Часть 7

– Отрабатываете меткость, мисс Бишоп? – Спросил Ривен, останавливаясь за спиной у Музы, когда с тетивы ее лука сорвалась стрела. – Мистер Эраклион сегодня рассказывал нам про луки с серебряным наконечником, которые использовали для охоты на вампиров, – произнесла Муза, слегка оборачиваясь, чтобы встретиться взглядом с профессором. – Решила, что это знак. – А что насчёт того, что нагрузка помогает вам разгрузить голову? – спросил Ривен, пока Муза натягивала тетиву. – Представляете лицо кого-то конкретного вместо мишени? – Боюсь, это слишком личная информация, чтобы я поделилась ею с вами, профессор, – произнесла девушка, ее стрела попала в четверку. – Дело в парне? Кто-то разбил ваше сердце, мисс Бишоп? – спросил Ривен. – Соболезную, в таком случае. – Если отвечу, то секрет перестанет быть секретом, профессор, – произнесла Муза, слегка улыбаясь. – Так что, может быть, нам лучше поговорить о чем-то более нейтральном? Что насчёт стрельбы из лука? Сможете дать какой-нибудь совет? – Попробуйте стрелять другой рукой, мисс Бишоп, – произнес Ривен. – По-моему, вам не очень-то удобно делать это правой. – Но я пишу правой, – нахмурившись возразила Муза. – Это моя ведущая рука. – Перо и оружие – две очень разные вещи, мисс Бишоп, – произнес Ривен. – Проверьте моему опыту. – Благодарю за вашу мудрость, профессор, – слегка улыбнувшись произнесла Муза, перекладывая лук в другую руку, но не торопясь стрелять. – Возможно, я действительно попробую. – Если я больше ничем не могу помочь, то хорошего вечера, – заметил Ривен, и Муза отрицательно покачала головой, давая понять, что обсуждать им больше нечего. – Хотя, кажется, вы что-то собиралась спросить у меня, мисс Бишоп, – произнес Ривен улыбнувшись. – Обещаю, я не убью вас за ваши вопросы. – Это уже второй раз, когда вы обещаете, что не станете меня убивать, – заметила Муза. Внутренне она содрогнулась, потому что профессор в очередной раз, казалось, знал то, что не должен был знать. – Выглядит так, будто убийства – часть вашей жизни, профессор. Или, во всяком случае, они были частью вашей жизни. – Намекаете на что-то конкретное, мисс Бишоп? – поинтересовался Ривен, складывая руки на груди. – Ваша магическая сущность, профессор, – произнесла фея, делая шаг назад. – Вы никогда не говорили о ней, да и по вашему поведение тяжело определить, какая она. И если вы собираетесь что-то со мной сделать, то я сразу предупреждаю, что буду кричать. – Если я захочу что-то с вами сделать, мисс Бишоп, – произнес Ривен, делая шаг вперёд, – вы не успеете закричать. И не надо так бояться, я же сказал, что не собираюсь вас убивать. – Я вас не боюсь, – гордо возразила девушка. – Я слышу как ускоряется ваше сердцебиение, Муза, – улыбнулся Ривен. – Можете не пытаться меня обмануть. Итак, ваш вопрос мисс Бишоп, – произнес он, возвращаясь к тому, чтобы называть ее по фамилии. В конце концов, ее рассуждения по поводу его сущности не звучали как вопрос, так что, чисто технически, она все ещё имела право что-то у него спросить. – Где вы были между 1550 и 1650, профессор? – спросила она, складывая руки на груди. Ее голос звучал так, будто она в чем-то обвиняла своего учителя. – Это допрос, мисс Бишоп? – ответил Ривен, будто получал удовольствие от происходящего. – Может быть, – кивнула фея разума. – И не пытайтесь меня обмануть. Я в достаточной степени изучила ваши эмоции, чтобы знать, когда вы врёте, мистер дель Сангуэ. Итак, где вы были? – Не в этом мире, – расплываясь в медленной улыбке произнес Ривен, смотря в фиолетовые глаза напротив. – Какой хороший ответ, мистер дель Сангуэ, – произнесла Муза улыбаясь так, будто Ривен дал именно тот ответ, какой она рассчитывала получить. – Он в равной степени может означать как то, что вы ещё не родились, так и то, что вы прятались в Первом мире. – Вы умнее, чем я думал, – произнес Ривен, пристальным взглядом изучая девушку перед собой. – Так значит второй вариант, – произнесла Муза, на мгновение задерживая дыхание и отступая на шаг назад. – Мисс Бишоп, разве вы ещё не поняли, что бежать бесполезно? – усмехнулся Ривен, замечая ее движение. – Вы угрожаете мне, профессор? – с вызовом спросила она. – Зачем мне это, мисс Бишоп? – вопросительно поднял бровь Ривен. – Вы – моя студентка, я – ваш преподаватель. Что, по-вашему, может произойти? – Я не знаю, – пожала плечами Муза. – Я узнала вашу страшную тайну, мистер дель Сангуэ. Теперь вы убьете меня, несмотря на все ваши громкие обещания, чтобы сохранить вашу сущность в секрете. – Вы не единственная, кто знает, – произнес Ривен. – Правда, должен признаться, вы единственная, кто догадался самостоятельно. – Так значит я всё-таки угроза, – кивнула Муза. – И вы от меня избавитесь. – Не буду вас переубеждать, если вам нравится в это верить, мисс Бишоп, – произнес Ривен. – Но, поверьте, я не какой-то ужасный монстр, за которого вы меня принимаете. Он исчез раньше, чем Муза смогла придумать, что бы сказать в ответ. Муза вернулась с тренировки довольно поздно. Она снова и снова отправляя стрелы в мишень. Профессор