26. Зимние неожиданности.

С момента нашего разговора с директором о ночи смерти Поттеров прошло уже несколько месяцев, и стремительно приближалось Рождество. Что примечательно, больше он эту тему не поднимал, хотя всё так же регулярно проводил для нас личные уроки, которые, на удивление, теперь были связаны не только с окклюменцией. Да и само по себе его отношение как-то странно изменилось: он словно решил взять на себя роль нашего дедушки, что балует внуков гостинцами. После каждого его посещения он почему-то взял за привычку давать нам по пакетику сладостей, которые, судя по реакции Парвати Патил и Лаванды Браун, были отнюдь не из дешевых, а ещё и однозначно вкусными. Чему же именно он нас начал дополнительно обучать, кроме окклюменции? Учил он нас ритуалам, а также помогал нам развивать столь интересующую нас магию льда. У нас вдвоём даже как-то получилось повторить, пусть и не настолько масштабную версию кокона из воды, в который Дамблдор в фильме заключил Волан-де-Морта. В общем, будь мы Гарри Поттером, то, может, и обиделись бы на то, что тот не поднимал больше тему крестражей, но, к счастью, мы не он, и нас полностью устраивало то, как изменилось отношение директора. Кстати, недавно мы чуть было повторно не превратили Малфоя в ледышку. Этот высокомерный гадёныш. После матча Пуффендуя против Когтеврана он понял, что благодаря тому, что он поймал снитч, Когтевран теперь обгоняет нас на 40 очков, что принесло ему новый виток популярности среди слизеринцев, а также, судя по всему, полностью восстановило его самомнение. Причём настолько, что он позволил себе во время урока зельеварения шутить на тему сирот и того, что их никто не ждёт дома, что, как бы, нас тоже касается. И единственное, что его тогда спасло, — это наличие рядом Снейпа, который довольно быстро оказался рядом с шутниками и пристально посмотрел на нас, словно говоря, что он следит. В итоге Малфой и уехал на каникулы, сумев избежать нашей страшной мести. Гермиона, как, собственно, и большая часть гриффиндорцев, тоже вернулась на каникулы домой, в итоге из гриффиндорцев остались только мы, Гарри и Уизли, из-за того что в этом году их родители на Рождество решили навестить одного из старших сыновей. И вот когда в один из зимних дней мы, наслаждаясь тишиной, читали в гостиной Гриффиндора, к нам пожаловал неожиданный гость. — Господин Регулус, у Кричера есть важные новости, — с хлопком появился рядом с Регулусом Кричер, чем умудрился нас здорово так напугать своим неожиданным появлением. — Чёрт, что такого уже случилось? — недовольно спросили мы. — Кричер нашёл ещё одного ребёнка позора рода. — Чё? — мы с глупым лицом посмотрели на домовика, что принёс столь шокирующую информацию, а потом до нас наконец дошло всё сказанное. — Он что, пол-Англии успел перетрахать до того, как в тюрьму попал?! — Кричер не думает, что подобное возм... — Ой, забей, скажи лучше, кого ты нашёл и как обстоят дела, — перебили мы домовика, уже совсем не сдерживаясь в выражениях. — Её зовут Королина Уэст. Ей 10 лет, растила её магла, что из-за измены оказалась одна, отвергнутая даже своей семьёй. Когда Кричер почувствовал зов, девочка была избита до полусмерти и лежала на полу рядом с повесившейся женщиной. Как и было приказано хозяином Регулусом, Кричер спас её. — Чёрт, и как быть? — задались мы вопросом. Можно было бы отдать её сейчас Сириусу, по принципу «это не наша проблема», но ему и самому сейчас мозги лечить надо, а если он ещё начнёт ей пренебрегать в пользу Гарри, то это ещё больше может навредить её психике, которая вряд ли в хорошем состоянии, если мы правильно поняли произошедшее. — Хотя... Это может стать хорошей проверкой для нашего горячо любимого директора, — внезапно осознали мы. Ведь на основе того, как он себя поведёт, можно будет действительно чуть больше понять его отношение, и если мы сможем ему полностью доверять, то разобраться с Волан-де-Мортом и крестражами окажется невероятно просто, причём в кратчайшие сроки. — Кричер, подготовь амулет, который приказал тебе уничтожить наш отец, сегодня мы с ним разберёмся, — приказали мы через Регулуса, при этом сами поднялись с дивана. — Как прикажете, хозяин, — сказав это, Кричер с хлопком исчез, а мы направились в сторону кабинета директора. Быстрым шагом мы шли по коридорам замка, пока наконец не оказались перед горгульей, что сторожила вход в нужный нам кабинет. — Андромеда и Регулус Блэк? Что вы тут делаете? — внезапно справа от нас прозвучал голос Минервы