Глава 6 Детские мечты сбываются или Насте пиздец

Ебать мой хуй — Альбус, миллион имён, Дамблдор.

***

Я прям ахуела, когда его увидела. Стоит весь такой добренький, улыбается и зырит на меня и Реддла. Но, честно, в глазах читается веселье и… Одобрение? Не успела познакомиться — уже плюс респект. Но бесит, что он на нас пялит. Так и хочется сказать: «Че зыришь, глаза пузыришь?» Но не поверите, я воспитанная. Да, звучит как наебалово, но это правда. Он всё-таки старый, значит, хамить на пустом месте нельзя. Всё-таки возраст нужно уважать (к Коул мы это не относим). Вот если он первый начнёт, тогда можно. Я уважаю старость, пока она уважает меня. Но не суть. Мне пришлось опустить бедняжку Тома на землю. Хотела просто руку убрать, чтобы он ебнулся, но так как на нас смотрит этот старик с каким-то шипперским взглядом (либо же мне показалось; нуууу, блять, сомнения присутствуют), отпустила его плавненько, всё по красоте, короче. — Спасибо, мисс Бестужева. А теперь пойдёмте со мной: у нас с вами есть один разговор, — Дамблдор стоял, чуть улыбаясь и скрестив руки за спиной. Знаете, мне вот не нравится это всё. Очень не нравится. — Ты чё уже натворила, дура безмозглая? — о, а вот и Барин проснулся, замечательно. Жаль, всё самое интересное проспал, придётся потом ему всё рассказывать. — Нас вербуют, чёрный, — всё, что смогла сказать я. Коротко и понятно. Между прочим, блохастый не удивился. — А я тебе говорил: колдуй незаметно. Но ты же у нас самая умная, — он положил морду на свои лапы, а я прошла мимо удивлённого Реддла, который, видимо, заметил, как я вела переговоры с котейкой. Вот знаете, я даже не знаю, с чем сравнить лицо собеседника, потому что оно было слишком ахуевшим: он даже рот немного раскрыл от удивления. А, вот вспомнила. Реддл сейчас выглядел прям как мистер Бин. Глазки даже также выпучил. Я с видом королевы школы Джессики, походкой от бедра пошла к Дамблдору и к Коул, которая смотрела на меня теперь с таким презрением, что сдохнуть можно. Но только я в этом деле профи: как только Дамблдор уйдёт, я устрою им тут житуху. И секс, и порно им тут покажу.