дель Сангуэ оказался прав – стрелять левой рукой оказалось намного удобнее, так что она отправляла стрелы в семерки и восьмерки – еще не идеально, но уже прогресс. Хотела бы она знать, почему он дал ей такой совет и о каком таком "опыте" говорил. Но она просто не могла задать ему еще больше вопросов, так что представляла вместо мишени лицо своего преподавателя и снова и снова выпускала стрелы. Девочки уже разошлись по своим комнатам, когда она пришла, а утро, как и всегда, было хаотичным. Девочки пытались заговорить с ней о Ривене в столовой и на уроках, но Муза присекала все их разговоры, пока они не вернулись в комнату после занятий – она надеялась, что профессор дель Сангуэ не последует за ними в корпус студентов, чтобы подслушивать их разговор. – Нам нужно обсудить Ривена, – в который раз за день произнесла Стелла. – А если точнее, – заметила Аиша, – нам нужно подготовиться к проверочной, которую он решил устроить. Потому что лично я не собираюсь получат двойку. – Разумеется, – согласилась Беатрикс. – Сразу после того как Муза расскажет нам о том, как продвигается ее расследование "наш-профессор-вампир". Вы вчера поговорили? – Да, – кивнула Муза. – И я вполне уверена, что это не шутка. – Он так и сказал тебе, что он вампир? – удивленно произнесла Флора. – Нет, – призналась Муза. – Но мы явно говорили об одном и том же. – Мне нужны все подробности, – произнесла Блум, подходя к большой доске, что стояла у них в комнате. – Какие у нас есть доказательства? – Он сказал, что может слышать, как ускоряется ритм моего сердца, – заметила Муза. – Разговор был довольно напряженным, я пыталась сделать вид, что мне не страшно, но он посоветовал не пытаться его обмануть. – Знаете, в этом есть смысл, – произнесла Аиша. – Помните, как он знал, что ты, Би, волновалась, когда отвечала. – Или заметил вчера, как я испугалась, – добавила Муза, – когда осознала, что он слышал наш разговор в баре. – О боги! – воскликнула Флора. – Он что, слышал все обсуждения о том, какой он горячий? Не представляю, насколько это дико. – Еще какие-нибудь неоспоримые доказательства его вампиризма? – закатив глаза спросила Стелла. – Он уже пытался тебя укусить? – Нет, но он практически признался, что провел около 100 лет в Первом мире, – рассказала Муза, и Блум сделала соответствующую пометку на доске. – Как раз в то время, когда король Калеб и остальные истребляли вампиров в Ином мире. Именно так он и выжил. – Если это правда, – заметила Аиша, – то это действительно пугает. Потому что это означает, что он как-то узнал о происходящем и успел сбежать. Здесь возникает другой логичный вопрос – откуда он узнал. – Вы вообще можете поверить в то, что нашему профессору около 500 лет? – вставила Флора. – Я имею ввиду, это же настоящее сумасшествие. Он мог быть свидетелем всех тех событий, о которых нам рассказывал. – Еще какую-нибудь инфу он тебе сообщил? – спросила Стелла. – Я не уверена, – медленно произнесла Муза, – но я пыталась держать дистанцию и он несколько раз намекал на то, что я не успею сбежать или как-то отбиться от него, если он захочет причинить мне боль. Возможно, он намекал на свою скорость? – Звучит жутко, – заметила Блум, записывая "скорость???" на доске. – То есть, если бы кто-то сказал мне, что пытаться убежать бесполезно, я бы напряглась. – Отлично, – хлопнула в ладоши Беатрикс. – Значит, все наши улики косвенные, а значит я и дальше буду считать, что Ривен странный придурок, а не вампир. – Вообще-то, – добавила Муза, когда Би уже встала, чтобы уйти, – профессор дель Сангуэ сказал, что не только я знаю о его сущности, хотя только я догадалась самостоятельно. А знаете что? Блум, позвони Скаю. Профессор дель Сангуэ наверняка сказал ему, раз они дружат уже не первый год. Может, Скай подтвердит нашу догадку, если сказать ему, что мы и так уже все знаем. – Звучит как логичная идея, – заметила Аиша, и Беатрикс опустилась на свое место, пока Блум набирала номер своего парня. – Скай, привет, – произнеса она, когда звучавшие в комнате гудки сменились голосом Эраклиона. – Муза тут затеяла маленькое расследование, и нам нужна помощь. – Слушаю, – отозвался дракон. – Муза полагает, что знает о магической сущности Ривена, ну то есть профессора дель Сангуэ, – поправилась Блум, когда Муза бросила на нее злобный взгляд. – Он рассказывал тебе что-нибудь об этом? Вы же друзья, наверняка хоть раз, да разговор должен был коснуться этой темы. – Допустим, я что-то знаю, – произнес Скай. – Не уверен, что ему понравится, если я буду обсуждать это с вами. – Мы же ничего не обсуждаем, – невинно заявила Блум. – Мы просто хотим, чтобы ты подтвердил, что он вампир. Только и всего. – Странная идея, – заметил Скай. – Он уже практически признался мне в этом сам, – произнесла Муза, наклоняясь к телефону Блум, – но девочки мне не верят. Так что твоя поддержка моей теории была бы очень полезна. – Боюсь, это не в моей компетенции, – заметил Скай, после чего сбросил звонок. – По статистике, – произнесла Аиша, – когда мужчины вот так заканчивают звонок, они лгут.