Новая жизнь

****** Ледяной ветер гулял по просторам русских земель, пробираясь сквозь толстые меха и шубы, заставляя путников кутаться плотнее. Снежный покров покрывал землю, но дорога, ведущая к небольшому поселению, была растоптана - то крестьянами, то всадниками, что иногда проносились по ней. На окраине села, чуть в стороне от остальных домов, стоял деревянный терем, принадлежащий купцу Ивану Соколову. В этом доме и жила его единственная дочь - Елена. В свои шестнадцать лет она была известна не только своей красотой, но и образованностью . Высокая, статная, с длинными чёрными волосами, заплетёнными в толстую косу, с глазами цвета тёмного угля , она не раз слышала восхищённые слова от гостей дома, но равнодушно их пропускала мимо ушей. Она не мечтала о замужестве, как многие её ровесницы, её больше тянуло к книгам, к рассказам о дальних землях, к тайнам и легендам, что приносили в деревню странники. Но ни одна из этих историй не предостерегала её от судьбы, которая подстерегала её в тот холодный вечер. Было уже поздно, когда Елена вышла на крыльцо, кутая руки в тёплые меха. Отец был в дальней комнате с гостями. Она всегда любила тишину ночи-снег хрустел под ногами, звёзды мерцали в вышине. Елена глубоко вдохнула морозный воздух, глядя на лес за холмом. И вдруг - далекий шум. Едва слышный гул копыт. Она нахмурилась. Это не было похоже на обычный проезд бояр или купцов шаги были слишком лёгкими, но при этом быстрыми. Она не успела сделать и шага назад, когда тёмные тени вынырнули из темноты. Крик замер в горле. Руки, грубые, пахнущие конским потом и кожей, сжали её запястья. Кто-то сорвал с головы меховой платок, дёрнул за плечо, разворачивая лицом к нападающим. Они говорили на чужом, гортанном языке, перебрасываясь короткими, резкими фразами. Татары. Сердце забилось так, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Она пыталась вырваться, но крепкие руки уже сжимали её, увлекая в темноту. Она ударила одного из мужчин локтем, но тот только рассмеялся и швырнул её вперёд. - Дикая, как степная кошка, пробормотал кто-то. - В этот момент во дворе раздался шум. Отец, услышавший возню, выбежал, но тут же упал, сбитый ударом сабли. - - Нет! — закричала Елена, но в тот же миг ей зажали рот, и она почувствовала, как верёвка затягивается на её запястьях. Всадники уже были здесь. Черные силуэты в мехах, их лошади парили дыханием в морозном воздухе. Один из мужчин что-то крикнул, и её рывком подняли, перекинув через седло. Кровь ударила в голову. Всё перевернулось снег, деревья, дом, что теперь казался далёким и недосягаемым. ****** Прошло несколько дней с того момента, как Елена оказалась на корабле. Её тело всё ещё хранило следы тех ужасных первых мгновений: запястья сжаты верёвками, кожа обвисла от страха, а глаза по-прежнему не могли привыкнуть к темноте. Тем временем, корабль качался на волнах, и страшная тишина, полная чувства неизвестности, окутывала её и других девушек. Корабль, на котором их везли, был старым и обветшалым. Его деревянные борта трещали от каждой волны, а часто из-под досок вытекала вода, заставляя девушек чувствовать, как каждая частичка этого путешествия становится пыткой. Они сидели на холодном, влажном полу, сгорбившись, стараясь как-то укрыться друг от друга. Елена знала, что её жизнь теперь не будет прежней. Её встреча с татарами была лишь началом. Плавание по открытым водам, где не было ни людей, ни общения, только грубые взгляды мужчин и их нечеловеческое отношение, вскоре заставило её понять, что этот путь будет не просто долгим, но и мучительным. Она ощущала запах моря, проглоченный воздух, старые сети, которыми были покрыты шершавые борта. Всё это впивалось в её память, не давая забыть, что её жизнь зависела от этого путешествия. — Ты помнишь, Оксана? — шепотом спросила Елена, не осмеливаясь говорить громче, чтобы не привлечь внимание стражей. Она обернулась к своей подруге, той