***

Дамблдор, улыбаясь, повёл меня в мою комнату. Я уселась на кровать и смотрела на него взглядом: «Ну и хули тебе надо». — Для начала я представлюсь. Меня зовут Альбус Дамблдор, я преподаватель школы чародейства и волшебства Хогвартс. — Я решила для приличия хотя бы удивиться. Ну, типа знаете, из разряда: «Волшебства? Ох, ебать, а что, оно правда существует? Вы волшебник?» — Мисс Бестужева, дело в том, что миссис Коул написала мне письмо о том, что у них в приюте появилась странная воспитанница, как и мальчик Том. Вы как раз мне и продемонстрировали свои способности, я крайне поражён. Значит, сука старая сдала. Ну, я тебе устрою, алкашка спидозная. Так ещё и с Реддлом меня сравнила! Я вообще-то уже полноценная волшебница, которая может заклинания, не проговаривая вслух, выполнять, да ещё и колдую без палочки! А кем будет этот парень, если забрать у него палку и засунуть ему в жопу? Ну, то есть он будет парень с волшебной палочкой в жопе, но я другое имела в виду. Перстни же намного надёжнее. С пальца у меня их хуй кто снимет, отслеживать никто меня по ним не может. В общем, я намного пиздаче, чем Реддл. Вот если бы я не была такой прям профи герл меджик, то, наверное, сейчас бы так не выёбывалась. А так могу себе позволить. Не зря же я ночами не спала, училась. Кровью и потом себя такой сильной сделала, меня бабушка вообще не жалела в этом деле. Она заставляла меня ночами сидеть и смотреть на водную гладь в озере, пока та не дёрнется, потому что я должна была на неё как бы поток энергии направить. А вы думали, перстни — это легко? Надел на ручку — и всё? Нет. Если ничему не учиться, он будет простой безделушкой. Нужно контролировать свою энергию, чтобы не выпустить слишком много или вообще научиться её выпускать. Я могла целую ночь сидеть с вытянутой рукой к воде, чтобы она хоть немного дёрнулась, чтобы хоть слабая волна пошла. Почему ночью? Петровна пыталась научить меня использовать для этого лунный свет. Вспомнить стрёмно: я три ночи там сидела, чтобы хоть что-то получилось. И это только одна часть метода преподавания моей бабки. У неё и похлеще уроки были. Например, она заставляла меня каждый год искать на Ивана Купала цветущий папоротник. И мне ясно давали понять, что со мной будет, если я его не найду. Так что я ощущаю себя солдатом, который прошёл афганскую войну. Я не такая слабачка, как можно подумать, но заставлю их всех так думать. Меньше знают — больше пиздюлей в случае чего получат. Ну, до Дамблдора мне, конечно, наверное, далеко. Но я теперь хочу стать новым Дамблдором. В общем, стану великой ради того, чтобы всем пиздеть, что это меня так моя ба обучила. Пока я там у себя в голове Коул разными способами имела и была популярной миллионершей, Дамблдор продолжил. — Ты волшебница, Настя. А все волшебники учатся в Хогвартсе. Именно по этому поводу я сюда и пришёл. Мисс Бестужева, вы зачислены в школу Хогвартс. — Я сделала глаза полные шока, чтобы он не понял, что я шарю в этой теме. Не реально ебануться — туфли гнутся. Мне только Хогвартса для полного счастья не хватало. Пару минут я реально пребывала в ахуе: ожидала всего, но точно не этого. — Расскажи мне о себе подробнее. Я вижу, что ты уже более опытная волшебница, что-то да знаешь. Тебя кто-то обучал? Я ведь прав? — Всё видит и знает. Теперь понимаю, почему его Реддл так ненавидел. У того там тёмные делишки свои были, а этот постоянно в ногах путался, когда его не просили, и всё видел, даже если не видел. А сейчас то же самое, только со мной. Мог бы хотя бы вид сделать, что ничего не заметил. — Я из России и обучалась сама, старалась как-то контролировать это. А мои родители… Они… Они… — знаете, в школьные годы я с пятого класса занималась театральным искусством. Очень полезная штука. Меня там наша руководительница плакать научила, и я теперь вот так всех пранкую. Я закрыла руками лицо, изображая истерику со слезами и соплями. — Их убили. Я изображала свою драму, продолжая рыдать. Меньше знает — меньше доёбов в мою сторону. Поэтому про то, что меня там бабушка обучала, я решила не рассказывать. Лучше буду изображать ничего не знающую дуру и сиротку, чем буду под постоянным контролем и надзором (Барин бы сейчас сказал, что мне и изображать не нужно). А вот как он понял, что я опытная и хоть что-то знаю, — я не ебу. Гарри Поттер как-то свою тётку раздул. Все мы это помним. Это же было случайно, и она так же, как и Реддл, летать начала. Почему ему не пришла в голову такая мысль? Что я там типа с выплеском магической энергии не справилась. Ну и похуй, просто буду с этим старым поосторожнее.

