Часть 32

— Боже, какая она прекрасная, — ласково заговорила Варя, и глубокие ямочки с обеих сторон мгновенно украсили ее счастливую улыбку. Рома только тихо, с теплотой в глазах издал короткий смешок. Он с искренним удовольствием наблюдал за тем, как Варя нетерпеливо тянется за очередным горячим кусочком своей любимой пиццы Пепперони. Девушка аккуратно макает его в пластиковый контейнер с ароматным чесночным соусом и с наслаждением откусывает добрую половину. В блаженстве она откидывает голову назад, медленно пережевывая еду и зажмурившись от удовольствия. Рома снова усмехается над ее детским восторгом. Он закидывает в рот несколько ломтиков недавно брошенной на поднос картошки фри и запивает ее прохладной кока-колой из своего стакана, не сводя с нее взгляда. Разбитая скула и нос все еще неприятно ныли, но сейчас, глядя на нее, он практически не чувствовал этой боли. — Черт, ну же, попробуй! — умоляет его Варя, протягивая кусочек пиццы прямо к его губам после уже целой кучи его прошлых попыток отказа. — Не хочу, — он упрямо мотнул головой, слегка отклоняясь назад. — Мне и моя картошка нормальная. Юношеский максимализм, все дела. Варя недовольно надула губы, но сдаваться не собиралась. Хитро прищурившись, она демонстративно потянулась к его тарелке, ловко взяла пальцами несколько золотистых ломтиков картошки и, окунув их в тот же чесночный соус, закинула себе в рот. Быстро пережевав, она перевела взгляд на стакан. Ее накрашенные губы потянулись к черной пластиковой трубочке. Сделав несколько жадных глотков ледяной кока-колы из небольшого пластикового стакана, Варя сыто выдохнула и вновь посмотрела на Рому глубоким, посветлевшим взглядом. — Мне так нравится это все, — тихо произнесла она, снова откусывая кусочек пиццы и глядя Роме прямо в глаза. В ее голосе больше не было той колкости и драмы, что бушевали в гримерке. — Спасибо, что устроил это все. Рома молча накрыл ее свободную ладонь своей ладонью, мягко поглаживая пальцами ее кожу. Варя на секунду подняла на него глаза — в них металась смесь надежды и страха, — но тут же поспешно отвела взгляд в сторону, не выдержав тяжести его приласкавшего, а затем внезапно отдалившегося присутствия. — Мы как-то будем обсуждать то, что ты сказал мне? — вдруг глухо произнесла она. Слова сорвались с губ прежде, чем она успела их обдумать. В ту же секунду Варе до безумия захотелось дать себе пощечину за эту фатальную несдержанность. Она мгновенно пожалела о сказанном, заметив, как ладонь Ромы медленно, словно нехотя, поднялась с ее руки. Его лицо в миг помрачнело, а между бровей залегла жесткая складка. Варя судорожно приоткрыла рот, отчаянно пытаясь вернуть все назад, перевести в шутку, сказать, что это неважно, и замять опасную тему, но Рома безжалостно опередил ее. Он рванулся вперед и снова перехватил ее руку. На этот раз жестко, уверенно, намертво сомкнув их пальцы в замок. Варя судорожно ахнула от неожиданности. Сердце испуганной птицей забилось в груди. Она уставилась на него, а затем перевела потрясенный, застывший взгляд вниз — на их переплетенные руки, неподвижно лежащие на глянцевой поверхности стола. — Я... — хрипло начал он, пытаясь подобрать слова, но Варя, испугавшись того, что услышит, перебила его на полуслове. — Ты же знаешь, что я твоя, а ты мой. — в ее голосе звенящим струями прорвалось отчаяние. Она неосознанно подалась вперед и со всей силы впилась ногтями в его крепкие костяшки, словно пытаясь удержать ускользающую реальность. — Зачем... Зачем ты это сказал? Рома тяжело вздохнул. Он медленно отвел взгляд в сторону окна и одним плавным, но решительным движением разомкнул их пальцы, заставляя ее ладонь сиротливо упасть на стол. Варя судорожно сглотнула вставший в горле ком. Чувство унижения и