Анна, но она всё равно отодвинулась подальше и отвела глаза. Он неспешно положил ногу на ногу и сплёл пальцы.       — Как её зовут? — нарушил тишину отцовский голос.       Дмитрий молчал две секунды.       — Лэйн.       Словно эхо, отец повторил:       — Лэйн… — Едва слышно вздохнув и выдержав паузу, он продолжил: — Мне жаль, Дима. Правда. Она была хорошей девушкой.       Дмитрий промолчал и просто кивнул. Ему подумалось, что началось всё не так уж и плохо. Может быть, и дальше разговор пройдёт спокойно? Хотелось на это надеяться.       Однако, как известно, надежда умирает последней — и в страшных муках.       — Только вот… — отцовский взгляд метнулся к Лэйн, вернувшись к Дмитрию пару секунд спустя, — из детского дома? Серьёзно?       Лицо старшего Ллойда слегка скривилось, во взгляде засквозило едва заметное пренебрежение или что-то, близкое к… отвращению? Распознать точнее было сложно, но что уж Дмитрий понимал наверняка, так это то, что ни интонация отца, ни выражение лица ему совсем не по душе.       Он ждал продолжения.       — Сам подумай, — чуть подавшись вперёд, сказал тот. — Она брошенка. Ничья. Откуда тебе знать, кем были её родители и почему бросили? Может, ей гены достались какие-то… не такие? Может, она больна чем-то? Не всякая мать способна принять ребёнка с отклонениями. Вот и решила в детдом кинуть. Ты и подобрал. А в документах информацию какую-то не дописать — дело не самое сложное. Кота в мешке взял, считай. Оно тебе надо было?       Отец смолк, глядя на Дмитрия внимательно и с явным убеждением, что прав. Что желает сыну только добра. Что спасает его от ошибки.       Дмитрий, однако, в то же мгновение пожалел, что не сказал Анне сразу закрыть дверь. Мог ведь догадаться, чем всё это обернётся. Сейчас даже странным казалось, что в детстве отношения были нормальными, почти что хорошими. И куда всё делось?       Открыть рот и ответить он не успел. Резко повернувшись к отцу, вмешалась Анна:       — Ты издеваешься? Ты слышишь вообще, что несёшь?       — Аня, — мягко остановил её Дмитрий и тут же столкнулся с разъярённым взглядом. Едва заметно качнул головой и, когда убедился, что Анна не собирается наезжать дальше, повернулся обратно к отцу. — Ты зачем приехал? Высказать это всё?       — Я приехал, чтобы побыть с внуком. И пообщаться со своими детьми.       — Внук в другом месте, к счастью, — всё равно встряла Анна и тут же замолчала, отвернувшись.       Лишь на мгновение Дмитрий бросил на неё взгляд, следом снова посмотрел на отца.       — Во-первых, общаться надо было раньше, пап. Ты как-то припозднился. А во-вторых, у тебя теперь и внучка есть.       Тот откинулся на спинку дивана, и весь его вид выражал одно слово: «Сомнительно». Он даже не смотрел больше на Лэйн — лишь строго Дмитрию в глаза, — будто она стала пустым местом.       — Она не Ллойд. В ней нет ни капли нашей крови. Она приёмыш, Дима, приёмышем и останется, что бы ты ни делал. Пусть на бумаге у неё наша фамилия, но частью семьи ей не стать.       Дмитрия сначала бросило в жар, с головы до ног прошила злость, мозг отключился на пару мгновений. Потом он заставил себя глубоко вдохнуть и не терять голову, как бы ни взрывало услышанное.       Анна, впрочем, таким самоконтролем не обладала.       — Смеёшься? — грубо бросила она. — «Частью семьи не стать»? Да ты к Диме уже давно относишься так, будто он не часть семьи! Стоило только выйти из твоей тени и от тебя свалить!       Отец перевёл на неё взгляд, задержал на какое-то время, но ничего не сказал. Словно и не посчитал её слова чем-то важным, на что стоило бы отвечать. Он снова посмотрел на Дмитрия.       