Начало, Gold Rush

      Локация Gold Rush.       Зефенайя Манн приобрел эти земли в надежде найти золото, вдохновленный рассказами местных жителей о самородках. Увы, находки оказались не золотом, а неизвестным веществом, которое старший Манн списал на пирит — «золото дураков». Другие ресурсы — гравий и уголь — лишь усугубили его разочарование. Gold Rush стал вторым крупнейшим разочарованием в жизни Манна, уступая лишь его сыновьям. Гравийные участки он завещал им, а угольные залежи — своему давнему английскому другу Орландо В. Дженкинсу. Тот, в свою очередь, передал владения сыну, а тот — своему сыну, Орсону В. Дженкинсу.       Орсон сейчас был на взводе. Жёлтой команде, после дерзкой кражи дипломата у Синих на 4fort, поручили дешифровку их данных. Блутарх, параноик до мозга костей, использовал особые шифры, чтобы никто не узнал его секретов. Орсон вообще не горел желанием участвовать в войне четырёх братьев. Его единственным вкладом было снабжение Жёлтых «оружием и боеприпасами» — на деле же мистер Дженкинс просто сбагривал им неиспользуемую взрывчатку, просроченную рыбу и застоявшийся бензин, освобождая место на складе. Но Йеллоустоун не поскупился, заплатив Орсону крупную сумму за дешифровку. Конечно, он согласился. Он справился, но теперь дрожал от страха, понимая, что стал живой мишенью для Синих наёмников.       — Я требую лучшую защиту! Я требую максимальную безопасность! — кричал Орсон через трубку.       — Я вас прекрасно слышу, господин Дженкинс, — спокойно ответил Пол Полинг, — Я вам отправил наёмников. Они сопроводят вас от офиса до территории ЖЛТ, где Синие не имеют права вступать.       — Наёмников? Тех дам, которых я оснащаю, прости меня Господь, «оружием»? — изобразил пальцами кавычки Орсон.       — Других у нас нет, — ответил Пол так, словно он объяснял работу микроволновки.       — Дайте прояснить, МЕНЯ, крупного нефте-уголь-газового магната, будут защищать грубая нелюдимая пацанка, невменяемая женщина с якорем, тихая пироманьячка, которая ныкается в тени, бразильянка-королева танцпола, автолюбительница из Далласа и австралийка с пристрастием поболтать? Из них только англичанка, немка и белоруска кажутся хоть немного профпригодными, — Дженкинс был скептичен. Хоть Йеллоустоун и хвалил своих наемниц, но он имел привычку преувеличивать их навыки и их внешность.       — Вам не нужно платить, — сказал Пол заветные волшебные слова.       — Я согласен! — тут же обрадовался Орсон, повесив трубку.       Тем временем на базе СИН Сомбра, сидя за компьютерами и аудио-устройствами, записывала стенограмму разговора Полинга и Дженкинса.       — Это всё? — спросила рядом стоящая Фарра.       — Агась, — кивнула мексиканка.       — Тогда зови всех, у меня есть объявление, — приказала египтянка, уйдя в главный зал.       Сомбра быстро отправила сообщения в общий чат из восьми участников. Те в свою очередь поставили эмоджи-палец вверх. Вскоре Фарра стояла перед своей командой, а сзади проецировалось на экране изображение низкого и тучного мужчины в жёлтом костюме.       — Это наша цель — Орсон В. Дженкинс. Чёртов англичанин, как Трейсер, — Окстон проигнорировала слова Фарры, — Но для нашей операции его кодовое имя — Гражданский. Гражданский дешифровал украденные данные из 4fort, и теперь он отнесёт их к ЖЛТ.       — Значит, надо Гражданского устранить? — спросила Роковая Вдова, — у него весьма большая голова…       — Нет, — отрезала Фарра, — Сомбра взломала сервер Жёлтых и выяснила, что в регистре Возрождения также есть Гражданский. Поэтому нам нужно не убить, а похитить его.       — То есть не взорвать его? — спросил Крысавчик.       — Да, — рыкнула Фарра на австралийца, всё ещё помня, кто взорвал Granary, снова вернув гнев Блутарха на них.       — Даже самую малость? — вновь спросил Джейминсон, — совсем чуть-чуть…       — Фоукс… — прорычала Фарра, пытаясь сдерживать гнев.       — А что нам делать с ним, если захватим? — спросила Трейсер, и та чуть не получила ракету по себе. — ВАУ!       — Во-первых, не ЕСЛИ, а КОГДА мы схватим Гражданского, — злобно подчеркнула египтянка, не желая и слышать о вероятности проиграть, — Во-вторых, мы будем держать его в заложниках до тех пор, пока не выведаем из него всё, что он узнал, как расшифровал данные и все потенциальные тайны ЖЛТ. Всем всё ясно?       — Значит, будем пытать и прочее? — спросил Мауга, — Что ж, когда я был пиратом, моя морская братва имела опыт в держании заложников. Все они дожили до выкупа, кстати.       — Единственное, что ты держал, это кокосы и бананы. И то раскрошенные и раздавленные, как орехи и пюре, — насмехалась Сомбра над тем, что Мауга островитянин.       — Мне напомнить, как я бережно нёс тебя на своей спине? Не раздавил же, верно? — хмыкнул Мауга, — Хотя, учитывая, что ты из Мексики, то ты, наверное, имела в виду другие кокосы и бананы, а?       Услышав это, Крысавчик согнулся пополам от смеха, Мэй присвистнула, и даже Торбьорн не сдержал усмешки — не сколько из-за слов Мауги, сколько от выражения лица Оливии, осознавшей, что её по крупному подкололи.       — Ничего себе! — выкрикнула Трейсер, — Да он тебя уделал, Сомбра!       Мексиканка бросила на неё хмурый взгляд.       — Так, хватит. Во-первых, Союз Инженеров-Наёмников не одобряет и не поощряет разжигание межнациональных конфликтов, — остановила Фарра, указав на правила корпорации на которого они работают. Услышав это команда смущённо переглянулась и бросила недоумённые взгляды на египтянку.       — Что? — не поняла она иронии (и лицемерия) своего заявления.       — Ты… — пыталась сказать Ангел, но её остановил Торбьорн.       — Нет, лучше не надо, — тихо и обеспокоенно посоветовал скандинав, переживая насчёт общей безопасности команды.       — Что ж, раз у вас нет возражений, можно возвращаться к планированию, — заявила Фарра, включая дальше презентацию.

***

      Для того чтобы доезжать до мест проведения битв, каждая из команд наемников использовали свой транспорт. Зеленые свои передвижения совершали через военные грузовики, Синие использовали футуристичные самолеты, Красные свои передвижения маскировали под фургоны дальнобойщиков. Желтым же повезло куда меньше — их начальник, нестандартный гений, решил не быть столь занудным, как его братья, и придумывал разные способы перемещения для наемниц к их ужасу и страданиям.       Сначала Йеллоустоун думал о системе катапульт, но всем, кроме Баллистки, это не понравилось, Лекарь долго вправляла позвоночники своим коллегам. Был вариант вырастить гигантских голубей, чтобы наёмницы на них летали, но вырастить удалось только одного. Птица не горела желанием быть ездовым животным, умудрилась больно клюнуть Лазутчицу по голове, а затем улетела восвояси. Далее идеи были безумнее другого: магические порталы, пневмотрубы, ракеты, ездовые восьминогие кони, летающие свиньи… Иными словами, весь бюджет на транспорт ушёл прочь, а Жёлтые должны были сами добираться до места назначения.       — Вы куда держите путь? — спросила пожилая леди, сидя рядом с Лазутчицей в автобусе. Пассажиров в нем было мало — только Желтые, да упомянутая бабушка, с которой сидела бостонка.       — Gold Rush, — отмахнулась она.       — О, я бы вам не советовала туда лезть. Там какие-то бандиты свои разборки устраивают, с оружием, взрывчаткой и бог чем знает еще, — переживающе сказала леди, — И куда только полиция смотрит? Средь бела дня стреляются. А ведь там еще и какая-то чокнутая девушка с рыбой бегает. Мало того, что свихнулась, так еще и страшненькая такая. На мальчика похожа.       — Слушай, нам ещё долго? — обернулась Лазутчица, смотря на Марию и остальных, сидящих по паре в автобусе, — Я тут свихнусь!       — Ты сама отказалась сидеть с Факельщицей, — пренебрежительно сказала Бронебойщица, читая газету. Сама девушка в противогазе сидела рядом с ней, при этом вцепившись в руку Марии.       — А почему ей не поменяться со мной? Пусть социализируется, — ответила Джилл.       — Мне напомнить, что случилось, когда мы оставили Факельщицу одну в магазине? — бросила взгляд Бронебойщица.       — Тс, ладно, — цокнула Лазутчица, сев обратно на сиденье и закатив глаза.       — Слушай, а почему ты воняешь рыбой? — спросила леди, — Так парни никогда тобой не заинтересуются.       — Не смей убивать в автобусе? — прошептала девушке на ухо Лекарь, что сидела рядом с Балисткой впереди бостонки. Та, сдерживая желание придушить старуху, кивнула.       — Да и во что ты надета? Во всё жёлтое. А ещё мешки на груди, — продолжала говорить леди.       — Это моя грудь, — сквозь сжатые зубы ответила Джилл.       — Это всё потому что ты плохо питаешься. Вы, молодёжь, поедаете всякий мусор. Поэтому воняете рыбой и висит грудь, — тут же начала ворчать старуха, — вот в наше время молодежь за собой следила, дрянью не питалась, и до брака никакого разврата не позволяла. А сейчас что? Глядишь на тебя, и не понять, девушка ты или мальчик.       У Лазутчицы задёргался глаз.       — Я женственна, — разозлёно пробубнила Джилл.       — Да и бубнишь себе под нос непонятное. Так к тебе парни никогда не заинтересуются. Ты-то готовить хотя бы умеешь? Хотя, наверное, нет, раз проблемы с питанием у тебя, — покачала головой леди.       За пару десяток миль Орсон сидел в своём офисе, посматривая на настенные часы. Каждая секунда была на счету, от нервов он уже выкурил все сигареты, и в данный момент топал ногой, пытаясь успокоиться.       — Да где же они? — вырвалось у него, когда он, приникнув к окну, увидел вдалеке автобус. Тот вдруг начал странно петлять, пересекая разметку, и с оглушительным ударом врезался в массивный валун. Из разбитого транспорта вышли 9 знакомых фигур,       — А, вот они, — Дженкинс с облегчением вытер пот со лба, восприняв ДТП более, чем спокойно — от ЖЛТ можно было ожидать всякого.       Гражданский, как прозвали Жёлтые его в шутку, спустился в зону возрождения. Он встретил наёмниц, как обычно, нейтрально и безучастно.       — Вам Пол сообщил, что вы должны делать? — спросил Орсон, все еще пытаясь стряхнуть пот со своей головы.       — Да, довести тебя до защитной территорией компании ЖЛТ, — сказала Бронебойщица.       — В целостности и сохранности! — подчеркнул господин Дженкинс.       — Ну, как получится, — пожала плечами белоруска.       — За что я вам деньги плачу, — ударил себя по лбу Гражданский, забыв, что так-то наёмницы забесплатно защищают его. Вдруг он заметил на поясе Баллистки знакомый предмет, — Эй, это моя трость! Вот куда она пропала.       — Не понимаю, о чём вы, сэр, — заявила полячка, чесав свою голову тростью Дерби.       — Ты стащила мою фамильную трость. Верни его, — взялся за ручку трости Гражданский.       — Нет, она моя! Я её получила от троюродной матери по сусликовой линии! — начала бороться за трость Баллистка.       — Ты вообще о чём говоришь! — кричал Орсон, не понимая и половину слов, что наболтала безумная полька.       — Эй, Гражданский, — обратилась Динамитчица, — Лучше отдай. Баллистка уже привязалась к этой штуке.       — Пусть хотя бы купит у меня эту трость! — отказывался магнат.       — Мне напомнить вам, что вы пытаетесь отобрать вещь у той, кто спокойно может переносить якорь на поясе и легко им орудовать? — спросила риторически Саботажница.       — К чёрту с вами, — сдался Орсон, отпустив трость, — Больно она мне нужна. Главное, сохраните мою жизнь в целости и сохранности.       Жёлтые переглянулись, но ничего не сказали. Гражданский был меркантильным, эгоистичным и скупым, но все же девушки его уважали куда больше, чем Йеллоустоуна. Орсон относился к ним, как к профессионалам, а не как… Йеллоустоун.       — До начала миссии одна минута, — заявила Администратор через громкоговорители.       — Что ж, всем подготовиться, — заявила Бронебойщица, взяв на руки Томислав.       Все девушки вооружились, а Гражданский спрятался за их спины и как можно ближе к Лекарю. Он надеялся, что она быстро окажет ему медицинскую помощь в случае чего. Снаружи Синие не спешили брыкаться на закрытые двери, они хотели приманить Жёлтых к первой контрольной точке, чтобы там схватить живьём Орсона.       — Так, помните. Не убивать, а именно что СХВАТИТЬ Гражданского, — напомнила всем Фарра, — иначе он возродится, и все придется начинать сначала.       — За кого ты нас принимаешь? — спросил Крысавчик, — За идиотов?       — Да, — сухо ответила Фарра.       — Справедливо, — пожал плечами Крысавчик, — А я могу поболтать с Лучницей?       — Нет, — резко ответила Фарра, — Я тебе пять раз сказала на брифинге.       — Она моя подруга. Я поговорю с ней, а потом взорву, — сказала австралиец так, словно это была нормальная дружественная практика.       — Амон-Ра, почему в моей команде так много людей, которые меня бесят, — прошептала Фарра себе под нос.       — Может тебе массаж сделать, а? — предложила Трейсер, — Массаж спины, плеч…       — Скажешь «массаж сисек» или «массаж ягодиц», я сломаю твой хроноускоритель, — пригрозила Фарра, выражая небывалую злобу, от которой Трейсер мигом замолкла и отошла подальше.       — А она сегодня злее обычного, — подметила Мэй.       — Стресс за этот месяц накопился, — заявила Ангел, переживая за здоровье лидера команды.       — Ей бы научиться расслабляться, — сказал Мауга, полностью игнорируя напряжение, — так и с ума сойти можно.       — Пять, четыре, три, два, один, — отсчитала обратный отсчёт Администратор, и началась миссия.       Жёлтые тут же выбежали из базы, сопровождая Гражданского, который до последнего не хотел покидать зону возрождения, если бы не личное предупреждение от Администратора. Орсон прятался за спинами наемниц, боясь отсвечиваться. Но все было тихо. СИН не спешили их атаковать сразу.       — Ловушка, скорее всего, — нахмурилась Бронебойщица, — Джилл, проверь…       Не успела белоруска договорить, как тут же вперед вышли Мауга с пулемётами и Фарра с ракетами. Жёлтые сразу перешли в оборону — Мария и Баллистка, как наиболее крепкие, приняли на себя удары, их поддерживала Лекарь. Остальные девушки принялись отстреливаться из своих оружий. Но СИН же создавали видимость атаки, чтобы ослабить подозрительность Жёлтых и вести к первой контрольной точки, где уже была подготовлена ловушка. Лекарь и Бронебойщица заметили эту странность в поведении, но им под ухо кричал Гражданский.       — Быстрее! Быстрее! — приказывал Орсон, — Я хочу как можно скорее добраться до безопасной зоны!       — Саботажница, ты иди… ах да, она ведь ушла в самоволку, — собиралась дать приказ Мария, но вспомнила привычку англичанки.       — Я вообще-то рядом с вами, — сказала она, от чего немка и белоруска чуть не подпрыгнули от неожиданности, а Орсон прикрылся зонтом.       — Чорт вазьмі! — чертыхнулась Мария на белорусском, что было редкость для столь стоической леди, — Ты тут?       — Как ты видишь, — заявила Саботажница, — что ты хотела мне сказать.       — Вау… эм… — растерялась Бронебойщица и посмотрела на Лекаршу, ища ответ у неё, но та пожала плечами, — Ну… ты можешь пойти вперёд и сообщить об угрозе.       — Хорошо, — кивнула Саботажница и побежала, исчезая из видимости.       — С каких пор Саботажница координируется с нами? — спросила Техничка, также растерянная, как остальные.       — Это я научила, — гордо заявила бразилка, пустив из Циклопа заряд в Маугу. Тот не успел увернуться, но взрыв не нанес ему большой ущерб.       Этот скромный успех был внезапно разрушен самой мерзкой фразой, которую когда-либо слышали на поле боя.       — Берегись, сейчас рванёт! — запустил Крысавчик свою Адскую шину, и та покатилась на Жёлтых.       — Всем убираться! — выкрикнула Маша, взяв Гражданского в руку и отбежав в сторону.       Все остальные тоже побежали кто куда, но взрыв от шины откинул девушек в разные стороны. Лучница отлетела на приличное расстояние и приземлилась на спину, благо Бронепанцирь смягчил падение. Не успела оклематься австралийка, как над ней возвышался одноногий взрыватель.       — Салют, — улыбнулся ей Крысавчик.       — Джеймисон, — прокряхтела Лорен, встав на ноги, — Мне никогда не нравилась твоя шина.       — Мне нужно было как-то всех разгруппировать, — оправдался он, — Мне хотелось поболтать. Наша птичка-командир запретил мне с тобой болтать. А вот отвлекать от тебя от команды можно.       Тот ухмыльнулся, словно его действие было полной обыденностью.       — Вообще, мне надо бы прикрывать команду, но я расстроена, — честно призналась Лорен.       — Расскажешь своему верному другу, а? — сел на корточки Фокс, мотивируя Лучницу также сесть рядом.       — Ты хотя бы не забыл о нашей старой дружбе, — хмыкнула она, — Не то что учитель.       — Ты про Манди? — восторженно спросил Джеймисон, — О, ты встречала его? Последний раз, когда мы виделись, он не желал со мной разговаривать.       — Нет, — призналась Лорен, — Но я встретила Пулемётчика. Я его спросила, рассказывал ли учитель своей команде обо мне. Он сказал, что нет. Они даже не знают, что я была ученицей Снайпера!       — Вот это подстава, — сочувственно сказал Крысавчик, — мог бы хотя бы похвастаться, что он такую меткую даму взрастил.       — Я словно для него больше не существую после случившегося на Джанкертауне, — устало ответила Лорен, — хочется с ним встретиться лично и надавать дубинкой по его лицу.       — Ха-ха-ха-ха, — внезапно начал дико смеяться Крысавчик, — Точно, Джанкертаун! Как же можно забыть ту веселуху, что мы вчетвером устроили! А-ха-ха-ха… Ну, пока эта веселуха не закончилась…       Фокс тут же умолк, вспомнив один из самых неприятных моментов в своей жизни.       — Да… закончилась… — кивнула Лучница, вспоминая то же, что и Джеймисон.       Пока эта парочка говорила про старые деньки, Вдова держала Лорен под прицелом, готовая пустить пулю ей в голову. Она лежала на песке, но тут услышала еле уловимый звук шагов за своей спиной. Амели тут же перекатилась в сторону, заколдованный нож Саботажницы не пронзил ей спину. Вдова хотела выстрелить из винтовки, но англичанка пинком откинула пушку в сторону. Лакруа встала на ноги и была готова сражаться в рукопашную.       — Ты не тот француз, которого мне хотелось бы прибить, но ты тоже подойдёшь, — флегматично хмыкнула Саботажница, изображая безразличие, но на самом деле желая поразмять мышцы.       — Ты про Франсуа? — скосила бровь Вдова, проявляя настоящее неподдельное безразличие и хладнокровие, — Ну ладно.       — Франсуа? — не поняла Саботажница, отчего она чуть не пропустила хук от Вдовы, но вовремя уклонилась, однако теперь её мысли заняты другой вещью, — Франсуа это Шпион из Красных?       Вдова не ответила, она сделала разворот с ноги, но Саботажница вновь уклонилась. Она была отвлечена мыслями о неком Франсуа, чтобы отвечать Вдове. Француженка воспользовалась этим, бросив прямо под ноги ядовитую мину, которая тут же пустила пар от движения англичанки.       — Кхм-кхм! — закашлялась она.       — К слову, — подняла Вдова свою винтовку, — Да, Франсуа — это Шпион из Красных.       Раздался выстрел, Саботажница рухнула на песок. Вдова хмыкнула, но в этот момент ей прилетел кирпич в голову, от чего она рухнула рядом с англичанкой.       Сзади стояла Лазутчица, готовая убить француженку. Не потому что она убила её коллегу, а потому что… Потому что хочется! Ей не нужно объясняться!       — Эй ты, шлюха с надутыми бамперами! Оденься нормально, — вытащила Джилл макрель, завёрнутую в газету.       — Раньше тебя не смущало то, как я одеваюсь, — заметила Вдова, — Неужели что-то сомнения есть на свой счёт?       — ЗАТКНИСЬ! — начала атаковать Лазутчица, но Вдова, используя крюк, полетела на крышу и уже отсюда собиралась пристрелить бостонку, ей пришлось нырнуть в сторону, чтобы укрыться от взора Амели. Однако укрыться не удалось — не было подходящих объектов.       — Adieu, — сказала Вдова, но на неё упала тень, отчего она смущённо посмотрела на падающий объект, — Что за?..       — Я падаю! — весело прокричала Даллас-гёрл, которая внизу построила прыжковую панель. Она ударила по голове Амели гаечным ключом, а затем добила выстрелами из Овдовителя, — Овдовитель овдовел Вдову! Ха-ха… нет, как-то слишком вымучено прозвучало. Да и ладно. Сойдёт.       Лазутчица внизу облегчённо выдохнула, пока не встретила глазами Трейсер. Главный негласный секс-маскот команды СИН. Она чем-то разозлила Фарру, и та отправила её в полёт на взрыве. Та упала на землю перед бостонкой, задницей вверх. Сочной и в синих леггинсах.       — Ох, ёй, Фаррочка действительно сегодня без настроения, — встала Трейсер, отряхиваясь от пыли, обернулась и увидела Джилл, — О, привет, Лазутчица, — легкомысленно помахала она, — А почему не убила меня, пока я лежала?       На самом деле Лазутчица не могла оторвать взгляд от задницы Лены, отчего она забыла о том, что надо её добить. Бостонка ощущала жгучую зависть и ненависть к столь прекрасной британке, у которой еще было и такое милое девичье личико.       — Какого хрена ты такая сексапильная! Ты же наёмница! Убийца! — крикнула она, подходя к Окстон и даже тыкая пальцем её в грудь.       — О, всё ясно, — хмыкнула Трейсер, скрестив руки, — Ты поражена моей красотой и влюбилась в меня.       — ЧТО?! — охренела на месте Лазутчица.       — Тих-тих, — беспардонно Лена закрыла её рот своим пальцем, — Я тебя понимаю. Порочная любовь в нашем обществе, увы и ах, не принято… Мне жаль это говорить, но… я бисексуалка.       — Эм, и чё? Бисексуалы вроде и тех и тех любят. А ещё я не лесби! — тут же добавила Лазутчица, едва не укусив палец Трейсер, — Ты мне не интересна.       — Не стоит так сильно расстраиваться, — мелодраматично британка возвела ладонь о свой лоб, — Не стоит отрицать любовь к совершенству, если она для тебя недостижима. Я бы могла тебе ответить взаимностью, но есть одна проблема…       — Мы в разных командах? Или то, что я НЕ лесбианка и не бисексуалка? — подчеркнула Лазутчица, но Трейсер пропустила мимо ушей.       — Нет, всё намного хуже… — выдержала Лена паузу, а затем просто ответила, — Ты так себе.       — Что… — у Джилл задергался глаз.       — Нет-нет, я не осуждаю тебя. Не считаю уродкой. Хотя сиськи у тебя не очень. Задница не особо накаченная. Да и пахнешь рыбой. И, возможно, ты не умеешь готовить, ибо я не вижу в тебе, что ты правильно питаешься. Нет-нет, я конечно понимаю, любовь не за внешность, а за личность, но, блин, мне нужно радовать себя эстетически, когда просыпаюсь в постели с кем-то, с кем я занялась сексом. А увидеть тебя… не то чтобы хуже всего, просто ты не более чем шесть из десяти. А ещё бант у тебя дурацкий, — указала Трейсер, вальяжно расхаживая перед Джилл, виляя бедрами, и не замечая, как глаз сестры девяти братьев дергался все сильнее и сильнее       Трейсер так быстро оказаться в респауне, как никогда раньше не смогла бы.       — Вау, у кого-то явно проблемы, — подбоченясь, заявила Окстон, — может помочь ей? Еще не поздно сделать из неё красавицу и найти ей парня. Или девушку… как повезет в общем.       Фарра тем временем ждала, когда Гражданский доползёт до контрольной точки 1A. Мэй имела при себе исправленный эндотермический пистолет, готовая заморозить Орсона. Не насмерть, конечно, но учитывая особенности последних событий, могло произойти все, что угодно. Фарра молила всех богов Эннеады, чтобы её планы не накрылись из-за какой-то осечки. Всё шло действительно неплохо, Жёлтые разобщены, а Бронебойщица одна провожала Гражданского до КТ. Хоть Маша и была сочетанием большой силы и скорости, но в одиночку представляла из себя легкую мишень что для снайпера, что для точечного ракетного удара. Египтянка уже прицелилась, но тут вмешалась техничка с какой-то невиданной для неё панелью. Чэнси поставила устройство на землю, и на его дисплее появился голографический значок гантели. Мария наступила на панель, и тут же вспыхнула, словно под убером, но несколько иначе. Бронебойщица смело пошла вперёд, и Фарра выпустила ракеты, но те словно вполовину раз слабее били по белоруске. Мэй решила сымпровизировать, чтобы заморозить крупную женщину, но за ней вышла Техничка с Овдовителем, которая тоже приняла бонус, но третьего вида — Вампиризм. Сама Макинтош не могла объяснить принцип работы этого усиления, но всякий раз, когда она наносила урон врагам, её раны затягивались сами по себе. Фарра и вовсе не поверила своим глазам, когда Техничка умудрилась отрастить себе руку, что оторвало взрывной волной от её ракеты, забив Мэй гаечным ключом.       — Что это за чертовщина… — остолбенела Амари, чем воспользовалась Маша, изрешетив её из Томислава.       Одним словом, новое изобретение Технички — Чудо-Панель — оказала существенное влияние на Желтых, оказавшись к тому же неизвестным новым фактором для Синих, отчего они отдали первую точку, а теперь девушки собирались забрать точку 1B. Миссия не была на время, но каждые захваченные точки открывали новые зоны возрождения для ЖЛТ, чтобы им не нужно было бегать после возрождения через всю локацию к месту сражения.       — Это что за штука у Жёлтых появилась! — указала Фарра, явно раздражённая новой технологией в зоне возрождения.       — Да какая-то бесполезная новомодная безделушка, — пренебрежительно отнёсся Торбьорн Линдхольм, — уверен, через несколько миссий мы о ней и забудем.       — Напомнить тебе, что ты говорил тоже самое, когда увидел Зажигальщика? Сколько миссий прошло, он до сих сражается против нас, — прорычала Фарра, — впрочем, о чем я… у ЖЛТ инженерка, что из мусора и упавших оружий собирает машины по надиранию задниц, причем наших! А у нас надежный и стабильный старик, что строит только ОДНО сооружение и отказывается работать с чем-либо еще!       Отчасти Амари была зла на норвежца из-за того случая на Gravel Pit, когда выяснила, что у Линдхольма были все необходимые навыки для того, чтобы за десять секунд отключить самоуничтожение вышки и избавить СИН от многих проблем.       — Вот именно, из мусора, — указал Торбьорн, — почему я так не делаю? Да потому что такие мусорные постройки могут заклинить или взорваться, а моя турель — нет. Эта девчонка — просто самоуверенная недоучка, как тот техасец!       — Тогда я оставляю её на тебя. Прошу, покажи мастер-класс по обороне, — бросила вызов уставшая от всего Фарра.       — Я так и сделаю! — выбежал из респауна Торбьорн готовить оборону, — я ей покажу, как надо строить на века.       — Вы что тут стоите, вы тоже шагом марш! — приказала Фарра, и все побежали, но она взяла за руки Трейсер и Крысавчика, — А вы постойте.       — Эм, что-то случилось, детка? — спросила смущённая британка, — неужели хочешь…       — Трейсер! — рявкнула Фарра, — у меня к вам пара претензий. Ты, Джейминсон, болтал с Лучницей, я это наблюдала.       — Так я потом взорвал её, — оправдался Крысавчик, — и мы с Лорен не общались с самого Sawmill.       — А ты, Окстон, — проигнорировала тираду австралийца Фарра, — уже надоела своими шутками, приставаниями и несерьезным отношением к битвам. Это тебе не игры, это война!       — Фаррочка, — улыбнулась Трейсер, — я устала от сражений, да и не люблю, когда все друг с другом ссорятся. Да и остальных надо подтянуть.       — Ой, да? Ты устала РАБОТАТЬ НА РАБОТЕ?! — сардонически вопросила Фарра.       — Ну да. Как-то хочется немного разнообразия. А то ты нам не даёшь перевести дух между миссиями, — не увидел Крысавчик сарказма в словах командира и не обращал внимания на её дикий взгляд.       — Я вас сейчас… — Амари едва не попыталась их придушить, но тут вмешался Мауга.       — Эй, подруга. Что, если я возьму их собой и присмотрю, чтобы они занимались работой? — предложил самоанец.       — С чего бы мне доверять тебе этих идиотов? — спросила Фарра, пытаясь быть спокойной с островитянином.       — Ну, как минимум я не давал тебе повода сомневаться во мне, — хмыкнул он. Фарре нелегко было признать, но Мауга, несмотря на свое беспечное поведение, все же оказывал ощутимую пользу и куда меньше её раздражал.       — Эх… ладно, делай с ними что хочешь. Но не допускай их ко мне, — с этими словами Фарра проверила заряд ранца, направившись к выходу.       — Будет сделано, капитан, — отдал честь здоровяк, а затем, крепко обняв двух коллег, вышел из респауна, — Пойдём убивать, друзья.       Когда Мауга с Трейсер и Крысавчиком отошли от здания, а Фарра отлетела на ранце далеко, бывший пират отпустил незадачливых друзей из объятий, те начали жадно глотать воздух.       — Пойдём найдём Динамитчицу. С ней весело тусить, — предложил Мауга.       — А мы не должны её убить? — уточнила Трейсер, — Фарра потом злиться будет.       — Убить её мы можем в любой момент, — подмигнул Мауга, — а так остальным будет куда легче справиться с Желтыми, если их часть будет тусить с нами       — А ведь дело говоришь, — потер руки Крысавчик.       — Да и не парьтесь, я и до этого проворачивал. То, что мы убиваем их, не мешает нам с ними веселиться, — простодушно заявил Мауга, — видел бы ты, как с огнем танцует Поджигатель… всякий раз на слезу пробивает, о доме вспоминаю.       — Тогда давайте ещё и Лорен позовём, — предложил Крысавчик, — а то ей надо развеяться из-за одного сноба.       — Конечно, пошли, — улыбнулся им Малоси, ведя за собой друзей в слепые зоны камер-наблюдения.       Тем временем Торбьорн действительно пошёл искать Техничку, чтобы бросить ей вызов. Та тем временем успела подобрать штурмовую винтовку Вдовы для своей турели, что было крайне неприятным фактом для Синих.       Чэнси частенько старалась прибрать к рукам снайперские винтовки других команд, создавая пушку, способную поразить цель на любой дистанции. Хорошо, что устройство не могло накапливать заряды, и автоматический прицел не умел наводиться на головы, что хоть как-то облегчало уничтожение данного типа турели. Однако штурмовая винтовка Вдовы делало механизм еще опаснее — машина могла поразить точным выстрелом цель на расстоянии, так и при приближении врага начинала действовать, как стандартная турель. По этой причине Лакруа старалась не позволять Техничке захватить её пушку.       Но сам Торбьорн считал данное сооружение плевком в сторону стандартов, классики и банальных основ инженерии и обороной защиты. Он быстро возвел двухуровневую турель, демонстрируя Макинтош свою работу, и его устройство тут же начало отсреливаться, успев убить Факельщицу, что попыталась косой отрезать норвежцу голову и ранить Лучницу. Но тут Линдхольма откинула взрывом РПГ Баллистки, а затем Шарлотта кинула динамит, уничтожая и Торбьорна, и его турель.       — О боже, — взялась за лицо Чэнси, испытывая стыд за увиденное.       — Что? Хотела самой разобраться? — спросила бразильянка, пуская снаряд из Циклопа в Сомбру, что попыталась подкрасться к Лекарю, — не беда, в следующий раз этот гном — твой.       — Нет, просто разочарована, — отрешённо заявила Техничка, чья турель успела застрелить Вдову.       — В смысле? — Динамитчица пригнулась от ракеты Фарры, которая позже словила стрелу от Лучницы.       — Когда-то Торбьорн был не ворчливым дедом, что строит только одно и тоже, — начала говорить Ченси, вместе с Шарлоттой укрывшись за стеной, — он был настоящим новатором и изобретателем. Половина технологий Синих, что они пользуются — его творения.       — Да ладно, — удивилась Динамитчица, — а по нему не скажешь сейчас.       — А ты как думаешь, неужели все это придумал Блутарх? — риторически спросила Техничка, — Торбьорн еще в прошлой команде СИН состоял. И я им в детстве восхищалась. Он вдохновил меня изучать инженерию, и из-за него я полюбила механику и начала разбирать трактор моего отца, и из их деталей строить всякие устройства для фермы.       Ченси усмехнулась, вспоминая былые деньки.       — Я даже хотела попасть к Синим, чтобы быть рядом с ним. Но в команду больше одного инженера не берут. Может это и к лучшему, — резюмировала она, — как там говорится — старое рано или поздно уступит дорогу молодым.       — Как говорится, не встречай своих кумиров, — мудро сказала Динамитчица, пока не заметила Маугу, который жестом приглашал потусить, — Ну, вы захватите точку, а я отойду.       — Ладно? — неуверенно ответила Техничка. Она не знала, почему Динамитчица часто уходит, когда они сражаются с Синими, но это явно было не её делом. Тем более остальные Синие хотели разрушить её турель.       Шарлотта же подошла к слепой зоне камер, чтобы встретить Маугу. Конечно, Лекарь или Бронебойщица бы это не оценили, однако сейчас они были заняты сражением.       — Эй, как дела, здоровяк? — сказала бразильянка, смачно хлопнув его по ладони.       — Да как обычно, — небрежно сказал Мауга, — босс хочет, чтобы мы занимались его поручениями, попутно высказывает свое недовольство, и изобретает велосипед.       Шарлотта прыснула от слов островитянина.       — Я серьезно, — ответил Мауга, — на днях в час ночи поднял нас и показал чертежи, цитирую, революционного средства передвижения, которое разорит всех нефтяных магнатов.       — Ну и ну… — удивилась Прето, — в любом случае лучше нашего. Как вспомню его идею создания пчел-доставщиков…       Крысавчик тут же захохотал, представив картинку у себя в голове.       — Тебе вот смешно, — отозвалась Шарлотта, — а нам реально пришлось их собирать. Изжалили нас так, что даже одеваться было больно.       — Прими мои соболезнования, — отозвалась Трейсер, — а нам точно стоит собираться вместе? Все же бой идет.       — Давай будем честны. Я навряд ли думаю, что нам удастся выполнить миссию, — заявил Мауга, — Мы хороши в убийстве и разрушении имущества. Даже если мы этого не хотим. Но захват заложника живьём? Маловероятно. Так что, давай просто получим удовольствие.       — Я, конечно, люблю побездельничать на работе, но мне как-то жалко Фаррочку, — призналась Трейсер, — Она действительно хочет победить.       — Да ну её, — отмахнулся Крысавчик, — Она та ещё зануда и командирша. Поэтому мы не добавили её в общий чат и не приглашаем её в совместные походы в бар. Она убийца веселья.       — Погодите, вы обделяете свою коллегу? — удивлённо вопросила Динамитчица, — Это грубо, ребята.       — Да она нам мозг ест, как зомби! Всё время кричит, что мы лоботрясы, пытается взорвать Трейсер за то, что она британка, и вообще никогда не довольна ничем, — тут же надулся австралиец       — Всё равно, команда есть команда. Надо хотя бы предложить ей потусоваться куда-нибудь после работы. Это некрасивый поступок, — указала бразильянка, — пусть отдохнет от стресса.       — Хм, возможно, ты права, — обдуманно хмыкнул Мауга, — Надо пересмотреть нашу внутреннюю политику насчёт Фарры.       — Ой, да ну! — канючил Джеймисон, — Фарра — зануда из армии страны Занудств! Давайте лучше что-то взорвём! Ихахаха!       — Взорвать это тема для меня, — хмыкнула бразильянка.       Фарра тем временем с небес решила совершить залп ракет, чтобы хотя бы выиграть время на перепланирование. Однако Лекарь была настороже, и заметив взмывшую египтянку, тут же кинула под ноги сокомандницам и Гражданскому модуль убер-сферы, окутывая свою команду эффектом неуязвимости. Впрочем Орсон по привычке вскрикнул и спрятался за Машей, прикрывая голову, пока не осознал, что снаряды не причиняют ему не то, что вред, даже боли не чувствовалось. По итогу египтянка напрасно потратила запас ракет, и была застрелена Бронебойщицей. Зона один была захвачена, Синим пришлось передислоцироваться в зону 2.       — Что ж, я не умер, — сухо отметил Гражданский, — Это оправдывает мои средства, вложенные в мою защиту.       — Ты нам не платишь, — указала Лазутчица.       — Я обеспечиваю вас боевым арсеналом, — тут же заявил Дженкинс.       — Гвоздями и пролежавшей рыбой? — парировала бостонка.       — Но вы же справляетесь, — подметил Орсон, однако Джилл плевать хотела на его слова, возвращаясь к своим мыслями. Она сняла с себя желтый бант, начав изучать его.       — Ты что делаешь? — спросила Лучница.       — Отвянь, — фыркнула Разведчица, бросив бант, который Трейсер посчитала дурацким, и помчалась за Бронебойщицей.       Факельщица и Лучница оставшиеся позади остальных, растерянно и задумчиво проводили её взглядом, а после взглянули на бантик.       — Что это за муха её укусила? — спросила Лорен у девушки в противогазе. Та лишь подняла бант, начав его изучать со всех сторон.       — Эй, Лорен, — вдруг раздался шепот Крысавчика.       — Джеймисон? — повернулась Лучница на скрывающегося друга-врага, что боязливо смотрел на Факельщицу.       — Мы с Динамитчицей, Маугой и Трейсер решили подорвать всё к чёртовой матери. Хочешь с нами? — у австралийца загорелись глаза.       Лучница подумала. Ей самой хотелось поучаствовать в разрушении локации, тем более Желтые пока ничего не успели взорвать. Но, посмотрев в сторону Факельщицы, что продолжала держать в руках бантик Лазутчицы, выдохнула.       — Прости, но я нужна кое-кому другому, — ответила она.       — Ну, окей, тогда удачи, — дал ей пять Крысавчик, а затем ушёл готовить большой бум к концу миссии.

***

      На втором этапе также были две контрольные точки, что нужно было захватить вместе с Гражданским для продвижения вперед. Синие уже были на КТ-2А, где Торбьорн успел возвести и улучшить до второго уровня свою турель.       — Вот, на сей раз Жёлтым не пройти, — заявил Торбьорн, — пусть полезут.       — Чем это отличается от прошлого? — спросила Фарра, уже зная ответ.       — Ничем! Я ничего не меняю. Она и так совершенна!       — Её за пару секунд разгромили Баллистка и Динамитчица, — взялась за переносицу египтянка, — что им помешает повторить это на бис?       — Им повезло. Был всего лишь однопроцентный шанс, что они смогут уничтожить турель, — тут же заявил Линдхольм, — но в этот раз все будет по иному.       Фарра начала вспоминать все моменты, когда Торбьорн строил свою турель, и пришла к неутешительным выводам — постройка редко когда приносила пользу. В основном её разрушали быстрее, чем она успевала кого-либо убить. Норвежец был куда полезнее, как ремонтник и как боец, способный ударом молота расколошматить череп любому другому наемнику. Но сейчас хорошая турель была весьма необходима.       — Слушай, а может я пошаманю над этим куском металла? — предложила Сомбра, — Я могу усовершенствовать код ИИ.       — НЕТ! — резко ответил норвежец, — Ты всё испортишь своим жирным от тако пальцем.       — Они жирные от пиццы, а не от тако! Мне вообще не нравится тако, — обиженно и агрессивно ответила Сомбра.       — Торбьорн, у меня есть особое задание для тебя. Ты должен сразиться один на один с Техничкой. Только твой… — Фарра покривилась, прошептав про себя, — О Амон-Ра, не верю, что я говорю это… гений сможет одолеть её.       — А кто присмотрит за моей турелью? — опасливо посмотрел кибер-гном на своё детище и злобно на Сомбру, — вы ведь не решили сбагрить меня, чтобы «улучшить» механизм и тем самым его испортить?       — Э… нет, — Сомбра натянуто улыбнулась.       — Я присмотрю за турелью, она будет максимально эффективно использована, — заявила Фарра, держа эмоции под контролем.       — Что ж, тогда я вверяю деточку тебе, — успокоился Линдхольм, помчавшись в сторону желтыъх.       — Быстро, перепрограммируй этот кусок мусора! — приказала Фарра мексиканке.       — О, смотрите-ка, кто-то оценил мои таланты, — нашла время Сомбра покормить своё эго.       — Живо, а не то я скажу Афине, кто пытался взломать её прошлой ночью, — пригрозила египтянка, — времени мало!       — Ладно-ладно. Я всё равно собиралась это сделать, — сделала вид Сомбра, что угроза её не пугает, начав заниматься постройкой.       — Так, а где Ангел? — переключила внимание Фарра на важного члена команды.       — Меня убили, как обычно, в первую очередь… Ик! — выползла из угла швейцарка, напившаяся в хлам, — почему так… врачей нельзя убивать…       — О Боги Египта, — взялась за лицо Фарра, готовая заплакать, — Почему ты такая алкоголичка…       — Жизнь… хрупка… — ответила Ангел перед тем, как впасть в беспамятство.       — Кто-нибудь, убейте эту пьянь, чтобы она вернулась трезвой в респауне, — попросила Фарра.       Вдова, не долгая думая, выстрелила в затылок Анджелы.       — Готово, — объявила француженка.       — Спасибо. Походу только ты и Мауга, на кого я могу рассчитывать… А где он? — задалась вопросом Фарра, но тут прозвучали сирены, объявляя о начале боя, — Аргх, не важно. Надо сражаться уже.       Начался второй этап миссии. Жёлтые сопровождали Гражданского, что чувствовал себя куда увереннее, убежденный, что девочки могут гарантировать его безопасность. Хотя он бы не отказался поменять свой зонт на какой-нибудь пистолет.       — Слушай, Техничка, можешь мне дать свою вторую пушку? — указал Орсон на Пушку Гаусса на ремне девушки, — если что, я хорошо стреляю.       — Прости, но я её собрала своими руками, — ответила Ченси, — и она еще не прошла испытания. Вдруг взорвется у тебя в руке?       — А разве у вас не должен был быть штат испытателей? — удивился Орсон, — Манн говорил, что такой у ЖЛТ есть…       — Был, пока Йеллоустоун не впал в маразм и не начал увлекаться мифологией, — ответила Макинтош, — вот и приходится быть мне сама себе испытательницей…       — А ну стоять! — вышел перед ними Торбьорн, испугав Орсона.       — Что стоите, убейте его! — приказал магнат, скрываясь за спину Бронебойщицы, — он убьет меня!       — Я не вижу необходимости, — заявила Бронебойщица, — карлик один, а нас много. Да и ты вроде в регистре системы возрождения.       — Знаете ли, я не хочу знать, как работает эта система, — поежился Дженкинс, вспоминая попытки Йеллоустоуна объяснить ему после трех бокалов джина принцип работы респауна.       — Мне нужна только Техничка. Остальные — свободны, — махнул кибернетической конечностью Торбьорн остальным, смотря только на девушку из Далласа.       — Вы идите, мне всё равно нужен металл для построек, — сказала Техничка, принимая вызов своего бывшего кумира.       — Если так говоришь, — пожала плечами Бронебойщица, — Только быстро, нам нужны твои чудо-панели и прыжковые панели.       Маша повела остальных окольным путем, а Торбьорн и Техничка стояли друг напротив друга на расстоянии десяти метров. Норвежец сверлил Макинтош взглядом, полным презрения. Ченси заметила этот взгляд и была дико смущена.       — Твои постройки — мусор и плевок в сторону кузнечества! — объявил Торбьорн.       — Вау, спасибо, — закатила глаза Техничка, кажется, полностью потеряв всякое былое уважение к Торбьорну, — Я бы разразилась тирадой о том, как же мне обидно, что такая легенда, как ты, пал в моих глазах, как ты стал жалкой тенью себя из-за проигрыша перед Инженером. Но то как ты просто взял и обозвал мои творение — это просто жалко, что мне просто стало всё равно.       С этими словами Ченси выхватила Овдовитель.       — Это было не более, чем воровством моей идеи! — крикнул Торбьорн, — я изобрел эти турели, а он их украл!       — Не украл, модифицировал, — сказала Техничка, — это и есть суть изобретательства.       Гнев исказил лицо Торбьорна, вены вздулись. С рыком он бросился на Техничку. Его тело вспыхнуло красным — возможно, он неосознанно активировал «Перегрузку», впадая в берсеркоподобное состояние.       Техничка, не ожидавшая такой резкой смены, замешкалась. Слишком поздно она навела «Овдовитель». Но тело Торбьорна стало прочнее, и он, сломав оружие своей кибернетической клешней, достиг ее.       Она поняла: Торбьорн, хоть и карлик, был чертовски накачан. А она, хоть и не робкого десятка, уступала ему физически. В ее руках остался гаечный ключ, и оставалось лишь бежать.       Под усилением Торбьорн мог быстро ее догнать. Но Техничка выхватила пушку Гаусса. Задержав курок для накопления заряда, она выстрелила себе под ноги.       Пушка Гаусса — ручной лазерный пистолет из ржавого металла, с окошком, показывающим желтую энергетическую катушку. Она стреляет лазерными снарядами и может рикошетить при полной зарядке. Но сейчас Техничка использовала неустойчивую перегрузку снаряда, чтобы взорвать его под собой и взлететь. Безрассудно, но это быстрый путь к команде.       Тем временем ЖЛТ успешно захватывали контрольную точку 2A, ввиду того что 4 из 9 членов команды СИН отсутствовали в бою. Фарра давала команды, а точнее просто кричала, пытаясь не упустить победу.       — Мэй, как скоро зарядится твоя тундра-машина? — вопросила она у китаянки.       — Мне еще пяти процентов не хватает, — отозвалась Мэй.       — Сомбра, как турель? — египтянка переключилась на Оливию       — Сама посмотри, — указала она на то, что постройка Торбьорна начала во много раз лучше стрелять и реже промахиваться по быстрым целям. Турель успела убить Лекаря, ранила Бронебойщицу, но тут показалась Баллистка, с дикими воплями пустив ракету прямо в механизм, уничтожая его.       — Ну, я пыталась, — пожала плечами Сомбра, кидая в сторону транслокатор, не желая умирать скоро. Фарра хлопнула себя по лбу — особой пользы постройка не принесла.       — Вдова, попробуй зайти к ним сзади! — тут же приказала Амари, не теряя время.       Роковая Вдова кивнула и на крюке полетела вперёд. Египтянка бросила взгляд на Ангел, которая быстро переключала режим посоха между исцелением и усилением, пытаясь не дать команде умереть. Впрочем превосходство была на стороне желтых — уже пала Мэй, не успевшая воспользоваться дроном, Сомбре отрубила голову Факельщица, а в Ангел уже летела стрела австралийки.       У Фарры заболела голова. Очередное поражение. Очередной выговор от Блутарха. Она уже слышала его голос в своей голове.       — Очередная ошибка! Ты никудышная! Ты есть разочарование! Будь твоя мать тут, она бы повесилась от стыда, что из её влагалища вылезла такая никчёмность, как ты!       На минуту показалось лицо матери, с той самой фотографии. Она хмуро смотрела на дочь, явно разочарованная ею. В чем смысл этой битвы, если победить не выйдет…       — Фарра! Фария! Амари! — вдруг раздался крик Циглер.       — А? — очнулась Фарра, приходя в себя.       — Жёлтые захватили точку и мы умерли, — указала Ангел на окружение. Действительно, это был респаун. Неужели Амари была так погружена в свои мысли, что не заметила, как умерла?       — Да и ладно, — сдалась Фарра, сев на скамейку, — В чём смысл?       — Фарра? — обеспокоенно обратилась Ангел, — Но а как же точка 2B? Нам еще и на третьей зоне биться.       — Пусть заберут. Как и третью зону тоже. Нам не победить, — опустила голову Фарра, смирившись с поражением. Она легла на скамью, уже ничего не желая делать.       Ангел в ужасе смотрела на Фарию. Никогда прежде она не видела своего лидера такой сломленной. Но времени на раздумья не было: Жёлтые уже захватывали точку, почти не встречая сопротивления. Ангел попыталась оттащить Фарию, что оказалось непросто. Тяжёлая броня лидера и неразвитая мускулатура Ангела делали эту задачу почти невыполнимой.       Тем временем Роковая Вдова заняла выгодную позицию и прицелилась в Гражданского. Она знала, что он возродится, но именно на это и был расчёт. Орсон должен был появиться в респауне Жёлтых, давая Синим драгоценное время на перегруппировку. Внезапно Вдова почувствовала два резких укола в шею. Инстинктивно схватившись за рану, она нащупала два транквилизатора.       Из-за метаболических изменений Вдовы, транквилизатор действовал с задержкой. Стрелявшая знала: одного укола будет недостаточно. Медленно, но верно, Роковая Вдова ощущала, как вещество проникает в тело. Она уже понимала, кто стоит за этим нападением.       — Что там про «Франсуа» ты говорила? — объявилась Саботажница, напав со спины французской леди, взяв захватом за шею.       — Тебе какая разница? — рыкнула Вдова, отчаянно пытаясь оттолкнуть англичанку, но яд уже сковывал её движения, лишая сил. Внезапно в её голове вспыхнула дерзкая мысль. Собрав последние крохи энергии, она дотянулась до крюка, метнула его и, подхваченная тросом, взмыла в воздух. Англичанка, мертвой хваткой вцепившаяся в неё, полетела следом, отказывалась отпускать. Она хотела выяснить, откуда Роковая Вдова знает настоящее имя Шпиона, ведь даже Саботажница не была в курсе. Хотя нельзя было исключать, что Вдова солгала, придумав имя, англичанка не чувствовала в её словах обмана.       Врезавшись о стену, они оба упали, и Саботажница невольно отпустила пленницу. Амели в ответ бросила ядовитую мину на англичанку, взорвав, тем самым отравив её.       — Кхм-кхм, — закашлялась англичанка.       — Око за око, — заявила Вдова.       Не желая сдаваться, Саботажница вонзила клинок прямо в связку мышц ноги Вдовы. Та рухнула на колено, а затем резко повалилась на землю. Не теряя ни секунды, нападающая извлекла транквилизаторные дротики и быстро ввела их Вдове. Рассчитать несмертельную дозу было сложно из-за особенностей организма противника, но Саботажница решила, что ввела достаточно, чтобы погрузить ее в сон.

***

      Вторая зона успешно пройдена Жёлтыми, Орсон осмелел и даже проникся духом азарта, но всё равно хотел как можно скорее закончить эту беготню и наконец-то оказаться в безопасной зоне — не любил он так много двигаться. Он с нетерпением ждал, когда начнётся третий этап.       — Быстрее, быстрее, — говорил он, нервно шагая по комнате, — мне хочется как можно скорее закончить, вернуться домой и считать, насколько я стал ещё богаче за сутки.       — Терпение, — заявила Бронебойщица, — третий этап состоит из трёх контрольных точек. Поэтому Синим даётся больше времени на подготовку.       — Эта новость ничуть не радует. Лекарь, проверь моё сердце, кажется, у меня инфаркт, — взялся за свою грудь Орсон.       — Я вам уже пять раз проверяла сердце, — раздражённо хмыкнула немка, — С вами всё хорошо. Что удивительно для вашего не особо спортивного образа жизни.       — Я очень даже спортивный, — не согласился господин Дженкинс, — Я быстрее всех пересчитываю купюры. Я на олимпийском уровне могу указывать пальцем моим подчинённым. И как же можно забыть о тяге тяжести.       — Вы поднимаете тяжести? — удивлённо переспросила Лекарь.       — Да. Мешки с деньгами каждый день поднимаю и несу в свой сейф. Я не доверяю грузчикам, — объяснил Орсон.       В то время как Бронебойщица и Лекарь вели разговор с Гражданским, Лазутчица примостилась на скамейке, изучая своё отражение в маленьком карманном зеркальце. Оно принадлежало не ей; Джилл позаимствовала его из шкафчика Саботажницы. Учитывая, что англичанка удалилась в подсобку, волоча за собой бесчувственную Вдову, Джилл посчитала, что она вряд ли будет возражать против временного использования.       — Думаю, тебе подойдёт вот это, — сказала Лучница, подойдя к ней сзади и повесив бант на кепку девушки.       — Отвали, — взяла бант бостонка и бросила в сторону.       — Я могу называть тебя Джилл? — Лучница села рядом.       — Нет, — скрестила руки Лазутчица.       — Ладно, Лазутчица, — приняла условия австралийка, — Я хочу сказать тебе, что не стоит обращать внимания на слова окружающих.       — Какие-какие слова? — сделала вид Лазутчица, что не понимает, о чём Лучница.       — Я слышала, как та женщина из автобуса раскритиковала твою внешность. А ещё ты уж больно агрессивно убиваешь женскую половину команды СИН, — указала Лучница, — особенно Трейсер и Вдову.       — Тебе показалось, это никак не связанно, — отрицала упорно Лазутчица.       — Тогда почему ты отказываешься носить свой бант? Ты никогда не снимала его раньше.       — Надоело и всё. Бант дурацкий, — буркнула она.       — Или потому что кто-то другой сказал, что он дурацкий? — скосила бровь Лучница.       — Тебе какое дело! — встала со скамьи Лазутчица, устав от разговора. — Это тебя не касается. И тебя тоже, уродина!       Факельщица, к которой обратилась Джилл, лишь наклонила голову. Она не понимала, почему ее соратница находится в таком печальном состоянии, но искренне хотела ей помочь.       — И вообще, я ни о чём не комплексую или что вы там обо мне придумали, — закончила свою тираду Лазутчица перед тем, как выйти из респауна.       — Ох, что нам делать? — спросила Лучница у девушки в противогазе. Лорен понимала, что Факельщица не даст ответа, но всё равно спросила, чтобы не держать в себе.       — У вас проблемы? — подошла Техничка с восстановленным Овдовителем.       — Да просто не знаю, как убедить Лазутчицу в том, что ей не стоит слушать критику зевак. Она сильно усомнилась в своей женственности, — вкратце объяснила Лучница.       — Тогда это не ко мне, — тут же сказала Техничка. — Я из Далласа, я автоматически — красавица из долины.       — Ты так хвастаешься? — скосила взгляд Лучница.       — Нет, говорю как факт, — пожала плечами автолюбительница. — Правда, моя красота и любовь к механизмам конфликтуют в обществе, но, хэй, то, что я занимаюсь мужским занятием, не означает, что я могу перестать стараться сохранить свою красоту.       — Хм… — задумалась Лучница, посмотрев на Факельщицу, которая держала упавший бант. — Техничка, ты самая гениальная шейла, которая я когда-либо встречала.       — Спасибо. Правда, за что конкретно? — спросила она, но Лучница с Факельщицей уже ушли.       Тем временем в подсобке Роковая Вдова проснулась связанная по рукам и ногам на стуле. Она тут же начала искать ампулу с цианидом в своей полости рта, но Саботажница держала её в руке, тряся перед её лицом.       — Я не дилетантка, чтобы не проверять наличие цианида у пленника, — заявила англичанка, забросив ампулу в карман. — Так, а теперь я тебя спрошу. Что ты знаешь о Шпионе из КРС?       — Скажи сама, для чего тебе такая информация, и я скажу в ответ, — ровным тоном ответила Роковая Вдова. Она не испытывала ни капли страха перед ней.       — Тебя это не касается, — пренебрежительно ответила англичанка.       — Тогда, боюсь, и мне неинтересно отвечать, — безразличным тоном заявила Вдова.       — Что ж, тогда мне придётся использовать один из моих запасов, — с этими словами англичанка достала бежевый пакетик       — Вещества, которые нейтрализуют мозговые процессы, отвечающие за ложь? — предположила Амели Лакруа.       — Нет. Твой организм невесть что после операции, что с тобой сделало французское правительство. Я использую более традиционные методы.       — Ваши знаменитые английские и якобы тайные волшебные отвары и заклинания? — ухмыльнулась Вдова.       — Я не ведьма, — сказала англичанка, привыкшая к этому. — У меня просто широкий ассортимент мистических атрибутов. Как, например, порошок правды, — насыпала англичанка на руку горсть порошка, подойдя к Вдове, — Стоит мне дунуть на тебя, как ты ответишь на любой один вопрос, что я задам.       — Фу, — дунула Вдова первой на Саботажницу, та неосознанно вдохнула порошок.       — Кхе-кхе, — поперхнулась англичанка, пытаясь выкашлять из себя снадобье.       — Зачем тебе нужно знать о моей связи со Шпионом КРС? — задала вопрос Вдова.       — Потому что Шпион был моим партнёром и любовником. Твою мать… — ругнулась Саботажница, осознав, как же сильно она облажалась. — Вот поэтому я не так часто использую мистические силы.       — Любовники? — вторила Вдова задумчиво. — Ладно, я расскажу.       — Действительно? — со скепсисом отнеслась англичанка.       — Я из Франции, уж кто-кто, но я точно могу понять твою причину, — заявила Лакруа. — Я на самом деле не знакома со Шпионом, как можно подумать.       — Тогда откуда ты знаешь то, чего я никогда в жизни не знала? — спросила Саботажница.       — Франсуа был тесным другом моего мужа, — ответила она, с печалью вспоминая своего покойного мужа Жерара, — но я, как приличная женщина, не особо интересовалась этим. Но они рыбачили вдвоем, охотились вместе, и даже меня брали на охоту. Так я научилась стрелять.       — Что-то тут не складывается, — задумалась англичанка. — Твой муж был правительственным агентом, а Шпион — один из лучших ассасинов в мире.       — Я почём знаю? — пожала плечами французская леди. — Я не влезала в мужские беседы. Не принято в моём роду Гийяр.       — Звучит немного архаично, — прокомментировала Саботажница.       — Согласна, — кивнула Вдова.       — До начала миссии десять секунд, — объявила Администратор по динамикам.       — Можешь теперь убить меня? Мне нужно вернуться к команде, — спросила Вдова, — или тебя интересуют секреты Франции? Например то, что хранится в соборе Парижской богоматери?       — Все знают, что там выращивают детеныша Тарраска, — отмахнулась Саботажница, — а насчет тебя… Почему я должна тебя убивать? Ты враг, и тебя полезнее держать в заложниках.       — Английская честь? — надумала Амели.       — Твоя правда, — согласилась англичанка, перерезав горло Вдовы, — Покойся с миром, сестра по несчастью, и чтобы я тебя не встретила на поле боя снова. Я за себя не ручаюсь.       Вскоре Вдова всё же умерла и возродилась в зоне СИН. Она обнаружила, как Фарра лежит себе на скамейке и ничего не делает, что было пугающе странно даже для стоической Лакруа. К ней подошла Ангел.       — Вдова, помоги мне найти остальных синих, — попросила она.       — А что с ней? — спросила Вдова, указывая на Фарру.       — Ну, она опустила руки, — Ангел пыталась улыбнуться, но вышло натянуто.       — Серьёзно? Она и опустила руки? — удивлённо переспросила Амели.       — Думаю, серия неудач доконали её. Можешь собрать остальных, я хочу с ними поговорить?       — Ладно, — пожала плечами Роковая Вдова, выйдя из респауна, летя по локации на своём тросе.       Вдова обнаружила четырёх беглецов вместе с Динамитчицей. Они расставляли взрывчатки по локации. Вдова особо не волновалась насчёт локаций братьев Манн, поэтому она не сильно обращала внимания на это. Также она проигнорировала бразильянку — все равно оживет.       — Эй, вы трое, — спустилась к ним Вдова.       — О, привет, паучья мама, — помахал Крысавчик, — Мы устроим тут большой бум! Ихахаха!       — Ангел зовёт нас собраться, — сказала француженка, — и срочно.       — Зачем? — спросила Трейсер, — обычно нас созывает Фаррочка…       — Она сдалась, — сухо ответила Амели, — и не способна сражаться.       — Фаррочка сдалась? — неверяще переспросила британка.       — Мне так Ангел сказала, — на этом закончила Амели и снова улетела на своём крюке.       — Думаю, нам нужно вернуться, — сказал Мауга, — все приняло очень серьезный оборот.       — Но мы не все взрывчатки разложили, — пожаловался Крысавчик.       — Но Фаррочка наш сокомандник, — указала Трейсер.       — Она кричит на нас и пытается взорвать, — указал австралиец, — а могла бы взорвать все это место.       — Ну, это да… — согласилась Трейсер, отведя взгляд.       — Я думаю, вам стоит вернуться, — сказала Динамитчица, — Команда намного важнее забав.       — И ты туда же? — бросил предательский взгляд Крысавчик.       — Динамо права, — добавился Мауга, — Не красиво мы поступили с ней. Она хоть и кричит на нас, но она рассчитывает на нас. Бросать члена команды позади — это один шаг к потоплению корабля.       — Что ж… — задумался Джеймисон, — Может, вы и правы. Ладно. Эй, Динамитчица, ты закончишь расставлять взрывчатку за нас?       — Конечно, amigos, — кивнула Шарлотта.       Трейсер, Мауга и Крысавчик быстро вернулись к базе СИН, где там действительно отрешённая от мира лежала уставшая Фарра. Она даже не обернулась на вернувшуюся троицу.       — Вау, а Вдова не шутила. Фарра действительно опустила руки, — указал Крысавчик.       — Эй, Фаррочка, хочешь я сделаю тебе массаж? Спины, плеч… груди. Ой! — закрылась Трейсер руками, ожидая нападка Фарры, но та лишь бросила взгляд и вернулась в самобичевание, — Ох ты ж… Фаррочка действительно расстроена.       — О, вы вернулись, — объявилась Ангел с Торбьорном и Сомброй за спиной, — Я рада, что все собрались.       — Ого, pájaro стала грустно-синей, — скаламбурила Сомбра, но сама поняла, что это звучит неуместно, — Забудьте.       — Ребята, послушайте меня, — обратилась Ангел, — Мы терпели неудачу за неудачей, и мы… эм… хороши… черт… я сейчас.       Циглер юркнула к своему шкафчику, откуда достала бутылку пива. Пара глотков для храбрости не повредит, думала она, поскольку говорить мотивационные речи швейцарка не умела.       — Вы… это… нам надо сражаться, — начала говорить она, — Может, мы проиграем, ик, но мы должны проиграть как единая команда. Проиграть, ик, как настоящие профи-наёмники. Чтобы мы потом сказали: «Да, мы, ик, проиграли, но мы проиграли как профессионалы!».       — Тревога, враг захватил контрольную точку, — объявила Администратор, что заставило синих вздрогнуть.       — Что нам делать? Мы уже потеряли первую точку, — указала Мэй, — и даже не готовы к бою.       — Будем, ик, командой, чёрт возьми. В атаку! — полетала Ангел с бластером в руке.       — А план-то какой! — вопросила Трейсер вслед за Ангел, но та не услышала.       — Ладно, просто сделаем это, — заявила Сомбра, побежав вперёд за Ангел, что в пьяном угаре решила сражаться. Затем остальные тоже пошли.       — Торбьорн, — обратилась Мэй, — Ты идёшь?       Торбьорн бросил взгляд на валяющуюся Фарру без воли к сражению. Вспоминая слова Технички и смотря на фигуру Фарры, он вспомнил, как он сам чуть не опустил руки, когда он потерял свой титул лучшего оборонительного инженера, нехотя уступив его Деллу Конагеру.       — Мэй, как хорошо справляешься с инструментами? — обратился он к китаянке, собравшись с силами.       — Более-менее, — ответила Мэй.       — Помоги мне… — зажался Торбьорн, сильно не желая говорить это вслух, — …усовершенствовать турель.       У Мэй от шока расширились глаза, как блюдца, но она быстро отряхнулась и кивнула. Тем временем Ангел в пьянстве начала по всем как попало стрелять из бластера с неба.       — Это за все разы, когда меня первой убивали! — выкрикнула Ангел, её выстрелы, хоть и были непредсказуемыми, все же не наносили Желтым особого вреда.       — Ангел-Ангел, лечи нас! — молила Трейсер, не успевшая увернуться от ракеты Баллистки.       — Герои не умирают! — включила свою способность Ангел, хотя никто из её сокомандников не умер. Под пьяным угаром она не особо соображала, что творила.       — Вот блин. — только и успела сказать Окстон, получив якорем по голове.       — У кого-то есть реальный план? — спросила по коммуникатору Сомбра.       — Обычно Фарра раздаёт указания, — ответил Мауга, начав обстрел по Бронебойщице, однако Лекарь вновь использовала сферу уберзаряда, островитянину пришлось отступить.       — Ангел! Бог ты мой! Помоги нам! Торбьорн пропал, а индикатор брони падает, как акции Чёрной Мезы после их провала с антимасс-спектрометром, — заорала Сомбра, ощутившая позади себя тяжелое дыхание Факельщица.       — Я Швейцария, у меня нейтралитетная позиция! УИИИИ! — алкоголь взял вверх в мозгу Ангела, и та упала. Не сколько из-за действия пива, столько из-за вражеского кирпича.       — Попала! — восторжествовала Лазутчица, — Чёртовы блондинки.       — Эй, Шейла, — подошла к ней сзади Лучница, пустившая стрелу в голову Крысавчику. Так то она хотела попасть в Вдову, но австралиец случайно подставился под выстрел.       — Чего тебе? — рыкнула Лазутчица, бросив антисоциальный взгляд.       — Да просто хотел показать тебе прикольное. Смотри, как Факельщица играет в догонялки с Сомброй, — указала Лорен на сцену.       Джилл посмотрела и увидела, как Факельщица с огнемётом «Дожигателем» гонится за Сомброй, чья спина уже загорелась, а сама она кричала, попутно демонстрируя невероятные познания в мексиканских нецензурных оборотах. Лазутчица находила это смешным, но она заметила, что на голове Факельщицы надет её бант.       — Она что, надела на себя мой… бантик? — удивлено спросила Джилл.       — Да, — хмыкнула Лучница, — Факельщице он понравился, и она решила поносить. Ну, раз бант тебе не нужен.       — Ей-то нахрена? Она уродина в газовой маске и сжигает всех со спины. Ей-то зачем носить бант? — не поняла бостонка.       — Ну, потому что она этого хочет. И я считаю милым, — простодушно заявила Лорен.       — Она выглядит нелепо, — указала Лазутчица.       — Знаешь, что нелепо? Быть австралийкой, но не имея австралийских мускулов, — указала Лучница, демонстрируя свои руки, — Все называли меня дрыщом, скелетом и прочими прозвищами. Надо мной смеялись и мужчины, и женщины-австралийцы. В какой-то момент я вообще не хотела выходить из комнаты, потому что даже мои родственники надо мной усмехались.       — И что ты сделала? — невольно заинтересовалась Лазутчица.       — Я встретила моего учителя, Снайпера. Он меня научил, как быть крутым австралийцем, но по-своему, — Крафт вздохнула, вспомнив Манди. Тот даже не представлял, что он для неё значил в тот момент.       — По-своему? — вторила Лазутчица задумчиво.       — Да. То, что мы не соответствуем другим, не значит, что мы не можем быть тем, кем хотим. Я хочу быть сильной, но мне не нужно быть как все мои сородичи из Австралии, — Лучница показала стрелу, — ведь я могу спокойно сделать так.       Ангел с трудом поднялась на ноги, держась за голову. Джилл лишь ненадолго оглушила её кирпичом.       — О господи… — испугалась Циглер, — что тут вообще…       В ответ Лучница стрелой пробила ей голову насквозь.       — Видишь? — спросила она у подруги.       Мысли Лазутчицы унеслись вдаль. В глубине души она всегда мечтала о красоте, подобной материнской, но бостонские улицы, полные опасностей, и девять голодных братьев выковали из неё совсем другую личность. Здесь ценились удары, острый язык и скорость, с которой можно было поглотить свою долю, пока её не отняли. Она горевала о несбывшейся мечте стать красавицей, как мама, но, возможно, эта роль ей и не предназначалась. Внезапное прикосновение Факельщицы вырвало её из задумчивости.       — Матерь божья! Не пугай меня так! — Лазутчица отступила на шаг. Факельщица, отвязав бант, протянула его.       — Ты хочешь его вернуть? — спросила Джилл, но молчание Факельщицы было красноречивее любых слов. Лазутчица задумчиво рассматривала жёлтый бант. Неуверенность ещё витала в воздухе, но Джилл, наконец, взяла ленту и прикрепила её к краю своей кепки.       — Я тобой горжусь, — ударила австралийка по спине бостонки.       — Мне-то что, что гордишься. Я сама решила, — фыркнула Лазутчица, но была рада, что бант снова украшает её внешний вид. Увидев Трейсер, что смогла все же застрелить Баллистку и сейчас бежала по полю боя в поисках аптечки, Джилл хмыкнула и помчалась за ней.       — Эй, ты! Я тебе покажу «так себе»! — с задором выкрикнула она, вытаскивая кирпич.       Гражданский же, заметив, что Желтые начали доминировать во всей битве, значительно приободрился. Он начал подгонять остальных, да и рвался вперед, желая как можно скорее оказаться домой.       — Давайте, скорее! — то и дело кричал он.       — Осторожнее, — заявила Маша, — нам еще несколько точек требуется захватить, я не советую вам так от нас убегать.       — Мы долго мешкаем. Синие явно не так страшны, как я думал, — пренебрежительно и беззаботно отмахнулся Орсон, начав захватывать точку.       Роковая Вдова встала за углом, целясь в голову Дженкинса. Она была готова нажать на спуск, но тут ощутила, как ей с силой вонзили острое лезвие промеж лопаток.       — Я советовала тебе не попадаться, — сказала Саботажница на ухо Амели, а после вытащила нож, принимая её облик. Англичанка была готова заняться уничтожением Синих.       По итогу Трейсер все же умерла от кирпича Джилл, Маугу зарезала Саботажница, Сомбра хоть и смогла убежать от Факельщицы, но и она оказалась жертвой зачарованного ножа. Циглер уже с трудом сдерживала нервную улыбку, когда замечала в респавне оживших коллег, что награждали её косыми взглядами.       — Я наверное такой себе лидер, когда пьяна… — пискнула она, — простите…       — Мы умерли быстро и позорно, — сухо заметила Сомбра, — Не верю, что говорю это, но pájaro умела нами управлять.       — К слову о ней, где Фаррочка? — вопросила Трейсер заметив отсутствие упомянутой в комнате.       — Она ушла? И слава богу. Я убила себя, если бы она услышала, что я сказала, — изображала безразличие Сомбра, скрестив руки.       — Нам нужно защитить вторую контрольную точку, — вспомнила Ангел.       — Мы продуем, потому что вы без Фарры ни на что не годны, — указала Сомбра, — Я сама бы справилась, но одной работать не хочется сегодня.       — Нам нужен тот, кто будет нас координировать, — заявила Трейсер.       — Вы разбирайтесь, а я выйду, — сказал Мауга, выходя из Респауна.       — Стой, ты не можешь нас бросить! — взмолилась Ангел, но тот уже ушёл.       Выйдя наружу, Мауга обнаружил Мэй и Торбьорна, увлечённо возившихся с турелью последнего. Он пожал плечами, привлекая их внимание, и спросил, куда направилась Фарра. Не поднимая глаз от работы, они лишь неопределённо указали в сторону. Мауга последовал их указанию и вскоре нашёл Фарру в каньоне, неподалёку от входа в пещеру. Она казалась глубоко погружённой в свои мысли.       — Эй, Фарра, — крикнул он ей, — только не вздумай прыгать.       — Чего тебе? — устало вопросила египтянка, — оставь меня.       — Ты выглядишь вымотанной, — указал самоанец, — скажи мне, что у тебя на душе?       — Моя команда — это нечто: чокнутый криогенщик, вечно пьяная дамочка, взрывник с прибабахом, наглая самоуверенная особа, упертый коротышка и британская хохмачка, которая не воспринимает ничего всерьез. Из всех — только ты и Вдова держитесь в рамках приличий. А еще есть босс, который капает мне на мозги с самого первого дня. Слушать его бесконечные претензии о том, как мы все испортили — это, знаете ли, не то, от чего хочется улыбаться, — язвительно спросила Фария.       — Ты нам нужна, Фарра, — заявил Мауга.       — Это что должно значит? — бросила косой взгляд египтянка, — вам и без меня весело.       — Без капитана команда путается и не может уследить за кораблём, — ответил Мауга, — и какое тут веселье, когда один из нас в таком состоянии.       — Тебе обязательно приплетать ко всему свои корабельные аналогии? — спросила Фарра.       — Суть ты уловила. Главное это то, что команде нужен лидер. И только ты можешь быть им.       — Выбор не велик. Но мне с какой толк? Мне никогда не быть как моя мама, — отвернулась Фарра.       — Твоя мама? — спросил Мауга.       — Она а была героем войны, а после наёмницей под началом Блутарха. Он мне расписывал каждый её подвиг, — грустно ответила Амари, — только мне не достичь её уровня. Каждый раз, после очередного провала, я вынуждена выслушивать, как хорошо работала мама, и как сильно я её позорю.       Фарра мало что помнила о матери. Та уехала в Америку работать на компанию СИН, исправно отправляя дочери деньги. Но однажды связь прервалась, и Фарра перестала получать вести. К счастью, к тому времени она уже достаточно повзрослела, чтобы вступить в армию. Тем не менее, тоска по матери не отпускала, и Фарра стремилась быть похожей на нее.       — Пф, ты себя-то слышишь? — чуть не засмеялся Мауга, поняв, в чем настоящая причина скорби командира.       — Это ещё что должно значить? — немного пристала Фарра, чувствуя себя оскорблённой, — что ты можешь понимать в этом?!       — Это же банальная манипуляция. Этот старик пользуется твоими чувствами, чтобы гарантировать свой контроль над тобой, — объяснил Мауга, — Я был морским пиратом. Я повидал многие механики запугивания, манипуляции и шантажа. Я знаю о чём речь. Меня также пытались сравнивать с отцом.       — И что с того? — встала Фарра уже разозлённая, — Это не меняет того, что я не достаю до планки моей мамы, даже если Блутарх приукрашивает.       — Ответь на вопрос, твоя мама — это Блутарх? — спросил Малоси.       — Нет, — смутилась данным вопросом она.       — Тогда зачем ты судишь что бы подумала твоя мама, слушая Блутарха, который возможно относился к твоей маме также пренебрежительно и бессердечно, как с тобой? Лучше спроси у Торбьорна о ней, он-то еще в прошлой команде Манна был, и куда больше знает, какой она была, — тут же сказал Мауга, — не воспринимай всю эту войну так серьезно. Мы не сражаемся за свой дом, родных, близких и так далее. Просто один богатый выскочка хочет переплюнуть своих братьев. Разве все это стоит того?       Фарра задумалась. Мысль была новой, и чем глубже она погружалась в нее, тем сильнее разгоралась ненависть к Блутарху. Его слова потеряли всякое значение. Фарра подняла шлем и надела его.       — Ты что стоишь! Мы должны захватить Гражданского! — выкрикнула она, полетев вверх, затормошить остальных.       — Молодчина, девчуль, — улыбнулся Мауга, готовя пулеметы, — эх, повеселимся!       Фарра ворвалась в респаун, где царил оглушительный хаос голосов наемников. Каждый из них предлагал свой план, не особо прислушиваясь к доводам других. Шум стих лишь тогда, когда её фигура, уверенная и непоколебимая, появилась в дверном проёме.       — Вы, бездельники, хватит чесать языком. Во имя Амон-Ра, начните работать! — приказала она.       — Что нам делать, Фарра? — обратилась первой Ангел.       — Ангел, ты за мной. Трейсер, Крысавчик, вы нападаете на передовой. Я поддерживаю вас с неба. Сомбра, Вдова, вы через шахту подкрадитесь к тылу врага. Остальное всё по ситуации! — с этими словами она надела шлем на голову, — живо!       