беспомощности обожгло изнутри. Не в силах больше выносить эту пытку, она резко поднялась с небольшого дивана, едва не опрокинув стоявшую рядом мебель, и мертвой хваткой вцепилась в ремешок своей сумки, лежавшей подле нее. — Извини, я пойду, — на одном дыхании проговорила она. Варя уже начала обходить диван, стремясь как можно скорее оказаться у двери. В этот момент она не могла придумать ничего лучшего, кроме как позорно сбежать и спрятать свои слезы. Но уйти ей не дали. Рома молниеносно вытянул руку, перехватил ее за тонкое запястье и резким, неоспоримым рывком усадил обратно на подушки дивана. От неожиданного толчка Варя лишь крепче прижала сумку к груди, как щит, пытаясь отгородиться от него. — Давай больше не будем избегать друг друга из-за глупостей, — уже тише сказал он. Рома разжал пальцы и отпустил ее руку. Он в упор посмотрел на Варю, которая замерла, удивленно и растерянно глядя на него широко распахнутыми глазами. — Да, я твой. Ты же прекрасно это знаешь, — он снова отвел взгляд, словно борясь с внутренними демонами, и на секунду устало прикрыл глаза. — А ты моя. Я ляпнул тогда не подумав, но... То, что я не могу заняться с тобой сексом — это неоспоримый факт. Это да. Я просто не хочу потом чувствовать себя последним куском дерьма, который переспал с занятой девушкой. Понимаешь? Варя почувствовала, как внутри нее что-то с треском надломилось. Гордость заставила ее до боли сжать зубы. Она заставила себя расправить плечи и выдавила из себя натянутую, совершенно безжизненную улыбку, маскирующую внутреннюю катастрофу. — И Варя... — он резко замолчал, так и не закончив фразу. Его взгляд метнулся в сторону, словно Рома отчаянно искал на серой стене подсказку или способ сбежать от этого разговора. Пауза затягивалась, становясь невыносимо тяжелой. Он болезненно закусил нижнюю губу — так сильно, что кожа побелела, и на ней едва не выступили капли крови. Этот физический укол будто помогал ему заглушить другую, гораздо более глубокую боль, которая сейчас разрывала его изнутри. Он сглотнул вставший в горле ком, заставил себя снова посмотреть на нее и выговорил с фальшивой непринужденностью: — Мы же друзья, да? Не думаю, что нам вообще стоит зацикливаться на таком. На глупостях. Эти слова прозвучали как хлесткий удар наотмашь. Варя застыла, чувствуя, как внутри все резко похолодело. Воздух в помещении будто стал слишком густым, и ей стало трудно дышать. Она замерла и посмотрела на него совершенно другими глазами — так смотрят на случайного прохожего, на абсолютно чужого, незнакомого человека. «Друзья?» — эхом пронеслось в ее голове. Он серьезно? Говорит это после всего, что между ними было? Варя уже давно перестала чувствовать себя просто его подругой. Ей... ей до дрожи, до боли в груди хотелось чего-то большего. Настоящего. А эти трусливые слова в одно мгновение вдребезги разбили ее сердце, оставив внутри лишь острые осколки несбывшихся надежд. Ей хотелось закричать, развернуться и уйти, но гордость оказалась сильнее. Сжав кулак на бедре так, что ногти вонзились в ладонь, Варя сделала глубокий вдох. На ее лице, как защитная маска, медленно натянулась привычная, невинная и теплая улыбка. В ее глазах еще стояли невыплаканные слезы, но внешне она оставалась безупречно спокойной. — Да, ты абсолютно прав, — ее голос прозвучал на удивление ровно, хотя внутри все дрожало. — Извини, что... что набросилась на тебя. Пытаясь создать видимость того, что разговор окончен и ей все равно, она неловко потянулась к остывающему на тарелке куску пиццы. Варя взяла его дрожащими пальцами и откусила маленький кусочек, делая вид, что увлечена едой, лишь бы только не смотреть ему в глаза и не выдать своего разочарования. — Блять, — вдруг глухо, сквозь зубы выругался он после нескольких