Тот всё ещё молчал, но весь его вид говорил сам за себя. Хотелось уже вышвырнуть отца за порог.       — На удочерении настояла Лэйн? — спросил вдруг старший Ллойд. — Зная тебя, ты бы сам не решился.       — Да, Лэйн. Что теперь?       Мелкая заёрзала, смяла пальчиками ткань отцовской футболки. Дмитрий моментально переключил внимание, положил Лэйн по-другому, устроив её голову на сгибе локтя и протянув ладонь. Указательный палец, как всегда, сразу же оказался в плену, а довольная захватчица успокоилась и перестала елозить.       Дмитрий улыбнулся уголком губ. Слегка наклонил голову, забыв на пару мгновений, какая напряжённая ситуация сейчас образовалась.       — Мог бы и своих нянчить, — ворвался в сознание голос отца.       В гостиной повисла тишина. Дмитрий застыл, поднял взгляд, но ни на ком его не задержал. Уставился вперёд, в никуда. На фоне всего услышанного эта фраза его ещё больше насторожила. Лишь спустя несколько минут он вновь посмотрел на отца.       Тот вздохнул, откинулся на спинку дивана.       — Ты не можешь не признать, что в вашем расставании есть и вина Лэйн, — сказал он, слегка наклонив голову. — Когда ты сделал ей предложение, она уже знала, что больна. Только предпочла не рассказывать и решила порвать с тобой именно в такой момент, причём очень жёстко. Тут бы кто угодно расстроился, знаешь ли. Конечно, вы поссорились. А ты наверняка себя винишь, что бросил её, уехал и не появлялся. Не спорю, ты мог бы и пойти мириться, после того как остыл, но и ей стоило рассказать всё сразу. Может быть, тогда и были бы какие-то шансы выжить.       Дмитрий не комментировал, ожидая, что услышит дальше. Мельком переглянулся с Анной, которая смотрела на отца так, словно одним злобным взглядом пыталась прожечь в его лбу дыру. Бесшумно выпустив воздух носом, Дмитрий постарался сесть расслабленнее, чтобы ненароком не прижать Лэйн к себе слишком крепко.       Отец наконец продолжил:       — Она виновата сама. Тебе нет нужды хранить ей верность и после её смерти. Найди себе девушку нормальную, женись, и пусть она родит тебе детей. Хоть десять. Зато все будут твои. И у каждого будет право носить нашу фамилию. А эта… девочка… Я бы одумался на твоём месте. Она не твоя. И непонятно, кем вырастет.       Дмитрий очень пожалел, что рассказал отцу о разладе с Лэйн, что тот в курсе о существовании мелкой. Не могло ведь и в голову прийти, что он получит… такое. Теперь таращился во все глаза и не понимал, какие именно эмоции испытывает. Порадовался только, что сейчас дочь лежала на руках, иначе неизвестно, что мог натворить после этой тирады.       Она весь день как будто чувствовала, что её сегодня от него лучше не отрывать.       Даже Анна, глядя на отца огромными глазами, явно не представляла, что сказать. Она выглядела ещё более ошарашенной, чем Дмитрий себя чувствовал.       Лэйн крепко-крепко сжала его палец, словно ощущала состояние.       — Долго копил? — процедил Дмитрий, стараясь не повышать голос и не звучать слишком резко и гневно. Не хотел пугать Лэйн.       — Ушам не верю… — тихо пробормотала Анна.       — В целом… даже не знаю, чему тут удивляться. Могу только восхититься — сегодня ты превзошёл самого себя. Сейчас я даже счастлив, что мама этого не видит и не слышит.       — Ирина была бы на моей…       — Нет, — отрезал Дмитрий, уверенный в своих словах на сто процентов. — Она бы приняла внучку и любила её. Так что не надо.       Не добавив ничего больше, он поднялся с кресла, обошёл журнальный столик и остановился перед Анной. Наклонившись, осторожно передал ей Лэйн.       — Подожди, мелкая, я сейчас.       К его удивлению, та хныкать не стала и спокойно легла в руки Анны.       