самой, с которой она выросла в деревне, и которая теперь тоже была здесь, среди девушек, пленённых татарами. Её лицо было бледным, глаза полны ужаса и растерянности. Оксана была её ровесницей Елены. Она всегда была спокойной, хотя и не лишена сентиментальности. Сейчас она сидела рядом с Еленой, уткнувшись в колени, как и все остальные девушки. Буквально несколько дней назад она была на свободе, смеялась, вместе с Еленой помогала родителям, работала на поле. Всё это теперь было так далеко, так непривычно. — Я не знаю, что с нами будет, Елена, — её голос звучал низко, почти как шёпот. — Это невозможно. Мы не выжили бы. Нас просто уничтожат. Елена понимала её страх. Они обе переживали ужас, но были не готовы сдаться. Это было слишком неожиданно, слишком жестоко. Это было страшнее любого кошмара, с которым они сталкивались в своей деревне. Тут не было ни безопасности, ни родных людей. Всё, что оставалось, это пережить этот ад. — Мы не знаем, что нас ждёт, но мы должны выжить, — Елена повернулась и посмотрела на Оксану. — Мы не можем просто сдаться. Оксана не ответила сразу. Она медленно подняла глаза, обведя взглядом окружающих женщин. Среди них было много разных. Некоторые были совсем юными, Были и девушки из других стран — некоторые из Греции, другие из Кавказа, еще кто-то из Средиземноморья. Каждая из них вела свой внутренний бой, пытаясь понять, что её ждёт впереди. Но вот взгляд Оксаны стал тверже, как у тех женщин, которые приняли свою участь, не думая об иллюзиях. — Мы не знаем. Но как мы выживем? Мы даже не знаем, куда нас везут. Елена молча кивнула. Она тоже не знала точно, что их ждёт. Но она знала одно: сдаваться не было смысла. Они оба понимали, что в любой момент они могли стать частью этого жестокого мира. Время тянулось. Дни становились более монотонными, как сама жизнь на этом судне. Иногда женщины получали еду — это было преимущественно хлеб, и вода, но очень редко. Интересно было, что на корабле царила полная тишина. Мужчины-стражи редко говорили между собой, если только не отдавали приказания. Это молчание было странным, угнетающим. Однажды ночью, когда темнота окутала корабль, а звёзды, казалось, были слишком далеки, чтобы хоть как-то согреть этих несчастных пленников, Елена заметила, как тени на палубе начали двигаться. Она вздрогнула, но это был всего лишь один из стражей, который прошёл мимо. Тем не менее, её сердце всё равно забилось сильнее. Внезапно раздался крик, а затем молчание. Это было так страшно, так неожиданно. Елена резко встала и побежала к месту, откуда исходил звук. Сначала она думала, что это был просто кошмар, но нет, это была реальность. Несколько девушек, не выдержавшие тяжёлого путешествия, упали на палубу. Им стало плохо — кто-то потерял сознание, кто-то не смог выжить в условиях, которые царили на корабле. Но никто не мог помочь им. Их тела были просто откинуты в сторону, оставленные без сожаления, как ненужные вещи. — Мы все умрём, если будем так продолжать, — шептала Оксана, задыхаясь. — Мы не можем выжить. Елена покачала головой. Она видела страдания других , их слёзы, их изнеможение. Но внутри неё была решимость. Она должна была выжить. Это было всё, на что она могла надеяться. Время шло, и Елена продолжала внимательно следить за своими спутницами. Она начала вырабатывать свою стратегию — наблюдать, запоминать каждого стража, каждое движение, каждое слово. Она знала, что ей нужно быть сильной, чтобы выжить в этом мире. Но когда это закончится? И что будет дальше? Плавание не могло длиться вечно. Хотя Елена не знала точно, где они находятся, она чувствовала, что земля скоро будет видна. Они шли в неизвестность, но не были готовы просто сдаться. ******* Гул голосов стоял над рынком, словно рой насекомых. Торговцы выкрикивали цены, зазывали покупателей, спорили, смеялись, торопливо пересчитывали деньги. В воздухе смешивались запахи пряностей, жареного мяса, пота