минут гнетущего, звенящего молчания. Варя, которая в этот момент пыталась проглотить застрявший в горле кусок, замерла. Она торопливо дожевала картошку фри и удивленно, с нарастающей тревогой посмотрела на него. Рома выглядел так, словно увидел призрака — его челюсти были плотно сжаты, а взгляд намертво прикован к дальней части зала. — В чем дело? — тихо спросила она, пытаясь разгадать причину его внезапной ярости. — Посмотри туда, — он коротко кивнул головой в сторону, указывая направление. Варя проследила за его взглядом, и в следующую секунду ее сердце пропустило удар, а рот сам собой приоткрылся от шока. За невысокой деревянной перегородкой, на самой окраине пиццерии, залитой мягким светом, сидели Миша и Полина. Они устроились в самом уютном углу. Миша что-то увлеченно рассказывал, наклонившись к ней, а Морозова кокетливо накручивала прядь волос на палец. Они мило о чем-то шептались, периодически взрываясь тихим, слаженным смехом. Лицо Вари мгновенно исказилось, скривившись от подступившей к горлу тошноты и острого укола предательства. В этот момент Рома не сводил с нее глаз. Он смотрел на нее не отрываясь, жадно ловя каждую микроэмоцию на ее лице, словно проверяя ее реакцию на прочность. Преодолевая оцепенение, Варя резким движением выудила из сумки телефон. Экран мазнул по ее лицу бледным светом. Она стремительно включила камеру, навела фокус на воркующую парочку и сделала несколько четких снимков. Щелчок затвора показался ей оглушительным. — Что ты делаешь? — Рома нахмурился, в его голосе проскользнуло явное неодобрение и вопрос. — На память, — Варя попыталась выдавить из себя беззаботную улыбку, но та вышла горькой и хищной. Она опустила телефон, еще раз взглянув на получившийся снимок, а затем подняла глаза на Рому. Вся ее напускная вежливость испарилась, уступив место чистой, обжигающей злости. — Серьезно?! — прошипела она, едва сдерживая голос, чтобы не закричать на весь зал. — Он вздумал изменить мне с этой шлюхой?! — Ты ревнуешь? — Рома хмыкнул, однако в его глазах не было веселья. Он пристально, изучающе посмотрел на нее, словно заглядывая в самую душу, а затем медленно отпил глоток кока-колы из своего стакана. Послышался тихий стук кубиков льда о пластик. — Возможно, — холодно и отстраненно произнесла девушка, отгораживаясь от его взгляда. Она снова уткнулась в свой телефон, пальцы быстро забегали по стеклу. Варя зашла в чат с Мишей. Внутри все горело от предвкушения и обиды. — Хочу посмотреть, что он мне сейчас напишет, если я спрошу, где он, — добавила она, занеся палец над клавиатурой. Рома медленно поднял брови, и в его глазах мелькнул опасный огонек. Ему явно надоело сидеть на расстоянии. Он плавно поднялся со своего дивана напротив нее, заставив стол слегка качнуться, и неторопливо обошел его. Варя даже не успела среагировать, как он по-хозяйски опустился на диван прямо возле нее. Почувствовав его слишком близкое, пахнущее сигаретами и парфюмом тепло, Варя инстинктивно вжалась вглубь сиденья, отодвигаясь к самой стене. Пространства между ними почти не осталось. На самом деле, как бы это ни было странно, Варя не чувствовала той разрывающей грудь ревности, которую, по идее, должна была сейчас испытывать преданная девушка. Внутри не было щемящей боли или страха потерять Мишу. Было другое — злое, уязвленное эго. Снимок на экране телефона бил не по сердцу, а наотмашь по ее самолюбию и гордости. Как он посмел? Ей, Варе, предпочесть эту? Рома, сидевший теперь позволительно близко, уловил эту перемену в ее настроении моментально. Его плечо почти касалось ее плеча, и Варя кожей чувствовала исходящий от него жар. — Что, даже слезу не пустишь? — тихо, вкрадчиво спросил он, наклоняясь к самому ее уху. Его внимательный взгляд скользнул по ее застывшему