***

Классно. Прикиньте: этот старый меня даже не спросил, хочу ли я в Хогвартс! Нет, я, конечно, хочу, но надо как бы спросить — хочу или нет, а не перед фактом ставить. Так только я могу. Это всё очень хуёвая идея, но именно поэтому я и пробую. Правда, если бабушка будет нас с Барином искать, то пиздец. А так, если подумать, это хорошая идея: ведь лучше быть в Хогвартсе и пинать там хуи, чем здесь жрать кашу из бумаги и прокисшего молока. А ещё я помню, что этот приют бомбить будут. Так что да, надо найти новое место, чтобы переждать войну и пока нас там бабушка ищет. Короче, Дамблдор не стал ждать, пока я очухаюсь от его слов, и объяснил мне, что такое трансгрессия, а потом схватил за руку, и мы, короче, трансгрессировали в какой-то переулок обосранный и облеванный (с моим прибытием туда он стал ещё хуже). Трансгрессия — это тотальный поросятник. Как только мы в этой залупе оказались, меня сразу же скрутило, и я начала блевать. Как думаете, чем этот старый занимался? Он улыбался! Скотина. Я бы с вертушки в черепушку как пизданула. Мне хуёво, как nkeeei без гламура, как дрочеру без рук, а он лыбу давит. У него улыбочка по лицу расплылась, прям как сперма на салфетке. Збс, вообще. Ну, я тебе потом покажу. Я ещё вырасту, и мне тут жить до 45 года. Что-нибудь такое придумаю. Ух отомщу, блять, за свои пизда-страдания. Я даже придумала как, но это мы отложим до Хогвартса. — Ничего страшного, мисс Бестужева. При первой трансгрессии у всех так, — слышь, бородач-мачо, а предупредить нельзя, сука, было? Я бы хоть подготовилась, проблевалась знатно. Пизда, настроение уехало в Магадан. После того как я провела тщательную генеральную уборку в своём желудке (не надо было жрать с утра эту ёбанную перловку), мы пошли с этим обкурышем на Косую аллею. В принципе, всё как и показано в кино. Народа тут — как гастарбайтеров в Москве. Дохуя. Все куда-то спешат, все толкаются, все орут. Как интроверт, я еле держусь от того, чтобы не убежать отсюда и не заплакать в каком-нибудь углу. Ещё и проживание в лесу без какой-либо социализации даёт о себе знать. Очень я отвыкла от простого людного общества. Ладно, они бы нормальными были, а так все какие-то гандоны. Мы пошли в банк Гринготтс. Дамблдор взял оттуда сто галлеонов. Мне как сиротке выделил фонд школы на покупку всех принадлежностей. Спс, я как раз свои деньги тратить не буду. Надо их будет только позже на галлеоны обменять. Потом мы пошли и стали покупать всю хуйню для школы. Мне сшили мантию, купили все эти котлы, книжки и прочую хуйню. Осталась только палочка. Хоть я и умею колдовать без неё, но, сука, это такой момент вайбовый. Я всё детство мечтала, чтобы за мной пришёл Хагрид и я вместе с ним полетела в Хогвартс. А сейчас мои детские выдумки сбываются. А я, блять, говорила, что все мои хотелки когда-то станут реальностью! А ещё Дамблдор вроде не в курсах, как именно я шаманю. Ну и хорошо: эта палка будет служить у меня как шпилька для волос, буду просто прикрываться, что ей колдую, а на самом деле — перстнем. Ничего не знаю, моя хата с краю. Дамблдор меня благополучно кинул, сказал, что сейчас придёт, а мне надо в тот магазинчик, что там добрый дяденька Оливандер, и он мне даст палочку. Ну ладно, он старый, а недержание, видимо, никого не щадит. Магазинчик был весьма уютный, правда, я чуть не обосралась, когда Оливандер выпрыгнул из-за стойки. При виде меня сразу оживился, поинтересовался, чего так поздно за палочкой припиздосила. Я хотела его нахуй с этими вопросами послать, но я всё-таки воспитанная, и пришлось отвечать. Потом он стал совать мне палки (не в жопу). В итоге я разнесла ему люстру, симпатичный горшок с цветочками, а ещё оставила вмятины на его шикарной деревянной стойке. Мне теперь эти палочки вообще крипово в руки брать. Сразу видно — не моё. С перстнями легче прижиться, даже если к ним и приспосабливаться нужно дольше. Это определённо того стоит. — Ну что ж, мисс, попробуйте вот эту, — Оливандер протягивает мне новую палку. Видно, что ему так же страшно, как и мне, от неизвестной хуйни, которая