и пыли, поднимаемой десятками босых ног. Под пологом одного из прилавков сидела группа девушек — уставших, запуганных, с запавшими от голода глазами. Их руки были связаны верёвками, некоторые были закованы в кандалы. Среди них стояла и Елена. Она не понимала, как оказалась здесь. Воспоминания о доме вспыхивали перед глазами — отцовский терем, снег, кони... А потом — резкий крик, сильные руки, которые схватили её и потащили прочь. А дальше была дорога, холод, долгие дни в повозке, чужие голоса, чужая земля... Теперь она была здесь. На рынке. Перед ними стоял высокий мужчина с густой бородой. Торговец. Он осматривал пленниц, поднимал за подбородок лица, тёр ладонью щеки, словно проверяя кожу на мягкость, а потом громко выкрикивал цену. Мимо проходили мужчины — богатые купцы, вельможи, надменные, с хитрыми взглядами. Они медленно разглядывали девушек, переговаривались, указывали пальцами. Некоторые покупатели щупали пленниц за руки, трогали волосы. Елена старалась не смотреть на них. Ей казалось, что если она закроет глаза, это окажется просто кошмаром. Но стоило ей чуть повернуть голову, как она увидела, как другая девушка, стоявшая рядом, вдруг зарыдала. — Тихо! — зло рявкнул торговец, грубо дёргая её за руку. В этот момент к ним подошёл человек, которого сопровождали несколько слуг. На нём был длинный кафтан, вышитый золотыми нитями, а в руках он держал тонкую трость. Евнух. Торговец тут же заулыбался, склонил голову и услужливо заговорил: — Али-ага! Я знаю, что вы покупаете лучших девушек для дворца. Вот, посмотрите — свежий товар! Евнух Али-ага небрежно окинул взглядом стоящих перед ним пленниц. — Хм, — пробормотал он недовольно. Елена не понимала его слов, но по тону догадывалась — он чем-то недоволен. — Слишком худые, — проворчал Али-ага. — Эти разве годятся для дворца? Их сначала откормить надо. Торговец тут же заверил: — Всего месяц, Али-ага! И они будут как налитые спелые финики. Евнух посмотрел ещё раз, потом махнул рукой: — Забираем. Слуги кинулись отвязывать девушек, и те, кто не успел осознать, что их купили, вдруг были вытолканы вперёд. Они больше не принадлежали себе. Дворец показался впереди — высокий, с белыми стенами, украшенными узорами. За воротами не слышалось ни шума, ни криков — только тихие голоса стражников, которые открыли ворота, пропуская караван. Пленниц провели внутрь. Там их уже ждала женщина средних лет в аккуратной одежде. Это была Хафизе-калфа. Она пристально посмотрела на девушек, затем заговорила. — Добро пожаловать в Топкапы. Теперь вы — часть султанского гарема. Здесь вы начнёте новую жизнь. Запомните — ваш долг служить и подчиняться. Вам дадут новые имена, вас обучат, но не забывайте: непокорные не задерживаются во дворце. Её голос был твёрдым. Девушки переглянулись — они не понимали слов, но тон был достаточно красноречив. Евнухи стояли рядом, следя за ними. Затем Хафизе-калфа кивнула: — В хамам. Их провели по длинным коридорам. Скоро в воздухе появился запах влажности, травяных масел. Запах чистоты. Они вошли в просторное помещение — хамам. Здесь стоял пар, воздух был влажным и тёплым, и сразу стало легче дышать после пыльных улиц — Разденьтесь, — скомандовала одна. Пленницы медлили. Они стеснялись, они боялись. Но тут одна из служанок схватила девушку, грубо стянула с неё одежду. — Быстрее! Скоро все остались без одежды. Их повели дальше. Тёплая вода ласкала кожу, но руки служанок не знали пощады — они терли мочалками, смывая грязь и пыль. Кожа горела, но никто не смел жаловаться. После омовения пришла лекарша. Он осматривал девушек внимательно, проверяя их кожу, волосы, зубы. Иногда качала головой, иногда одобрительно кивала. Когда осмотр был закончен, им выдали простые хлопковые платья. И снова повели по дворцу. Их снова привели в большую комнату. Там стояли другие девушки — кто-то уже был здесь давно, кто-то недавно. Хафизе-калфа снова посмотреа на