лицу, подмечая плотно сжатые губы и опасный блеск в глазах. — Ты выглядишь скорее взбешенной, чем расстроенной. — Я не расстроена, — честно, с ледяным спокойствием отозвалась Варя, даже не повернув к нему головы. Она продолжала гипнотизировать взглядом светящийся экран с открытым чатом. — Я просто терпеть не могу, когда меня держат за дуру. «Смешно… Ты ведь до сих пор водишь Мишу за нос. Он для тебя просто дурак. А предпочитаешь ты меня», — насмешливо, с неприкрытым самодовольством прозвучал в голове Ромы внутренний голос. Она быстро набрала короткое сообщение: «Привет. Ты где?» — и нажала «отправить». Две серые галочки тут же сменились на синие. Миша был онлайн. Рома нагло перевел взгляд на экран ее телефона, бесцеремонно заглядывая в чужую переписку. Он на секунду задержал дыхание, ожидая ответа соперника, а затем его рука медленно скользнула по спинке дивана позади Вари, едва ощутимо коснувшись ее волос. — И что ты сделаешь, когда он соврет? — прошептал Рома, и в его голосе прозвучало откровенное, почти осязаемое искушение. — Сейчас и узнаем, — хмыкнула девушка, сужая глаза. Ответ прилетел почти мгновенно. Экран коротко мигнул, высветив лаконичное: «В пиццерии сижу». Варя вместе с Ромой синхронно перевели взгляд на парочку в дальнем углу. Миша в этот момент как раз лениво ковырял вилкой салат, продолжая улыбаться собеседнице. Варя с трудом подавила желание фыркнуть и снова уставилась в экран, быстро печатая следующее слово. «Один?» — вскинула она брови, отослав сообщение. Сразу после этого она повернулась лицом к Роме. Тот сидел возле нее полубоком, по-хозяйски облокотившись на спинку синего дивана, и с нескрываемым, жадным любопытством наблюдал за каждым ее движением. Расстояние между их лицами было непозволительно маленьким. Телефон в ее руке снова завибрировал. «Нет. С сестрой двоюродной». Этот ответ буквально оглушил обоих. Варя с Ромой замерли. Они одновременно переглянулись, удивленно подняв брови и синхронно приоткрыв рты от полнейшего абсурда ситуации. — С сестрой?! — вспыхнула Варя. Ее лицо, еще секунду назад бывшее взбешенным и хищным, тут же сменилось на абсолютно растерянное. Градус ее уязвленного эго резко упал, оставив после себя лишь глупое недоумение. — Полина — его сестра... — Рома тяжело откинулся головой на мягкую спинку дивана и тихо, хрипло усмехнулся, глядя в потолок. — Почему я об этом не знал? — Я учусь в этой школе одиннадцать лет, а ты всего лишь несколько месяцев! — Варя всплеснула руками, едва не выронив мобильный. — И ты говоришь, почему ты не знал?! Почему, блять, я об этом ничего не знала?! — Не знаю, почему ты не знала, но это довольно забавно, — он лениво повернул к ней голову, и на его губах заиграла насмешливая, слегка расслабленная улыбка. Напряжение, державшее его в тисках весь вечер, наконец отпустило. — Доедай и пойдем отсюда. — Забавно? — она возмущенно уставилась на него, поспешно выключая телефон. Экран погас, отразив ее вспыхнувшие щеки. — Это ужасно! Я только что чуть скандал не устроила на ровном месте! Она со стуком засунула гаджет обратно в сумку, резко задернула молнию и скрестила руки на груди, дуя губы от подступившей неловкости. Обида на Мишу испарилась, но эмоциональные качели требовали немедленной компенсации. — Я хочу съесть еще шоколадный торт, клубничку и запить все холодной водичкой, — капризно заявила она, требовательно стреляя в Рому глазами. — Сомневаюсь, что в этой забегаловке есть то, что ты хочешь, — он отвел взгляд в сторону Миши и Полины, которые как раз заказывали десерт, и снова хмыкнул. — Но ты же можешь это устроить, да? — Варя вдруг хитро улыбнулась, подаваясь чуть ближе к нему и заглядывая снизу вверх в его потемневшие глаза. Она прекрасно знала, на какие ниточки нужно нажимать.