Макгонагалл. — Добрый день, профессор Макгонагалл, мы пришли к директору по личному делу, — мы не поленились объяснить, прежде чем сказать статуе пароль. — Боюсь, что там вы его не найдёте, — внезапно заявила женщина, пока статуя отодвинулась в сторону, открывая проход. — Почему? — удивились мы. — Профессор Дамблдор отбыл около 10 минут назад. — А вы не знаете случайно, профессор отбыл при помощи феникса или другим способом? — Директор отбыл при помощи камина, однако уверяю вас, что вы вполне можете решить свой вопрос через меня. Поэтому предлагаю пройти в мой кабинет, — пригласила нас за собой замдиректора. — Простите, профессор, но наш вопрос может решить только директор, — отказались мы от предложения. — И что же это, позвольте спросить, за вопрос такой? — недовольно спросила женщина. — Простите, но этого мы сказать не можем. Единственное, что мы можем сказать, так это то, что это настолько важный вопрос, что если мы отправим ему письмо через его феникса, то он, скорее всего, тут же вернётся. — ...— по лицу Макгонагалл и тому, как её губы сжались в тонкую полоску, было видно, что она недовольна подобным недоверием. — Вы собираетесь входить или нет? — раздался недовольный голос статуи, что всё это время держала вход открытым. — Идём, — похоже, сдалась профессор и первой вошла в кабинет. В помещении, к сожалению, и правда не было директора, зато на своём месте был Фоукс. Так что, подойдя к выделенному для нас месту... Да, как бы странно это ни было, но в кабинете директора был выделен для нас небольшой уголок, что также послужило причиной того, почему статуя открыла нам проход, несмотря на то что директора не было на месте. И там со стола мы взяли чистый лист пергамента, на котором быстро написали послание. После чего подошли к фениксу, что с интересом следил за нашими действиями. — Фоукс, прошу, передай это послание директору как можно скорее, — сказала Андромеда, протягивая птице пергамент. На что феникс сначала посмотрел на Андромеду с каким-то странным взглядом, а потом, словно всё обдумав, наконец кивнул и, схватив клювом пергамент, исчез во вспышке огня. — Похоже, вы чувствуете себя в кабинете директора прямо как дома, — с лёгким упрёком в тоне сказала Макгонагалл, смотря на то, как мы удобно расположились в привычных креслах. — Ну, директор нам разрешил, — пожали мы плечами. — Он им слишком потакает, — проворчал портрет Армандо Дипета. Тем временем на стороне Дамблдора. С того самого дня, как он получил подтверждение того, что Том Реддл действительно сделал крестражи, Альбус начал активные поиски следов, которые могли бы привести его к искомому, и так он набрёл на дом Гонтов, что был столь завален множеством проклятий, что не было сомнений: там хранится что-то важное. Слой за слоем он постепенно распутывал чары, что, хоть и были крайне опасными и, честно говоря, для большинства волшебников незаметными, для него были просто слишком очевидными, что немного настораживало, пока он не увидел шкатулку. Открыв её, он увидел то, что затронуло струны его сердца, заставив вспомнить о прошлом: кольцо с инкрустированным в него Воскрешающим Камнем. Артефакт, который в своё время он и его старый друг искали, но так и не смогли найти. Он не замечал, как, словно под наваждением, полностью отбросив осторожность, он протянул руку, чтобы коснуться кольца, когда внезапно прямо перед его носом во вспышке огня появился феникс, заставив отшатнуться из-за неожиданности. А вместе с тем пришло осознание: он чуть не попал в ловушку. Заклинание слетело с его палочки, насильно закрыв шкатулку, а старик облегчённо вздохнул. — И снова ты спасаешь меня, старый друг, — с теплом в голосе сказал Альбус, посмотрев на феникса, пока не увидел, что тот держал в клюве тлеющий по краям пергамент. — А это что? — приняв послание, он начал его читать, и с каждым словом его всё больше переполняло удивление. — Подумать только. Похоже, как бы странно это ни было, именно новое поколение Блэков принесёт свет, что рассеет тьму, надвигающуюся на всех нас. — Идём, Фоукс, пожалуй, не стоит откладывать столь важное дело, — сказал Дамблдор, на что получил требовательный взгляд феникса. — Ладно-ладно. С меня большой мешок фиников, ты доволен? — закатив глаза, спросил Дамблдор, внутренне жалуясь на то, что его друг стал вымогателем после встречи с близнецами Блэк. А Фоукс, удовлетворённо кивнув на предложенную оплату, сел на плечо старика, и они исчезли во вспышке пламени, оказавшись в следующее мгновение прямо посреди кабинета.