Дмитрий ушёл в прихожую, вернулся оттуда с отцовской курткой и кинул её ему. Скрестив руки, наблюдал, как тот, взяв её, неторопливо встал. Дмитрий подошёл к нему почти вплотную и пристально посмотрел в глаза.       — Она — моя, пап, ясно? Если тебе это непонятно, можешь убираться. Только больше не приезжай. Здесь не место для тех, кто не принимает мою дочь.       Долгие минуты они сверлили друг друга взглядами. Первым, что удивительно, сдался отец. Усмехнувшись, покачав головой и бросив: «Дурак ты, Дима», он натянул куртку, кинул взгляд на Анну, крепче прижавшую к себе Лэйн, последний раз посмотрел на Дмитрия, усмехнулся снова — и ушёл. Мгновения спустя до слуха донеслось, как закрылась дверь.       Дмитрий бесшумно выдохнул, закрыв глаза и опустив голову.       А ведь утро было таким спокойным…       К чему вообще отец всё это говорил? Думал, выскажется, и Дмитрий сразу согласится и послушается? Да даже если б так и было, что он должен сделать? На улицу Лэйн выкинуть? Под дверь кому-нибудь швырнуть? Идиотизм.       — Дим? — раздался тихий голос Анны. — Ты как?       Он неожиданно обнаружил, что всё тело мелко дрожит. Медленно согнул пальцы. Сжал кулаки. Хотел ответить Анне, подать какие-то признаки жизни, только язык будто к нёбу прилип и горло перехватило. Осознание, куда вообще завёл разговор с отцом, накрывало не спеша, но основательно.       Отношения между ними за последние годы стали сильно натянутыми, спору нет, но такого Дмитрий точно не ожидал. А чего уж не ожидал ещё больше — что на душе так противно и больно заскребут кошки.       С мамой тоже отношения были не самыми лучшими, но Дмитрий знал, что до такого бы не дошло. Она бы не сказала того, что сказал отец.       Боковым зрением Дмитрий увидел, как Анна поднялась и подошла ближе, но сам по-прежнему не мог шевельнуться. Чуть-чуть выдохнул, только когда она остановилась рядом и ткнулась лбом в его плечо.       — Считай, что я тебя обняла.       Он посмотрел на неё и, когда встретил её взгляд, как только она подняла голову, едва заметно улыбнулся. Потом повернулся к ней всем корпусом и забрал Лэйн обратно.       Анна сжала запястье Дмитрия и серьёзно посмотрела ему в глаза.       — Не слушай его, понял меня? Вообще не слушай. Ни ты, ни Лэйн ни в чём не виноваты. Просто случилось то, что… случилось. И ничьей вины в этом нет. Слышишь?       Её голос дрогнул, глаза заблестели, и покраснел кончик носа. Хватка на его руке стала чуть крепче, и Анна поджала губы.       — Слышу. Всё нормально. Справлюсь.       Она несколько раз покивала, скрестила руки и глубоко вздохнула, явно силясь успокоиться. Опустила голову, постояла так какое-то время, а после, когда выпрямилась, выглядела уже спокойнее, собраннее.       — Он просто ничего не понимает. И никогда не поймёт. И я не хочу, чтобы всё, что он тебе наговорил, осталось у тебя в голове.       — Не останется. Не переживай ты так за меня.       — Да как я могу за тебя не переживать?       Анна тут же смолкла, как только Лэйн беспокойно заёрзала. Переведя на неё взгляд, взяла её маленькую ручку в свою.       — Прости, малышка. Всё хорошо. — Анна усмехнулась. — Вообще голос повышать нельзя.       Дмитрий приподнял уголки губ и кивнул.       Анна вернула взгляд на него.       — Может, чаю? У тебя же остался тот переслащённый торт? Мне нужен сахар.       — Остался.       — Класс. Пойду поставлю чайник.       Отпустив руку Лэйн, она развернулась на пятках и направилась в сторону кухни.       Дмитрий, слегка покачивая мелкую, проводил Анну взглядом.       Остаток дня прошёл спокойно, без сюрпризов. После третьей кружки чая Анна, попрощавшись, уехала домой, а ближе к ночи Дмитрий пошёл укладывать спать Лэйн — и себя.