***

— Тебе не кажется, что я превратился в твоего личного раба? — фыркнул Ромка, хотя в его голосе слышалось скорее наигранное ворчание, чем реальная обида. Варя оторвала взгляд от сочной зелени газона и посмотрела на приближающегося парня. Она уютно устроилась на его куртке, постеленной прямо на мягкую траву, и лениво наблюдала за каждым его шагом. Вытащив Рому в парк, она преследовала простую цель — хоть немного развеяться и наконец-то побаловать себя чем-нибудь вкусным. Судя по тому, как блестели ее глаза, план удался. Рома шел к ней, бережно неся в одной руке прозрачный пластиковый контейнер с соблазнительным кусочком шоколадного торта, а в другой — упаковку спелой, крупной клубники. У Вари при одном взгляде на это зрелище сладко заныло внутри и потекли слюнки. — О-о-о... — протянула она милым, певучим голосом и расплылась в самой очаровательной из своих улыбок. — Ты, как всегда, мой благородный рыцарь в сияющих доспехах! Она ловко перехватила из его ладони контейнер с десертом. Рома лишь устало вздохнул и опустился рядом с ней прямо на открытую траву, не заботясь о чистоте джинсов. Он аккуратно пристроил коробочку с клубникой между ними, а затем выудил из-за пазухи бутылку прохладной минералки. — Скорее уж раб в кандалах, — хмыкнул Ромка. Он подпер подбородок рукой и стал смотреть, как Варя с благоговением открывает крышку контейнера, изучая взглядом каждый шоколадный слой. — Ну и какой еще придурок, скажи мне, будет послушно стоять в очереди десять минут ради одного-единственного куска торта? — буркнул он, но в глубине его глаз промелькнула теплая усмешка. — Только ты, — Варя весело закатила глаза, даже не думая скрывать своей искренней детской радости. Она повернула к нему сияющее лицо, но встретившись с ним глазами, вдруг смутилась. На секунду ее щеки порозовели, и девушка поспешно опустила взгляд обратно на шоколадное лакомство, пряча улыбку. Варя зажмурилась от удовольствия. Насыщенный, едва горчащий шоколадный торт буквально таял у нее во рту, заставляя напрочь забыть обо всех мелких невзгодах. Насладившись первым кусочком, она не спеша вытащила изо рта маленькую пластиковую ложечку. Аккуратно подцепив еще немного мягкого бисквита с кремом, девушка протянула ее к лицу Ромы. — Попробуй, — негромко проговорила она, пристально и открыто глядя ему прямо в глаза. Рома, до этого лениво полулежавший на траве и опиравшийся на локти, коротко ухмыльнулся самым краем губ. Он не стал перехватывать ложку. Вместо этого парень подался чуть вперед и послушно приоткрыл рот. Кончик его языка скользнул по нижней части ложки, слизывая сладкий крем. Варя плавно убрала руку обратно, завороженно наблюдая за его реакцией. Не давая паузе затянуться, она потянулась к открытой упаковке и выбрала самую крупную, идеально спелую ягоду клубники. Удерживая ее за зеленый хвостик, Варя поднесла ее к самым губам парня. Взгляд Ромы потемнел. Он хитро улыбнулся, не отрывая от нее глаз, и аккуратно откусил половину ягоды, сок которой едва не брызнул на пальцы девушки. Оставшуюся часть клубники Варя, не раздумывая, отправила себе в рот. Ловким движением она оторвала ненужный чашелистик, бросила его на траву возле контейнера и принялась довольно жевать, продолжая гипнотизировать Рому взглядом. — Вкусно? — спросила она, слегка подавшись вперед, так что ее лицо оказалось совсем близко к его лицу. Рома молча кивнул, подтверждая ее правоту. В этот момент Варя заметила крошечную каплю шоколада, застывшую у самого уголка его губ. Поддавшись внезапному порыву, она поднесла большой палец к его лицу и мягким, почти невесомым движением стерла это сладкое пятнышко. От этого интимного прикосновения Рома на секунду замер. Он резко опустил взгляд вниз, уставившись куда-то в район своих бедер, и медленно облизал губы, словно пытаясь сохранить вкус ее пальцев. Варя, почувствовав, как внутри все сладко сжалось от смущения, поспешно отстранилась. Она резко отвернула голову в сторону, пряча вспыхнувший румянец, и снова потянулась к контейнеру с тортом, делая вид, что полностью поглощена десертом. — Романтично, не так ли? — Варя тихонько хмыкнула, снова поворачиваясь к Роме и пытаясь вернуть беседе непринужденный тон. — Что? — парень вопросительно приподнял бровь и