них. — Запомните, — сказала она. — Теперь вы принадлежите дворцу. Они смотрели на неё молча. Они понимали. Теперь у них не было прошлого. Только будущее. ****** Комната, куда их привели, была просторной, но совершенно чужой. Стены выложены мрамором, на полу — мягкие ковры. По углам мерцали лампы, наполняя воздух сладковатым запахом масла. Но в этом тепле не было уюта — только непонимание и страх. Елена сидела, обняв колени, её волосы, ещё влажные после хамама, прилипли к вискам. Оксана, сидевшая рядом, выглядела растерянной, её губы были плотно сжаты, а взгляд тревожно бегал по комнате. Вокруг них было ещё несколько девушек, таких же потерянных, таких же испуганных. Мимо прошла высокая женщина в тёмно-синем кафтане с золотым поясом. Она оглядела их, что-то пробормотала на чужом языке и удалилась, оставив после себя лёгкий аромат розового масла. — Ты что-нибудь понимаешь? — шёпотом спросила Оксана. Елена покачала головой. — Нет. Они говорят слишком быстро… Оксана нервно выдохнула: — Что теперь будет? Прежде чем Елена успела ответить, раздался тихий голос: — Вы русские? Девушки одновременно повернулись к говорившей. Перед ними стояла молодая девушка с тёмно-русыми волосами, заплетёнными в косу. Её глаза были добрыми, но в них читалась усталость. — Да… — осторожно ответила Елена. — Меня зовут Айлин, — представилась незнакомка, присаживаясь рядом. — Ты понимаешь их? — удивлённо спросила Оксана. Айлин кивнула: — Да, я давно здесь. Я тоже была пленницей… как и вы. — Что с нами будет? — спросила Елена, наблюдая за тем, как мимо проходит служанка, держа поднос с маленькими серебряными пиалами. Айлин посмотрела на неё серьёзно: — Теперь вы во дворце султана. — Но зачем? — Потому что таков порядок. Оксана нахмурилась. — Какой ещё порядок? — Здесь нельзя просто сидеть. Всех новеньких обучают. — Чему? Айлин улыбнулась, но в её взгляде мелькнула тень грусти. — Как ходить, как говорить, как смотреть… — Смотреть? — Да. В гареме нельзя смотреть в глаза высшим по рангу. Вас научат, когда опускать взгляд, когда улыбаться, когда молчать. Елена покачала головой: — Это безумие… Айлин опустила глаза. — Это новая жизнь, — тихо сказала она. Оксана тяжело вздохнула. — Чему ещё учат? — Читать и писать. Елена удивлённо моргнула. — Это хорошо… Айлин кивнула: — Да. Но в первую очередь вас научат османскому. Оксана недоверчиво посмотрела на неё: — И если мы не выучим? — Тогда у вас будут проблемы. — Какие? Айлин задумалась, словно подбирая слова. — Гарем — это не только дворец, но и тюрьма. Здесь всё зависит от вашего положения. Чем выше подниметесь, тем больше у вас будет привилегий. — А если не поднимемся? Айлин не ответила, но её молчание сказало больше, чем слова. Елена пыталась представить себе, каково это — жить здесь. — Ты давно во дворце? — спросила она. Айлин кивнула. — Достаточно, чтобы понять, как всё устроено. — Расскажи, — попросила Оксана. Айлин обвела взглядом комнату. — Во дворце сотни девушек, но далеко не все добиваются чего-то. — А если не добьются? — Их вышлют в Старый дворец , — спокойно сказала Айлин. — Или выдадут замуж Наступила тишина. — Что ещё? — тихо спросила Елена. — Музыка, танцы, стихи, искусство… Всё это вам предстоит изучать. Оксана усмехнулась. — Прямо как в школе. Айлин улыбнулась, но её глаза остались грустными. — Только в этой школе ошибка может стоить тебе слишком дорого. Разговор прервала калфа, вошедшая в комнату. — А ну все быстро ложитесь спать! — приказала она, хлопнув в ладони. Айлин встала. — Отдыхайте, — сказала она. — Завтра начнётся ваше обучение. Елена посмотрела на неё, пытаясь понять, стоит ли доверять этой девушке. — Айлин… — Да? — Ты нам поможешь? Айлин мягко улыбнулась. — Мы держимся друг за друга. Так легче. Оксана кивнула. — Спасибо. Елена тоже едва заметно улыбнулась. Они не знали, что ждёт их впереди, но хотя бы теперь у них был человек, который говорил на их языке. И это уже было чем-то.