Все приняли команды Фарры и выбежали из базы. Жёлтые уже захватили вторую точку, осталась последняя — если Гражданский сможет захватить её, то его уже нельзя будет захватить. Впрочем, египтянка не нервничала. Она собиралась сражаться, даже если проиграет.       — Полетели, Ангел, — сказала Фарра швейцарке, — пока лечи меня, если будут ранены союзники — быстро исцеляй их. Усиление дашь по моей команде.       — Да, — кивнула швейцарка, полетев хвостом за Фаррой.       Тем временем Жёлтые наступали, возглавляемые Гражданским, уже уверенным в своей неприкасаемости. Он махал зонтиком, подгоняя остальных, — сейчас британец чувствовал, что сможет в одиночку смести всех Синих. Но стоило только ему заметить на дороге Трейсер и Крысавчика, как тут же спрятался за спиной Маши.       — Убейте их! — приказал Гражданский, — быстро!       — Ага, — сказала Бронебойщица, начав стрелять из «Томислава» по двум целям. Остальные последовали её примеру, на что Крысавчик кинулся в укрытие, а Трейсер начала мельтешить по полю боя, ловко уворачиваясь от выстрелов.       — Мимо! — показала она язык Лучнице, уйдя от её стрелы.       — Косо! — ракета Баллистки в этот раз не смогла задеть британку, что оттянула нижнее веко.       — Криво, — заметив, что патроны у Бронебойщицы кончились, Трейсер повернулась спиной, хлопнув себя по ягодице. На что Джилл фыркнула — её такая наглость уже не злила.       — Осторожно, сейчас рванет! — дамы уже и забыли про австралийца, который успел завести «Адскую шину», пользуясь тем, что Окстон отвлекала внимание на себя.       — Опять?! — ужаснулся Орсон, — только не снова, помогите!       «Адская шина» рванула вперёд. Жёлтые действовали слаженно. Быстрые и ловкие наёмницы бросились наутёк, пока остальные, включая Гражданского, должны были укрыться в защитном куполе Лекаря. Однако не успела немка ничего сделать, как получила от Вдовы пулю прямо в затылок.       — Нет! — выкрикнула Бронебойщица, поняв, что дело плохо. Она толкнула Гражданского в сторону, чтобы того не задело взрывом. Сама она не успела отбежать в сторону, по итогу её разорвало на мелкие кусочки.       — Уф! — упал на землю Орсон, чудом спасшись от взрыва «Адской шины». От осознания того, что его телохранительницы больше нет, он даже перекрестился, хоть уже давно не ходил в церковь.       — Быстро прими защитное усиление на Бонусной Панели, — указала ему Техничка, пальцем показав на устройство, пока не заметила, что жёлтый значок щита заглючило и сменился на синюю эмблему Сомбры, — Что за?!       — Система взломана, — хохотнула мексиканка, появившись из неоткуда, — неплохая вещь, но взломать её проще простого.       Оливия выхватила пистолет-пулемет и направила его на Чэнси.       — Твою ж! — нырнула Техничка, уворачиваясь от пуль и вытаскивая «Овдовитель».       Как работал это дробовик? Чтобы экономить бюджет на патронах, Техничка создала оружие, которое их не требовало. Вместо них пушка могла перерабатывать обычный строительный металл, превращая его в острые осколки, которые затем вылетали с огромной скоростью.       Но сегодня случилась беда: Торбьорн умудрился сломать «Овдовитель». Техничка, конечно, взялась за ремонт, но, кажется, что-то пошло не так. Без оригинальных чертежей она, видимо, допустила ошибку, и теперь «Овдовитель» намертво заклинило прямо у неё в руках.       — Вот непруха! — убрала Макинтош сломанное оружие за спину, а после выхватила пушку Гаусса, пустив луч в Сомбру. Та попыталась ответить, но заметила приближающуюся Факельщицу и поспешила ретироваться.       — Быстрее, прикройте меня! — крикнул Гражданский, закрывая голову руками, — пожалуйста! Я даже заплачу!       — Ливень возмездия! — выкрикнула Фарра с небес, стремясь проредить ряды вражеской команды. Жёлтым оставалось только истошно кричать и бежать от бешенного залпа ракет. Техничка кое-как смогла с Орсоном убраться из-под огня, она повела его вперед. Но, снова несчастье, перед ними нарисовался Мауга с пулемётами.       — Простите, но вас двоих я не пропущу, — заявил он, раскручивая пушки.       — О нет, я покойник, — сглотнул Орсон.       — Держитесь! — не растерялась Техничка, подхватила Дженкинса, а после использовала нестабильный лазерный снаряд пушки Гаусса, чтобы перепрыгнуть самоанца, — Их-хааа! Это круче, чем родео!       — Бог ты мой! — в ужасе кричал Гражданский. Подобный метод перемещения ему не понравился. Мауга же, хмыкнув, принялся расстреливать остальных Желтых.       — Нам ещё немного осталось, — завернула налево Техничка, стараясь не прислушиваться к стрельбе, — еще немного и… не может быть…       Она ожидала увидеть всякого. Но не Торбьорна с турелью, которую норвежец все же улучшил, приделав к ней ракетную установку.       — Учись, пока я жив, — хмыкнул Линдхольм, включив пушку.       — Он все же меня услышал, — тихо улыбнулась Макинтош, которую на месте взорвало ракетами. Орсона же откинуло в сторону от волны взрыва. Он обессиленно поднял глаза вверх и увидел перед собой Мэй с замораживателем и ледяной улыбкой.       — Если я тебе заплачу, ты не причинишь мне никакого вреда… — спросил Орсон, стараясь не дрожать.       — Не волнуйся, — ответила китаянка, — больно не будет.

***

      Фарра не верила в это. Они захватили Гражданского живьем — хоть и замороженного во льду, но это мелочи. Синие наконец-то победили без всяких но и однако. Остальные тоже осознавали это и готовились отметить.       — Мы победили, мы победили! — начал петь и танцевать Крысавчик, чуть не идя вприсядку.       — Тихо, нам звонит босс, — шикнула Фарра, увидев знак телефона на голографическом проекторе. Она нажала на кнопку, позволяя изображению Блутарха явиться во всей красе. Старик, одетый в синий комбинезон с логотипом СИН, не удостоил их даже улыбкой.       — Я узнал о том, что вы смогли изловить «Гражданского». Я хотел лично увидеть это, — холодно, но с надеждой сказал Манн. Фарра кивнула Мэй, та в ответ выкатила замороженного Орсона.       — Теперь это не Гражданский, а Глыба-жданский! А-ха-ха, — посмеялся от собственной шутки Джеймисон. Трейсер, Сомбра, Мэй и Мауга прыснули.       — Что ж, вы меня не разочаровали. На сей раз, — подметил Блутарх, делая вид, что он не услышал австралийца, — я подумаю насчет прибавки.       — Хочу задать вопрос, начальник, — привлекла внимание Сомбра, — А что было сокрыто в дипломате на 4Fort? Хочется знать, что раскопал Гражданский. Мы ведь из СИН, имеем право знать.       — Это моя СВЕРХГЕНИАЛЬНАЯ разработка! Она изменит мир! — помпезно, и самопохвально, и немного как безумный гений объявил Блутарх, — Это механика позволяет мне высушивать обработанную приготовленную лапшу в удобной квадратной форме. Сухая и не портится, что прекрасно для перевозок и хранения. А для приготовления нужен лишь…       — Кипяток? — спросила Мэй.       — Да! Откуда ты узнала? Ты подсматривала дипломат! Я тебя засужу и перенесу твои мозги в банку за нарушения корпоративной тайны и контракта, что ты подписала! — крикнул Блутарх, а затем хватился за сердце, пытаясь отдышаться.       — Эм… нет. То, что вы описали, это лапша быстрого приготовления. Её придумали в Японии где-то десять лет назад, — указала китаянка, — странно, что вы не знали…       — То есть… ты хочешь сказать, что кто-то придумал лапшу раньше меня? — вскинул Блутарх брови.       — Эм… да? — неуверенно ответила Мэй.       — Вот гады! Я засужу их! У японцев, оказывается, была машина времени! Иначе нельзя объяснить, как они украли мою идею! — Блутарх яростно задышал, — ничего, скоро машина времени будет у меня! Все технологии мира будут защищены моим авторским правом!       — Так, погодите секунду, — остановила тираду Сомбра, — Вы хотите сказать, что Гражданский в разведданных нашёл исключительно информацию о технологии производства лапши быстрого приготовления, которая не является новой для мира?       — Что ж, можно сказать и так, — безразлично ответил Блутарх, — А теперь мне надо идти. Нужно организовать юридическую кампанию против Японии.       — Погодите, а что делать тогда с Гражданским? — указала Фарра.       — Не знаю, убейте, мне плевать, — на этом Блутарх отключился, оставив Фарру стоять в шоке.

***

      Жёлтые на свой базе приуныли из-за поражения. Не то, чтоб это их сильно огорчало, да и за Орсона они не сильно волновались, но вот то, что они потеряли центр их какого-никакого, но снабжения — это сильно подорвало боевой дух девушек. Бронебойщица и Лекарь уже ломали голову над тем, как передать столь неприятную информацию Йеллоустоуну и Полу, как вдруг в их базе возродился Орсон, и по глазам казалось, что он потерял душу. Медленно осознавая реальность, Гражданский щупал себя по лицу.       — Эм, вы в порядке? — спросила Техничка.       — АААААААААААА! — взревел во весь голос Гражданский, его крик был полон ужаса и потерянности, — я видел ад! Видел самого дьявола! Он хотел, чтобы я ел все деньги, что я заработал! Я свою тещу там видел! Она делала из моих денег мерзкие котлеты! Я не хочу умирать, не хочу в ад!       Он был смущён, контужен, потерян, в страхе, да и просто растерян. Его пытались успокоить Жёлтые, но безуспешно, ибо Орсон был в истерике, пока по нему не выстрелили транквилизаторами, и тот упал в обморок.       — Спасибо, — сказала Лекарь.       — Не за что, — кивнула Саботажница, — тяжелый тут случай. Мне один раз апостол Петр привиделся, но чтоб сам ад…       — Мне ад тоже попадался, — хмыкнула Маша, — видела там бывшего. Хотела снова надавать ему по морде, но не успела, возродилась. С тех пор ад я больше и не видела.

***

      Фарра безутешно сидела, но не в депрессии, что уже хорошо. Однако Мауга всё равно подошёл к ней.       — Эй, мы тут собираемся пойти в бар. Ты с нами? — с улыбкой сказал он.       — Эх… да, — уверенно ответила она, она сильно хотела выпить.       Синие отошли подальше от Gold Rush, и Крысавчик тут же вспомнил, что у него есть детонатор от взрывчаток, разложенные по всей локации. Он задумчиво посмотрел на детонатор, затем на Фарру.       — Эй, птичка. Хочешь взорвать всё к чертям? — сказал он, подкидывая устройство.       — Ты опять расставил бомбы? — спросила Фарра, не слишком этому удивленная.       — Так хочешь, нет? Или мне нажать? — Джейминсон был готов включить детонатор.       — А почему нет? — пожала плечами Фарра, поймала устройство и нажала на кнопку.       Gold Rush взлетел на воздух. Амари вздохнула — с её плеч словно слетел тяжелый груз.