тоже хмыкнул, не до конца понимая ее мысль. — Я еще никогда вот так ни с кем не сидела, — Варя полностью проигнорировала его встречный вопрос, засмотревшись на колышущиеся от легкого ветра верхушки деревьев. — Да ладно? — Рома коротко рассмеялся, решив перевести все в шутку. — Что, даже Бяша не водил тебя культурно посидеть на травинке? Он ждал, что она подхватит его веселье, но Варя юмора не оценила. Ее лицо оставалось серьезным. — Только если пиво погонять, — она медленно перевела на него пристальный, немного грустный взгляд. — А так... никто не водил. Никогда. — Да ну, брось ты, — Рома мягко толкнул ее своим плечом в плечо, снова тихонько хмыкнув. — Я же раньше тебя, считай, каждый божий день приводил на наш тайный пикник в этом самом парке. Забыла уже? Варя ничего не ответила. Она резко отвела взгляд в сторону и отвернула голову, словно прячась от его воспоминаний. Между ними повисла звенящая тишина. Рома молча потянулся к ней и осторожно поднял руку. Кончик его указательного пальца мягко коснулся ее прохладной скулы. Варя едва заметно вздрогнула, судорожно поджала губы и тяжело сглотнула, замерев на месте, пока Рома неторопливо и бережно заправлял непослушную прядь ее волос за ухо. Его прикосновение было теплым и до боли надежным. Это простое проявление нежности стало последней каплей. Из груди Вари вдруг вырвался глухой, надрывный звук, похожий на невольный всхлип. Прежде чем Рома успел что-то понять, она резко подалась вперед. Ее пальцы мертвой хваткой вцепились в его рубашку в районе живота, а руки крепко обхватили его торс, отчаянно прижимая к себе. Она уткнулась щекой прямо ему в грудь, пряча лицо и пытаясь заглушить подступающие слезы в его тепле. — Я так скучала по тебе, Ромочка... — она шмыгнула носом и крепко зажмурила глаза, борясь со слезами. — Очень-очень. Я каждое начало июня сидела и ждала, что ты приедешь ко мне. Верила, что ты не забудешь меня! Из ее груди вырвался рваный, глухой вдох. Рома на мгновение оцепенел. Пальцы его свободной руки — медленно, аккуратно и будто не сразу — неуверенно коснулись ее макушки, мягко поглаживая волосы. Он все еще полулежал, опираясь на один локоть, пока Варя, вытянув ноги вдоль куртки, упрямо и намеренно вжималась в него всем телом, ища защиты и тепла. — Я... — тихо начал он, чувствуя, как внутри все переворачивается. — Я тоже скучал по тебе, Варь. Как только эти слова слетели с его губ, Варя резко изменилась в лице. Не разжимая рук, которые она намертво сомкнула у него за спиной, она чуть отодвинулась и вскинула голову вверх. Ее заплаканные глаза встретились с его потемневшим, растерянным взглядом. Вдруг Варя разомкнула замок из рук и с силой толкнула ладонями Рому прямо в грудь. Парень покачнулся, теряя опору на локте, но не успел он даже удивиться, как девушка резко поменяла позу. Встав на колени прямо над ним, она рванулась вперед и крепко обвила руками его шею, наваливаясь всем весом. От неожиданности Рома окончательно потерял равновесие и навзничь рухнул на спину, увлекая Варю за собой. Девушка упала прямо на него, продолжая отчаянно цепляться за его шею. Рома в падении едва не задел носком кроссовка пластиковый контейнер с недоеденным тортом, который чудом остался цел. — Ты не скучал по мне! — хмыкнула она, и в ее голосе смешались обида и горькое торжество. — Ты даже не писал мне. Ни единого раза за все время! Она слегка отстранилась от него, приподнимаясь на руках и повиснув сверху. При этом ее таз все так же плотно оставался прижат к его бедрам, приковывая парня к земле. Варя смотрела на него сверху вниз, тяжело дыша. — Ты хотя бы думал обо мне? Ну хоть иногда? — Конечно, думал, — Рома приоткрыл рот, шумно и глубоко вдыхая воздух. Его сердце бешено колотилось в грудную клетку, пока он завороженно наблюдал за тем, как Варя буквально гипнотизирует его своим взглядом. — Честно? — ее голос упал до шепота, а взгляд послушно скользнул ниже, замирая на его губах. — Честно-честно, — Рома мягко улыбнулся и нервно облизал пересохшие губы. Эта простая фраза мгновенно растопила остатки Вариной обиды. На ее лице наконец-то расцвела робкая улыбка. Словно полностью успокоившись, она расслабилась и вновь доверчиво легла щекой ему на плечо, слушая его участившееся дыхание.