───●◎●───

      — Маленькая звёздочка…       Спросонья Дмитрий не сразу понимает, кому принадлежит тихо раздавшийся голос. Ему с трудом удаётся разлепить веки, а после уходит ещё время, чтобы изображение перед глазами стало чётким. Едва разглядев, кто находится у кроватки, которая почему-то теперь стоит вплотную к его кровати, он резко подскакивает и округляет глаза.       — Лэйн?       Та, улыбаясь, неторопливо поднимает голову и встречает ошарашенный взгляд Дмитрия. Она неспешно обходит кроватку и опускается на край кровати, поджимая под себя одну ногу, а вторую оставляя на полу.       Дмитрий больше ни слова не может из себя выдавить — и от Лэйн взгляд отвести не в силах. Он придвигается к ней осторожно, опасаясь, что она от любого резкого движения вдруг исчезнет. Он останавливается, когда его колено задевает её. Касается руки, и тонкие пальцы Лэйн тут же обхватывают его ладонь.       — Я ненадолго, — заговаривает негромко Лэйн, нарушая тишину спальни.       Дмитрий всё ещё ничего не говорит. В голову просто не лезет никаких путных мыслей. Не получается даже определить собственные эмоции — счастье, боль, страх и радость сплелись в один тугой клубок.       Несколько минут проходят в молчании, прежде чем Дмитрию удаётся определить, что грызёт ему душу больнее всего.       — Я скучаю, — ещё тише, чем Лэйн, произносит он.       Она слегка приподнимает уголки губ, ласково проводит ладонью по его щеке. Садится ближе. Мягко отвечает:       — Знаю. Но когда-нибудь это пройдёт. И боль совсем уйдёт. Тем более тебе сейчас есть о ком заботиться.       Дмитрий смотрит в сторону кроватки — мелкая спокойно спит в своей любимой позе. Он слабо улыбается, возвращает взгляд на Лэйн и кивает. Ничего не говорит некоторое время.       — Она иногда напоминает тебя.       Лэйн обхватывает его ладонь обеими руками и слегка наклоняет голову.       — С возрастом точно станет напоминать тебя. Такой характер не может не передаться.       — Это какой же?       — Вредный и занудный.       Дмитрий смотрит на неё прищурившись, однако весёлой улыбки сдержать не получается. Усмехнувшись, он покачивает головой. Внутреннее напряжение постепенно отпускает его лишь сейчас, медленно расслабляя клешни.       Он кладёт свою ладонь на ладонь Лэйн.       — На самом деле, я уверена, что она вырастет замечательной девочкой. Такой же, как её отец. — Она бесшумно вздыхает. — А ты своего не слушай. Он вряд ли способен сказать что-то хорошее.       — Лэйн, скажи мне, — неожиданно даже для себя меняя тему, произносит Дмитрий, — я мог что-то поменять? В те полгода. Если бы пришёл к тебе, если бы попытался помириться, если бы мы снова были вместе. Я мог?       Лэйн опускает взгляд, смотрит на их сцепленные руки. Молчит, чуть хмурится. Крепче сжимает его ладонь, делает глубокий вдох, медленно выдыхает. Вскинув голову, вновь смотрит Дмитрию в глаза.       — Вряд ли. Всё равно всё кончилось бы тем же самым. Похоронами. Так что прекращай обо всём этом думать. Имеем что имеем.       — Я уже меньше об этом думаю. Просто… решил спросить.       — Потерпи чуть-чуть, — тихо и мягко говорит Лэйн. — Скоро станет легче. Время лечит.       Дмитрий не находит что ответить и молча смотрит на неё. А она вновь тянет уголки губ вверх, затем приподнимается, тянется к нему и обнимает. Он тут же крепко прижимает её к себе, утыкается носом в шею и жмурится.       — Может, буду вашим ангелом-хранителем. Договорюсь там наверху.       Его хватка становится сильнее, но он усмехается.       — Договорись.       Лишь на миг Лэйн обнимает его чуть крепче, и следом…       Дмитрий медленно открыл глаза и не сразу смог отличить реальность от сна. Он смотрел перед собой и неспешно моргал, постепенно приходя в себя. Приснившийся сон развеялся окончательно, лишь когда взгляд зацепился за кроватку Лэйн.       Надо будет поставить поближе.       Дмитрий неторопливо сел, но не сумел сдвинуться с места. В реальность он хоть и вернулся, а мысли всё равно крутились около сна. Впервые ему приснилось что-то хорошее, спокойное, и как будто бы и правда… пришла Лэйн.       Краешек губ чуть дёрнулся вверх.       «Ангел-хранитель, — подумалось ему. — Да уж, ей такая роль вполне может подойти…»       Мелкая, проснувшись и завозившись в кроватке, отвлекла от размышлений. Дмитрий поднялся моментально.       Внутри наконец-то почти не болело.