может произойти, если я возьму её в руки. — Вишня, сердцевина из сердечной жилы дракона, двенадцать дюймов. Я беру своей культяпкой эту палочку, заранее зажмуриваясь и надеясь, что мне не прилетит сейчас по ебалу и от этой палки, и от Оливандера. Но нихуя. Вырывается салютик. Ну всё, заебок. Теперь у меня есть палочка. Так как она моя, в жопу её никому пихать не буду. Наверное. — И сколько я за неё должна? — я посмотрела на Оливандера, ожидая услышать цену. Я этой фуфнёй попользуюсь только два года, пока Хогвартс не окончу, поэтому горячо надеюсь на небольшую. — О, мисс, я отдаю вам её бесплатно. Я эту палочку не мог продать целых пятьдесят лет, — вообще найс. Разнесла мужику полмагазина, так он ещё мне её и даром отдаёт. Хорошо я тут устроилась. — Знаете, очень манерная палочка: ни к кому в руки не шла. Видимо, всё вас ждала. — Ой, дай бог вам здоровья, спасибо, — я себе по губам хотела лупануть, когда это спизданула. Начнём с того, что я атеистка (обожаю куличики на Пасху), а ещё Петровна на меня плохо влияет. Если бы не она, никогда бы так не сказанула. Ладно, пора тикать, пока он не передумал. Как говорится: «Дают — бери, а то вдруг в следующий раз не предложат». На халяву и уксус сладкий. Я говорю ему «адиос» и быренько съёбываю к дырявому котлу. Там мы договорились встретиться со стариком. Я вот когда шла, подумала (а если я думаю, то это ничего хорошего не предвещает): так вот, я подумала, что Дамблдору нужна кликуха. Я всегда всем своим противным преподам давала какие-то ебанутые погоняла. Математичка у нас — Чебурашка. Физручка — Шмара, причём это больше не погоняло, а факт. А вот информатичка у нас была Лепсом. У неё было косоглазие, поэтому она всё время в очках ходила. Итак, составляем странную логическую цепочку. Дамблдор — гей. А значит, мастер спорта по горловым. Стыдно ли мне думать о таком? Вообще нет. Не стоит забывать, что когда-то я читала фанфики по Гриндельдору. Так что совесть меня не мучает — да её, по факту, и нет. Но «Мастер горловых» — какая-то слишком длинная кличка. Дамблдор — профессор. Профессор трансфигурации, декан факультета Гриффиндор. Символ факультета — лев. Лев жрёт лань. А лань жрёт папоротник. Короче, всё. Это выше моих сил, я не могу придумать этому засранцу кличку. А ведь даже имя не рифмуется! В общем, пока он походит без клички, я её перед тем, как храпака дать, придумаю. Ну, блять, даже мой метод странных логических суждений не помог. Нет, Бестужеву так просто не взять. Сказала — придумаю, значит, придумаю. Дамблдор пришёл и сказал, что сейчас мы опять трансгрессируем. Ну, блять, не надо… Я не хочу… Можно, я пешком дойду? А меня никто и не спрашивает: он снова меня за руку схватил и трансгрессировал. Когда мы оказались перед приютом, мне снова было хуёво, но не так, как в первый раз, но сути это не меняет. Знаете, даже после того как я смешивала водку с жигулёвским, мне не было так погано, как сейчас. — Ну что ж, мисс Бестужева, мы встретимся теперь с вами только первого сентября. И да, не забудьте, что пользоваться магией вне Хогвартса запрещено, иначе вас ждёт отчисление. — Не велика беда, если меня отчислят, мне на это похуй. Я достаточно сильная и умная. Бородатый уже собрался уходить, но потом посмотрел мне за спину и улыбнулся. — Том, как хорошо, что ты здесь. У меня к тебе небольшая просьба. Присмотри, пожалуйста, за мисс Бестужевой, расскажи ей про Хогвартс. Она не из наших краёв и почти ничего не знает. Вы как раз одногодки, уверен, найдёте общие темы. — Альбус загадочно улыбнулся, осмотрел нас двоих и подмигнул. Не нравится мне его кукурузник… Прям как сегодня днём: будто он что-то придумал. Да ещё и придумал какую-то хуёвую идею, которая на меня вообще плохо влиять будет. А Реддл тем временем поравнялся со мной и встал рядом. — Хорошо, профессор. Я постараюсь облегчить её жизнь в Хогвартсе, — он «добро» улыбнулся и посмотрел на меня, ухмыльнувшись. Его вот такой улыбочкой можно было вены вскрыть. Блять, я, кажется, очень жёстко обидела его сегодня утром… Как жаль, что мне похуй-похуй.