***

— Но я хочу! — упрямо возразила Варя. Она капризно скрестила руки на груди и с силой топнула ногой по земле. — Пожалуйста, Рома! Она тут же забыла про свою напускную гордость, мертвой хваткой вцепилась в его бицепс обеими руками и принялась жалобно шепать, едва ли не тряся парня за руку из стороны в сторону. — Двадцатая попытка — и все впустую, Варь, — Рома раздраженно отмахнулся, пытаясь сделать шаг назад и отойти от злополучного автомата с металлическим краном-клешней. — Этот аппарат сломан, он просто сжирает деньги. — Ну Ромочка! — задорно завизжала Варя. Она коршуном налетела на него, ухватилась пальцами за лацканы его расстегнутой куртки и принялась тянуть на себя. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Ну еще один разок! — Блять... — тихо ругнулся сквозь зубы Рома, но, встретившись с ее умоляющим взглядом, сдался и обреченно закивал головой. — Ладно. Хорошо. Последний раз. Варя моментально отстранилась и просияла, когда увидела, как Рома с тяжелым вздохом снова полез в кошелек за звенящей мелочью. Он послушно засунул блестящую монету в монетоприемник и опять взялся за пластиковый ручник, прицеливаясь. Металлическая лапа лениво опустилась, неуклюже обняла пушистого медведя, приподняла на пару сантиметров и... снова безвольно разжалась, выронив добычу. Варя устало и разочарованно вздохнула, уже готовая признать поражение. Рома же сердито пожевал нижнюю губу, окинул аппарат хмурым взглядом и вдруг решительно ухватился руками за оба бока стеклянного ящика. — Что ты делаешь? — испуганно-заинтригованно спросила Варя за секунду до того, как Рома изо всех сил начал раскачивать тяжелый автомат в разные стороны. Металлический корпус жалобно заскрипел, а игрушки внутри заходили ходуном. Варя с округлившимися от удивления глазами уставилась на него, но тут же восторженно вскрикнула: — Рома! От сильной встряски сразу несколько плюшевых зверьков, сидевших у самого края, с глухим стуком повалились прямо в пластиковый лоток выдачи. Девушка радостно запрыгала на месте и захлопала в ладоши. Рома быстро присел на корточки и выудил из окошка целых три трофея: забавного фиолетового осьминога, пушистого серого кота с глупыми глазами и маленького желтого утенка. Варя с криком счастья бросилась Роме на шею, как раз когда он выпрямлялся. Парень крепко вцепился свободной рукой в ее талию. Выигранные игрушки, зажатые в его ладони, мягко прижались к ее боку. Рома легко подхватил Варю, ее ноги оторвались от земли, и он, прижимая девушку к своему плечу, с улыбкой закружил ее в воздухе под ее звонкий, заливистый смех. — Эй! Вы что там делаете?! А ну стоять! — внезапно разрезал воздух грубый мужской голос. Рома резко затормозил и опустил Варю на асфальт. Бросив быстрый взгляд в сторону звука, он обомлел: буквально в тридцати метрах от них уверенным шагом шел патрульный полицейский, недовольно поправляя фуражку. Рома соображал долю секунды. Он молниеносно переглянулся с Варей, одним движением запихал все три игрушки в свою полупупустую сумку, а затем намертво ухватился за ее тонкие пальцы. — Бежим! — коротко скомандовал он. Варя издала нервный, но безумно счастливый смешок. Рома рванул с места, увлекая ее за собой, и они на полной скорости помчались прочь по аллее парка, сами не зная, куда именно несет их этот сумасшедший день. — Рома, мы куда вообще бежим?! — тяжело дыша и смеясь во весь голос, выкрикнула Варя. На бегу ее волосы растрепались, а сердце готово было выпрыгнуть из груди — не столько от физической нагрузки, сколько от бьющего в голову адреналина. Рома ничего не ответил, лишь крепче сжал ее ладонь и резко свернул за угол старого кирпичного павильона, увлекая ее в узкий, заросший сиренью проход между декоративными заборами. Шаги полицейского и его грозные выкрики позади начали стремительно стихать, растворяясь в шуме городских улиц. Наконец, когда они оказались в глубине какого-то глухого двора, Рома остановился и прислонился спиной к бетонной стене, переводя дух. Варя по инерции влетела ему прямо в грудь, упираясь ладонями в его плечи. Они оба тяжело, шумно дышали, глядя друг на друга шальными, блестящими глазами. — Кажется... оторвались, — хрипло произнес Рома, а на его губах заиграла дерзкая, мальчишеская улыбка, которую Варя так обожала. — Ну ты и придурок, Ромка! — Варя шутливо стукнула его кулаком по плечу, но тут же снова покатилась со смеху, утыкаясь лбом в его куртку. — Мы только что ограбили автомат на глазах у мента! Нас же посадить могли! — Кто, нас? — Рома картинно возмутился, запуская руку в свою сумку. — Мы ничего не грабили. Мы вернули законную сдачу за те двадцать попыток. На, держи свой зоопарк, воришка. Он по очереди выудил из сумки помятых, но от этого еще более милых фиолетового осьминога, кота и утенка и вложил их в ее руки. Варя прижала игрушки к себе, сияя от восторга. — Ты мой самый лучший, самый безумный рыцарь, — тихо сказала она, внезапно посерьезнев, и преданно посмотрела ему в глаза, придвигаясь ближе. Рома отвел взгляд, замерев на месте. Между ними словно натянулась невидимая струна, и воздух вокруг стал горячим и густым. Варя затаила дыхание, медленно наклонилась к нему и мягко прикрыла глаза, замирая в сладком ожидании того момента, когда его губы наконец коснутся ее собственных. Рома нервно облизал губы, уже готовый податься навстречу, но вдруг краем глаза заметил какое-то движение. В самом конце переулка, тяжело отдуваясь, расхаживал тот самый полицейский. Он оглядывался по сторонам, стремительно приближаясь к их укрытию. — Пойдем! — резко скомандовал Рома. Он мертвой хваткой схватил ее за руку. Варя в испуге распахнула глаза, не успев даже разочароваться из-за сорвавшегося поцелуя. Они вновь сорвались с места и убежали, петляя между серыми многоэтажками. — Боже... — тяжело вздохнула Варя, когда они наконец вышли на небольшую тихую улочку между домов. Убедившись, что хвоста больше нет, она устало обернулась к Роме. Девушка обиженно надула губы и пошла спиной вперед, продолжая эмоционально жестикулировать зажатыми в руках игрушками: — Я так задолбалась бегать! У меня сейчас легкие выплюнутся, Ромка! Это худшее свида... — Варя, осторожнее! — вскрикнул парень, округлив глаза от ужаса. Но было уже поздно. Варя едва успела понять, что произошло. Пятка наткнулась на невысокое препятствие, она потеряла равновесие, взмахнула руками и с громким всплеском упала задом прямо в прохладную воду декоративного фонтана, с размаху споткнувшись о каменный бортик. Плюшевый осьминог, кот и утенок улетели куда-то в сторону, приземлившись на сухой плитке. — Рома-а-а! — вскрикнула Варя. Ее недовольные, полные праведного возмущения крики мгновенно разнеслись на целую улицу. Она сидела на самом дне фонтана, вода в котором доходила ей до пояса, злилась и активно размахивала руками, промокнув буквально до нитки. Мокрые волосы облепили лицо, а с одежды ручьями стекала вода. В отличие от нее, Рома даже не подумал броситься на помощь. Схватившись руками за живот, он согнулся пополам прямо посреди тротуара. Парень наклонился чуть не до земли и безудержно, до слез смеялся, и в некоторые моменты его оглушительный хохот звучал даже громче, чем кричала и возмущалась Варя. — Подними меня. Подними меня! — еще громче вскрикнула она, требовательно вытянув к нему мокрые руки. Рома, все еще со смехом и утирая выступившие слезы, неторопливо подошел к фонтану. Первым делом он деловито пособирал раскиданные по плитке игрушки и без церемоний бросил их себе в сумку, после чего наконец протянул руки Варе. Парень уже внутренне приготовился к коварному подвоху, ожидая, что она со всей силы потянет его за собой в воду. Но вместо этого Варя резко подалась вперед и крепко обхватила его за шею, всем телом прижавшись к нему. Рома, поднапрягшись, уверенно поднял ее одной рукой и легко вытянул из фонтана на сухой асфальт. Она стояла перед ним — вся промокшая до нитки, со смешно слипшимися прядями волос, и сердито уставилась на него снизу вверх. Рома мягко отпустил ее талию, быстрым движением снял с себя сухую куртку и накинул ее на ее хрупкие, подрагивающие от прохлады плечи. — Это все из-за тебя! — буркнула она, капризно толкнув ладонью ему в плечо. Она тут же уткнулась лбом ему в грудь, пряча лицо, и ухватилась двумя руками за полы его куртки, плотнее прижимая ее к себе и пытаясь согреться. — Как всегда, перекидываешь всю вину на меня, — Рома мягко усмехнулся. Он тепло обнял ее обеими руками, укрывая от легкого ветра, и нежно поцеловал в мокрую, пахнущую озерной водой макушку. — Идем домой, русалка, — беззлобно поддразнил ее Ромка. За это он тут же получил очередной чувствительный пинок кулаком в плечо и недовольную, но на самом деле безумно счастливую улыбку Вари.